Tattoos and Butterflies

      Юнги ожидал чего угодно: долгого разговора, того, что Чимин просто пройдёт мимо него, даже удара. Но вот того, что парнишка вот так просто подойдёт и поцелует его в губы прямо на улице, посреди людей, что тоже стояли у клуба, этого он предугадать не смог. И поэтому, первые секунды его мозг отказывался нормально функционировать, из-за чего Мин просто стоял, слегка приоткрыв рот, позволяя Чимину беспрепятственно руководить процессом. Но когда замешательство наконец прошло, Юнги крепко обнял Пака за талию и сам принялся посасывать его мягкие пухлые губы. — Это нормально, что у меня сейчас так сильно щемит сердце? — прошептал Чимин, разорвав поцелуй и уткнувшись лицом в шею парня. — Мне кажется, что я слегка поторопил события. — Да, ты просто ненормальный, — в шутку произнёс Юнги и улыбнулся, невесомо проводя своей рукой по чужим волосам. — Никогда не могу предугадать твои поступки. — Я просто решил, что нам следует попробовать. — Попробовать что? — словно издевался брюнет. — Ну…попробовать быть вместе, — Чимин замялся, пытаясь подобрать правильные слова. — Я много думал и всё же пришёл к выводу, что мне не стоит отрицать свои чувства и сопротивляться своим желаниям. Сейчас, например, мне очень хотелось тебя поцеловать. — М? И как тебе? — буднично спросил Мин, за что получил сильный толчок в грудь. — Эй! Я тут открыться пытаюсь, а ты издеваешься! — Да что я такого спросил? Мне вот, например, очень понравилось и я не прочь повторить ещё раз. — А вот обойдёшься, — Чимин хмыкнул и, скинув с себя руки Юнги, пошёл в противоположную от него сторону. — Эй! Мы так вообще-то не договаривались! — возмутился брюнет и направился в сторону Пака. — Мы, между прочим, пока никак с тобой не договаривались, — скрестил руки на груди Чимин, заметно ускоряя шаг. ***       Юнги неспешно шёл вдоль заасфальтированной дорожки в старом маленьком парке крепко держа за руку Чимина, что плёлся рядом. Несмотря на выходные, вокруг абсолютно не было людей, должно быть потому что уже было слишком поздно, да и это место само по себе никогда не было многолюдным.       В воздухе витало неловкое молчание, которое Юнги периодически пытался скрашивать различными поверхностными темами в духе «небо сегодня красивое», мысленно добавляя: "а ты всегда красивый". Чимин лишь тихо угукал в ответ и продолжал молча идти, смотря лишь себе под ноги. — Я рад, что ты всё же смог разобраться в себе, — сказал Юнги, тем самым наконец-то привлекая внимание на себя. — Я понимаю, тебе всё ещё тяжело, но поверь, мне как-то совсем не легче. Да, как я уже говорил, для меня нет особой разницы с девушкой мне встречаться или с парнем. Но всё же, я первый раз в своей жизни искренне могу сказать, что влюблён и это чертовски странное чувство, на самом деле.       Чимин удивлённо поднимает брови. — Серьёзно тебе говорю, — продолжает Юнги. — Я, чёрт побери, никогда в жизни не был таким чувствительным и разговорчивым. Да, были симпатии, но они быстро проходили и не были такими сильными. Я сейчас говорю, как герой сопливых девчачьих романов и это пиздец как убого выглядит, наверное, но мне как-то похуй. — Ты так смешно ругаешься, когда нервничаешь, — улыбается Чимин. — Такой забавный. — Я не нервничаю, — возмутился Мин. — Так вот! Не думай, что я говорю всё это сейчас на эмоциях. Это не так. Я вообще-то в любой ситуации поступаю разумно. И то, что я хочу сказать, что люблю тебя, считаю абсолютно обдуманным решением. — Что, прости? — не верит своим ушам Чимин. — Любишь меня? Даже не симпатия, а самая настоящая любовь? Ты серьёзно? — Ну, нельзя так сразу сказать настоящая она или нет. Мы узнаем это со временем. Я словно с ума по тебе сходил все эти недели пока мы не виделись и это натолкнуло на мысль, что у меня к тебе больше, чем просто симпатия. Я люблю тебя, Пак Чимин, и готов ждать сколько угодно пока это же не настигнет тебя. — Любишь меня… — ещё раз повторил Пак и нахмурился. — Эй, Ромео, теперь ты должен нести ответственность за свои слова! Вспомни об этом, когда я тебе надоем! — Никогда не надоешь, — бормочет Мин и обняв парня, целует его в висок. — Дурак, — смущённо улыбается Чимин и тычется лбом в грудь теперь уже своего парня. А Юнги, глядя на сие действие, понимает, что пропадает. Окончательно и бесповоротно. *** — Ага, а дальше что было? — спросил Чонгук, лёжа головой на коленях Тэхёна, пока тот приятно массировал ему кожу головы. — Ну, а потом они поехали к Юнги. — Что, вот так сразу? — удивился Чон. — Ну, Чимин даёт! И зачем надо было делать из себя такую недотрогу всё это время? — Да нет же! Не было у них ничего, — Тэхён слегка хлопнул парня ладонью по лбу. — Просто было уже поздно, а общежитие давно закрыто. Был конечно вариант пойти к Намджуну, но к нему из Франции приехала его новая девушка, с которой он долго переписывался по интернету. — Что, Чимин сказал, что у них ну прям вообще ничего не было? Даже на пол шишечки? — Чонгук приподнялся на локте и недоверчиво посмотрел на Тэхёна. — Пиздит, наверное. — Ну, об этом история конечно же умалчивает. Но Чимин утверждал, что Юнги постелил себе на диване и они спали отдельно, — пожал плечами Ким. — Надо же, — засмеялся Чонгук. — Какое благородство! Не знал, что Мин Юнги такой приторный пирожок, когда влюбляется. — Эй! — вскрикнул Тэхён и оттолкнул от себя парня с такой силой, что тот упал с дивана на кафельный пол. — Чего ржёшь?! Лучше бы брал пример со своего друга! Ты меня к себе вообще никогда не звал! Меня уже заебал этот диван в твоём кабинете, после которого всё тело ломит! Да хоть бы раз умудрился подумать о моём комфорте! Чтоб я ещё раз тебе на нём дал! Не дождёшься больше! — Малыш, — тихо позвал Гук пытаясь обнять сопротивляющегося парня. — Извини, я даже подумать не мог, что тебя что-то не устраивает. Судя по твоим стонам, мне казалось, что тебе всё нравится. Ну… необычное место там, всё такое… — Чон растеряно чешет ушибленный затылок. — Да, Гук-и, да! Вначале мне нравилось. Но это было жутко возбуждающе только первые раза три, а потом мне стало казаться, что ты считаешь меня достойным только траха в кабинете. Скажи честно, ты вообще воспринимаешь меня серьёзно? — дует губы Ким. — Да что ты такое говоришь вообще? — шепчет Чонгук на ухо наконец-то сумев посадить парня себе на колени. — Ты очень для меня важен. Не понимаю, почему ты так обижаешься из-за пустяков.       Чонгук нежно проводит губами по шее своего парня, вдыхая запах его кожи вперемешку с запахом парфюма. Тэхён сбивчиво набирает воздух в грудь, когда чужая ладонь заползает ему под майку и оглаживает соски, плавно переходя на живот. — Ты от меня на этом грёбанном диване больше никогда в жизни ничего не получишь, — шепчет Ким прямо в губы Чонгуку, когда тот уже оттягивал кромку боксеров. Тэхён ловко слезает с колен парня и демонстративно виляя задницей, беспрепятственно направляется к выходу. — Так не честно, Тэхён-а! — кричит ему в след Чон и раздражённо ударяет кулаком по обивке дивана. — Детский сад какой-то. ***       Незаметно прошла одна неделя. Для кого-то она стала одной из лучших в жизни, но были и те, кому показалось, что эта самая неделя беспощадно прошлась прямо по ним. В общем и целом, всё шло своим чередом. Юнги и Чимин постепенно, шаг за шагом становились друг для друга всё ближе и ближе. Что-то большее, чем объятия и жаркие поцелуи, скрытые от чужих глаз, Чимин себе позволить не мог, но Мин пообещал и себе и парню, что будет терпеливо ждать, пока младший окончательно созреет для более серьёзных дел. У Чонгука же дела складывались хуже. Казалось, что на этой неделе пол Сеула сговорилось и решило делать тату именно у него. В перерывах от набивания очередного рисунка, парень не выпускал из рук телефон, пытаясь дозвониться до Тэхёна, но в ответ постоянно слышал лишь гудки и ничего более. На сообщения ему тоже не отвечали и это сводило с ума. — Алло, Тэхён, это ты?! — взбудоражено схватив телефон даже не посмотрев на номер, ответил Чонгук. — Нет, это Чимин, — послышалось неловкое бормотание. — А, Чимин-а? Что хотел? — вздохнул Чон устало плюхаясь в кресло. — Я наконец выбрал татуировку, можно приехать к тебе сегодня вечером и обсудить? — Конечно… сказал бы я, но Юнги-хён настоятельно просил отказать, если ты когда-нибудь обратишься ко мне с такой просьбой. — Да что вообще возомнил о себе этот шепелявый придурок?! — И не говори, — усмехнулся Чонгук. — Я бы сам с удовольствием, так что ничего личного. — Ну, может, я всё же приеду? — Чимин, ты-то после этого можешь отделаться несколькими шлепками по своей аппетитной заднице, а вот меня могут и не найти. — Слушай, если ты всё же согласишься на мою маленькую авантюру, то к тебе в тату-салон я приеду вместе с Тэхёном. Как тебе такое предложение? — В восемь в моём кабинете. С Юнги будешь разбираться сам, — говорит Чонгук и бросает трубку. ***       В свой законный выходной Юнги из квартиры даже не выходил. Развалившись на кровати с ноутбуком, он потратил весь день на просматривание вакансий. Тратить время на различные подработки больше не хотелось и поэтому парень задался целью найти занятие, что будет и по душе, и доход нормальный приносить. Мин Юнги вообще-то не лыком шит. У него и музыкальное образование есть, и музыку он писать любит, если попросят, то даже реп зачитать сможет. Всё было благосклонно к тому, чтобы Юнги отправил заявку в музыкальное агентство в качестве композитора. Шанс, что его хотя бы пригласят на собеседование, был крайне мал, но Мин Юнги не был бы собой если бы не попробовал.       С Чимином они сегодня не виделись. Лишь утром младший написал сообщение, что будет весь день готовиться к какому-то сложному тесту и просил, чтобы Юнги его сегодня не отвлекал. Но на часах уже два часа ночи, а от Пака больше ни одного сообщения. — Должно быть спит уже, — пробурчал себе под нос Юнги, подавляя желание позвонить. Но как только он снова залез в ноутбук, телефон завибрировал, оповещая о новом сообщении. И Юнги удивлённо вскинул брови, когда увидел, что оно от Чимина. — Спишь? — лишь одно слово, высвеченное на экране, а жизнь уже не такая и отстойная штука. — Чимин, два часа ночи, — быстро набирает ответ Мин. — Извини. — Нет, не сплю. Но тебе советую пойти. Поздно уже. — Юнги. — Что? — Можно я сейчас приеду? Мне нужно кое-что тебе показать. — Поздно уже. Давай лучше позвоню тебе по видеосвязи. — Нет. Открой лучше мне дверь. Я стою под ней уже несколько минут.       Прочитав последнее сообщение, Юнги незамедлительно вскакивает с кровати и идёт посмотреть в дверной глазок. Снаружи действительно стоит Чимин с телефоном в руках. Мин поворачивает защёлку и впускает парня в квартиру. — Ну, и какого хера ты шляешься по ночам? — пытаясь придать голосу как можно больше недовольства, бурчит Юнги и скрещивает руки на груди. — Тебя хотел увидеть, — улыбается Чимин из-за чего щурится так, что его глаза становятся ещё меньше. Парень подходит ближе и обняв Мина за шею шепчет: — Иди ставь чайник, я принёс чай и сахар. А свой горький кофе будешь пить сам.       Чимин хихикает и смачно чмокнув Юнги в щёку, идёт на кухню. — Так что ты хотел мне показать? — спрашивает Мин, пока высыпает в вазу печенья, что Пак приносил в прошлый раз. — Татуировку, — как ни в чём ни бывало говорит Чимин, а Юнги роняет несколько печенек на пол. — Что, бля? — Ну, ты же сам говорил, что мне пойдут бабочки на заднице, — пожимает плечами Пак, снова подходит к Юнги и обнимает его за талию. — Ты серьёзно набил там бабочек? — ровным голосом спрашивает парень. — Ага, — прямо в ухо шепчет Чимин и прикладывает ладони Юнги к своим ягодицам.— Хочешь посмотреть? — Ты так доиграешься, мелкий, — чуть ли не рычит Мин и глубоко целует младшего.       Губы мягкие, влажные и очень податливые. Юнги сильно прикусывает нижнюю губу парня от чего тот невольно шипит. — Почему не посоветовался? — Просто мне очень этого захотелось. А с недавнего времени я решил больше ни в чём себе не отказывать, — скулит Чимин, когда Юнги крепко сжимает его ягодицы. — Вот сейчас я очень хочу тебя. Мне кажется, что я готов, хён. — Ну, а кто я такой чтобы тебе отказывать, — смеётся Мин и поцеловав младшего в нос, спрашивает: — Ты ведь мне доверяешь? — и получив утвердительный кивок, ведёт его в комнату.       В свою спальню Юнги открывает дверь ногой и повалив вцепившегося в него парня на кровать, падает следом. Чимин решает перенять инициативу на себя, когда сам снимает свою футболку и взобравшись на бёдра Мина, покрывает поцелуями его грудь, живот, постепенно спускается ниже. — Не спеши так, — говорит Юнги, когда чужие пальцы касаются его ширинки и сам тянется к Паку. — Сначала я должен это увидеть.       Чимин снова как-то странно смеётся и переворачивается на живот, позволяя парню стянуть с себя брюки и боксеры. — Сука, это же переводная наклейка! — ругается Юнги и сильно хлопает по ягодице Чимина, когда видит знакомого махаона на правой булке своего парня. — Это слишком жестоко, я же поверил тебе! — Я действительно хотел бить настоящую, — смеётся блондин. — Даже шантажировал Чонгука Тэхёном, но как только мы приехали, то он забрал его и выставил меня за дверь. Вот так вот. Ты расстроен? - Ага, конечно, - отвечает Юнги. Затем снова переворачивает парня на спину и глядя на его уже обнажённое тело, миллион первый раз умирает. Скользит взглядом по шелковистой коже и понимает, что хочет прикоснуться везде, почувствовать жар и узость идеального тела и не оставить ни одного места без поцелуя.       Чимин, ощущая возбуждение парня, слегка напрягается и мысленно подбадривает себя, говорит, что всё сможет. Как бы он ни старался вести себя смело и раскрепощённо, всё равно внутри всё сжималось от каждого откровенного прикосновения. С парнем-то у него никогда не было. — Расслабься, ты слишком напряжён, — говорит Юнги и разводит ягодицы парня, а пальцем проводит по сжавшемуся колечку мышц. — Будет больно, очень. Если боишься, то можем не продолжать.       Чимин отрицательно вертит головой. «Ну, я предупредил», — Мин мысленно даёт себе оправдание и, взяв с прикроватной тумбы смазку, обильно выдавливает содержимое себе на руку. Глаза Пака зажмурены и открывает он их лишь тогда, когда один палец легко, из-за обилия смазки, проходит в него. Ощущения не самые приятные, но пока терпимо. Когда же к первому добавляется уже второй палец, то Чимин, словно задыхается, начинает жадно глотать ртом воздух. — Тише, тише, — шепчет Юнги и впивается в губы младшего. Он проводит языком по дёснам, посасывает и кусает губы, при этом ритмично двигая пальцами в его заднице. Когда проходит уже третий палец, Чимин уже готов послать всё нахрен, отпихнуть от себя парня и уйти. Возбуждение, что он ощущал вначале исчезло ещё с первым пальцем, а вместо него пришла боль и жуткий дискомфорт. Юнги понимал чувства младшего и, чуть отстранившись, попытался сделать ему хоть немного приятней надрачивая его слегка вставший член. — Чимина-а, извини, первые несколько раз будет больно. Спрашиваю тебя в последний раз, мне точно стоит продолжить? — Юнги спрашивает, но сам не уверен, что сможет остановиться. Вид лежащего на его кровати Чимина, тяжело дышащего и с прилипшей ко лбу чёлкой просто сводил с ума. Мин даже подумал, что он чёртов скрытый садист. — Нет, продолжай, — а вот в Чимине возможно присутствовали черты мазохиста. Ему больно, но он всё же старается довериться Юнги и поэтому пытается расслабиться, когда парень ещё очень долго продолжает его растягивать. Через какое-то время чужие пальцы с хлюпающим звуком выходят и когда Пак ощущает, что Мин уже направляет в него головку члена, и вовсе обвивает его талию своими ногами и ближе притягивает к себе.       Юнги кроет не по-детски, когда он наконец входит во всю длину и дуреет от жара и узости. Он растягивал Чимина долго и тщательно, но понимает, что тому всё равно больно до искр в глазах. И поэтому старается двигаться как можно плавно и медленно, зацеловывая лицо младшего и слизывая языком выступившие слёзы. — Прости меня, прости, — не перестаёт шептать. — Я так тебя люблю, так люблю.       Чимин улыбается в ответ и, крепко обнимая Юнги за шею, пытается двигать бёдрами на встречу. Старший принимает это за зелёный свет и чуть набирает темп. Толчки становятся всё быстрее и резче и Чимин уже уверен наверняка, что после таких криков, говорить утром он сможет с трудом. Да, ему всё ещё больно, очень больно, но он готов эту боль терпеть. Лишь бы с Юнги ближе быть, лишь бы донести до него, что он тоже его безумно любит, что ради него только и старается. Что на утро о этой близости жалеть не будет, Чимин уверен на все сто процентов. — Прости меня, — который раз за эту ночь шепчет Юнги, когда, выйдя из парня, кончает ему на живот и падает рядом. — Если ты ещё раз попросишь у меня прощение, то я уйду, — сипло произносит Чимин. — Не сможешь, — улыбается Мин и гладит парня по волосам. — В следующий раз хорошо будет не только мне, обещаю. — Мне было хорошо! — восклицает Чимин и ойкает от резкой боли, когда пытается приподняться. — Но я был бы не против если бы ты сделал мне сейчас горячую ванну и отнёс туда на руках. — Я говорил уже как сильно люблю тебя? — бормочет куда-то в ключицу Юнги. — Очень много раз за эту ночь, достал уже, — смеётся Чимин. — Я тоже тебя люблю, — тихо добавляет и уже точно знает, что всё-таки набьёт себе эту чёртову бабочку.