"Подарок" для Люси

История с Вратами Затмения закончилась еще неделю назад, с тех пор случилось много чего. Например, Хвост Феи таки победил на Великих магических играх, и по этому поводу Хвостатые в столице закатили огромную пьянку, длившуюся три дня. Поменялся мастер Саблезубого Тигра, теперь вместо тирана Джиеммы на его место пришел веселый и заводной Стинг, который торжественно поклялся пересмотреть устаревшие скверные устои их гильдии. Он обещал заменить их на новые, где на первом месте будет не сила, а дружба. Иными словами, жизнь налаживалась, входила в привычную колею. Единственным человеком, которого не захватила всеобщая волна веселья и радости, была Люси Хартфилия. На самом деле, после всей этой истории с Вратами Затмения, с Роугом-из-будущего, с самой собой из будущего — заклинательница потеряла покой. Ночные кошмары частенько мучали девушку, и от них ничего не спасало. Однако это была не единственная проблема. Еще заметно отягощали жизнь блондинки весьма назойливые и довольно злые фанатки Стинга и Роуга. На самом деле, во время недавнего нашествия драконов Люси даже позабыла про извечных поклонниц дуэта драконов. Однако те, в свою очередь, про нее забывать не спешили. Так, Хартфилия, решившая прогуляться как раз в тот день, когда закончилась история с Затмением, столкнулась с праведным гневом недовольных фанаток. Вернее не столкнулась, а столкнулась бы, если бы не вовремя подоспевший Грей, который заморозил неожиданно взявшиеся над головой заклинательницы маленькие, но остренькие швейные иголочки. Как выяснилось, две особенно озлобленные и отчаянные фанатки караулили Хартфилию несколько часов, чтобы скинуть на неё сотню тоненьких иголочек с маленьким ядом на остриях. Убить не убило бы, однако россыпь маленьких шрамиков осталась бы на всю жизнь. Глупых фанаток решили не предавать суду, как-никак, а разъяренные Эльза, Мира и остальные довольно четко передали мысль, что за еще одну подобную выходку неудачливые мстительницы могут сильно пожалеть. Пойманные фанатки торжественно и со слезами на глазах поклялись больше такого не делать. Только вот толку?.. Пообещали так больше не делать именно эти самые две фанатки, а не все фанатки в целой столице, а потому теперь Люси практически везде сопровождали товарищи по гильдии. Особо настойчивые (Эльза), даже ходили с заклинательницей в душ. Хартфилия лишь тяжело вздыхала. Поклонницы Стинга и Роуга оказались довольно настырны, хоть и не слишком изобретательны. Люси с нетерпением ждала конца следующей недели, когда, наконец, их гильдия вернется в родную Магнолию. На самом деле, Хвостатые уже бы давно вернулись, однако был приказ короля, который требовал от всех гильдий оставаться в Шафране еще две недели после завершения Великих Магических Игр. Король хотел организовать грандиозный «пир-бал-торжественное мероприятие», к которому требовались настолько тщательные подход и подготовка, что организация заняла почти две недели. Люси, тяжело вздохнув, выглянула на улицу. До неприличия яркое солнышко освещало и пригревало Шафран. Оно буквально манило и звало заклинательницу отправиться на прогулку в город. Хартфилия только вздыхала. Выходить в город одной, без сопровождения кого-либо из гильдии, было опасно. Мастер строго-настрого запретил девушке покидать гостиницу в одиночестве, а потому Люси отправилась на поиски хоть кого-нибудь из ребят. Перехватив в коридоре голодных Нацу и Хэппи, пообещала, что сводит их в какое-нибудь кафе, если они выведут девушку в город. Согласились напарники почти мгновенно, и все трое, вполне довольные, покинули гостиницу. Вообще, жизнь с появлением злобных фанаток не стала опаснее. Да, конечно, появились трудности, однако Люси не испытывала страха перед поклонницами Стинга и Роуга. В самом деле, когда ты являешь волшебницей сильнейшей гильдии Фиора — вообще сложно чего-то боятся. Фанатки лишь немного осложняли жизнь заклинательницы, а еще невероятно раздражали ее. Хотя среди фанаток находились и такие экземпляры, которые были довольно опасны. Например, одна из них обладала магией, что стало довольно неприятным открытием для Хартфелии. Магия у девушки была довольно специфическая, но сильная — она могла управлять неодушевленными предметами, разговаривать с ними и даже натравливать на кого-либо. Так, однажды, проходя мимо лавки мясника, Люси была атакована целым роем топоров, ножей и одной отрубленной головой свиньи, которая довольно быстро отстала от девушки, не вписавшись в поворот. Но остальные предметы оказались достаточно юркими и маневренными: они преследовали Хартфилию до последнего. Хорошо, что Гажил, присматривающий за ней в тот день, умудрился схватить ножи и топоры (после этого сразу же съев половину). Еще одна фанатка обладала магией, испаряющей любые предметы (одежду в том числе), и, разумеется, девушка считала своим долгом пытаться «раздеть» Люси прямо на улице. Тут уже помогала Дева, которая не давала злоумышленнице осуществить этот коварный план. Люси только морщилась. Проблем от фанаток было немерено много. Радовало лишь то, что большая часть почитательниц дуэта ограничивалась лишь письмами с угрозами и противными выкриками на улице. Однако Хартфилия являлась истинной аристократкой, а потому с гордо поднятой головой игнорировала подобное. Хотя, для честности, стоило сказать, что с каждым днем фанатки становились все более злыми и изобретательными. И если сначала выходки поклонниц были довольно безобидны, и лишь хотели припугнуть заклинательницу, то в последнее время их подставы носили в себе почти убийственный характер. И все же, была одна личность, которая была проблемнее всех поклонниц драконов-близнецов вместе взятых. Это был специальный репортер из еженедельника «Волшебник» — Джейсон, преследующий Люси с не меньшим азартом, чем фанатки. Он очень хотел взять интервью у девушки, которая оказалась «несчастной возлюбленной сильнейшего дуэта драконов всего Фиора». А еще Люси не высыпалась, постоянные ночные кошмары мучали девушку каждую ночь, вытягивая из нее жизненные силы. А потому, последние несколько дней огромные мешки под глазами и вечная зевота стали постоянными спутниками заклинательницы. Скидывая свои кошмары на постоянный стресс Хартфилия не обращалась за помощью к Венди или Полюшке, не желая отвлекать целительниц по пустякам. Гуляя по улочкам Шафрана, Люси наслаждалась теплым солнышком, так приятно согревающим кожу. Девушка с радостным удивлением замечала, что сегодня ни одна фанатка на нее еще не напала. Нацу с Хэппи не спеша шли рядом с заклинательницей, изредка спрашивая, когда они, наконец, придут в кафе. Блондинка лишь отмахивалась от парней. — Только о еде и думаете, — фыркнула она. Нацу что-то непонятно пробурчал себе под нос и, наконец, увидев какое-то кафе на горизонте, — схватил Хартфилию за руку и потащил в его сторону. Тут, словно в замедленной съемке, из-за угла вышагнул Джейсон с блокнотом в руках, а следом за ним высунулись и фотографы, которые с жадным любопытством разглядывали переплетенные руки Люси и Нацу. Заклинательница мысленно застонала и хотела было повернуть в обратную сторону, однако Джейсон оказался быстрее. Уже через секунду он стоял рядом с Люси, Нацу и Хэппи, задавая им вопросы. — Люси, скажите, а Стинг и Роуг знают, что Вы гуляете по городу с другим парнем? Что они думают по этому поводу? Может ли быть, что в Вашей жизни не столько любовный треугольник, сколько любовный квадрат? С кем из всех троих Вас связывают более крепкие отношения? — захлебываясь вопросами и обрызгивая Люси слюной, Джейсон старательно строчил что-то в своем блокноте. — Круть! Круть! — Приплясывал он на месте от переизбытка эмоций. — О, Люська, так ты все-таки общаешься со Стингом и Роугом? — без задней мысли спросил Нацу. — «Все-таки»? — мгновенно переспросил Джейсон. — Между вами тремя произошла ссора? Стал ли Нацу Драгнил этому причиной? Какие отношения Вы скрываете? Ваш роман со Стингом и Роугом является тайной для Нацу?.. Вокруг Хвостатых и Джейсона с фотографами уже начала собираться небольшая толпа, состоящая из фанаток. Приглядевшись, Люси могла даже узнать некоторых из них. По перекошенным от злобы лицам своих преследовательниц Люси поняла — ей конец. Стоило прекращать весь этот сыр-бор, поэтому, прерывая Джейсона на середине вопроса, Хартфилия гордо выпрямилась и покрепче сжала руку Нацу. — Со Стингом и Роугом меня не связывает ничего, кроме дружбы, — довольно жестко припечатала Люси. — То, что вы видели в тот день, когда вам показалось, что мы любовники, — было лишь дружескими объятиями поддержки, и ничего более! И, вообще, у меня есть парень, — с достоинством произнесла Хартфилия, понимая что ляпнула лишнего. Заметив как насторожился Джейсон, и с каким подозрением на нее смотрят уже не такие злые фанатки, девушка, наконец, почти шепотом произнесла — Нацу. — Че?.. — удивился Драгнил, однако был заткнут «любовным» пинком Люси. Испуганный и ничего не понимающий Нацу только кивнул, с удивлением глядя на Хартфилию. — Айя! — неожиданно воскликнул Хэппи, подыгрывая «влюбленным». — Сладкая парочка! После этого все фанатки, злобно смотревшие на Люси, расплылись в радостных улыбках и разошлись по свои делам. Джейсон, не обращая теперь никакого внимания на «парочку», старательно писал заметки для новой статьи. — Дура ты, Люси, — как-то слишком серьезно и по-взрослому, словно старший брат, сказал Нацу и легонько потрепал подругу по голове. — Чего это вдруг? — нахмурилась Люси. Слышать от Нацу (!) замечания по поводу ее умственных способностей было неожиданно и странно. Драгнил не ответил и зашел в кафе. Больше напарники эту тему не поднимали. Как и ожидалось от Джейсона, уже на следующий день в новом выпуске еженедельника «Волшебник» красовалась громоздкая статья об «отношениях» Нацу и Люси. В гильдии эту новость приняли неоднозначно, например, Лиссана вместе с Дождией какое-то время долго сидели вместе за самым дальним столиком и что-то тихо обсуждали. Умные и прозорливые Леви, Грей и Мира сразу же догадались в чем дело и лишь с грустными улыбками, виновато и слегка неловко поглядывали в сторону младшей Штраус. Эльза, даже при всей своей горячности и поспешности, в этот маленький обман тоже не поверила. Она строгим голосом попросила Люси долго не продолжать этот фарс, и по возвращению в Магнолию, где ярых фанаток Стинга и Роуга на порядок меньше, — заставить Джейсона написать статью о том, что Хартфилию и Драгнила кроме дружбы не связывает ничего. Радовало заклинательницу то, что в гильдии никто не стал ругать ее и даже немного обеспокоенный чем-то неизвестным Нацу все с такой же братской любовью относился к подруге. Количество писем с угрозами уменьшилось в несколько раз, однако все равно находились злые и недовольные фанатки, которые не поверили ни единому слову Хартфилии. Однако теперь не было опасности ходить одной по городу, никто не пытался убить девушку. Теперь Люси со спокойной душой зажила относительно нормальной жизнью. Хоть чувство вины перед Нацу и тревожило заклинательницу, она все же старалась не обращать на него внимание. Единственное, что по настоящему беспокоило Хартфилию, — непонятные угрызения совести, которые почти мгновенно протыкали сердце девушки тысячей маленьких иголочек, стоило только Люси подумать о Стинге и Роуге. Вспоминались слова Роуга-из-будущего, который просил не бежать от своих чувств и не избегать влюбленных в нее парней. Заклинательница почти насильно выпихивала назойливое чувство стыда из своего сердца. ***Ночь перед Маскарадом. Спальня Люси*** Роуг с тоской вдыхал свежий ночной воздух, так отчаянно напоминающий про тот самый случай семилетней давности, когда Люси нашла маленьких Стинга и Роуга, так сильно нуждающихся в чьей-то помощи. Тогда, в груди и сердце маленького темного убийцы драконов была зияющая пустота и отчуждённость, неверие в светлое будущее, полное бессилие и ворох вопросов, на которые не было ответа. Сейчас же, даже по прошествии такого количества времени, ничего не изменилось. Роуг все так же оставался беспомощным и бессильным, только теперь уже не в плане силы, как таковой. Нет. Магический уровень его сил был довольно высок, возможно, даже выше чем у Нацу или того же Стинга. Бессилие заключалось в любовном плане. Роуг, стоя в тени в тускло освещенной звездами комнате, всматривался в столь знакомое и любимое лицо Люси. Сама заклинательница мирно спала, укутавшись поплотнее в теплое одеяло и мило морща носик во сне, она изредка недовольно вздыхала и хмурилась. Боясь быть замеченным, Чени уже несколько минут просто стоял в тени, не рискуя приблизится к самой девушке. Это был один из последних моментов, когда Роуг мог видеть заклинательницу. Он знал, что после завтрашнего вечернего бала, на следующие утро у Хвостатых запланирован отъезд в Магнолию, после которого общение Роуга и Люси закончится. У Люси теперь есть Нацу, ее парень. Она сама так сказала, хотя вернее сказать, громко заявила на глазах у десятков людей и перед Джейсоном, который, разумеется, написал статью о «великой любви» двух магов Хвоста Феи. Наверняка таким шагом она хотела показать, что Роуг и Стинг ей уже никто. «Мы всего лишь друзья!» — гласил один из заголовков статьи, где Люси на фотографии, сияя своей фирменной улыбкой, с весельем смотрит прямо на читателя. «Всего лишь друзья», — повторял про себя Роуг, — «не больше». Самовнушение не работало, и Роуг снова и снова, сгорая от ненависти и жалости к себе, шел гулять по ночным улочкам Шафрана. Изредка заходя в пивнушки и утапливая свою грусть в вине, и иногда в компании симпатичных фанаток, которые выпрыгивая из юбок от радости и восторга, старались затащить хмельного Чени в койку. К огромному сожалению фанаток, это не удалось сделать никому. — Дурак я, — фыркнул Роуг, наконец, поборов свое волнение и приближаясь к сопящей Хартфилии. Он нежно положил свою слегка подрагивающую ладонь девушке на волосы и с трепетом провел по светлым локонам, а затем, наклонившись к ним, слегка поцеловал одну из золотистых прядок, что сжал в своей ладони. Люси хмурилась, и тяжело дышала во сне. Чени почти осязал тёмную энергетику, что будто клубами вилась около девушки. «Наверно, ей снится кошмар», — подумал темный убийца драконов, положив свою вторую ладонь девушки на лоб. К своему удивлению, парень ощутил довольно сильную чужую магию, которая потихоньку, через страх, высасывала из заклинательницы жизненные силы. Роуг нахмурился: несложно было догадаться, что это одна из выходок фанаток, которые до сих пор продолжали отравлять жизнь Люси. Темный убийца драконов недовольно поморщился. То, что поклонницы Стинга и Роуга старались сделать жизнь Люси невыносимой, — знали все. Хотя самим убийцам драконов об этом рассказала Юкино, которая безмерно сопереживала своей подруге и вместе с Хвостатыми периодически присматривала за заклинательницей. Иногда Стинг и Роуг, не сговариваясь, приглядывали за Хартфилией, тайно наблюдая за ней и даже пару раз спасая заклинательницу от очередных пакостей. С помощью своей магии Роуг постарался ликвидировать заклятье, которое оказалось наложено непрофессионалом, что, впрочем, позволило парню снять его. Чени возликовал. Будь эти чары наложены специалистом, он бы точно не смог его снять. Частично переняв на себя отпечаток темной магии, Роуг слегка пошатнулся. Темные заклятия действовали как яд, проникая под кожу и скользя по венам вместе с кровью, отравляли проклятого человека. Имея иммунитет убийцы драконов Чени не переживал за последствия, так как знал, что любая зараза в его организме не держится дольше нескольких дней. Чувствуя слабость во всем теле, Роуг тихонько простонал и опустился на колени рядом с кроватью Люси. Складка, залегшая между бровей заклинательницы, наконец, разгладилась, а губы даже слегка расползлись в полуулыбке. Теперь девушка напоминала ангела, сошедшего с небес, и пропасть между Роугом и Люси стала еще шире. Парень никогда не напоминал ангела, скорее дьявола, а потому находиться рядом с Люси не имел права. В голове вспыхнул образ улыбчивого Нацу, который всегда поможет и придет на помощь, вот он — идеальная пара для заклинательницы, но уж точно не Чени. Нет. Ангелы и демоны никогда не были вместе и не будут — таковы законы этого мира. Роуг грустно усмехнулся, все так же нежно гладя девушку по волосам и перебирая золотые прядки. Этой ночью он пришел, чтобы окончательно попрощаться с ней, чтобы в последний раз он смог с нежностью посмотреть на нее, чтобы в последний раз смог поцеловать ее. И чтобы, наконец, забыть ее. Выкинуть из головы и запечатать чувства в сердце под несколько замков. — Я люблю тебя, мой ангел, — прошептал Роуг и невесомо коснулся своими губами лба заклинательницы. — Прощай. И в следующее мгновение незванный гость покинул комнату. Белые занавески тихо шуршали на ветру, а звезды кокетливо подмигивали спящему Шафрану. Свежий ночной ветерок игриво трепал золотые волосы заклинательницы и почти любовно гладил черные волосы темного убийцы драконов. Люси сонно потянулась и приоткрыла глаза, холодный ночной воздух неприятно морозил лицо. На сердце отчего-то была странная пустота, словно не хватало какого-то важного механизма в часах, так не хватало какой-то детали и в сердце Люси. Заклинательница сжала подол ночнушки, подошла к окну и с тоской начала вглядываться в темную улочку. Во сне ей чудился до боли знакомый голос, который с таким отчаянием говорил с ней, что сердце вновь и вновь болезненно сжималось. — Дура я, — фыркнула Люси и задернула занавески.