36,6

Проснулся Джон от того, что его бил озноб. Неприятное ощущение. Он посмотрел на будильник, пытаясь сфокусировать взгляд: электронное табло радостно сообщало ему о том, что сейчас только половина третьего ночи. Решив, что вставать еще рано, он все же пошел на кухню, чтобы выпить стакан воды. Спустившись туда, Джон обнаружил Шерлока, полулежащего на столе. Хмыкнув, он прошел мимо, подмечая, что во сне Шерлок выглядел моложе, спокойнее и даже улыбался. Еще немного поумилявшись, Джон потянулся уж было за стаканом, как полусонный голос заставил его вздрогнуть. — Который час? — Половина третьего. — А почему ты не спишь? — Да вот, воды вышел попить. Джон спиной почувствовал, как Шерлок обернулся и пристально смотря на него. — Ты никогда не вставал пить, что это с тобой? — У тебя паранойя, друг мой, вставать ночью пить — это совершенно нормально. Шерлок подошел вплотную к Джону и положил ему руку на запястье. — У тебя учащенный пульс… — И? — не понял Джон, нервно выдергивая руку, это прикосновение холодных пальцев прошло по телу, как разряд тока. Вот уже довольно длительное время он чувствовал комок, пробирающийся к горлу. — Странно это. Ты хорошо себя чувствуешь? По-моему, у тебя температура, — Шерлок попробовал дотронуться до лба Джона, но тот увернулся. — Отстань ты, наконец! Все со мной в порядке, я спать, — но Джон сам чувствовал, что что-то не так: руки дрожали, да и озноб все не проходил. — Джон… с тобой все хорошо? Ты какой-то даже не бледный, а серо-зеленый… — Шерлок все также взволнованно на него посматривал. — Все со мной в порядке… — начал было тот, но тут он почувствовал, что комок дошел до критической точки и вот-вот вырвется наружу. Джон зажал рукой рот и рванул в туалет, он едва успел добежать, как его начало обильно рвать чаем, донером, завтраком и всем прочим, поглощенным за день. Его рвало, казалось, вечность, а сзади стоял Шерлок, заботливо придерживая и держа стакан наготове. — Прости меня, Джон, прости, — невнятно бормотал он. — Это я виноват, не надо было мне тебя брать на это дело, тихо, тихо… дыши носом… все хорошо, — говорил он, поглаживая по уже взмокшей спине. Наконец, когда Джон начал более-менее соображать, его мозг включился и снова начал работать. — Шерлок, — слабо протянул Ватсон. — Да, что? — Шерлок присел и придвинулся вплотную, так как тот говорил еле слышно. — Шерлок… это отравление… это ничего страшного… Шерлок… набери четыре-пять стаканов воды и заставь ее выпить, как бы я не упирался, — он прервался, так как его опять начало рвать, перевел дух и продолжил: — Затем семь таблеток активированного угля и наполни на всякий случай грелку теплой водой. Шерлок пулей метнулся выполнять все, что сказал Джон, несмотря на дрожь в руках. Он попытался унять волнение и действовать хладнокровно. В иных ситуациях он бы сделал все это машинально, не задумываясь, и с холодной решимостью залил бы в человека хоть двадцать стаканов воды, но Джон… с ним он не мог так поступить, ему было его безумно жаль, хотя Шерлок понимал, что это для его же блага… Звуки очередного приступа рвоты, донесшиеся из туалета, вернули в реальность, и он начал лихорадочно соображать, где можно найти столько воды, и где у миссис Хадсон активированный уголь. Найдя все необходимое, он метнулся к туалету, где, обняв унитаз, сидел бледный и дрожащий Джон. Шерлок начал заливать в него воду, это было поистине ужасно. Выпить столько воды за раз чрезвычайно сложно, а когда тебя еще и рвет, просто нереально, но, с горем пополам, кое-как, но Джону промыли желудок. Все еще дрожащий, совершенно обессиленный, он заснул на руках у Шерлока. Посмотрев на часы, тот понял, что они провозились всю ночь, часы показывали девять утра.