"Подарок" для Люси

Шафран — цветущая столица королевства Фиор. Тут и проводится ежегодный праздник магов — Великие Магические Игры. Город заполнили волшебники и зрители со всего Фиора. В его центре находится Королевский дворец, именуемый Меркурием. На западной стороне расположен стадион для проведения праздника. И вот мы добрались до самого города… — Мы приехали-и, — устало провыла Люси, падая на землю. — Что-то мне еще плохо, — болезненным голосом отозвался Нацу. Команда их гильдии, состоящая из Эльзы, Нацу, Люси, Грея и Венди, а также увязавшиеся за ними иксиды стояла на коленях и переводила дух после столь утомительной поездки. — Жалкое зрелище, — фыркнула Эльза, единственная стоящая на ногах. — Дьяволица-а-а, — проныла едва слышно команда. Эльза фыркнула и посмотрела на карту, находящуюся у нее в руках. Судя по всему, чтобы добраться до гостиницы им надо было пересечь главную площадь и повернуть направо, идя до упора. На самой же площади обосновалась целая куча-мала из продавцов, покупателей, случайных прохожих, путешествующих артистов и магов, прибывших для участия в Великих Магических Играх и решивших побродить по городу. Гильдия Хвостатых тоже не стала исключением: команда, представляющая их гильдию, стояла около входа на площадь и рассуждала что же им делать. — Кстати говоря, — задумчиво выдал Нацу, — никогда не был в таком огромном городе! — Ага! — подтвердил Хэппи. — Я тоже, — отреагировала Люси. — И мы, — присоединились к ним Шарли с Венди. — К слову, он побольше столицы Эдоласа. — Наконец-то, вы добрались, — раздался неожиданно голос Мастера, — бумажки на ваше участие уже оформлены. Буга-га-га-га-га-га, — рассмеялся Макаров, тряся головой. Сидящая на его плечах дочь Альзака и Биски ухватилась за его волосы, чтобы не упасть. — Покажите, чего стоит Хвост Феи! На площади раздались шепотки. — Слышал, что он сказал? — спросил какой-то прохожий у своего друга. — Ага, ага, на что вообще надеется этот Хвост Феи? Им же ежегодно достается титул «отстойнейшей гильдии Фиора» — заржал он. Нацу, услышавший эти возгласы, уже готов был идти в драку, однако был перехвачен бдительной Эльзой. — Остынь, — спокойно сказала она. — По-любому и в этом году займут последнее место, — продолжали шептаться на площади. — Точно, Саблезубов им никогда не обогнать! — рассмеялся еще один прохожий. Мастер, словно не слыша этих слов, продолжил. — Хвост Феи — всегда был сильнейшей гильдией. Покажите нынешним гильдиям их место! Приложите все силы, чтобы нас признали первыми! — воскликнул Мастер, — и заодно выиграйте тридцать миллио... кхм-кхм. Короче, вы не должны упасть в грязь лицом! На том и порешили. Люси, Нацу и Хэппи решившие погулять, попрощались с ребятами и двинулись в сторону ларьков торговцев. — В правилах сказано, что участники должны разойтись по своим гостиницам до полуночи сегодняшнего дня! — крикнула им вслед Эльза. — Наша гостиница — «Медовая кость»! — Ага, до полуночи, — крикнул ей в ответ Нацу, и они исчезли в шумном потоке толпы. Ребята разошлись в разные стороны. Грей с намерением пообедать столкнулся с Дождией и Леоном. Венди и Шарли пошли на экскурсию по городу, Эльза же отправилась в гостиницу, не имея никакого желания без дела болтаться по городу. В тоже время Люси с Нацу и Хэппи веселились и смеялись. Купив у какого-то торговца забавные веночки из цветов, она нахлобучила один венок Хэппи на голову, два венка Нацу, на шею и на макушку, и сама тоже накинула миленький веночек на голову. Аромат цветов по началу был столь сильным, что драгонслеер даже пару раз громогласно чихал, однако снимать венок не спешил, находя его забавным и довольно милым. — Люська, смотри! — кричал Нацу, хватая заклинательницу за руку и таща куда-то. — Еда! — Нацу-у, — выла Люси, — ну, давай зайдем в книжный! — упрашивала блондинка после кафе. — Айя! Айя! — верещал Хэппи, увидев рыбный прилавок. Так, со смехом, весельем и шутками, ребята гуляли до заката. Однако, засмотревшись на какую-то безделушку, девушка упустила из виду Нацу и Хэппи. Оглядевшись по сторонам, Люси поняла что она потерялась в огромном потоке толпы. По сравнению с днем, здесь было еще больше людей — в такой толкучке, было, наверное, невозможно кого-то найти. Люси в надежде, что вдруг ей повезет, и она найдет Нацу, начала протискиваться сквозь толпу. ***Шафран. На площади. Закат*** Стинг и Роуг с недовольством продирались сквозь толпу. Их иксиды, Лектор и Фрош, любившие разнообразные ларьки с безделушками, затащили двух драгонслееров на площадь. Знаменитый дуэт драконов не спеша и не теряя из поля зрения иксидов, шел вдоль торговцев, неторопливо разговаривая о предстоящих Великих Играх. Настроение у них было чуть ниже отметки «нормально», постепенно скатываясь к «раздражает все вокруг». Когда в очередной раз Стинг, лавируя между потоком людей, потерял из виду Роуга и иксидов, его настроение окончательно упало. Искать своего друга по запаху в такой толпе не представлялось чем-то возможным. Особенно, если учесть, какое огромное количество цветов находилось на площади, а уж как они сильно сбивали запах любого человека, драгонслеер знал не понаслышке. От такого количества запахов и звуков у блондина разболелась голова. Он встал посреди площади и потер виски. Надо было выбираться из этого хаоса, и, подумав, что Роуг с иксидами, скорее всего, тоже скоро пойдут в сторону гостиницы, блондин уже собирался уходить. Однако до его носа донесся невероятно родной, но такой давно забытый аромат ванили в перемешку с тошнотворно слащавым запахом цветов. И если запах цветов вызвал у Стинга безудержное желание чихать, то запах ванили тормошил давно забытые воспоминания. Так пах всего один человек — Люси. Он не мог перепутать это нежный аромат ни с каким другим. Его благоухание всегда окутывало Стинга, когда заклинательница обнимала его; именно этим ароматом пахла кровать девушки, на которой Стинг вместе с Роугом спали каждую ночь. Отгоняя от себя наваждение, парень потряс головой, но запах никак не желал исчезать, наоборот, казалось, любые другие запахи исчезли из этого мира и остался только один. Только один запах чертовой ванили, который Стинг ненавидел также сильно, как и любил. Источник запаха приближался и парень хотел бежать. Бежать от этого отвратительно любимого запаха, бежать со всех ног и не оборачиваться, бежать на край света… "Бежать! Бежать! Бежать!.." — билась в голове у парня одна единственная мысль. Однако ноги словно кто-то приклеил к месту, на котором стоит блондин. Он не мог пошевелиться, не мог убежать, не мог восстановить внезапно сбившееся дыхание, да что уж там говорить, он не мог даже заставить свое сердце перестать так бешено стучать. А запах все приближался, и, наконец, когда он стал настолько близок и невыносим, в Стинга врезался и сам источник этого запаха. Блондин с опаской посмотрел вниз. Первым, что он увидел, стали невероятно знакомые глаза цвета молочного шоколада, широко распахнутые и обрамленные длинными черными ресницами. Открытый в удивлении ротик с пухлыми нежно-розовыми губками. Девушка едва слышно пролепетала извинение и хотела было уйти, однако Стинг схватил ее за запястья и, не давая девушке отстранится, прижал ее к своему крепкому телу, удивляясь тонкости ее нежных рук. Парень с неверием смотрел на девушку. Это точно была Люси. Словно заколдованный, он пристально смотрел на нее: все те же золотистые волосы, все та же чистая, словно сияющая изнутри бледная кожа. "Она абсолютно не изменилась за прошедшие семь лет!" — внезапно понял Стинг. Девушка что-то говорила, пыталась вырваться из сильного захвата белого дракона, однако куда ей было тягаться с драгонслеером, который по силе ничем не уступал Нацу. Слова блондинки не доходили до парня, он слышал лишь ее голос. Такой же нежный и звонкий, как колокольчик. — Люси… — прошептал Стинг. Девушка перестала трепыхаться в его захвате и с удивлением посмотрела на блондина. — Кто Вы? — как напуганный зверек насторожилась блондинка. В этот момент что-то в сердце Стинга покрылось трещинками и сломалось. Она его не узнала. Сейчас он ей никто. Хотя того и стоило ожидать, как-никак за прошедшие года Стинг Эвклиф изменился. Он банально вырос, а еще прокачался в плане магии и накачался в плане тела, к тому же обзавелся шармом, сводящим с ума толпы поклонниц. Даже его голос изменился, немного хриплый баритон, в совокупности с улыбкой обольстителя сделал из него настоящего мужчину. Именно мужчину, а не того мальчика, которого знала его Люси. Однако даже от этого не становилось легче. Парень спрятал далеко вглубь сердца рвущиеся слезы. Кажется, в последний раз он плакал шесть лет назад уходя из гильдии и из Люсиной уютной квартирки. Нет, теперь он Саблезуб. Он не имеет права плакать. Люси осталась в прошлом, вместе с маленьким мальчиком Стингом. Теперь он другой человек! Он уже давно решил это вместе с Роугом. Даже если их Люси вернется — они теперь чужие друг другу люди. Нет смысла цепляться за прошлое и причинять боль заклинательнице, Роугу, Лектору, Фрошу, и самому Стингу. — Стинг! — окликнул его знакомый голос друга. "Роуг", — пронеслось в голове у блондина. Темноволосый подошел к Стингу. Поначалу заметив какую-то блондинку, прижатую к своему другу, он подумал, что это очередная поклонница белого драгонслеера. Однако спустя секунду ему в нос ударил знакомый аромат ванили. "Не может быть" — пронеслось в мыслях у Роуга. Золотые волосы, спадающие по плечам девушки, изящная талия и тоненькие запястья, находящиеся в плену сильных рук Стинга. А еще ее глаза, с удивлением смотрящие в его собственные, красные. — Стинг? — пролепетала девушка, с удивлением посмотрев сначала на блондина, а после вновь перевела взгляд на брюнета, — значит… ты Роуг? Повисло молчание. — Отпусти ее, — рыкнул Роуг, вырывая Люси из стального захвата друга. Девушка удивленно оглядывала Стинга и Роуга. Теперь она видела в них кое-какие привычные вещи от ее прежних мальчишек. Например, все те же непослушные блондинистые волосы Стинга и все те же спокойные кроваво-красные глаза Роуга. Теперь девушка была спиной прижата к сильному телу брюнета. Сквозь тоненькую серую рубашку, она ощущала рельефность его тела. Девушка вспыхнула и постаралась убрать все грязные мыслишки, пришедшие ей в голову. — Л-люси! — воскликнули иксиды, заметив блондинку. Они прыгнули к ней в объятия и повисли на шее, обливаясь слезами. — Мы так скучали, — выдал растроганный Лектор, пытаясь спрятать непрошеные слезки. — И я того же мнения! — плакал в голос Фрош. — Прекратите, — взревел Стинг, хватая иксидов за шкирку и оттаскивая от Люси. Меньше всего блондину сейчас хотелось вновь привязываться к заклинательнице. Они должны уйти из ее жизни, они должны забыть ее, выкинуть из головы. Ради самих себя, и ради Люси. Сейчас они не друзья. Нет. Сейчас они бывшие некогда близкими, несчастные драгослееры с душевными ранами и заклинательница, проспавшая семь лет. Они не должны утянуть ее с собой, на дно. Туда, где нет места любви и светлым чувствам. Роуг семь лет запечатывал в душе свое темное Я. Свою темную сторону личности, свою собственную тень, которая может в любой момент вселиться в него и навредить его близким людям. Люси опасно с ним находиться. Стинг семь лет прятал в себе свои боль и страх. Несмотря на светлую основу своей магии, темные чувства в любой момент могут захватить и его. Люси не должна пострадать только от того, что дорога ему. "Надо оттолкнуть ее!" — подумали одновременно драгонслееры, — "любой ценой!" — Не связывайтесь с жалкими феечками, — скривив губы в издевательской улыбке, сказал Стинг иксидам. Люси с долей удивления и затаенной боли посмотрела на него. — Н-но, это же Люси, — прошептал обреченно Лектор. — Вам не стоит касаться настолько слабых и бесполезных магов, — с напускным пренебрежением в голосе сказал Роуг. — Верно, помните, что нашей гильдии не нужны слабые маги, а особенно слабые друзья маги, — наклоняясь к лицу Люси и стараясь не обращать внимания на столь любимый аромат, специально избегая взгляда в ее глаза, прошипел Стинг. — Стинг, Роуг, почему? — всхлипывая спрашивала Люси. — Что случилось? Сердце Роуга разрывалось от боли, но иного пути не было. — О, у феечки прорезался голосок, — издевательски продолжал Стинг, — где же твои дружки? Бросили? — П-прекрати, — слабым голосом просила Люси. Стинг отчетливо слышал как бешено колотится ее сердечко, как она едва слышно всхлипывает, неверяще глядя то на него, то на Роуга. Желание обнять эту хрупкую блондинку было столь велико, что блондин понял — если он сейчас не уйдет, то он сам не выдержит этого цирка. — Пошли, — спокойно сказал Роуг, пряча свои глаза от печального взгляда Люси. Он не мог дольше выносить слез девушки. Взяв Фроша на руки, он поспешил скрыться с площади. Стинг подхватил всхлипывающего Лектора и пошел прочь вслед за своим другом. Люси медленно осела на коленки и горько заплакала.