Черная любовь

— Что хотите предложить?! — кричала Алекс, вставая с деревянного пола и медленно подойдя к столу, — Убить их? — она указала на Лилит и Джака, которых в те секунды снова были пойманы разведчиками, — Да они ни в чем не виноваты! Девушка стояла с замиранием, больше похожее на страх. «Почему я дрожу?», — Алекс в оцепенении, смотря на командора. Белое, как мука лицо было лишено всяческих изъянов. Большие глаза под густыми бровями имели неестественный чисто голубой цвет. Стоять в оцепенении пришлось ненадолго, но со стороны разведчиков — это намного дольше, чем было на самом деле. Алекс снова потеряла ту маску убийцы и даже на какой-то момент забыла, как убивать. Казалось, если хоть кто-нибудь подойдет к деревянному столику, который стоял рядом с девушкой, то раздастся пронзительный визг бедного неизвестного существа. Алекс знала, что он рядом. Она знала теперь, что он следил за ней. Она знала, что нельзя оставаться одной. Нельзя идти одной по улице, в надежде лишь на какого-то Бога. Ситуация казалась безвыходной и на какое-то мгновение в ее голове появилась мысль о суициде. «А что? Я ведь, скорее всего, умру, если еще раз испытаю подобные издевательства», — не переставая смотреть ему в глаза, с стыдливым страхом, Алекс все еще дрожала, — «И, черт, какая я убийца, если я дрожу сейчас?!» Стоя напротив блондина, она с унижающим страхом глядела его своими сухими от редкого моргания глазами. Командор смотрел то на Лилит, то на Джака, которым закрыли рот какой-то тканью, чтобы не прервать принужденный разговор: — И даже не убежишь, Кайли? — с заинтересованностью спросил холодный голос, пробуждая в девушке странные эмоции страха и ужаса. — Что? Вам? Нужно? — девушка заставила свой язык сложить звуки в слова, отчеканивая их, как будто на морозе. Дрожали зубы. Такого безнадежного и бессмысленного страха она не испытывала ещё ни разу. — Тебя. Неужели ты ещё не поняла? — этот голос чуть не заставил вскрикнуть. «Беги! Беги! Беги!» — крик где-то внутри девушки, заставил подчиниться этому приказу и ломануться через всю квартиру, зная, что догонят, но надежда не умирала. Уже в коридоре ее руки были сомкнуты крестом на груди, а в спину ей вжимался мужской торс Мика: — Тише, тише! Куда так быстро? — Закричал тот. С губ Кайли срывались тяжелые вздохи, предотвращая появление слез. — Пусти! — Пропищала она, глубоко дыша, стараясь вывернуть кисти, на которых и так уже стояли чёрно-фиолетовые синяки. — Хорошо. — Поддался он и разомкнул руки, заставляя ее упасть на твердый деревянный пол. А потом Мик снова держал руки за спиной черноволосой девушки — Успокойся. — Властно скомандовал главный, — Давай просто поговорим, но ты будешь паинькой. Голова Алекс покачалась в знак согласия. Ледяные руки прекратили держать. — Меня зовут Эрвин. — произнес командор с такой милой интонацией, протягивая брюнетке руку с непонятным сиянием в глазах. Напряжение ещё не покинуло ее тело, и сидящая на полу фигура оставалась застывшим, настороженно относясь к любым посторонним движениям. Алекс Ли продолжала молчать, а напротив Эрвина Лилит и Джак все еще стояли, удержанные разведчиками, опуская голову. — Обычно принято представляться в ответ. — строго намекнул он, делаясь жёстким во взгляде. — Вы знаете мое имя. — Алекс была полностью права, но Эрвин всё же потребовал его назвать. Девушка вздохнула, придется ответить: — Кайли Аккерман. — дрожь в ее теле вызвала у него довольную улыбку: — Жутковато, не так ли? Ответом снова было молчание, но уже глаза девушки выразили ярость, которая накопилась в ее теле. — Какой взгляд! — восхитился он, усмехаясь над тем, что она пыталась его напугать. — Тебе только костры им поджигать! — — Если на нём будешь ты, когда посмеешь тронуть Джака и Лилит! — прошептала она угрозу. Лицо Эрвина поменялось: ему не понравился столь важный ответ от Алекс: — А ты дерзишь, не думая о последствиях? — - Приподнял брови в раздражённом удивлении Эрвин. — Что… Вам надо? — Нам надо тебя, — повторял Эрвин, — Хочу, чтобы ты присоединилась в Разведкорпус. — Я не понимаю! Не понимаю, почему именно я?! — вдруг хлынули слёзы, заставляя скривиться всё лицо девушки, — Вы хотите завербовать меня в Ваш отряд, чтобы отдать меня Военной Полиции! Это и дураку ясно! — Ну ну ну… — - Стал успокаивать внезапно подобревший командор, затронув девушке за плечи, ненароком принося боль, нажимая на синие пятна ее кожи. — Я же ничего не делаю. Что ты ревешь? — Эй! Вы сделали больно мне и им! Эрвин сел на маленький деревянный табурет, который находился под деревянным столом, а Мик все еще продолжал стоять над душой брюнетки. — В общем, ты нам нужна для специальных заданий. Вдруг нам нужно пытать титанов? — блондин фыркнул, делая вид, что ему неприятно будет пытать титанов, — А с твоей способностью убивать людей пойдет нам на пользу. Алекс понимала, что она не годится для этой роли: — Вокруг много убийц, не только я. — Хочешь продолжать жить в этом грязном подземелье, Кайли? — с заинтересованностью спросил Эрвин. — Да! — с уверенностью ответила девушка, — Буду жить в этом грязном сыром помещении, чем слушаться Вас вступить в какой-то корпус, чтобы сдать меня полиции! Эрвин снова посмотрел на Лилит и Джака, а затем, немного подумав, сказал: — Хорошо. Тогда я вот что предложу: или вступление в Разведкорпус, но с ними будет все в порядке, или отказ от предложения, но я скажу Военной Полиции где ты находишься, и они будут следить за Вами. Выбирай. Алекс ни с того, ни с сего звонко засмеялась. Разведчики, в том числе, Мик, насторожились, а Эрвин непонимающе поднял левую бровь. — Вы не умеете ставить ультиматум, сразу говорю, — Кайли вновь засмеялась, и, наконец привстав, опираясь на ладони, она договорила, хищно улыбаясь, — А если я скажу, что не согласна ни на то, ни на другое условие? Лилит, наконец, начала сопротивляться и что-то мычать, заливаясь слезами, а Джак все также покорно стоял и не дергался, будто смирился с сложившейся ситуации: — Может для начала Вы отпустите их? Или Вы все еще считаете их виновными? — процедила каждое слово Кайли. Эрвин, вздохнув, махнул рукой, давая понять, что можно вынуть тряпку из рта ее знакомых. Два разведчика молча освободили жалких плотей Лилит и Джака, а Мик все также стоял на том месте рядом с Кайли, напрягаясь и следя за ее неясными движениями. Он заметил, что у Кайли нервно затряслись руки, но сама она сделала вид, будто разведчики всего лишь комары, которые сосут ее кровь без ее разрешения, и это выглядело так смешно, как и не было это слишком прискорбно. Лилит упала на пол без сил, но ее руки по-прежнему завязаны, и на кистях почти виднелись сине-фиолетовые отметины от веревок, а Джак продолжал сидеть с также завязанными руками, но покорно молчал. — Не желаете говорить? — спросил Эрвин у Лилит, Мик же схватил плечи Кайли и опустил резко ее на пол на колени, отчего девушка недовольно фыркнула. Глаза Лилит полны страха и ужаса: она не знала, что говорить, потому резко метнулась головой, а затем пожалась плечами. Командор кинул взглядом на Джака, который лениво, но пристально смотрел ему в глаза: —  Да, — наконец ответил мужчина, — Я бы хотел, чтобы Алекс вступила в разведкорпус вместо моей дочки. — тут Джак и запнулся, назвав по привычке девушку ее новое имя. Брюнетка, удивлённо округлив глаза и непонимающе смотрев на старого знакомого, а Лилит лишь промычала что-то вроде «папа». — Алекс? — командор тоже немало удивлен, подняв свою левую густую бровь, — А кто этот человек? — Алекс — это что ни на есть Кайли Аккерман, — уверенно ответил Джак, будто ему не страшны ни бандиты, ни разведчики, ни даже сами титаны. Кайли возмущена: — Ты дурак, Джак?! Ты ведь сам понимаешь, что это ловушка: затащить меня в тюрьму! Джак лишь хмуро заулыбался: он ведь сам знал, что лучше, а что хуже для жизни, основываясь на опыте его жизни: о том, как пожалел, когда по просьбе его родителей остаться дома, отказался от мечты вступить в разведкорпус; о том, как не смог уберечь жену от внезапной смерти, коря себя только из-за того, что слишком мало провел с ней время; о том, как не хотел понимать свою дочь, что не хотела быть сильной. — Алекс, я желаю тебе только лучшее. Потому, пожалуйста, вступи ради нас в разведкорпус. Уверен, с тобой ничего не случится. — Но… — Кайли пыталась возразить. — Никаких «но». Эрвин встал со стула, попутно сказав Мику, чтоб завязал руки Кайли и посадил ее в фургон, остальным приказал отпустить Джака с Лилит. Кайли везут к повозке двое разведчиков, а Мик что-то говорил с Джаком и Лилит, стоявшие у порога сломанной, деревянной двери. Лилит сильно прижалась к своему отцу, будто ей холодно, но на деле она просто не доверяла этим «подозрительным» разведчикам, а отец лишь просто гладил ее по голове, утверждая, что все хорошо. Брюнетка села на деревянное основание закрытой повозки, попутно глядя на своих знакомых, которые стали ей родными. Она была удивлена тем, что Джак так легко отпустил ее, несмотря на недавний с нии «разговор» о том, что ее легко сдадут в полицию. Терять было нечего, она, сквозь пальцы, почти приняла участь, подготовленной ей жизнью: умереть в темнице. Повозка тронулась, и были слышны топот лошадей. Кайли смотрела как издалека Лилит повторила ее слова: — Ты живи, что хватит сил.