Теорема без доказательства

Грядущие события уже отбрасывают перед собой тени. А. Кэмпбелл.

― Ди-и-и-и-пер! ― Нет… ― Твоё «нет» ничего не исправит… я уже сказала всем, что ты придёшь. Поэтому нет смысла отпираться, ― после этих слов его сестра негромко усмехнулась, прикрывая рукой рот, а потом снова продолжила поправлять огромный бант, что был у неё на голове, ― да и потом, там будут все наши знакомые. Хватит сидеть дома как какой-нибудь социофоб, иди и разговаривай с людьми. ― Я и так хожу на улицу… но сегодня мне надо помочь Зусу. Поэтому я никак не смогу прийти, ― после этих слов Диппер вздохнул, переворачивая страницу в книге, ― а тебе не кажется, что ты слишком много общаешься с теми людьми, с кем бы несколько лет назад и не общалась бы? ― В каком смысле…? Ты на кого-то намекаешь? ― Ну, к примеру, Пасифика… ― ответил тут же Диппер, после чего Мейбл даже удивилась, не ожидая услышать от брата такой ответ, ― ты же ведь сама говорила, что люди такого характера тебе не симпатизируют. ― Пасифика стала совсем другим человеком… она теперь моя лучшая-прелучшая подруга! ― после этих слов Мейбл радостно подняла руки верх, широко и счастливо улыбаясь. ― А чего ты вдруг заговорил о Пасифике…? Что, ревнуешь, что я провожу с ней больше времени, чем ты? ― короткая усмешка. ― С каких это пор я ревную? ― Диппер покраснел, злостно испепеляя девушку взглядом. ― Да и потом, зачем мне ревновать? Мы с ней просто знакомые… дружим, так как ты с ней дружишь. ― Ага… дружит он. Думаешь, я не вижу, как ты с ней разговариваешь? ― Мейбл поиграла бровями, а потом ещё хитро улыбнулась, смутив своего брата. ― Если нужно будет устроить свиданку, то ты обращайся, не стесняйся. ― Мейбл! ― Ладно-ладно… поняла, ― Мейбл виновато подняла руки, а потом снова улыбнулась, прикрывая ресницы, ― ну, ты как хочешь, а я пойду в кафешку Ленивой Сьюзен. Там меня должна, вроде, встретить Пасифика… или это я должна её встретить? Ах, ладно, разберёмся!       После этих слов Пайнс помахала рукой своего брату, ещё раз пошутив про романтику, а после, собираясь спускаться вниз с чердака. Но как только она подошла к двери и собралась открыть, в комнату тут как тут залетел Зус в чёрном костюме. Он держал у уха телефон, с кем-то радостно разговаривая, а как только увидел близнецов, ещё сильнее улыбнулся, отодвинув телефон от себя. Мейбл удивлённо смотрела на своего друга, как и Диппер, привстав с кровати. ― Ох, чуваки, хорошо, что вы ещё тут… ― заговорил Зус, а потом негромко сказал: ― вы ни за что не угадаете, кто решил нам позвонить. ― Кто? ― сразу спросила Мейбл, широко улыбаясь и прижимая ладошки друг к другу, не терпя узнать. ― Ну же, Зус, не таи! ― Только что позвонили мистер Пайнс и Стенфорд… конечно, они позвонили ещё полчаса назад, но я так заговорился, что не заметил, как прошло много времени, ― продолжал Зус, ― ну-ка, кто хочет поговорить с любимыми прадедушками? ― О, Боже мой! ― выкрикнула почти сразу Мейбл, выхватывая телефон из рук Зуса и уже прижимая к своему уху. ― Я первая! Дядюшка Стен и дядюшка Форд, я так рада вас слышать!       Таким образом, Мейбл отняла телефон у Зуса и разговаривала со своими прадедушками долгое время, пока Диппер и Рамирез стояли рядом и также интересовались, что интересного произошло у них в жизни.       Стен и Форд заканчивают своё путешествие по всему Свету, как только они снова окажутся на суше ― сразу направятся в ближайший аэропорт покупать билеты и потом уже полетят в Америку. А там до Гравити Фолз недалеко. Мейбл, Диппер, да и Зус были этому крайне рады, Пайнс даже закричала в трубку от радости, чуть не оглушив Стенли. Они также сообщили, что приедут максимум через неделю, как и обещали, в августе, а сегодня, если честно, уже первое августа. Целый месяц впереди на то, чтобы наверстать упущенное за шесть лет разлуки.       Пока Стенли говорил Зусу и Мейбл, чтобы они не разнесли всю хижину, и к их приезду она просто блестела, Стенфорд, когда ему всё-таки дали трубку, начал рассказывать то, что с ними приключилось именно за этот год. Мейбл вскоре сказала, что ей скучно это слушать по телефону, и что будет лучше, когда дяди сами приедут и обо всём расскажут… и Стенфорд не был против этого.       «Мейбл, милая, слишком много вопросов… ты же сама сказала, что будет лучше обо всём рассказать, когда мы приедем». ― Да, дядюшка Форд…! Но мне так не терпится с вами встретиться и обо всём узнать! Мы вас не видели шесть лет! ― выкрикнула радостно Мейбл, после чего послышался негромкий смех из телефона.       «Не волнуйся, Мейбл… мы всё успеем наверстать. А, кстати, Диппер рядом с тобой?» ― Конечно! Он следующий на очереди, чтобы поболтать с вами, ― хихикнула Пайнс, ― а что, ты хочешь поговорить с Диппером?       «Если тебе несложно». ― Конечно, несложно! Диппер, с тобой хочет поговорить дядюшка Форд, ― отодвинув телефон от себя ближе к брату, произнесла Мейбл, а потом широко улыбнулась, ― но только недолго! У меня ещё очень-очень много вопросов к нашим любимым прадедушкам! ― Хах, Мейбл… успеешь ещё наговориться, ― после этого Диппер усмехнулся, беря телефон в руки, а потом сразу поднося к уху, ― алло, дедушка Форд? Ты хотел мне что-то сказать?       «Диппер, мальчик мой, мы можем поговорить с тобой наедине…?» ― Ч…чего? ― удивился Пайнс, округлив глаза и сильнее сжимая телефон в руке.       «Пожалуйста, Диппер. Мне надо тебе кое-что важное сказать. Это очень важно, но я не хочу запугивать твою сестру этим… прошу».       Диппер сглотнул, пытаясь сдержать странный порыв эмоции… вскоре он глухо посмеялся, прикрывая ресницы, говоря сестре и Зусу, что он пойдёт попьёт воды, но телефон отдавать не собирается. Мейбл буркнула что-то себе под нос, но спорить с братом не стала, поэтому «разрешила» ему пойти попить воды… но только Диппер понимал, что воду пить он не пойдёт.       Как только он перешёл в другую комнату и удостоверился, что его никто не слышит, поднёс телефон обратно к уху и спросил у Стенфорда, стоит ли рядом с ним Стенли, но тот сказал, что об этом волноваться не стоит… никто, кроме него не знает о том, что случилось, но сейчас на одного человека станет больше. Диппер и представить не может, что могло случиться, что Форд настолько сильно переволновался… и представлять не хочется, ведь кто знает, что опять случилось. Ведь может быть всё что угодно… сейчас Диппера ничто не удивит, но может сильно испугать.       «Ты сейчас один?» ― Да, дедушка Форд… ― начал Диппер, хмурясь и налегая на стену, ― ты мне объяснишь, что произошло? Почему ты так взволнован?       «Ха… я точно не уверен, нужно ли вообще волноваться. Ведь прошло уже шесть лет, и я представить не мог, что такое может случиться…» ― Дядя Форд… что всё-таки случилось? Ты же ведь знаешь, что можешь доверить мне всё, что угодно, ― произнёс жалобно Пайнс, снова сглатывая, ― с вами что-то случилось? Вам нужна помощь?       «Нет-нет, Диппер… дело никак не связано с нами. Точнее, связано… но только в пределах Гравити Фолз». ― Что-то опять с Гравити Фолз…? За последние шесть лет я не наблюдал ничего необычного… нет, я имею в виду того, что могло бы быть опасно для жизни.       «Я понимаю, что ты имеешь в виду… но вскоре всё может поменяться». ― Дедушка Форд, не томи…       «Прости. Да-да, я знаю… просто я сам представить себе не могу. Ну, буду говорить прямо: ты помнишь Билла Сайфера?»       Диппера как током ударило. Он удивился ещё сильнее… глаза снова округлились, а рот приоткрылся, но что-нибудь сказать он не мог. Как можно забыть существо, которое чуть не уничтожило тебя, не уничтожило весь город и вообще, весь мир, да ещё чуть не убило всю твою семью и друзей? Как можно забыть демона, что врывался в разум твоего прадяди, завладевал твоим телом и обращал в статуи невинных жителей…? Вспоминая события Странногеддона, у Диппера всё сильнее и сильнее появляется противное чувство ненависти… но именно к этому человеку, если морально его вообще можно назвать человеком, он готов испытывать ненависть. Он устроил Конец Света, из-за него его сестра застряла в мире своих желаний, а сам дядя Форд превратился в золотистую статую, которого позже жестоко мучили… как Диппер может забыть его?       Что-то слишком часто стала заходить тема об этом демоне… и сейчас даже не о Стенфорде, что решил поинтересоваться этим вопросом только в данный момент. Буквально пару недель назад им интересовалась и Эна Олдридж ― приезжая девушка, исследователь, которая приехала в Гравити Фолз, чтобы изучать какие-нибудь аномалии… и тут на Диппера зашло озарение.       Громче всех интересовалась Эна… она каким-то образом пыталась исследовать демона, сама при этом не зная ни местонахождение статуи, ни самого его и на что он способен. Она только лишь задавала вопросы… но при этом как минимум две недели что-то изучала, никому не рассказывала и зачем-то скрывала, когда можно было поделиться с Диппером или Мейбл, ведь они знают многих монстров, что обитают в Гравити Фолз. Спустя некоторое время Эна стала вести себя странно… всего боится, дёргается, когда кто-то дотрагивается до неё, кричит по пустякам. И после этого она сразу перестала задаваться вопросами о демоне, но при этом изменилось её поведение. Диппер до сих пор помнит, как Эна ударила его, когда он встретил её по пути в кафешку Ленивой Сьюзен… либо Олдридж такой человек, либо она что-то недоговаривает.       Диппер решил опустить факт, что в город приехал исследователь, что интересовался демоном… и вообще, это очень важное замечание! Но Пайнс не может обвинять девушку, когда не уверен, затрагивает ли она тему, которую хочет обсудить Стенфорд.       После недолгого молчания, Диппер всё-таки вернулся в реальность, но схватился рукой за лоб: ― Дедушка Форд, ты серьёзно…? Как я могу забыть эту тварь, что загубила нам всё лето, и что чуть не погубило всех нас?       «Да, Диппер, ты прав… он много чего натворил. Но ты помнишь, мы стёрли его из разума Стенли…» ― Конечно помню! ― перебил Диппер, вскрикивая, а потом притих, чтобы его никто не услышал. ― Но я не понимаю, на что ты намекаешь… Билл же, как ты говорил, запечатан в камне. Его статуя стоит где-то глубоко в лесу, и только ты знаешь её местонахождение… так в чём тогда проблема?       «Я точно не знаю, Диппер… прежде чем отправляться со Стенли в кругосветное путешествие, я поставил на всех аномальных объектах специальный прибор, изобретённый мною и Фиддлфордом… он должен показывать мне, что происходит с объектами и какова их статистика. Но пару дней назад прибор дал сбой… я даже не уверен, случилось ли это пару дней назад или раньше, ведь этот аппарат уничтожился на кусочки! Он передавал странные радиоволны… такой мощи, что аппарат просто не выдержал и разрушился». ― Но прибор… это произошло на статуе Билла, верно? ― неуверенно спросил Диппер, после чего услышал неуверенный кашель и негромкое «да». ― Но… это что означает? Что Билл выбрался на свободу и сейчас может продумывать план мести?       «Я не знаю, что именно произошло со статуей и самим Сайфером… возможно он просто умер или же, как тебе кажется, освободился наружу. Я пытался с этим разобраться, но когда я пробовал чинить аппарат, сообщающий мне об аномальных объектах, он сразу же разрушался». ― Но что нам делать…? Дядя, а что, если Билл на свободе? ― обеспокоенно спросил Диппер, прижимая руку к груди и панически смотря вдаль. ― Он был в плену целых шесть лет… конечно, это не настолько много, как может показаться… но для демона, которого победили какие-то дети, это уже слишком! Он наверняка думает, как нам отомстить!       «Диппер, прошу, не кричи… не пугай и не волнуйся раньше времени. Ведь я ещё раз повторюсь: я не уверен в том, что со статуей что-то случилось… возможно, из-за повышенного давления прибор просто не может нормально работать. Да и я не говорю, что Билл на свободе… может, он пытается освободиться, но его шансы крайне малы, пока ему кто-нибудь не пожмёт руку». ― А если ему кто-то уже пожал руку…? ― снова спросил Диппер, а потом он вспомнил Эну. Её образ застрял в голове, и Пайнс нахмурился, зажмурив глаза. ― Знаешь, дядя Форд… а если кто-то пожмёт ему руку, что с ним случится?       «Наверное, человек освободит демона от заключения… а что, ты кого-то подозреваешь?» ― Не хочу тыкать пальцем… но, кажется, да, ― произнёс озлобленно Пайнс, ― месяц назад к нам в город приехала одна девушка… и не простая туристка, а исследовательница. Мейбл как-то столкнулась с ней и поэтому мы познакомились… но вскоре она стала интересоваться Биллом. Именно им, чтобы потом изучить. Понимаешь это? Я говорил ей, что это не лучшая идея, и, вроде, она отказалась от этой задумки… но совсем недавно я стал замечать, что она ведёт себя очень странно. Как какой-нибудь параноик.       «Хм… а что это за девушка? Можешь описать её лучше?» ― Ну, многого не могу, так как она не любит о себе рассказывать… но её зовут Эна Олдридж, ей двадцать два года и она приехала в Гравити Фолз, чтобы найти то, что может прославить её на весь мир. Я не знаю, чем она сейчас занимается, ведь даже раньше ни разу не говорила, что решила изучать. Именно поэтому мне кажется, что Эна как-то задействована во всём этом.       «Через неделю я приеду и обязательно во всём этом разберусь… и в этой молодой исследовательнице. Диппер, пообещай мне, что будешь аккуратен. Я не прошу тебя действовать, потому что это очень опасно… если Билл на свободе, то ты прав, он захочет отомстить. Как только я вернусь, мы всё решим вместе. Будьте осторожны с сестрой, и, пожалуйста, не находите приключений без нас. Успеете ещё». ― Хах… хорошо, дядя Форд, ― Диппер расслабился и даже негромко посмеялся, а после попрощался со Стэнфордом, ― возвращайтесь как можно быстрее. Нам мало одного месяца с вами!       После этого Стенфорд негромко посмеялся в трубку, а Диппер направился назад в комнату, где были все остальные. Как только он там оказался, отдал телефон Зусу, ведь Мейбл уже вовсю разговаривала с кем-то другим по телефону, и ей было совсем не до прадедушек… но как только она увидела, что Зус пошёл в другую комнату, чтобы не мешать близнецам, Мейбл даже как-то расстроилась, что упустила свой шанс. Но крик из телефона вернул её назад в реальность. ― Да-да, я сейчас приду… извини, что пришлось задержаться! Просто нам звонили прадяди и мы не могли упустить такого шанса… алло? ― Не успела Мейбл договорить, как трубку бросили, из-за чего она недовольно надула щёки. ― Вот же Пасифика! Это же некрасиво ― бросать трубку тогда, когда человек ещё говорит! ― Тебе Пасифика звонила? ― поинтересовался озабоченно Диппер, удивив Мейбл своим вопросом. ― Что, заждалась? ― Да не… у неё там своя компания, ― Мейбл махнула рукой, прикрывая ресницы, ― видимо, Эне понравилась компания Пасифики, и теперь они вместе сидят в кафешке и общаются между собой… славу Богу, Эна вспомнила про меня и попросила Пасифику позвонить, а то бы я вовсе обиделась! ― Эна с Пасификой…? Это вообще возможно? ― удивился сильнее Диппер, округлив глаза и изогнув бровь. ― Не знаю… но Эна, наконец, не сидит дома и не ведёт себя, как параноик… наверное… если её поведение на данный момент можно назвать нормальным, ― пожала плечами, ― надо поспешить! А то сплетни без меня разведут, а потом я не буду в курсе дел! ― Стой! ― схватив сестру за руку и тем самым остановив, крикнул Диппер. ― Слушай… ты же ведь хотела, чтобы я пошёл и развеялся? Так вот, я пойду с тобой. ― Со мной? Диппер, ты не заболел? ― Мейбл дотронулась тыльной стороной ладони до лба брата, после чего он закатил глаза. ― А чего это вдруг ты захотел прогуляться? Да ещё пойти со мной? ― Мне… мне просто надо кое-что спросить у Эны, ― ответил, волнуясь, Диппер, но потом глубоко вздохнул и продолжил говорить нормально: ― я разговаривал с Фордом, и он попросил меня поинтересоваться одной аномалией, что происходит в Гравити Фолз. Об этом может знать Эна. ― Воу! Ещё одна аномалия? Неужели наши летние приключения возвращаются? ― Мейбл радостно подняла руки, а потом обняла брата за плечо, соприкасаясь своей щекой с щекой Диппера. ― Тогда пошли! Если что-то опять случилось ― переживать не стоит! Мы остановим всё то, что может перегородить нам дорогу!

***

― Ты уверена, что это хороший вариант…? ― Уверена. Я же тебе уже говорила, что будешь себя так вести, значит, добьёшь его… кто бы это ни был, ― глубоко вздохнула Пасифика, выпивая немного кофе из кружки, которую только что принёс официант, ― почему я тебе доверяю, а ты не можешь мне даже имя сказать? ― Ну… здесь очень-очень сложно объяснить, ― Эна поморщилась, а потом прищурилась, глядя куда-то вдаль, но никак не на подружку, ― у тебя всё более-менее нормально. Это я мучаюсь, потому что человек, который мне нравится, просто невыносим! ― Это уже не мои проблемы… ― она снова отпила кофе, ― ладно… об этом потом. Сейчас нам надо решить, что делать с твоим внешним видом, а то ты похожа на человека, который только что вышел из урагана…       Эна поглядела на свою одежду и потом надула щёки, ведь ей было неприятно от такой правды… почему Пасифика всегда ей говорит правду? Раньше она выглядела так опрятно, так чистоплотно… но сейчас она всерьёз похожа на человека, что вышел из урагана. Одежда помята, ведь Эна не успевает её гладить, когда она сама засыпает чуть ли не под утро, исследуя какую-то новую аномальную ересь… волосы находятся в полном беспорядке, похожие на гнездо, на котором побывала огромная стая птиц. И можно бесконечно перечислять такие примеры, но с каждым словом девушке будет всё больше и больше неприятно, поэтому стоит остановиться. Олдридж подняла взгляд на безэмоциональную Пасифику, что уже допила кофе, а потом глубоко вздохнула, прикрывая ресницы и как-то печально уставившись на салфетку. ― Не опускай нос… ещё есть надежда, ― ответила Пасифика, глубоко вздыхая. ― Не знаю, есть ли у меня вообще шансы… такие странные чувства внутри: одновременно ненависть, а также любовь… нет, даже не любовь, а привязанность, ― Эна сглотнула, ― не знаю, какой бы была моя жизнь, если бы я не встретила его…       «Наверное, нормальной… возможно, к этому бы времени я уже доисследовала какое-нибудь странное аномальное существо, а через пару месяцев обо мне писали бы газеты. Но нет… в моей жизни появился Билл», ― думала Олдридж, закатив глаза, на что Пасифика лишь изогнула бровь. ― Но я всё меньше и меньше думаю о нём… ― промямлила Эна, с какой-то серьёзностью в голосе, взглянув на Нортвест, ― сейчас я больше всего хочу прославиться… и нет, я с самого начала этого хотела… но спустя столько времени, стольких мыслей и рассуждений, я всё-таки поняла, для чего на самом деле приехала сюда. Не ради того, чтобы влюбляться… а ради того, чтобы стать успешной. ― Но ты же не сдашься просто так…? ― Конечно нет… просто мне надо чуть больше времени, ― Эна выдохнула, ― а пока-то что займусь исследованиями. Прошлый объект оказался… не таким успешным, как я ожидала, ― сглотнула, ― поэтому я решила всё кардинально поменять. ― А что ты хоть исследуешь…? ― Ну… сначала это было одно мифическое существо, а сейчас я занимаюсь призраками, ― Олдридж воодушевлённо улыбнулась, ― точнее, одним призраком. Я узнала об одном поместье, но пока-то что не знаю его местонахождение… в общем, по слухам, там заточён призрак, который умер при строительстве этого самого здания. И теперь он хочет отомстить за это. ― Ох, Боже мой… знаешь, у тебя ничего не выйдет, ― ответила, усмехнувшись, Пасифика, после чего Эна как-то обеспокоенно уставилась на подругу, ― если я правильно понимаю, ты говоришь о том самом призраке, что был в моём прошлом доме. Но как только родители всё потеряли, мы переехали, а это место досталось одному сумасшедшему старику, который до сих пор там живёт. Короче, шесть лет назад Диппер что-то сделал, и призрак оставил наш прошлый дом… поэтому его ты больше не встретишь. ― Пожалуйста, скажи, что ты просто шутишь… ― Эна произнесла это жалобно, а потом опустила голову на стол, сильно ударившись лбом, ― мои недельные исследования, недосыпы и мешки под глазами ничего не оправдали… оказывается, что этого вообще нет. ― Не печалься так… разве ты сдашься сейчас, когда так много сделано? ― Пасифика хитро улыбнулась, а потом растрепала волосы Эны, вызвав у неё недовольство и злость, из-за чего девушка подняла голову со стола. ― Неужели больше ничего нет интересного? Наш город полон всякой неизвестной ереси ― здесь любое существо может оказаться чем-то фантастическим. ― Я это знаю… но надо что-то такое, о чём люди догадываются уже давно, но доказательств найти не могут… и призрак был идеальным вариантом! ― Эна снова опустила голову на стол и снова ударилась лбом, негромко промычав. ― Агх… я вообще без понятия, что надо делать! ― Ну, к примеру… что ещё ты находила? Может, какой-то определённый вид призраков? ― Хах… да, были кое-какие примеры… ― она опять подняла голову вверх, глубоко вздыхая и выдыхая. Потом она полезла в свою сумку и достала свёрнутую несколько раз старую газету, а когда развернула её, то Нортвест осознала, какого она на самом деле большого размера. Олдридж хмыкнула, а потом искоса взглянула на подружку, продолжая: ― один чувак, что жил здесь давным-давно, случайно вызвал какого-то фантома, которого вскоре прозвали «болевым фантомом»*. Он причинил тому парню такую боль, что вскоре он стал инвалидом… а потом, вроде, умер из-за психологической травмы. ― Почему ты всё время находишь каких-то опасных парней? ― взвыла Пасифика, нахмурившись и скрестив руки на груди. ― А потом спрашивается, почему ты ведёшь себя, как параноик или какой-нибудь псих-больной. ― Если я, например, открою единорога, кому это понравится? ― продолжила девушка, несильно хмурясь. ― Круче будет, если я поведаю всему миру какого-нибудь страшного монстра, которого вскоре буду исследовать и изучать с гениями! С другими прославленными учёными, изобретателями и исследователями! А потом агенты ФБР будут защищать всех людей от этого опасного монстра, а меня будут по телевизору крутить на каждой рекламе и в новостях… ― мечтательно произнесся, Эна вскоре подпёрла рукой щёку и устремила взгляд куда-то вдаль, легонько улыбаясь. ― Что ж, болевые фантомы не плохой вариант. Конечно, я не знаю, как от них защищаться… но если не попробую, то никогда не узнаю! ― Надеюсь, ты знаешь, что делать… ― лишь сказала Пасифика.       В этот же момент, когда они договорили, в кафешку влетела всеми любимая жизнерадостная Мейбл ― единственный человек, который, наверное, никогда не унывает. Она словно на крыльях, залетела в небольшое здание и также быстро добежала до столика, за которым сидели девочки. Кажется, она увидела их ещё на улице в окне, когда проходила мимо. Добравшись до места, она сразу начала извиняться, что задержалась и пришла слишком поздно, когда Нортвест уже собирается уходить вместе с Олдридж. Но Эна, вместо того, чтобы отчитывать Пайнс, внимательно смотрела в окно и поражалась, что видела на улице мимо пробегающего Диппера… кажется, он шёл туда же, куда шла и Мейбл.       Через пару мгновений в кафешку зашёл и Диппер, что, кажется, устал бежать за сестрой, поэтому он облокотился на стену и стал глубоко дышать. Эна искоса глядела на Пайнса и пыталась понять, какого он вообще тут делает… нет, может, он просто хотел прогуляться и поэтому пошёл за своей близняшкой, но на того Диппера, который любит сидеть дома и читать книжки, он не похож. Олдридж немного нахмурилась, свёртывая газету и засовывая назад в сумку, пока Диппер медленно подошёл к столику и, приветливо улыбнувшись, помахал рукой и поздоровался. ― О! Вы теперь всегда ходите вместе? ― безэмоционально произнесла Пасифика, снова скрещивая руки на груди. ― Хах, нет…! Диппер просто решил проветриться, да? ― она посмотрела на брата, что негромко усмехнулся и принялся чесать затылок. ― Ведь всё время сидеть дома одному тоже иногда наскучивает… вот он и решил увязаться за нами! ― В этом нет ничего плохого, ― Пасифика даже улыбнулся, покрываясь легоньким румянцем, ― ладно, Мейбл, мы долго тебя ждали. Пошлите лучше куда-нибудь ещё, а то от такой дешёвой кафешки меня уже тошнит.       С этими словами Пасифика встала со своего места и, пройдя мимо Диппера, поправив копну волос, дошла до кассы и заплатила за то, что купила. Пока она платила, Эна медленно поднималась со своего места и до сих пор странно глядела на Диппера и Мейбл… и теперь не просто на Диппер, а ещё и на его сестру! Кажется, Эне уже совсем не по себе…       Прошла одна неделя после того страшного случая, что, наверное, поменял всю жизнь девушки, но, кажется, она сама этого не заметила. Или просто ещё не произошло ничего такого, чтобы могло удивить или втянуть Эну в ещё большие неприятности. Билл повёл себя настолько странно, что вскоре Олдридж просто забыла об этом случае… нет, правильнее сказать, пытается забыть. Забыть то тупое признание, которое не имеет никакого смысла, первый поцелуй, который также ничего не изменил. И забыть тот ужасный шок, тот беглый страх, который испытала девушка. Сайфер на её глазах убил человека, хоть и такого же убийцу, маньяка, который мог бы уничтожить и загубить сотни жизней, но всё-таки человека… живое существо. Это самое ужасное и страшное, что могло произойти с ней. Человек, который ей нравится, оказывается самым большим кошмаром. И какой бы демон не был тварью, Эна не перестанет его любить… это настолько глупо, что даже безумно.       Он какой раз пытается убить её, обижает и оскорбляет, а недавно убил живого человека, вызвав у девушки тот былой страх. Наверное, она никому никогда не рассказывала эту историю, историю её детства, и никогда не расскажет. Потому что она боится всё это вспоминать. А совсем недавно всё это повторилось почти в тех же картинах, только на этот раз на месте родни оказался Билл Сайфер ― наверное, на данный момент, самый любимый человек для Эны. Как бы Олдридж не старалась, она не может объяснить эту привязанность к нему… она уже считала это колдовством! Но нет, это то самое человеческое теплое чувство, которое никогда не было настолько сильным, как сейчас.       Эна стремится теперь не только к тому, чтобы прославиться… и даже не к тому, чтобы выиграть в импровизированной игре Билла, какую Эна называет «войной». Она просто хочет исправить самого опасного и ужасного демона на свете, который уже хотел уничтожить весь мир и, наверное, хочет снова это повторить. Наверное, это то, что все называют безумием… или глупостью… или даже тем и тем. Ведь это невозможно, но почему-то, Эна хочет начать свою игру. Пусть Билл делает то, что хочет, сводит её с ума во всех смыслах, если уже не свёл… а она всё равно будет стоять на ногах и пытаться изменить неизменяемую сущность демона, злость и ярость, что таятся в нём миллионы лет. И раз на то пошло дело, Эна попытается узнать тайный план Билла, о котором он иногда упоминал, но не рассказывал, говоря, чтобы девушка не лезла не в своё дело. Это будет очень сложно… но Эна просто хочет это сделать.       Зачем сидеть дома и изучать что-то, когда можно найти себе приключений, которые могут обернуться для тебя плохой стороной? Здравствуйте, это Эна, и она тот самый вид людей. Но стоит рассказать кое о чём ещё важном, что мы упустили. На протяжении всей недели Эна, как бы это ни было странно, ни разу не видела Билла. Он обещал сводить её с ума, довести до того состояния, чтобы она думала и боялась только его. Но вместо того, чего ожидала исследовательница, ей всего лишь снятся странные и страшные кошмары, к которым она привыкла. Нет, она даже рада этому… но немного нагнетает, что демон ни разу ещё не появился в её поле зрения. Да нет, это очень сильно нагнетает!       Пока Эна летала в своих мыслях и пыталась понять, что ей делать дальше, Мейбл громко кричала ей на ухо, пытаясь разбудить от этого «сна». В конечном итоге Пайнс потрясла девушку и тем самым привела её в чувство, заставив вздрогнуть и даже вскрикнуть. Всё-таки, тот день, тот нож, что до сих пор лежит дома, как-то изменил её, а именно её психическое состояние. Она вправду начинает шарахаться ото всего, что видит, а иногда, когда темно-темно на улице, она видит Билла.       Вроде, это называют безумием, верно? ― Эна, не спи! Что ты хоть ночью делаешь? ― спросила Мейбл, подперев рукой подбородок и хитро уставившись на девушку, что очень быстро заморгала. ― А кстати… как дела на любовном фронте? Я тебя до сих пор не спросила… ― Аха-ха… какая любовь! Я решила, что буду заниматься только исследованиями! ― негромко посмеявшись, Эна отвела взгляд в сторону. ― А как же свидание, что было неделю назад? Я что, зря надеялась? ― надув губки, спросила Мейбл, скрестив руки на груди. ― Ты мне и про него ничего не рассказала! Ты только пару дней назад на улицу вышла… да ты прям как Диппер! Что там хоть случилось? ― Ничего! ― сразу выкрикнула Эна, махая руками. Все посмотрели на неё, как на сумасшедшую, и в итоге девушка опустила руки вдоль туловища и глубоко вздохнула. ― Просто… всё печально, и, кажется, у нас ничего не выйдет. Поэтому я решила заниматься изучением… успею ещё найти себе парня! ― Ух, как же ты меня бесишь! ― Мейбл нахмурилась, скрещивая снова руки на груди, из-за чего Эна даже негромко посмеялась, прикрывая рукой рот. ― Это просто так не закончится! Я узнаю, что там случилось, обещаю… а потом ещё раз устрою свиданку, ведь моё сердечко до сих пор верит, что у вас всё будет отлично.       Мейбл, казалось, угрожала, но резко тон её голоса поменялся, из-за чего Эна лишь глубоко вздохнула, кажется, расслабившись. В итоге Пайнс посмеялась вместе с Пасификой над странным и довольно-таки смешным поведением Олдридж, но Эна даже не отреагировала на это… кажется, она привыкла к этим насмешкам, или просто поняла, что нет смысла стесняться, когда её друзьям смешно и интересно проводить с ней время. Кажется, пора перестать думать только лишь о демоне, если Эна хочет остаться с душой и просто-напросто в живых…       Стало куда сложнее. Эна понимает, что думает о Билле каждый день, каждый час, но в её голове проскальзывает мысль о нём. Она засыпает ночью с мыслей, что завтра может увидеть его, и что опять всё пойдёт по кругу. Он снова начнёт издеваться над ней, смеяться и всё вернётся на свои места, но на этот раз демон будет делать что-то такое, что должно вынести девушку из ума, свести с ума, превратить в сумасшедшего человека, который будет смеяться из-за каждого слова. И Олдридж, осознав всё это, поняла, что стало куда сложнее жить и находиться в Гравити Фолз. Она видела, на что способен Билл, и не понятно, на что он будет готов, чтобы как можно быстрее добиться своей цели. А раз он обещал свести её с ума, то у девушки крайне большие проблемы.       Мейбл снова вернула её в прежнее состояние, помахав рукой около лица, из-за чего Олдридж вскоре часто заморгала. Они снова негромко посмеялись над странным поведением Эны, и даже сама девушка негромко посмеялась, прикрывая рукой рот. Наверное, сейчас ей по-настоящему хорошо… но чего-то не хватает, нет того, чтобы согревало душу и сердце. Эне бы сильно хотелось узнать, что же это за странное явление…       …но, странно, она уже знает ответ…?       Через пару мгновений все они направились на выход из кафешки, а Пасифика ещё по ходу заплатила за купленный напиток. Вскоре они пошли прогуляться по городу, как какая-нибудь компашка… Мейбл интенсивно разговаривала со своей подружкой Нортвест, что-то опять о романтике, а вот Эна шла сзади, медленно, но уверенно, смотря по сторонам и вдыхая свежий воздух. Наверное, так спокойно не было уже давно… вся эта суета с Биллом вывела её из прежнего жизненного ритма. Хочется вернуться назад, в эту спокойную жизнь, но также хочется остаться в этой суете… но почему… ах, точно, Эна теперь знает ответ.       Но идти тихо она долго не могла… через какое-то время Диппер дотронулся до её плеча, освобождая ото «сна», после чего Эна даже немного вздрогнула, но не настолько, как было раньше. Кажется, со временем, Эна привыкла ко всему этому. Она глубоко вздохнула и приложила руку к груди, легонько улыбаясь и смотря на Диппера, что сначала так же приветливо улыбался… казалось, ни что не сможет испортить такую милую прогулку… а вообще, куда они все отправляются?       Пока Диппер что-то говорил и вскоре уже хотел расспросить Эну о более важном, Олдридж задумчиво уставилась в спину Мейбл, а потом даже спросила, куда они все отправляются. Шатенка искоса посмотрела на девушку, легонько улыбаясь, а потом остановилась, хватая исследовательницу за ладошки. Её улыбка расцвела, из-за чего Эна даже удивилась. ― А мы пойдём в гости к Пасифике! У неё рядышком такая красивая нетронутая природа, можно будет пикник устроить! ― выкрикнула счастливо Мейбл, прикрывая ресницы. ― Мы и раньше хотели с девчонками пойти, но ждали, когда же ты, наконец, выйдешь из своей «берлоги», ― усмешка, ― и вот, дождались! ― С-серьёзно? ― покрываясь лёгким румянцем, спросила Эна, отводя взгляд в сторону. ― Нет, не нужно было… ― Надо-надо! Тебе нужно воздухом подышать, чтобы освежить ход мыслей! Ты же, надеюсь, выбрала себе предмет для исследований?       Эна ненадолго замолчала, окинув всех присутствующих взглядом, и даже прохожих, что шли по своим делам и не обращали ни на кого внимания. Что-то в голове кольнуло, какая-то странная и таинственная мысль, но от этого Олдридж даже улыбнулась, уверенно смотря в лицо Мейбл, что широко и радостно улыбалась. Наверное, девушка никогда не была настолько уверена в своих действиях. И только сейчас, после всего пережитого, она с гордостью может сказать: ― Конечно… я решила, что буду исследовать.       Мейбл радостно завизжала, наверное, сама не понимая, чему она так радуется, Пасифика лишь хмыкнула, скрестив руки на груди, а Диппер как-то подозрительно покосился на Олдридж…       Кажется, Эна нашла себе новых проблем.

***

      Пока Мейбл вместе с Пасификой о чём-то громко разговаривали (точнее, громко разговаривала только Мейбл, что держала в руках огромную розовую вату, что сделали дома у Пасифики) и также громко смеялись, кажется, общаясь о чём-то личном и снова о романтике, Диппер обворожительно и изумительно смотрел на красивую природу вокруг себя. Неподалёку от места шумел невысокий чистый водопад, поэтому со стороны эта местность казалась ещё более завораживающей. Вода быстро лилась сверху вниз, образовалось небольшое глубокое озерко, которое по размерам и озером назвать нельзя. Но наша молодёжь только лишь наблюдала со стороны, на самом деле они сидели на мягкой зелёной травке, а вокруг росли высокие сосны и ели. Пеньки, странные и необычные цветки, на которые Диппер обращал много внимания ― всё это и не только было в этом прекрасном месте. Можно вечно перечислять эту красоту, но сейчас не об этом… окунёмся в мир главной героини.       Пока остальные занимались своими делами, Эна сидела на высоком камне, прижимая колени к груди, а на коленках был блокнот, в котором она писала какие-то пометки. На земле лежала развёрнутая большая газета, в которой было написано про тех самых призраков, о которых девушка рассказывала Пасифике ещё тогда, когда они сидели в кафешке. Нормально, называется, они пошли на прогулку… теперь девчонки занимаются своими делами, Диппер тусуется сам с собой, а Эна сидит в полном одиночестве, изучая то, чего ещё ни разу не видела.       Эна бы так и сидела тихо, перечитывая тысячу раз газету и что-то записывая в блокнот, если бы Диппер не подошёл к девушке и не спросил, чем она занимается. На этот раз Олдридж даже не вздрогнула… и это заметил Пайнс. И почему она так сильно поменялась? Нет, Диппер рад, что Эна меняется в лучшую сторону, что теперь она не шарахается от каждого движения… но такое резкое изменение в поведении что-то, но значит. Но что именно — Дипперу ещё предстоит узнать. ― Ты чего тут сидишь? ― спросил воодушевлённый Диппер, пытаясь не показывать своё негодование. ― Я думал, ты хочешь провести время с моей сестрой и её подругой… ― Хах… на самом деле я даже не хотела сегодня куда-нибудь идти… особенно в такое место! ― изумительно глядя вокруг, произнесла Эна, окидывая взгляд по сторонам. ― Но мне нужно просвежиться… подышать воздухом. Моя жизнь сильно поменялась за последний месяц, но теперь, когда все невзгоды закончились, я готова приступать к самому главному…       Кажется, Эна почувствовала это. Это чувство, когда совсем недавно всё было по-другому, а ещё раньше её жизнь была настолько скучной, что сейчас бы она посмеялась над этим… и неясно, хочет ли она попасть назад в прошлое, где не было в её жизни ничего интересного, или продолжать жить так же незабываемое и невероятно, как в какой-нибудь сказке.       Только вот закончится ли эта «сказка» хорошо или плохо ― зависит только от Эны Олдридж. ― Знаешь… ты так и не рассказала нам, что за такие «проблемы» у тебя были, ― недолго думая, ответил Диппер, почёсывая затылок и смотря куда-то в сторону, но никак не на девушку, ― если были какие-то неприятности, ты могла попросить у нас о помощи… ― Нет-нет! Это касалось только меня…! ― выкрикнула сразу же Эна, приподнимая руку верх. ― Но не надо об этом больше волноваться… я, кажется, решила свою проблему.       Эне не понимает сама, врёт ли она или нет. Ведь Билла не было с того самого момента, когда они совершили эту странную сделку… и когда умер тот юноша. Олдридж нахмурилась, но попыталась скрыть это за газетой, что взяла в руки и стала внимательно, наверное, уже в десятый раз прочитывать одно и то же. Об этих призраков мало что говорится, особенно в такой старой газете… и что же девушка пытается вычитать?       Диппер тоже нахмурился. Он пошёл за сестрой не ради того, чтобы тусоваться в компании девчонок… наверное, будь Диппер заинтересован в этом, он бы и не был против. Но то, что он услышал сегодня утром по телефону от дяди Стенфорда, его сильно волновало. Вдруг, Эна как-то в этом замешана? Пайнс до сих пор надеется на то, что исследовательница никак в этом не замешана, но каждый раз он всё больше перестаёт в это верить… ведь это странное поведение, изменения в характере что-то, но значат.       Шатен не может всё время сидеть и разговаривать с человеком, который то и делает, что скрывает что-то… он не может больше ждать. Диппер негромко прокашлялся в кулак, привлекая на себя внимание девушки, а также оглядел сестру и её подругу нахмуренный взглядом, осознавая, что они сидят далеко в стороне и громко между собой беседуют, даже не думая ни о Диппере, ни о Эне. Пайнс сглотнул, а потом, когда Олдридж снова перевела взгляд в газету и своей блокнот, схватил её за локоть, приближая к себе. Девушка даже вздрогнула и негромко вскрикнула, прежде чем парень что-либо сказал. ― Давай чуть отойдём в сторону… мне надо тебе кое-что сказать, ― голос Пайнса был грубоват, но с тем же какой-то неуверенный. Эна даже изогнула бровь. ― Но зачем…? Говори здесь, все же свои, ― Эна чуть улыбнулась, даже сама не зная зачем. Она чувствовала, что сейчас что-то будет… поэтому старалась сгладить обстановку. ― Не хочу зря беспокоить сестру и Пасифику… это очень серьёзно, Эна, пожалуйста, ― Диппер в итоге глубоко вздохнул и отпустил локоть девушки, смотря на неё каким-то молящим взглядом, из-за чего она даже перестала улыбаться, ― мы просто посмотрим на водопад.       Эна не стала говорить что-либо против. Она встала с камня и, оставив все вещи на своих местах, направилась за Пайнсом, пока тот медленно шёл впереди и переглядывался в разные стороны, будто пытался кого-то найти. В конечном итоге они прошли не так уж и далеко, оказались неподалёку от берега рядом с водопадом, и просто встали на месте, наблюдая за тем, как вода быстрым течение падает вниз.       Эна присела рядом с берегом и сняла с ног ботиночки, оголяя ножки и после вообще опуская их в воду. Холодноватая вода заставила покрыться мурашками, девушка несильно вздрогнула, но в итоге широко заулыбалась, негромко простонав. Она подняла голову вверх и уставилась в яркое голубое небо, по которому плыли белые пушистые облака… кажется, давно не было так хорошо.       Но всю эту спокойную обстановку вдруг разрушил Пайнс, что подсел рядом с исследовательницей, прижимая одну ногу к своей груди и положив на колено руку. Он сначала безэмоционально смотрел вдаль на красивый водопад, а потом повернулся лицом к девушке и одарил её беспокойной улыбкой. Эна даже сама забеспокоилась. ― Знаешь, Эна… я тебя ни в чём не обвиняю. Сначала ты казалась мне самой обычной девчонкой, но со временем твоё поведение и характер стали меняться… в итоге ты стала той, кем сейчас являешься. И удивительно: прошёл всего лишь один месяц! ― Диппер не нарочно засмеялся. ― Но я хочу рассказать тебе совсем не об этом… ― Хей, Диппер… я не понимаю, о чём ты говоришь, ― Эна сглотнула, волнуясь ещё сильнее. Теперь Билл не кажется такой сильной проблемой, как сейчас. И главное: Эна даже не знает, в чём провинилась! ― Может… объяснишь? ― Конечно… ― помедлив, он глубоко вздохнул и продолжил, ― сегодня утром нам позвонили дядя Стен и дядя Форд… они, конечно, рассказали нам много чего интересного… но также они сказали нам кое-что важное. Во-первых, они приедут через неделю…       Тут Диппер замолчал, ведь Эна, заслушавшись, услышала как раз то, что давно уже мечтала услышать. Она, наверное, сейчас выглядит счастливее и радостнее самой Мейбл, когда она только услышала от Зуса прекрасную новость… и этому был сильно удивлён брат. Он удивлённо смотрел на улыбающуюся девушку, что скрестила пальцы в замочек, и радостно смотрела в глаза Пайнса. Она даже перебила его, но ей было как-то всё равно. ― Ты серьёзно? Мистер Стенфорд, твой двоюродный прадедушка, приедете уже через неделю! ― произнеся эту вслух, девушке стало ещё приятнее. ― Вух! Я так давно хочу пообщаться с ним! Столько вопросов, которые я хочу задать… ох, побыстрей бы познакомиться с ним! ― Хах… да, не волнуйся, я обязательно тебя с ним познакомлю… или это за меня сделает сестра, ― негромкая усмешка, ― но это не та новость, о которой я хотел тебе рассказать… конечно, она тоже, но есть кое-что более важное.       Диппер редко так серьёзно с кем-либо разговаривал, но в отличие от своей сестры близняшки, намного чаще. Он нахмурился и уставился прямо в лицо девушки, поэтому та перевела на него свой таинственный и удивлённый взгляд… наверное, она бы так и продолжала радоваться такой новости не хуже Мейбл, но этот взгляд, эта странная серьёзность в голосе парня сбила с толку. Эна знала, что сейчас что-то будет… она не знала, что на душе у Диппера, какие эмоции он испытывает, но вскоре узнает. Вся эта серьёзность, неуверенность, даже злость… всё это она скоро увидит. И даже представить не может, почему всё это испытывает Пайнс и почему обращается именно к ней.       Причина кроется не в ней. Она кроется в том человеке, а точнее демоне, к которому девушка испытывает смешанные чувства. ― Что именно…? ― Эна продолжала смотреть Дипперу в глаза, а тот, кажется, нахмурившись ещё сильнее, отвернулся от девушки и уставился в прозрачную воду, откуда видел своё кривое отражение. ― Знаешь… прежде чем дядя Форд отправился со Стеном в кругосветное путешествие, он оставил на всех опасных аномалиях какие-то приборы… они считывают состояние аномалии. И в итоге один прибор дал сбой… он сломался, ― здесь Диппер замедлился, медленно поворачиваясь лицом к Олдридж, а та сидела с выпученными глазами. ― Он просто разрушился… из-за изменения состояния. И это «аномалия» очень-очень сильно опасна…       Эна с ужасом смотрела в глаза Диппера, как тот уверенно и одновременно нахмурено смотрел ей в глаза и пытался сообразить, думают ли она вместе об одном и том же, или же Эна чего-то ещё опасается?       Эна волновалась, как никогда… она думала только об этом и надеялась, что на самом деле она ошибается, что всё это ошибка. Но её голова забита только одной мыслью…       … и это о Билле. И она была права. ― Я не хочу тебя запугивать… но я говорю о Билле, ― последние слова он проговорил с какой-то опаской и злостью, отворачиваясь от девушки и хмурясь ещё сильнее. А вот Эна, услышав такой ответ, заволновалась ещё сильнее, ― дядя Форд предполагает, что Билл освободился из своей каменной тюрьмы… но он не знает, кем сейчас является и где находится.       Эна хотела услышать любое другое существо, но никак не демона, к которому испытывает странные смешанные чувства. С одной стороны она хочет помочь Пайнсам справиться с опасностью, которую представляет собой Билл… ну, а с другой, она просто не может пойти против Сайфера. Даже сама не понимает, боится ли она его, поэтому и не хочет идти против него, или же просто настолько любит…?       Когда же Эна, наконец, разберётся в своих чувствах? Может, она и разобралась, но мысль о том, что Билл хочет убить её или избавиться от неё, свести с ума, всё меняет. Если бы не это… не эти глупые слова, не эта глупая сделка… то, возможно, Эне бы было куда проще смириться с этим. — И что… что теперь? — Олдридж старалась вести себя естественно… но она никак не могла успокоиться. Как тут можно успокоиться, когда речь идёт о таком важном? А что, если кто-нибудь узнает её секрет… то, что она общается с демоном… что тогда с ней будет? — Я не знаю, Эна… — Диппер сам волновался, но сейчас он повернулся лицом к девушке и уставился прямо в её беспокойные глаза. — Никто из нас не знает, чего хочет Билл… и на что он способен. Мы даже не знаем, как он освободился…       Эти слова ещё сильнее напугали девушку. Она сглотнула огромный комок, что образовался в горле, а потом испуганно уставилась в глаза Пайнса… и он, кажется, заметил этот страх, из-за чего сильнее нахмурился. Эна, пытаясь скрыть волну эмоций, быстро отвернулась от парня и уставилась куда-то вдаль, негромко посмеиваясь и прикрывая рукой рот, глупо и криво улыбаясь. Диппер снова видит это волнение… это бессмысленное волнение. Почему Олдридж волнуется, если Диппер даже не обвиняет её ни в чём? Такое чувство, будто она скрывает что-то, что очень важно, и поэтому ведёт себя снова по-другому. Кажется, юноша это заметил. — Эна… я хотел поговорить с тобой об этом…— Пайнс положил свою руку на плечо исследовательницы, на что та покрылась мурашками. — Просто… ты же ведь интересовалась Биллом, верно? — Хах, да, верно… какое неловкое совпадение! — Эна негромко посмеялась, прикрывая рукой рот, а также прикрывая ресницы, чтобы Диппер не мог увидеть испуганного и волнующего лица. — Но ты же… ты же не подозреваешь… меня в этом, да?       Диппер ненадолго запнулся, переводя взгляд в озеро, где несколько секунд разглядывал своё кривое отражение, пока Эна смотрела на него так, будто ждала ответа, решающего её жизнь… впрочем, это было почти так. Если Пайнс увиливает от ответа, переводит тему или не смотрит на девушку, даже не смутившись, значит, он не хочет говорить что-то… и Олдридж прекрасно знает, что именно. Неужели всё дошло до того, что теперь её новые друзья не будут ей доверять? Неужели ей придётся общаться только с полоумным демоном, что пытается прикончить её к чертям…? Нет, она не сможет так жить! — Я не говорю, что обвиняю тебя в чём-то… и подозреваю, — спустя недолгое молчание проговорил Диппер, глубоко вздыхая и прикрывая ресницы, — просто ты долгое время интересовалась им… и даже каким-то образом изучала! Я хочу узнать, не вляпалась ли ты в какую-нибудь проблему, из-за которой теперь у тебя проблемы… ведь если что-то случилось, ты можешь попросить нас о помощи.       Слова Диппера были такими добрыми, нежными и спокойными, уверенными, что девушка даже чуть не проговорилась… нет, она очень-очень сильно хочет раскрыть все карты, наконец, перестать жить в обмане и лгать близким ей людям, к которым она так привыкла и которым так больно врать… но если она что-либо скажет, то поплатится за это. Неважно, насколько будет больно, насколько будет страшно и сколько будет пролито слёз… Эна примерно представляет себе, что её может ждать, поэтому и думать не хочет. Она знает, что будет больно и страшно, но единственного, чего она наверняка не знает, — будет ли больно с Пайнсами или Сайфером? Помогать злу или добру, если это так можно назвать?       Кто ей дороже — демон снов, что пытается сделать хорошо только себе, не думая ни о ком другом, или же семья Пайнс и её друзья, что любят девушку, как родную, и что привыкли к ней? Вроде, выбор очевиден, но не для Эны Олдридж. — Ну, так что? — после долгой паузы всё-таки спросил Диппер, чуть сжимая плечо девушки, что была потеряна в своих мыслях. — Ты знаешь что-нибудь, чего мы не знаем? — Нет… я много чего не знаю, и в этом моя прелесть, — Эна чуть улыбнулась, глубоко вздыхая и переводя взгляд на воду, в которой увидела своё отражение, — не волнуйся, ничего того, чтобы было опасно для жизни, я не знаю… и ни в чём не участвую. Просто живу… и стараюсь жить.       Наверное, Эна когда-нибудь пожалеет об этих словах, но сейчас, когда Диппер, кажется, поверил ей и с чистой душой глубоко вздыхает, вдыхая свежий воздух, Олдридж спокойна. Некоторое время можно не волноваться о том, что её в чём-то подозревают, но это только пока. Вскоре Билл что-то снова учудит, а когда приедут прадедушки Диппера и Мейбл, то тогда и начнётся настоящая жара… а сейчас можно отдыхать и наслаждаться внешним видом, пока такое вообще возможно.       Тяжело врать, и Эна это понимает… она понимает, что потом будет хуже. Но почему-то, не хочется подводить ни полоумного демон, в которого она безответно влюблена, ни семью Пайнс, которую также полюбила всем сердцем. Может, в будущем она окончательно определится, а пока будет наивно доверять всем. — Ну что же… раз ты ничего не знаешь… — Не знаю… — перебивая парня, произнесла Эна, вцепляясь руками в зелёную травку и откидывая голову назад, вдыхая аромат хвойного леса. Зачем она его перебила — непонятно, но от этих слов ей стало куда легче. — Что ж… раз так, то пошли назад. Наверное, Мейбл и Пасифика уже панику подняли, — усмехнувшись, Диппер поднялся на ноги, а потом даже подал руку девушке, широко улыбаясь, — пойдём? — Ты иди, а я немного здесь посижу… мне и тут хорошо, — ответила Эна, после чего Пайнс даже немного удивился, убирая руку в сторону, — через минут десять-пятнадцать вернусь, не волнуйтесь там. — Хах, хорошо, Эна… только не сиди долго на холодной земле, а то простудишься, — заботливо произнёс Пайнс, а потом направился назад к тому месту, где находился ранее, но на этот раз без Олдридж. Она осталась сидеть одна у берега, наблюдая за облаками и глубоко вздыхая, кажется, наслаждаясь этим замечательным моментом.       Это ничто не могло испортить… легонько дул несильный ветер, колыша листву деревьев и невысокую травку, водопад струился вниз, из-за чего вода будто бы дрожала, а вид был настолько обворожителен и прекрасен, что девушка не нарочно стала забываться, находится ли она в реальности или во сне. Но обычно её сны — это страшные кошмары, поэтому она сразу поняла, что это настоящий мир, в котором она хочет ещё немного задержаться… так хотелось, но жизнь такая штука, что, когда хочется чего-то сильно, всё происходит наоборот.       Эна очередной раз вздохнула, но потом повернулась в другую сторону, смотря куда-то вдаль и думая о чём-то своём. В ту же секунду она закрыла глаза, а потом ещё улыбнулась, оставаясь в таком положении некоторое время. Но пока она сидела и никого не трогала, слышались негромкие шаги, и Эна прекрасно чувствовала, как кто-то к ней приближается. Она не стала обращать на это внимание, решив, что это либо Диппер, либо Мейбл или Пасифика, что просто пришли проверить свою подругу…       …но лучше бы Эна открыла глаза. — Диппер, я же сказал, что потом приду… не надо так обо мне волноваться, я не маленькая, — на одном дыхании проговорила Эна, хмуря брови, но до сих пор держа глаза закрытыми, поэтому и не видя человека.       Но она была уверена в том, что это Диппер.       Ничего не предвещало беды… юноша просто сел рядом и положил свою руку на колено, что притянул к своей груди, а другой рукой подпёр подбородок, хищным взглядом глядя на девушку. Эна даже не замечала этого… нет, она чувствовала этот странный взгляд, но всё равно не открывала глаза, надеясь, что это Диппер, хотя и в душе было какое-то волнение…       Но резко все её мысли превратились в прах, рассыпались и улетучились, когда чья-то крепкая мужская рука схватила её за подбородок… и нет, это не рука Диппера, как она думала. Чувствуя эту теплоту, нежность и одновременно какую-то знакомую грубость, девушка сразу осознала, кто перед ней находиться. Но глаза открыть она так и не успела… в ту же секунду этот «кто-то» потянул её на себя, и в одно мгновенье её губы соприкоснулись с чужими, расплываясь в странном поцелуе. Эна должна бы открыть глаза и оттолкнуть объект её общей ненависти и любви, но не могла этого сделать…       Она просто не хотела.       Такие оба странные, такие же одинаковые… у обоих было сложное прошлое и такое же неизвестное будущее, а настоящее проходит больнее, чем удары по сердцу. Они вдвоём не знают, зачем это делают и для чего… ведь они знают, что никакого общего будущего не будет. Одна уйдёт своей дорогой, а он — своей тёмной, глубокой и ужасной дорогой, наполненной болью и страданиями, и непонятно, его ли или совсем невинных людей. Зачем он всё это делает…? Разве ему не хочется побыстрее избавиться от девушки, свести её с ума и забрать её душу, чтобы потом вершить свои ужасные планы по захвату всего мира? Он уже сам не знает, чего хочет… нет, он придерживается своего плана: довести Эну до нервного срыва, влюбить в себя без памяти, чтобы потом она сама отдалась ему вместе со своей душой… и тогда он будет свободен из своей тюрьмы. Но, проживая этот промежуток времени в человеческом теле, он сам ненароком превращается в настоящего человека… со всеми этими эмоциями, чувствами, которые он так терпеть не может.       Все же мы поняли, что это Билл, верно? И Эна это поняла.       Поцелуй был такой спокойный, что Эне на секунду показалось это ложью… что её целует не демон снов, а какой-то посторонний человек, что не знает, наверное, как надо правильно целоваться… или же для Билла это нормально? Олдридж сама толком не знает, но пробовала на подушке ещё в детстве — вроде, поняла… и сейчас сидит на голой земле, целуясь с демоном, даже не думая отстраняться. Он же, когда девушка собиралась открыть на секундочку глаза, приложил свою руку к её лопаткам и прижал к себе, а другой рукой закрыл её глаза. Поцелуй продолжался, и вдруг Сайфер поменял нежность на грубость, впиваясь губами жёстко и решительно, словно он делает это каждый день… и Эна покрылась сильно-сильно румянцем, наконец, возвращаясь в реальность. Она не девочка на побегушках, что слушается приказов… она никогда не встанет на колени и не начнёт подчиняться другим, хоть и походит на наивную девчонку.       Эна схватилась за рубашку демона и сжала в своих крохотных кулаках, нахмурившись и напрягаясь всем телом. Она только недавно впервые поцеловалась, куда торопить события? Она хочет нежности, доброты, хотя и знает, что от демона такого ей не ждать. В итоге Олдридж больше не могла такого терпеть, поэтому оттолкнула Билла от себя, тем самым разорвав поцелуй. Такой ненасытный, болезненный… и то, чего девушка так давно хотела.       Эна приземлилась на траву, её короткие волосы растрепались, а сама она глубоко дышала, пытаясь отдышаться… странно, будто она делала это всегда, поэтому её щёки лишь слегка покраснели. А вот Билл был безэмоционален, впрочем, как обычно и бывает. Для него это наверняка тоже в новинку, но ему всё равно, в отличие от Эна. Но почему-то именно сейчас он улыбался как чеширский кот, не отрывая взгляда от девушки… он что, снова взялся за свой план? — Какой раз удивляюсь, что вы, люди, странные существа… вроде хотите, а делаете совсем по-другому… — усмехнулся Билл, закидывая ногу на ногу, и взмахнув рукой, убрал чёлку с единственного видящего глаза. — Ну, как у тебя жизнь, плоть? — Ты… ты… — Эна не могла и пару слов сказать… язык снова заплетается, и она снова волнуется в обществе демона. Она снова и снова покрывается румянцем и заикается. — Ты просто невыносим, — в итоге скептически произнесла Олдридж, прикрывая веки. — Это принимать как комплимент или оскорбление? — Как считаешь нужным, — Эна вздохнула, перевела взгляд на удивлённого Сайфер, что изогнул бровь и не спускал с неё глаз… а точнее, глаза, другой, оказывается, был под чёрной повязкой, — ты чего смотришь на меня? — Ты какая-то странная в последнее время… не реагируешь на мои знаки внимания, даже не кричишь и не визжишь. Я разочарован, — Билл театральной прижал руку к груди, а потом хищно улыбнулся, — ну, что же случилось? — Ох, ну, даже не знаю… может, неделю назад на моих глазах прибили человека, а теперь пристают ко мне с поцелуями?! — выкрикнула разъярённая Эна, хмуря брови и злясь до такой степени, что даже лицо немного покраснело. Билл же от такой картины лишь посмеялся. — Чего ты ржёшь? Теперь ты хочешь довести меня до нервного срыва, чтобы забрать душу! Зачем, мать твою, за поцелуями лезешь? — Это интересно… я, вроде, когда-то говорил, что хочу исследовать человеческое поведение… вот и случай приглянулся, — Сайфер негромко усмехнулся, смотря на девушку сверху вниз, как та поджала губы и вылупила глаза, — да и это помогает сводить тебя с ума. — Это не помогает! — Эна вскочила с земли, даже не думая смотреть в лицо Сайфера. Удивительно, этот человек пытался убить её много раз и сейчас издевается, а она даже не собирается убегать от него. — Ты наоборот, делаешь только хуже. Не знаю, какой у тебя там план, но я отдаляюсь от тебя… поэтому тебе надо перестать так делать! — Почему? — он как-то по-детски надул губки, а потом откинул голову назад и уставился в небо пессимистическим взглядом. — Я думал, мы с тобой встречаемся…       Слова Билла были спокойны… он даже не спрашивал или вроде того, он просто констатировал факт. Он был настолько в этом уверен, что даже ухмыльнулся, но когда опустил голову вниз, уставившись в лицо злой и одновременно удивлённой до ужаса Эны, понял, что, кажется, ошибся. Но ради таких эмоций, мимики и просто характера девушки Билл готов был на всё. Его это смешило, забавляло и… умиляло? Сводило с ума?       Эне же было не до сокровенных чувств. Она бы, наверное, порвала демона, если бы не была настолько поражена его словами. Её больше бесило то, что демон настолько уверен в себе… он считает, что после всей этой боли, унижения и насмешек она будет любить его всем сердцем и говорить «да» на все его слова?       Ну, от части, он прав… — Ты «того»? Нет, я знаю, что ты «того», но чтоб настолько… ох, мама родная! — Эна снова плюхнулась на землю, на этот раз закрыв руками лицо, чтобы не показывать свой румянец и свою злость. — Боже, помоги… — Бога нет, плоть… есть только я, — уверенно произнеся, он после ещё раз ухмыльнулся, — а что, я не прав разве? — Ты хоть знаешь, что значит «встречаться»? Пожалуйста, скажи, что не знаешь! — Эна вскочила с земли снова, разъярёнными глазами уставившись на Сайфера, что снова бездушно глядел на исследовательницу. В итоге Билл кивнул, а Олдридж всё равно продолжала: — встречаются люди, которые любят друг друга! Которым дорого каждое слово, каждый день и час, а не которые ненавидят друг друга и пытаются убить и «дарят» окровавленные ножи! Теперь понимаешь, чем мы отличаемся от других любящих людей? Ты просто не можешь любить…! — Обижаешь, плоть… я же ведь говорил, что ты небезразлична мне. Не понимаю, в чем ещё проблема… — А ты забыл, как издевался и до сих пор издеваешься надо мной, как смеёшься и оскорбляешь, как делаешь больно не только телесно, но и одними словами? Тебе напомнить? — выкрикнула Эна, тыча пальцем прямо в нос демона, из-за чего тот даже дернулся. — Какая может быть любовь, если ты демон? Ты не можешь чувствовать, и в любом случае, это опять какой-нибудь твой план… здесь что-то нечисто, я чувствую. Так что, прошу, уходи отсюда.       Эна даже отвернулась от Сайфера, вытаскивая из холодненькой воды свои мокрые ножки, опуская их на траву, чтобы они быстрее высохли, чтобы после встать и уйти назад к своим друзьям, которые наверняка уже заждались её. Но просто сидеть в полной тишине и ждать, когда высохнуть ноги или сам демон не уйдёт, не получилось. Олдридж сидела тихо и никого не трогала, пока не услышала те слова, которые заставили её сердце растаить… тот лёд, что был внутри: — Может, тогда, начнём встречаться?       Голос Билла, как всегда, был спокоен и рассудителен. Он говорил быстро, но понятно, поэтому Эна прекрасно поняла эти слова. Она услышала его голос, его грубый низкий голос, эти чудесные слова, из-за которых хотелось плакать… хотелось сказать «да», глубоко в душе хотелось, но она не может так просто всё сделать. Олдридж потеряет своих друзей и близких, если полостью отдаться своим желаниям… но также сложно отказать.       Эна медленно повернула голову в его сторону и уставилась каким-то больным и плачущим взглядом, еле сдерживая слёзы, чтобы не разреветься прямо перед демоном. Он смотрел также бездушно, даже не зная, как реагировать, а внутри девушки сражались все чувства. А также сама она. — Ты снова шутишь, верно? — Эна поджала губы, сглатывая, и слёзы стало сдерживать ещё сложнее. Она взмахнула руками и стиснула зубы, лишь бы не плакать. — Почему ты делаешь так больно…? Это опять такая уловка? Ты снова пытаешься меня обмануть? Зачем всё это делать, скажи мне, если ты всемогущий демон, который может забрать мою душу просто своими руками?! — Ты права, это уловка… но разве это не то, чего ты хотела? — Билл усмехнулся, а потом резким движением прижал девушку к своей груди, обнимая обеими руками. Эна даже затаила дыхание, боясь двигаться или дышать. — Ты можешь продолжать изучать меня для своих глупых исследований… да, я неидеален в плане человеческого мира и в плане отношений, но зато у тебя появился шанс, который только один. Понимаешь? Я второго не дам, если сейчас не скажешь мне «да», то всё оставшееся время тебя будут ждать лишь боль и разочарование. И твоих «друзей», которых ты так сильно любишь… Пайнсов в особенности, у меня к ним отдельный разговор. Но ты можешь всё это исправить… зачем мне это, спрашиваешь ты? Я сам не знаю. Ты права, я могу забрать твою душу и потом разодрать на тебе всю кожу, оставив умирать где-то в лесу, как того ненормального парня… Но, кажется, побыв в теле человека я сам превратился в человека. Ну, так что? Что ты мне скажешь?       Он улыбался так приторно и озлобленно, что Эна не верила в его слова… в его эту «любовь». Она знает, что это не любовь вовсе… но это объяснение и рассуждение заставило Эну задуматься, теперь ей страшно отвечать. Что её может ждать на стороне Сайфера, если она начнёт с ним, чисто теоретически, встречаться? А что будет с Пайнсами и всеми остальными, если Олдридж не согласится на такое странное предложение? Или это была угроза…? — Эна! — высокий девчачий голос раздался где-то неподалёку, а также Эна услышала негромко шаги. Вспомнив, что она пришла не одна в это чудное место, а вместе с близнецами и своей подругой Пасификой, сердце забилось ещё быстрее, а дыхание ни с того ни с чего участилось. — Эна, надеюсь, ты не утопилась там в одиночестве? — А что, это неплохая идея… — тихий голос демона также вернулся девушку в реальность, на этот раз заставив задрожать.       Билл лишь негромко усмехнулся и схватил девушку за волосы, поднимая руку вверх и тем самым делая ей больно. Но Эна, чтобы не привлечь лишнего внимания, заткнуть одной рукой рот, а другой пыталась отстраняться от демона… но тот, схватив другой рукой её за шею, притянул ближе к берегу и потом со всей силы опустил вниз в воду. Эна сразу запаниковала, быстро задержав дыхание и с ужасом наблюдая на дно озеро. Она же ведь боится огромного водного пространства, а если она ещё захлебнётся в таком маленькое озерке, то тогда вообще будет плохо… конечно, будет плохо во-первых Эне, ведь она умрёт. Но надо сделать всё возможное, чтобы не умереть…       Сейчас Эна вспоминает свой первый кошмар… Когда упала в океан и её стали душить. Когда её поцеловала странная тень, что вскоре оказалась самим Биллом Сайфером. И как только исследовательница вспомнила об этом, Билл также начал говорить, вытащив на секунду голову Эны из воды: — Теперь все твои кошмары станут реальными…       Он снова опустил её голову в воду, она от силы захватила немного воздуха, а голоса вдали всё приближались и приближались. Билл снова вытащил голову Эны из воды, и та задышала ещё более чем жадно, молясь о том, чтобы демон прекратил это делать… Олдридж больше волновало не то, что она может пострадать, а то, что Диппер, Мейбл и Пасифика это увидят… а этого допустить исследовательница просто не могла. — П-пожалуйста! Хватит! — Эна вскрикнула, прикрывая рукой рот, чтобы на её крики остальные не прибежал. — Прошу, уйди… ты же всё испортишь! Умоляю, побудь сейчас человеком и сделай так, как я прошу! Мы должны слушаться друг друга, если хотим нормальных отношений! Или хотя бы приемлемых! — Если я правильно понял, это твой ответ, да? — Билл легонько усмехнулся, а потом отпустил волосы девушки, и она упала на землю всем телом, пытаясь отдышаться и держась за горло. — Ну, что ж… раз так, то будет так. Потом расскажешь, как встретила Шестипала и его глупого брата… ха-ха, если мы раньше не встретимся!       После этих слов Эна на пару секунд закрыла глаза, чтобы собраться с мыслями и прийти в себя, прежде чем остальные встретят её, но вскоре она лишь потеряла сознание. Слабое дыхание, уставшее тело и сильное сердцебиение — всё вместе. Эна так и не почувствовала, как Билл, прежде чем испариться, быстро чмокнул её в лоб, улыбаясь хищно и злорадно, будто его план сработал…       Ну, так оно и есть.       В следующий миг Билл испарился, а на помощь Эне прибежали Пайнсы и Нортвест. Через некоторое время Олдридж всё-таки отвели к Хижине Чудес, где уложили в постель Мейбл на чердаке, где она пролежала до самого вечера… и на протяжении всего этого вечера ей снился кошмар, от которого она снова проснулась в поту и криках.

***

      Эна вскочила и глубоко задышала, впрочем, как это обычно бывает. Вся в поту, но она и так была мокрая, и теперь вся постель мокрая. Это же из-за неё, верно…? Теперь Олдридж стало стыдно за это, ей надо извиниться и уйти отсюда, пока ей не стали задавать вопросы… а вопросы-то будут!       Эна медленно открыла дверь, удивляясь тому, что она впервые находится в комнате близнецов… потом также медленно спустилась по порожкам на первый этаж и, не увидев никого, заволновалась. Но вскоре перед ней пробежал большой поросёнок, поэтому Олдридж негромко вскрикнула. Это и помогло тому, чтобы увидеть и Пайнсов, и даже Пасифику, что почему-то так поздно вечером находилась в хижине… — Эна! О, Боже, ты в порядке? — Мейбл подбежала к Эне и дотронулась ладонью до лба девушки, таким образом, проверив температуру. Исследовательница вздрогнула и сглотнула, а Пайнс нахмурилась. — Так, вроде, всё хорошо… Ты просто сознание потеряла. Зачем нужно было падать в воду, дура? Я же пошутила! — А я… в воду упала? — почёсывая затылок, спросила девушка, пытаясь вспомнить то, что произошло несколько часов назад. И вправду, как только она вспомнила, в груди заиграло странно чувство… и это никак не было связано со словами Мейбл.       Только о Билле.       Он сам предложил встречаться… и хоть эти его предложения кажутся глупыми и невозможными, тем, что выгодно только ему, Эне всё-таки пришлось согласиться. Не только потому, что в опасности оказались все друзья и знакомые, и даже не потому, что она сама была в опасности… всё потому, что Олдридж этого давно хотела. Давно хотела взять и смело сказать, что она встречается, и не абы с кем, а с самым настоящим демоном снов Биллом Сайфером.       На жёлтом кресле в гостиной сидела Пасифика, кажется, смотря прямые новости вместе с Диппером, что сидел на полу, прижав ноги к себе. Помещение было довольно тёмное, поэтому из телевизора исходил яркий синий свет. Мейбл схватила Эну за руку и повела за собой к остальным, а после остановилась тогда, когда в экране увидела репортёршу. Пайнс хотела рассказать главную новость, что Олдридж, наконец, очнулась, но Пасифика перебила её, попросив помолчать.       Эна как-то боязливо смотрела на этот экран… Сейчас вспомнился день, когда она убежала из хижине, увидев в прямых новостях, как увозили труп юноши. Но теперь тот убийца мёртв, а значит, нет причины для волнения, верно…?       «Много людей толпилось около какой-то лесной поляны. И скорая помощь, и какие-то посторонние люди, и в том числе репортёры с полицией. Тот же самый пухлый низкий мужчина и высокий парень, те же самые полицейские. Они снова кого-то рассматривали и что-то говорили, и только всеми любимая репортёрша рассказывала главную новость. — Это прямые новости и я, Шандра Хименес. Мы ведём прямой репортаж из глубины леса городка Гравити Фолз, где лесорубы наткнулись на ещё один труп молодого юноши. О том, кто это, нам ничего неизвестно… при нём не было ни документов, ни каких-то личных вещей. Он был задушен, а вся его одежда в крови. Об остальном нам расскажут полицейские и медики…»       Дальше Эна просто не стала слушать. Ей хватило того, что она сейчас увидела и услышала. По её взгляду можно было описать многое, но какие сейчас эмоции — невозможно… она даже не стала стоять на месте и ждать, пока репортёрша договорит и новости закончатся, а Олдридж увидит реакцию своих знакомых. Она просто ударила себя по лицу и подошла к вешалке, забирая оттуда своё пальто, которое, наверное, Мейбл заботливо повесила… обула ботиночки, что стояли у выхода, и уже начала обзывать и себя, и Сайфера такими словами, что слышать раньше и не приходилось…       Вскоре из поворота выглянула Мейбл, смотря на злую и мокрую Эну каким-то вопросительным взглядом, даже не зная, как реагировать на это. Но когда исследовательница увидела шокированную Мейбл, то замерла на месте, нахмурено глядя ей вслед. Пайнс также стояла и смотрела на девушку, и между ними повисло неловкое молчание. — Ты куда пошла? Мы только недавно, можно сказать, вытащили тебя из воды… куда на этот раз ты отправляешься? — недовольно буркнула Мейбл, а Эна продолжила обучаться. — Это всё из-за того репортажа, да… ? — Да пошло всё это к чертям! — выкрикнула в ответ Эна, выплескивая всю свою злость наружу. Пайнс даже среагировать не успела, как Эна открыла дверь и вышла на улицу, поздно вечером, когда уже темно и холодно, а она, полностью мокрая.       Дверью хлопнули, оставляя Мейбл одну стоять в полном замешательстве. Она даже не знала, было ли это адресовано ей или кому-то ещё, но она просто плюнула на это и вернулась назад к остальным. — Что случилось? — сразу поинтересовался Диппер, изогнув бровь и выпивая соду. — Это Эна пошла…? — Ага, — пробубнила Мейбл, также плюхаясь на пол рядом со своей свинюшкой, — всё-таки ты был прав, Диппер. Она во что-то влипла и теперь пытается справиться сама. — А разве это не из-за новостей? Ну, типо про труп…? — обеспокоенно спросил брат, на что Мейбл лишь пожала плечами.       А Эна тем временем направилась домой, замерзая из-за мокрых волос и одежды, и даже не волнуясь о каком-то там убийце или маньяке — с сегодняшнего дня она встречается с «этим самым» убийцей.