YoonMin_meow

Открывая яркую упаковку, Чимин вынимает из нее мокрую маску, раскрывая ее и прикладывая к лицу. — Теперь мне нельзя смеяться, но разговаривать я буду, так что все хорошо, — разглаживая маску по лицу, он не сдерживается и улыбается, когда видит милых котят на своих щеках, — Юнги, прекрати уже, — Чимин пропадает из кадра, шурша и ругаясь. — Просто не обращай на меня внимание, — шепчет Мин, находясь на полу у ног младшего. В кадре этого не видно, однако темная макушка проскальзывает, и Чимин быстро переводит камеру на свое лицо, смущаясь. — Вообще-то я и тебе купил маску, — ворчит он, показывая другого цвета упаковку зрителям, — так что ты просто обязан поучаствовать в этой трансляции. — Детка, я обязательно присоединюсь, только дай мне насладиться тобой, — натягивая на вторую ногу младшего белый чулок, он резко отпускает резинку, из-за чего она звонко шлепает бедро Чимина. — Не говори так! — краснеет младший, разглаживая маску и поправляя ободок на голове. Он какое-то время ерзает на месте, а затем успокаивается, читая комментарии. — «Где Юнги?», «что это за маска», «миленький», «такой домашний», «мне кажется они занимаются непристойностями, кто тоже так думает отправляйте +», что? — удивляется Чимин, когда практически каждый отправляет плюсик, — нет же! Он, точнее мы, ничего такого не делаем. Просто Юнги немного занят своими делами, так что вот, — нервно хихикая, оправдывается Пак. — Врать ты никогда не умел, у тебя все на лице написано, — ухмыляется Мин, целуя ноги в приятных на ощупь капронах. — Юнги! — пищит Чимин, несильно шлепая старшего по макушке. Тот смеется и кусает Пака за ляжку, после усаживаясь рядом с ним. Младший недовольно смотрит на него, но после вся злоба уходит, стоит Юнги чмокнуть его в надутые губки несколько раз. Тем не менее Чимин продолжает делать вид, что он все еще обижен. Старший прекрасно это видит, поэтому притягивает младшего к себе, целуя его шею и голые участки, что открываются благодаря мешковатой футболке. Долго Пак не продерживается, начиная громко смеяться, из-за чего маска отлипается в некоторых местах. — Это был запрещенный прием, — улыбается младший, обнимая Мина одной рукой за шею. — Ничего не знаю, — сжимая чужие бедра, ухмыляется Юнги, — давай, что ты там хотел мне сделать? — Ах, точно, — вспоминает Чимин, принимаясь открывать новую упаковку. Но прежде чем приложить ее к лицу, Пак вторым ободком убирает мешающиеся волосы старшего, из-за чего они смешно торчат в разные стороны. Улыбнувшись, Чимин прикладывает маску к чужому лицу, после массирующими движениями разглаживая. В процессе Юнги крадет несколько поцелуев с манящих губ, вызывая милое хихиканье младшего. — Кстати, — лукаво улыбается Чимин, резко хватая руку Мина и поднимая на уровень камеры, — я наконец-то накрасил ногти Юнги, но он был согласен только на черный. А я так хотел, чтобы у нас был одинаковый цвет, — бурчит он, демонстрируя свои нежно-розовые ногти. — Зато в какую цену, — ухмыляется, скользя свободной рукой по ноге младшего, вызывая приятные мурашки. Смущаясь, Чимин ничего не отвечает и убирает почти высохшую маску со своего лица, а затем пугается, когда Юнги с легкостью закидывает его ноги на свои бедра, пропадая из кадра. Осторожные поглаживания Мина приносят приятные ощущения, и Чимин переключается на свой телефон, открыто кайфуя. — «Где Тэхен?», его некоторое время не будет, так как они с Рейном решили навестить его родителей. И теперь некому учить меня немецкому, а из Юнги учитель никакой, — смеется, вспоминая, как Мин пытался хоть чему-то его научить. Не обращая внимание на замечание Чимина, старший убирает с лица маску на лежащую на столе упаковку и вытирается салфеткой. Младший хнычет, ожидая хоть какую-то реакцию, а затем закидывает одну ногу на плечо Юнги. Старший хватается за тонкую лодыжку и поднимает ногу выше на вытянутую руку, после чего резко опускает, за бедра притягивая к себе, из-за чего младший валится на спину, уронив телефон на грудь. Пока Чимин не опомнился, Мин забирает телефон, снимая их сверху. Лицо младшего искажается в ужасе от понимания того, что все зрители только что узрели его в чулках. — Ребята, надеюсь, вы насладились этими секундами, потому что теперь я пошел ловить полный кайф от этого восхитительного парня, — громко говорит Юнги и выключает трансляцию, откидывая телефон за спину. Чимин жутко краснеет, пытаясь заехать ногами по наглой физиономии, но руки на его лодыжках не позволяют сделать хоть какой-то размах. Попыхтев, он все-таки успокаивается, и Мин отпускает из захвата ноги, позволяя им устроиться на своих плечах и притянуть для поцелуя. Настроение Чимина быстро меняется, поэтому теперь он счастливо улыбается, убрав ободок с чужой головы и взъерошив густые волосы. Напоследок целуя розовые губки, Юнги опускает ноги младшего со своих плеч, желая насладиться ими. С особым трепетом покрывая оголенные участки бедер, Мин добирается до кромки чулка, оставляя над ним засос. При этом его руки не перестают лапать мягкие ляжки, по-хозяйски их сжимая. Рвано выдыхая и прикрывая глаза от приятных ласк, Чимин иногда забывается и зажимает бедрами голову между своих ног. В отместку старший кусается, щеками трясь об капрон. Все ласки прекращаются, стоит младшему услышать мелодию звонка своего телефона и легко оттолкнуть Юнги, чтобы взять трубку. — Да, Тэхен? Нет, не помешал, — улыбается он, наблюдая, как старший показательно закатывает глаза, — конечно, — чтобы не видеть недовольное лицо Мина, Чимин перекидывает ногу через его голову и переворачивается на живот, упираясь локтями в диван. Видимо старшему это не нравится, поэтому он снова устраивается между чужих ног, удобно ложась на сочную задницу при этом помещая руки поверх бедер. Покачивая задом, младший призывает Юнги встать, но тот только сильнее прижимается и мычит. Продолжая болтать, Чимин бросает через плечо взгляд на своего парня, понимая, что тот собирается спать на нем. Тихо хихикнув, он возвращается к разговору, который затягивается аж до часа трепотни. Поэтому, попрощавшись, он с облегченным вздохом падает головой на мягкий диван, крупно вздрагивая, когда Мин подает голос. — Чимин, детка, давай сходим сегодня в один ресторан, — хрипит Юнги, шевелясь, — на самом деле столик на двоих я уже заказал, так что отказы не принимаются, — усмехается он, кусая одну ягодицу через тонкие шорты. — Ай, — наигранно возмущается младший, — я бы все равно не отказался, хоть развеюсь немного, — улыбается Чимин, поворачиваясь к Юнги. — Отлично. Столик заказан на восемь вечера, — информирует старший, целуя чужую поясницу. — Это же через два часа, я должен принять ванну, — бухтит Чимин, выпутываясь из объятий и направляясь в ванную комнату. Недовольно мыча, старший тоже встает и медленно плетется в кухню, чтобы сделать себе кофе.

* * *

Скрещивая руки на груди, Чимин рассматривает распахнутый шкаф, не зная, что выбрать. — В какой ресторан мы идем? — спрашивает он, стуча пальцем по руке. — Skykitchen. Он далековат от нас, так что поедем на такси, — улыбается Юнги, видя замешательство в глазах младшего. — Разве это не один из самых лучших ресторанов высшей кухни? — удивляется Чимин, кусая губы от предвкушения. — Да, — подтверждает Мин, застегивая пуговицы на черной рубашке. Удовлетворенно хмыкая, младший, кажется, определяется с выбором, вытаскивая из шкафа темный костюм с едва заметными узорами, что отражаются на ярком свету. С укладкой и макияжем он закончил чуть ранее, не переусердствуя с косметикой. Снимая махровый халат и надевая черную шелковую рубашку с не слишком глубоким вырезом, демонстрирующие только красивую шею и выпирающие ключицы, Чимин быстренько справляется с пуговками. Вместо брюк от костюма, он натягивает на ноги черные облегающие джинсы, что подчеркивают его пышные формы и плавные изгибы. Рубашку младший заправляет в джинсы, застегивая тонкий ремень. Накидывая на плечи выбранный пиджак, Чимин заканчивает образ тонким чокером и несколькими серебряными кольцами и сережками. — Детка, ты выглядишь чертовски сексуально, — улыбается Юнги, подходя к младшему сзади. Разворачиваясь на пятках, Чимин задерживает дыхание, потому что Мин ничем не хуже. На нем такая же черная шелковая рубашка, только без всяких вырезов, но последние две пуговицы не застегнуты. Поверх рубашки накинут серебряный длинный кулон с маленьким камнем внутри необычного цветка. В отличие от Чимина, Юнги надел весь черный комплект костюма без каких-либо узоров. Перед рубашки также был заправлен в брюки, открывая вид на широкий кожаный ремень с серебряной пряжкой. На его запястье красуются дорогие часы, что скрывает рукав пиджака. — Ты тоже, — мурлычет младший, поправляя воротник рубашки и мягко целуя любимые губы, пачкая их своим бальзамом. Юнги аккуратно обнимает его за талию, крадя еще нескольких легких поцелуев прежде, чем они собираются уходить. На улице они ждут несколько минут, а затем садятся в дорогую иномарку, не похожую на такси, но чужая ладонь, крепко сжимающая его, не дает волнению подняться. Когда они заходят в ресторан, Чимин невольно оглядывается. Хостес приветствует их вежливой улыбкой и спрашивает что-то на немецком. Юнги коротко отвечает, а затем девушка провожает их до столика около окна, проронив несколько слов, перед тем как уйти. Мин помогает усесться младшему в небольшое, но мягкое кресло, а затем сам садится напротив. Чимину нравится то, что тут не перебарщивают со светлыми тонами, отдавая предпочтение более темным. За окном открывается красивый вид на Берлин, отчего у младшего перехватывает дыхание. Небо все еще отдает розовым, но гораздо темнее, чем до этого, но это даже более романтично, думает Пак, переводя взгляд на деревянный отполированный стол. Где-то вдалеке играет спокойная музыка, придавая уютную атмосферу ресторану так же, как и приглушенный свет и множество свечек, две из которых находятся на их столе. Народу в помещении немного, но взгляд Юнги прикован только к одному человеку, что с интересом разглядывает интерьер ресторана. Чимин словно создан для этого места, такой красивый и элегантный, он бы смотрел на него вечность. Однако время не резиновое, поэтому прокашлявшись, Мин пододвигает меню для своего парня, отвлекая его от созерцания помещения. — Выбирай, что хочешь, — улыбается Юнги, когда видит, как смущенно младший открывает меню, всматриваясь. — Юнги, — тихо зовет, — тут все на немецком, — вздыхает Чимин, просматривая блюда. — Думаю, что по фото можно разобраться. Если что-то заинтересует, то я могу рассказать немного о еде, — подбадривает старший, заканчивая со своим выбором и откладывая меню. Чимин еще некоторое время просматривает блюда, а затем кивает сам себе. — Выбрал? — спрашивает Юнги, на что младший тыкает пухлым пальцем по фото. Подзывая к себе официанта, Мин быстро делает заказ, снова болтая на немецком. — Как тебе тут? — когда официант уходит, интересуется старший. — Мне нравится, даже очень. Я бы сходил сюда еще раз получить эстетическое удовольствие, но сначала мне нужно попробовать еду прежде, чем делать заключительные выводы. А так я очень даже доволен, — улыбается Чимин, облизывая нижнюю губу. Юнги протягивает свою руку к чужой, переплетая их пальцы. Однако идиллию прерывает подошедший к столику мужчина, по всей видимости, сомелье, думает Мин, когда тот предлагает несколько видов вина, что отлично подойдут к их блюдам. Старший раздумывает и выбирает одно из дорогих, благодаря мужчину, что, расправив плечи, медленно удалился. Сегодня можно побаловать себя и младшего. Через некоторое время им подают их блюда: ароматное филе свинины, жареное с лимоном и шалфеем для Чимина и каре ягненка с картофелем и кабачком для Юнги. В тот же момент возвращается сомелье с бутылкой вина и передает алкоголь официанту, позволяя ему заполнить их пустые бокалы красной жидкостью не доливая до середины, после чего, пожелав хорошего вечера, оставляют пару наедине. — Чувствую себя богатой сволочью, — усмехается Мин, первым делом прикладываясь к бокалу, пробуя на вкус. Горло слегка обжигает, но после чувствуется приятное послевкусие, что остается во рту, — неплохо, мне нравится, — оценивает он. Чимин следует его примеру и, не сводя пристального взгляда со старшего, делает небольшой глоток. Он не любитель алкоголя, потому что быстро пьянеет, но это вино этого стоит. — Если я начну что-то вытворять, то сразу увози меня, — смеется Чимин, ставя бокал на стол. В голову непроизвольно лезут воспоминания, где он, напившись, танцевал стриптиз на стойке бара, чтобы привлечь внимание старшего, что и так было на нем. Тогда они только-только начали встречаться, и когда на следующий день Юнги рассказал ему о случившемся, то он готов был провалиться сквозь землю, лишь бы не видеть улыбающегося парня перед собой. Однако вместо подколов и смешков, младший получил восхищенное «ты был прекрасен, что я просто не мог отвести взгляд, пока ты мертвым грузом не упал на меня. Кажется, тогда я еще сильнее влюбился», что в какой-то степени облегчило пострадавшую гордость Чимина. — Надеюсь, это будет стриптиз, — ухмыляется Юнги, вводя младшего в краску. — Надейся, — бурчит он, принимаясь за еду. Мин негромко смеется, также приступая к трапезе. Еда оказывается очень вкусной и сочной, что парни поочередно охают, запивая все вином, иногда чокаясь и говоря небольшие тосты. Время незаметно бежит теплыми разговорами и шутками, из-за чего Чимин иногда очень громко смеется, забывая, где он вообще находится. Старший только и может наслаждаться мелодичным голосом и красными щеками из-за выпитого алкоголя, хотя младший еще не выглядит пьяным. Очаровательный, думает Юнги, не смея отвести взгляда от задорных, искрящихся глаз. — Я ненадолго отойду, — прокашлявшись, предупреждает Мин и встает со своего места, направляясь в сторону уборной. Чимин коротко кивает и провожает парня взглядом, после отворачиваясь и допивая вино из своего бокала в один глоток. Он вздыхает, наслаждаясь видом из окна, а затем крупно вздрагивает, когда кто-то осторожно хлопает его несколько раз по плечу. Перед ним оказывается официант с большим букетом темно-алых роз, молча протягивая их ему. Чимин сидит в недоумении, но все же неловко принимает их, на английском благодаря, после чего мужчина уходит. Слегка принюхиваясь к цветам, он обводит взглядом ресторан, замечая Юнги, что приближается к нему, поэтому встает со стула, желая объясниться, чтобы не возникло никаких недопониманий. Однако во взгляде Мина нет недовольства или каких-то невысказанных вопросов, а лишь легкая улыбка, что сбивает младшего с толку. Неужели это он постарался? Младший даже хочет спросить его, но Юнги неожиданно встает перед ним на одно колено и достает из кармана бархатную темно-синюю коробочку, открывая ее и предоставляя на обзор серебряное кольцо. — Детка, мы с тобой уже почти три года вместе. Я думал об этом еще задолго как мы переехали в Берлин и именно тут решил сыграть нашу свадьбу. Потому что именно с тобой я хочу просыпаться по утрам, хочу вместе смотреть фильмы, хочу дразнить тебя и слушать твой звонкий смех, хочу гулять с тобой за руку, да я даже хочу слушать твои крики, истерики и нытье. Хочу целовать тебя и крепко обнимать, хочу оберегать тебя и баловать. Я так много хочу с тобой, ты даже не представляешь, — улыбается Мин, — в конце концов, как бы банально это не звучало, хочу вместе и навсегда. Чимин, ты выйдешь за меня? — задает главный вопрос он, внимательно следя за чужой реакцией. Младший еле сдерживает слезы, до крови кусая губу. Ноги вмиг ослабели, из-за чего даже не чувствуются, однако он каким-то образом все еще стоит на подкашивающихся ногах, сжимая в руках букет. Как только из пухлых губ произносится заветное «да», застилавшие глаза слезы потоком вырываются, красиво катясь по щекам, а сердце не перестает быстро стучать с тех пор, как Мин встал перед ним на одно колено. — Господи, Юнги! Я согласен, другого ответа и быть не могло, — все-таки срывается Чимин, прижимаясь к вставшему Мину всем телом. Слезы счастья не останавливаются, поэтому пиджак старшего хорошенько промокает. Приглушенно Чимин слышит непонятные хлопки и приподнимает голову, понимая, что посетители хлопают им, некоторые даже свистят и что-то говорят, но что именно он не может разобрать. Отстраняясь друг от друга, младший позволяет надеть на свой безымянный палец кольцо, а после горячо поцеловать. — Ну что, ты готов носить мою фамилию? — улыбается Юнги, приобнимая парня за талию. Тот часто кивает, смущенно поджимая губки, — тогда, будущий Мин, пошли отсюда, потому что мне не терпится затискать тебя в кровати, — младший снова кивает и, оплатив счет, они на том же такси доезжают до дома.

* * *

— Юнги, убери свои руки с моего зада, — бурчит Чимин, как только они ложатся спать. Хотя сам до седьмого неба счастлив все еще разглядывая и крутя на пальце кольцо. Мин целует его в затылок, но руки с упругих ягодиц не убирает. — Я обещал, что затискаю тебя, — напоминает он, продолжая оставлять легкие поцелуи на шее и плечах. — Ты имел в виду мой зад?! — возмущается младший, пытаясь спихнуть чужие настойчивые руки. Юнги смеется и позволяет Чимину повернуться к нему лицом. У него надуты губки и все еще красные щечки, что старший невольно крадет поцелуй с пухлых губ, после чего на чужом лице расцветает яркая улыбка. — Ну иди ко мне, — ухмыляется Юнги, крепко обнимая Чимина, когда он устраивается на его плече, обвивая всеми конечностями, — моя сладкая плюшечка, — шепчет в любимую макушку, получая слабый укус в плечо. Завтра посыплются множество поздравлений в Instagram, потому что нетерпеливый Чимин выложит фотку своей маленькой ладошки с одним единственным кольцом на безымянном пальце, поделившись счастливой новостью со своими подписчиками.