ненужные обозначения.

      Жизнь Эндрю уже очень и очень долгое время делится на до и после. До встречи с братом, после нее. До аварии, после нее. До Нейла… и после н е г о. Как бы часто он себе, да и всем вокруг, не повторял о том, что ненавидит его, самая отдаленная часть его сознания, та, которую он так долго и так глубоко прячет, не может не гореть ярким «привязан». И это Миньярд ненавидит еще больше.

Все началось защитой, ей и должно было закончиться.

Но где-то там, также глубоко, Нейл способен поселить в нем надежду на то, что все может быть. И это их «ничего» способно перерасти во «что-то». Нейл не знает, о чем думает Эндрю, когда ведет машину, когда сидит на крыше и курит очередную сигарету, когда смотрит на него. Пусть и делает вид, что не смотрит. Нейл знает. Он привык замечать все, способен различить эти едва уловимые вскользь взгляды в его сторону, потому что сам смотрит в такие моменты. Не может иначе. Эндрю ворвался в его жизнь, сбил с ног такой привычный расклад, выбил почву из-под ног, а вместе с тем сам стал опорой. Щитом. Дал Нейлу то, чего у него никогда не было. И пусть все это давно перевалило за триста процентов, он знает, что Миньярд не исчезнет. Верит в это, верит в Эндрю, а вместе с тем и в самого себя.

***

— Ты пялишься, — констатирует Миньярд привычно безразличным тоном, даже не посмотрев в сторону Нейла. — Почему? — Почему что? — Почему ты здесь? — Джостен не первый раз спрашивает, уже едва ли не наизусть знает конец этого диалога, но не теряет попыток. — Триста десять процентов, — Эндрю выкидывает окурок за край крыши и лишь на пару секунд переводит взгляд на Нейла, после чего встает и направляется к выходу. Джостен знает, что Эндрю его понял. — Это не ответ, — Нейл встает и идет следом. — Мне не понравился вопрос, — не оборачиваясь, кидает в ответ Миньярд, скрываясь на лестнице. Эта игра повторяется так часто, что оба давно к ней привыкли. Эндрю не нравится вопрос — Нейл не получает ответ. Эндрю задает вопрос — Эндрю не нравится ответ. «Вопрос-ответ» без результата. Нейл точно знает ответ на свой вопрос, который Миньярд так настойчиво игнорирует. Он также точно знает, что это никогда не поменяется. И именно поэтому Эндрю нравится ему еще больше. Им не нужны слова. Им достаточно «Эндрю» и «Нейл», никогда не «вместе». Они оба подпустили друг друга слишком близко, чтобы использовать ненужные никому обозначения. У них есть их поцелуи, ключи, есть «дом» и «вопрос-ответ», каждое «я ненавижу тебя» и каждое «это не так». Их жизни делятся на «до встречи» и после нее. И пусть это уже перевалило за триста процентов, пока Эндрю напоминает об этом — Нейл спокоен. Если Эндрю способен сообщить «Я ненавижу тебя» — Нейл может позволить себе такую роскошь, как счастье.       И ради «Это не так» от Нейла — Миньярд готов напоминать об этом бесконечно.