36,6

Все закончилось так же стремительно, как и началось. Оторвавшись от друга, Шерлок внимательно посмотрел на него. Джону было стыдно, он возбудился, причем возбудился не на шутку. Член стоял колом, и это было очень даже заметно. Шерлок улыбнулся. — Я бы мог, конечно, исправить это положение, но ты слишком слаб для этого, так что прими душ. — И как же ты бы это исправил? – поинтересовался Джон. — А тебе все скажи, – продолжал улыбаться Холмс, его все это вообще не смущало. — Ну так скажи. — Зачем говорить? Я продемонстрирую, но когда будет время. — А когда будет время? — Когда я решу, а сейчас иди в душ, я не могу смотреть на это, – Холмс недвусмысленно метнул взгляд на штаны Джона, – а то я не удержусь. — Не удержись, – Ватсон был готов на все, чтобы получить внимание Шерлока еще хотя бы самую малость. — В душ, – строго сказал Холмс. Пришлось подчиниться, душ и вправду помог: выйдя из него, Джон чувствовал себя посвежевшим. Болезнь начала отступать. На столе его ждали каша и чай. — Шерлок, прости меня, за то, что я наговорил тебе тогда, – неуверенно сказал Джон, он себя ненавидел за те слова. – Я не считаю тебя трусом. — Садись уже, обед готов, – улыбнулся Холмс. — Ну, мне, правда, стыдно. — А мне стыдно за то, что я тебя поцеловал, или за то, что не сделал этого раньше, я еще не решил, – задумчиво проговорил Шерлок. Улыбаясь, он подошел к Джону сзади и положил свои руки ему на талию, склонился к уху и прошептал: – За что мне должно быть стыдно – решать тебе. Если ты не хочешь, чтобы это повторилось, реши, что это твой бред на почве температуры, ну а если хочешь…