Теорема без доказательства

Недоверчивый — человек, который судит о других по себе. Адриан Декурсель.

      Утро начинается не с кофе…       … утро начинается с вкусной яичницы с беконом.       Эна не любит пить кофе, поэтому приготовила вкусный и простецкий завтрак, а потом ещё сделала чаёк, чтобы хоть чем-нибудь запить весь комок пищи. Так одиноко сидеть в маленькой комнатушке, когда лампочка от силы светит и освещает всё помещение, за маленьким столом, медленно попивая горячий чай. Чтобы хоть как-нибудь сгладить эту тишину, Эна достала из кармана телефон и через пару кликов включила сегодняшние новости. А потом, поставив телефон на подставку, снова принялась кушать яичницу, накалывая небольшие кусочки на вилку.       Если в номере нет телевизора, то самый лучший способ посмотреть новости ― через телефон. Да и телевизор не особо нужен исследовательнице, ведь она всё время проводит на улице, и приходит в номер только ради того, чтобы немножко поспать… а потом на рассвете снова направляется на изучения.       Сначала рассказывались ненужные никому новости, и Эна решила не прислушиваться, жадно поглощая завтрак, будто его сейчас кто-то заберёт. Но как только начали рассказывать другие новости, особо важные, Олдридж не только перевела взгляд на телефон, но и серьёзно выпивала чай, маленькими глоточками, как бы это странно не звучало.       «Переходим к следующим новостям… к не самым приятным новостям. Наш городок недолгое время терроризирует таинственный маньяк, который не оставляет следов и улик ни на одном месте преступления. Вчера вечером было совершено очередное убийство, точнее убийства. Часть персонала, заведующая единственной в нашем городе гостиницей, была зверски задушена неподалёку от этой самой гостиницы. Было убито три человека. Просим быть очень осторожными. Полиция обещала в скором времени отыскать убийцу. Но долго ли городок будет находиться под гнётом этого странного неизвестного маньяка? С вами была Шандра Хименес, берегите себя».       Эна подпёрла рукой щёку и ядовитым взглядом смотрела на телефон, в своих мыслях уже придумав способ, как лучше всего проучить противного демона, что никак не успокоится и не перестанет совершать глупые поступки. Вроде бы, они поняли друг друга, косвенно признались в своих чувствах и, возможно, даже начали настоящие отношения, а не те, какие Билл когда-то называл «романтическими», когда они вдвоём были готовы друг другу глотки перегрызть. Эна помнит, как несколько дней назад стояла рядом со статуей треугольного тела Билла, как стеснялась и краснела до кончиков ушей, и как демон грубо целовал её прямо в губы, не отстраняясь до тех пор, пока Олдридж вовсе не стало хватать кислорода. А как только отстранялись, с глубоким вздохом снова впивались друг в друга, не представляя, сколько это будет продолжаться. Билл же ведь стоит рядом с прибором, который причиняет ему зверскую боль, а он всё равно продолжает целовать девушку, невзирая на страдания. И Эна это понимала, знала, что лучше всего сейчас же отстраниться от демона, но продолжала прижиматься к нему, путаясь пальцами прямо в золотистых волосах.       А как только они отстранились друг от друга, Билл, прижимаясь своим лбом к её лбу, негромко сказал: ― Я так тебя ненавижу… что не могу даже прекратить.       В другой бы ситуации Эна решила, что он так оскорбляет её, обижает и снова пытается причинить боль, но от этих слов девушка только растаяла и застеснялась сильнее. Она знала, что он сказал это от самого сердца, хотя и не могла поверить. Сложно поверить, что демон, вселяющий страх и ужас, за пару дней так привязался к ней и даже искренне полюбил. Но любовь ли это или опять обман?       Щёки Эны предательски краснеют, а в горло ничего не лезет. Девушка сглатывает, отодвигая от себя кружку чая, а потом берёт недоеденный завтрак и собирается выкидывать, так как она больше ничего не сможет съесть. Уже в какой раз из-за Билла она не может спокойно перекусить! Через пару минут она моет тарелки и кружку, после чего ставит на свои места. Она ещё за просмотром новостей решила, что сходит в лес и навестит озабоченного демона, что никак не успокоится убивать людей.       И с какой целью он это делает?       Пасифики нет, новой одежды нет, косметики нет. Эна точно пропала. Проходится одеваться так, как было в самые первые дни, и Олдридж даже неуверенно вздыхает, не зная, стоит ли это того. Она уже привыкла хорошо наряжаться и краситься, и сейчас, когда она возвращается в былые дни, когда была не той, какой в данный момент, волнуется, не повлияет ли это на отношения с демоном. Вроде раньше он не замечал её изменения в одежде, поэтому и сейчас не обратит внимания, что она снова решила отдаться старому стилю.       Надевает на себя старое пальтишко, что уже давно запачкано грязью и потрёпанно до самых дырок, такие же потрёпанные брюки, у которых неожиданно в области коленок также появились небольшие дырки. Эна напрягает мозг, пытаясь вспомнить случай, когда такое произошло, но всё без толку. Сухой салфеткой протёрла круглые очки, одела, а потом, схватив свою сумку, направилась на выход.       Девушка спустилась в самый низ и видит за рабочим местом уже другого администратора, что серьёзно работает за компьютером и не обращает внимания на посторонних людей. Олдридж сглатывает, только что осознавая, что убийство произошло неподалёку от неё, можно сказать, оно даже связано с ней. Но как только Эна вспоминает, что это всё сотворил Билл, глубоко вздыхает. Хотя странное чувство, будто сейчас что-то произойдёт, не перестаёт покидать её.       Эна быстрым шагом направилась в сторону леса, через некоторое время оказываясь рядом с Хижиной Чудес, но она шла не туда. Девушка быстренько, пытаясь не привлекать внимание туристов, пробежала мимо сувенирного магазинчика и забежала в лес, ещё быстрее спускаясь вниз к статуе демона, где, как ей казалось, он должен быть. Эта статуя была единственным вариантом, если его и там нет, то просто бессмысленно ходить по всему лесу в поисках его.       Эна аккуратно пробирается сквозь колючие заросли, что были по какой-то странной причине порезаны, поэтому было легче проходить мимо. Эти кусты так быстро растут, что девушка не успевает даже моргнуть, а уже вырастит какая-нибудь колючка. Олдридж негромко выругалась, когда зацепилась колючкой за край брюк, но дёрнув ногу, случайно разорвала самый-самый краешек. Исследовательница готова была закричать от злости, но вдруг увидела напротив себя демона, что спокойно сидел на голой земле, налегая на каменную статую, и тихо посмеивался, прикрывая рукой рот. От такой бесстыжей реакции девушка не только закраснелась, но и нахмурилась, окидывая юношу недовольным и ядовитым взглядом.       Эна решительно подходит к демону, и как только она подбирается ближе к нему, он замолкает и серьёзно глядит на последнюю, что даже смешно. Он пытается выглядеть серьёзным и холодным, но вскоре снова заливается смехом, как только видит злое, но очень милое личико Эны, у которой на щеках так и горел розоватый румянец. ― Хватит смеяться! ― недовольно выкрикнула она, несильно ударив носком сапога в бок Билла, а потом отвернулась, скрестив руки на груди. ― Я вообще-то пришла серьёзно поговорить, а ты тут ржёшь, как конь. ― Тебя надо в цирк отправлять. Вся твоя жизнь ― как одна большая комедия, ― Билл хмыкнул, улыбаясь таинственной и какой-то подозрительной улыбкой, но Эне было как-то всё равно, ― и злиться тебе нельзя. Выглядишь, как маленький ребёнок. ― Это я ребёнок! ― выкрикнула ещё злее девушка, после чего повернулась лицом к юноше, что насмехался прямо ей в лицо. ― А ничего, что ты творишь свои злые делишки, а мне приходится всё расхлёбывать? ― Что? ― вздёрнув брови, спросил Билл, пытаясь казаться удивлённым, но в голосе всё равно присутствовала усмешка. ― Что-что! Переставай уже совершать эти глупые и бессмысленные убийства! Ты, вроде, так делал, чтобы «свести меня с ума», чтобы это не значило… ну, а теперь зачем? ― Также ради этого. ― Да неужели? ― Ага.       Эна продолжает испепелять демона злым и ядовитым взглядом, пока тот, закинув руки за голову, поудобнее разлёгся, а прикрыв ресницы, ещё и широко улыбнулся. Олдридж знает, она просто чувствует, что Билл её обманывает, что он опять смеётся над нею и не хочет говорить настоящую правду. Но даже если логично подумать, зачем демону убивать людей, когда у него есть более важные дела? Да и почему все люди, так или иначе, связаны с Эной, как и косвенно, так и прямо через общение?       Эна глубоко вздыхает, пытаясь успокоиться и снова не разозлиться из-за противного и надоедливого демона. Она опускается на землю рядом с Биллом, поджимает колени к груди, а потом отводит взгляд в сторону, делая вид, будто она о чём-то думает. Будто она снова обиделась на Сайфера, отчего тот лишь закатывает глаза и глубоко вздыхает. ― Мне просто не нравится, что с тобой кто-то ещё взаимодействует… особенно такие противные людишки, как те, каких я лишил жизни.       Эна резко поворачивает голову в сторону юноши, что отводит взгляд и легонько покрывается румянцем. Она слышит, как он сглатывает, видит, как он хмурится, наверное, из-за того, что сам произнёс те словами, какие бы ни разу не сказал. Олдридж легонько улыбается, сама не понимая почему, а потом аккуратно кладёт руку ему на плечо, после чего тот сразу поворачивает голову в её сторону. ― Даже не знаю, что тебе сказать в ответ… ― бубнит Эна, пожав плечами. ― Вроде бы… это мило? Ты же ведь делаешь это ради меня, потому что ревнуешь, когда я общаюсь с другими людьми… а вроде бы ты убиваешь людей, и мне это очень-очень сильно не нравится. Прекращай это уже, а то рано или поздно тебя поймают… и тогда… тогда я потеряю тебя?       Эна говорила неуверенно, даже не слыша свой голос, потому что она думала совсем о другом. Она еле шевелила губами, ежесекундно сглатывала и даже начинала потеть. Через какое-то время Эна сильнее краснеет, а потом отворачивается, чтобы демон не мог видеть этого красного лица. А тот сидит в полном шоке, вылупив глаза и чуть нахмурившись, кажется, недовольный словами исследовательницы. ― Что ты имеешь в виду под словами «ревнуешь»? ― скептически произнёс Билл, скрестив пальцы рук между собой, смотря на девушку безэмоциональным взглядом. ― По-твоему, я убиваю людей, потому что хочу, чтобы только ты со мной общалась? ― Ам… если что, ты это сам сказал, ― Эна стеснительно улыбнулась, снова пожимая плечами, на что увидела недовольный взгляд демона, ― я просто предполагаю. Твои мысли и идеи никогда не поймёшь, поэтому не принимай мои слова близко к сердцу. Но всё равно, я хочу, чтобы ты перестал просто так убивать невинных людей. Ради меня… пожалуйста.       Эна состроила «щенячьи глазки», а потом даже миленько улыбнулась, хлопая своими пышными ресничками. И с каких это пор она так глупо и странно разговаривает с величайшим демоном в галактике? Но это, кажется, помогло. Билл окинул девушку ещё более злым взглядом, сильнее вжался в каменную статую, а потом скрестил руки на груди, прикрывая ресницы. Он негромко хмыкнул, а потом сказал: ― Ладно, я попытаюсь так больше не делать. Но не потому, что ты так попросила, а потому что это скучно ― человеческими руками душить глупых мешков с мясом!       Он отворачивается, а Эна шире улыбается, даже негромко смеётся, ведь её так забавляют эти эмоции, что появляются на лице Билла, эти чувства и ощущения. Она прикрывает рукой рот, чтобы сильнее не разозлить демона, а потом негромко говорит, прикрывая пышные реснички: ― Билл, ты такой милый!       Билл знает, что он не милый. Особенно сейчас, когда он готов перегрызть девушке глотку за такие слова, невзирая на их странные и непонятные отношения, на чувство, что горит у него внутри… это так выводит его из себя! Он готов проткнуть себя ножом, лишь бы этот огонь погас.       Как демон мог так низко опуститься?! ― Ты спросила всё, что хотела? Если да, то можешь идти по своим делам, или куда ты там хотела… ― недовольно процедил Сайфер, а потом вновь отворачивается от Олдридж, что продолжает тихо хохотать. ― И прекращай смеяться, сумасшедшая!       Билл надулся, сильнее прижимая руки к груди, даже не думая попрощаться с девушкой или посмотреть на неё. А Эна, сглотнув, внимательно глядела на серьёзное лицо демона, на его красивые черты и на его неяркие и манящие губы, на которые она так и загляделась. Она краснеет сильнее, даже дёрнулась, но Сайфер, кажется, не заметил этого. Эна сглатывает ещё раз, а потом ни с того ни с сего вытягивает свои губки и медленно тянется к щеке Сайфера, чтобы хотя бы чмокнуть его на прощание, а то он так и будет сидеть и злиться. Но как только Эна оказалась слишком близко к Биллу, тот оборачивается и удивлённо смотрит на странное лицо исследовательницы. А потом, негромко усмехнувшись, делает холодный и серьёзный вид, будто ничего не понимает. ― Что ты делаешь…?       Эна раскрывает глаза и удивлёно смотрит на улыбающегося демона, что, не моргая, смотрит на неё. В тот же миг она краснеет ещё сильнее, но быстро усаживается на своё место и также делает вид, будто ничего не понимает и ничего не делала. Но Билл всезнающее существо, и к тому же, он не глупый. Ему смешно от такого, а исследовательница сглатывает, пытаясь выйти из этой ситуации. ― У меня просто губы свело. Не обращай внимания, ― миленько улыбнувшись, произнесла девушка, похлопав ресницами. ― Да ты что! И поэтому ты потянулась ко мне? ― также "мило" улыбнулся и похлопал ресницами, хватаясь за руку Эны, из-за чего та ещё шире улыбнулась. ― Тебе показалось… ― Да неужели? ― Так оно и есть. ― Ага, конечно.       Эна волновалась, было стыдно даже смотреть в ядовитые глаза демона, но потом, когда она поняла всю ситуацию, невольно улыбнулась, а после даже засмеялась. Подумать только, их отношения дошли до глупых шуточек, они поочерёдно стесняются и краснеют, а ещё смеются над своим же поведением. Только недавно Эна боялась даже смотреть на Билла, вообще не хотела видеть, а тот только и мечтал, чтобы поскорее избавиться от ненужного мешка с мясом. А проходит чуть больше недели, нет, даже меньше, и они начинают вести себя, как два полоумных влюблённых.       Ладно, Эна, что только сейчас по-настоящему стала понимать весь смысл любви, взаимности и настоящих романтических отношений, а ведь раньше ей было всё равно на всё-всё это. Но как Билл ― ужасный и страшный демон, что внушает страх всем живущим на нашей планете ― мог так глупо и необдуманно влюбиться в простую смертную? Если бы она обладала какой-нибудь особенностью, имела какие-то потусторонние способности или просто была интересна, то тогда бы Сайфер понимал, почему он так привык к ней. Но в Эне нет ничего особенного: самая простая двадцатидвухлетняя девчонка, бегающая за бессмысленной мечтой и целью, до которой дойдёт только в том случае, если продаст душу Дьяволу. Но её душа уже забронирована, и Билл не посмеет кому-то ещё посягаться и на неё, и на беззащитную девушку.       Самая простая внешность, чем-то привлекательная, но не выделяющаяся из общей толпы… мозговыносящий и иногда невыносимый характер, который не каждый сможет принять и вытерпеть. Хотя в ней присутствует та доброта, та забота и теплота, которые демону кажутся невозможными для человеческого рода. Ведь все люди ― гнусные твари, иногда их поступки куда хуже, чем поступки демонов, а то, о чём они думают, заставляет дёргаться даже самое сильное существо. Они бесчестные, лживые и двуличные ― то, что больше всего нравится Биллу. Но даже несмотря на такие «прекрасные» качества, Сайфер никогда бы не стал иметь дело с простыми смертными, что куда слабее, чем пытаются казаться. Использовать ради своей выгоды и достижения целей ― ещё ладно, то же самое он пытался сделать со Стенфордом, используя его для постройки портала из своего измерения в наше. Но быть бок о бок с тем, кого демон презирает, кого ненавидит из-за какой-то там слабости, он просто никак не сможет.       А эта какая-то странная и непонятная ему ситуация, и он не знает, что надо делать. С одной стороны, проще всего незаметно забрать душу Эны, чтобы вернуть прежние силы и, наконец, отомстить тем людишкам, что заточили его в камне. Но как только Билл вспоминает милый взгляд, невинную улыбку и тихий голосок исследовательницы, его как будто током бьёт, и все плохие мысли по отношению к Олдридж испаряются.       Билл сам не знает, в какой момент появилось это странное чувство. Вроде бы, истинная сила этих ощущений раскрылась в измерении Снов, когда он был готов совершить ужасный поступок, забрав душу невинной девушки, но из-за человеческих эмоций просто не смог. Но неужели эти чувства раскрылись за долю секунд? Прожив в новом теле некоторый промежуток времени, хоть и не большой, но всё-таки промежуток, Билл очеловечился. Раньше он не понимал таких простых ощущений, некоторых слов и даже не знал, как и что делают люди для удовлетворения своих потребностей и для дальнейшего проживания. Это так просто, но и сложно одновременно. И он бы никогда не понял это по-настоящему, так, как это понимают и делают другие люди, если бы не эта милая исследовательница, что просто появилась не в том месте и не в то время.       Билл ни с того ни с чего начинает смеяться, прикрывая кулаком рот и прикрывая ресницы, пока на него смотрит немного ошеломлённая девушка. Она уже перестала смеяться, весь румянец сошёл на нет, а вот демон только что начал показывать свои внутренние эмоции. ― Ты почему смеёшься? ― улыбнулась хитренько Эна, поудобнее усаживаясь на голой земле и наклонив голову на плечо Сайфера, что только лишь закатил глаза. ― А ты почему смеялась? ― вопросом на вопрос отвечает Билл, после чего глубоко вздыхает. ― Я первая спросила. ― Потому что мне смешно от самого же себя, ― он прикрывает ресницы, а потом широко улыбается, ― только недавно я был готов захватить целый мир и покорить многие другие измерения, а теперь сижу рядом с тобой и говорю о каких-то чувствах. Это так глупо и… по-человечески? ― Потому что ты сам человек, ― продолжает Эна, сама прикрывая ресницы, ― тебе понадобилось миллионы и миллиарды лет, чтобы показать всему миру, что ты настоящий демон, способный внушать страх и ужас. А за какой-то там месяц ты превратился в человека, который куда больше похож на истинного человека, чем большинство людей. Да, ты убиваешь, ты будешь убивать и делать больно другим… но ты хотя бы теперь понимаешь, что я чувствую, и каково мне бывает иногда. Я встречала многих людей в своей жизни, даже тех, кто мог бы похвастаться своим идеальным отношением к другим… но за все годы только ты смог разгадать мои настоящие чувства и сделал это настолько быстро, что мне даже не верится. Все люди неидеальны, понимаешь? Никто не мог понять меня, потому что я замыкалась в себе из-за страхов и огласки, и никому не давала заглянуть внутрь себя. Но даже с такими изъянами ты увидел меня изнутри. Ты тоже неидеальный, но для меня ты самый неповторимый человек. За то, что ты не демон в обличии человека, а человек в обличии демона.       Эна глубоко вздыхает, а потом поудобнее укладывается на тёплой груди демона, и тот даже не сопротивляется. Он сначала удивился, ошарашено глядя на Олдридж, что легонько улыбается, обнимая его сразу обеими руками, а потом также обнял Эну в ответ, перед этим снова глубоко вздохнув, а потом закрыв глаза.       Ей просто нравится сидеть так, даже не говорить. Обнимать его, и прижиматься к груди, и счастливо улыбаться. А он просто расслабляется, обнимая исследовательницу в ответ, путаясь в своих чувствах. Если Эна уже во всём разобралась, то Билл только начинает понимать эти странные ощущения. То он хочет избавиться от неё, то покрепче обнять и больше никуда не отпускать… то зацеловать и прижать к какому-нибудь дереву. Билл краснеет от своих же непонятых мыслей, а потом забывается и отдаётся безмятежности, наблюдая за тем, как медленно колышится листва высоких деревьев.

***

      Эне как-то стыдно возвращаться в Хижину Чудес после того, как она обнималась с демоном рядом с его собственной статуей, и сейчас ей придётся нагло врать в лица своих друзей, краснеть из-за этого вранья и только сильнее привлекать внимание Пайнсов. Она сглатывает, а потом замедляется, глубоко вздыхая, и только потом негромко стукает кулаком по двери. Олдридж недолго ждала, когда ей всё-таки откроют, а открыл ей никто иной, как Стенли. Обычно девушке открывали близнецы, и это было немного странно… но, возможно, они опять куда-то пошли, кто же за ними угонится?       Стенли из-за чего-то сердится, а потом пропускает исследовательницу, закрывая за ней дверь на ключ. На секунду Эна забыла, для чего вернулась назад в хижину, но как только она проходит мимо автомата со всякими батончиками, сразу вспоминает, как хотела встретиться со Стенфордом. Эна хмурится, когда снова вспоминает, что Билл разбил все её надежды и мечты, обману в и притворившись тем самым болевым фантомом. На самом деле, болевых фантомов не было, что и печалит Олдридж. Придётся идти по другому пути, но по какому именно ― она не знает. Единственный, кто может ей помочь, это Стенфорд Пайнс, поэтому к нему и стоит идти. ― Ты к моему брату пришла? ― недовольно спрашивает старик, открывая баночку с содой и сразу чуть-чуть отпивая. Увидев одобрительный кивок, он продолжил: ― ты не вовремя пришла. Форд сейчас направляется к своему старому приятелю по зазнайству, которому, вроде, достался огромный особняк… но это неважно. Просто он сейчас уходит. ― Как уходит? ― обеспокоенно спросила Эна, сжимая руки в кулаки. Она просто не сможет ждать ещё целый день, чтобы позадовать парочку вопросов, ей нужно прямо сейчас. ― Обещаю, я не буду долго его задерживать. ― Ох, ладно… только сама выпутывайся, если он будет ворчать ― говоришь, что не видела меня или просто прошла мимо. За это будешь и во вторую смену работать, ― он снова начинает выпивать соду, а Олдридж, поблагодарив старика, помчала к подвалу.       Но как только она хотела ввести пароль, тут же металлическая дверь раскрывается, и Эна видит перед собой мужскую фигуру, что медленно приближается к ней. Небольшой белый пар выходит откуда-то из подвала, девушка начинает негромко кашлять, отворачиваясь и закрывая руками лицо, чтобы едкий дым не попал в глаза. Но как только пар чуть развеялся, Олдридж видит, как перед ней стоит Стенфорд, что машет рукой, чтобы быстрее развеять дым. У него на голове странный металлический прибор, чем-то напоминающий обычную шапку, а в руке держит магнитную пушку.       Почему всякий раз, когда Эна приходит в гости к Пайнсам, что-то, но происходит? ― Умник, опять чуть весь дом не снёс! ― выкрикнул недовольный Стенли, взмахнув свёрнутой газетой, что неожиданно для Эна появилась у него в руках. ― Что ты там делаешь? ― Убил очередного монстра, что вылез из другого измерения… пф, обычное дело! ― Форд легонько улыбнулся, прикрывая ресницы и пожимая плечами, а потом каким-то удивлённым взглядом уставился на девушку, что стоит напротив него и лучезарно улыбается. ― Эна? Ты пришла ко мне? ― Да, мистер Пайнс. Я хотела у вас кое-что спросить, это снова связано с болевыми фантомами… ― пробубнила исследовательница, перебирая пальчиками, но тут же её перебил старик, подставив палец к губам и заставив замолчать: ― Эна, прости меня, но я сейчас не могу. Я и так задержался из-за этого монстра, мне сейчас же нужно идти. Стенли, ты можешь сходить к детям и сказать им, что мы уже собираемся уходить? ― Вы что, идёте вместе с Диппером и Мейбл? ― удивилась Эна, вскинув брови. ― Да, они попросили меня взять их с собой. Наверное, это плохая идея, ведь они в очередной раз найдут себе проблем… но я не могу отказать своим любимым внучатым племянникам, ― снова улыбнулся. ― А тогда можете взять меня? ― состроив жалобную мордашку, произнесла Эна, стараясь выглядеть настолько миленько, насколько это возможно, чтобы учёный согласился взять её с собой. ― Пожалуйста-пожалуйста! Я обещаю, что не буду мешаться, но иногда буду задавать быстрые и лёгкие вопросы… можете использоваться меня, как личного подручного или ассистента! ― Ох, Эна… с тобой точно не соскучишься, ― негромко посмеялся Стенфорд, прикрывая рукой рот, ― ладно, можешь идти с нами. Тогда, раз ты мой подручный, иди и предупреди Диппера и Мейбл, что пора уже спускаться. А ты, Стенли… просто продолжай заниматься тем, чем и раньше.       Эна сразу побежала к порожкам и потом уже на второй этаж (а именно на чердак), пока Стенли опять ворчал на своего собственного брата за «безответственность и криволапость». Стенфорд же лишь улыбнулся на это и похлопал близнеца по плечу, после чего мимолётно растрепал его короткие волосы, которых почти и не было, на что брат окинул его злым и недовольным взглядом, возвращаясь назад в гостиную для просмотра бессмысленных телепередач.       А тем временем близняшки уже спускались вниз с огромным и толстым рюкзаком, а за ними шла Эна. Потом через некоторое время, хорошенько собравшись, они направились в гости к тому самому старому другу-зазнайке, и исследовательницу там ждут новые и интересные открытия.

***

      Они медленно подходили к огромному особняку, какой был виден вдали ещё на полпути. Эна удивлённо смотрела на красивую крышу высокого здания, заглядывалась на него со стороны и удивлялась тому, насколько это большой дом и сколько там всего комнат. Олдридж потихоньку начинает вспоминать, как Пасифика ей рассказывала, что этот красивый особняк ― её старый дом, ещё до Странногеддона и до того момента, как он перешёл тому самому старому другу Стенфорда. Конечно, если посмотреть и сравнить её старый дом и нынешний ― разницы почти не увидишь, но это не особо важно.       Всю эту дорогу Эна шла молча, не обращая внимания ни на кого, тем временем остальные о чём-то трепетно переговаривали друг с другом. И Олдридж даже не расстраивается, что к ней не лезли с лишними и ненужными вопросами. Она так спокойна и умиротворённа, а ещё счастлива. Только недавно она сидела вместе с Биллом и просто обнимала его, а он даже не был против! Это был настолько милый и замечательный момент, что девушка готова кричать от радости, но из-за этого привлечёт много внимания, поэтому и держится. Но на её лице широкая и счастливая улыбка, она думает об этом уже некоторое время, и, наверное, не перестанет, даже зайдя в это поместье.       Через какое-то время ворота открываются, и все они вместе заходят внутрь. Удивительно, в таком огромном доме и всего лишь один дворецкий! Он зачем-то поклонился, после чего повёл всех в огромную гостиную комнату, где Эна увидела самую разнообразную и наверняка дорогую мебель! Чем может заниматься человек, чтобы такое покупать? ― Кажется, за шесть лет Макгакет ничего и не поменял, ― Диппер пожал плечами. ― А зачем такую красоту убирать? Зато не надо ничего покупать, ― улыбнулась Мейбл, похлопав в ладошки.       Близнецы сели на широкий диван, а Стенфорд на маленькое кресло, что также стояло рядом с диваном и кофейным столиком. Сверху светит огромная и яркая лампа, из-за чего Эна даже жмурится. Она стоит, пока все сидят, и не знает, стоит ли вообще ей здесь находиться… а потом, как только она присаживается на самый краешек дивана, обеспокоенно смотрит на старика, задавая ему те самые вопросы, на которые стремится получить ответы. ― Мистер Пайнс, а вы можете мне рассказать, где встречали тех самых болевых фантомов? ― неуверенно начала Олдридж, перебирая пальчиками. ― У меня есть слова для ритуала, я могу сама произвести ритуал… но мне надо найти место, где их можно вызвать. Я попробовала что-то найти на кладбище… но там настолько мрачная атмосфера, что мне даже страшно. ― Эна, не переживай по этому поводу… ― неожиданно для девушки продолжил Диппер, что, кажется, перебил своего прадедушку. ― Раньше в этом поместье был призрак. Конечно, вроде, он тогда успокоился и пропал, но возможно, здесь всё ещё есть другие призраки, и ты сможешь это проверить. ― А ещё болевых фантомов я встречал в хижине, ― продолжил Стенфорд, как он и хотел, ― как только я сюда приехал, у одного лесоруба попросил пожить в нашей хижине. Поначалу он отпирался, а потом я заплатил на постройку собственного дома на том месте, после чего и стал жить там. Но только каждая моя бессонная ночь проходила в компании жутких и не очень призраков, что не давали мне спокойно продолжить изучения…       Стенфорд неглубоко вздыхает, прикрывая ресницы, а Эна выпучила глаза. Она и подумать не могла, что призраки и тот самый болевой фантом когда-то были в Хижине Чудес! Но раз там сейчас спокойно (относительно), то значит, всех этих призраков больше нет. Из-за таких мыслей девушка сама глубоко выдыхает, прикрывая ресницы. ― Но ведь теперь и тут, и там их нет… ― опечаленно произнесла Эна, скрестив руки на груди. ― Может, где-нибудь ещё водятся призраки? ― В одном старом и заброшенном магазинчике была парочка. Тогда Диппер ещё танцевал… ― и не успела Мейбл договорить, как брат её перебил: ― Только посмей это сказать ― и я потяну тебя за волосы.       Они бы, наверное, продолжили спорить, а Эна сидеть и обдумывать слова близнецов, если бы из другой комнаты в этот самый момент не вышел старичок. Стенфорд говорил, что это его старый друг ещё из университета, но если посмотреть со стороны, не скажешь, что они одного возраста. Это был невысокий старичок с коротенькими сероватыми волосами, с такими же, как и у Эны, круглыми очками, что спадали ему на нос, а также с недлинной бородкой. Одет он был прилично, и Эна даже не поверит, что этот человек когда-то жил на улице!       Диппер и Мейбл уже успели рассказать об этом человеке… благодаря ним Эна знает даже тех людей, кого никогда не видела. Раньше он работал вместе с мистером Пайнсом и помогал ему строить тот самый портал, из-за которого и начались все эти неприятности. Он основал так называемое «Общество слепого глаза». Вместе с другими людьми, он стирал память обо всех странностях и монстрах, что только есть в этом необычном городке. Тогда Эне понятно, почему жители такие странные. Вскоре Фиддлфорд узнал что-то такое, из-за чего чрезмерно стирал себе память, в конце концов, превратившись в какого-то чудака, что потерял всё, что только у него было.       Печальная история, но теперь этот человек исправился, снова превратившись в того замечательного изобретателя, каким был раньше. Теперь в его распоряжении огромный особняк, в котором он может творить! Эна легонько улыбается, пытаясь казаться приветливой, но что-то мешает ей быть таковой. Какое-то странное предчувствие горело внутри, она удивлённо уставилась на двух учёных, что стоят рядом друг с другом и пожимают руки, а потом уже приветливо общаются. Мейбл и Диппер также вскакивают с дивана и начинают улыбаться, интересоваться жизнью старика за целые шесть лет, и он с радостью отвечает им. А вот Эна сидит с ошарашенным видом, не в силах ни подняться, ни заговорить.       не выпускай их из виду       Эна несколько раз моргнула, а потом схватилась за голову, зажмурившись, пытаясь уйти от странного голоса в голове. В тот же миг на неё начинают обращать внимание, и успокоить и привести в себя смог только этот старичок, что подошёл к ней и положил свою крупную руку ей на плечо. ― Я очень-очень рад с тобой познакомиться, Эна! ― радостно произнёс Фиддлфорд, хватая её руку и уже пожимая, сияя своей милой улыбкой. ― Ам… я тоже рада познакомиться с вами, мистер Фиддлфорд Макгакет! ― как можно спокойнее произнесла девушка, глупо улыбаясь и продолжая пожимать руку старичка, не зная, стоит ли отпускать или нет. ― К чему такие формальности? Я до сих пор помню, как меня называли сумасшедшим, и впрочем, мне это нравилось! ― он негромко смеётся, прикрывая рукой рот. ― Я знаю, Эна, что ты исследователь, что пытается изучить наш странный городок… что ж, мы с тобой найдём общий язык!       Старик похлопал девушку по плечу, после чего ещё шире улыбнулся, и Эне пришлось улыбнуться точно также. Он не кажется каким-то плохим или, как он выразился, сумасшедшим ― самый обычный и добрый старик, с которым наверняка приятно разговаривать. И Олдридж не дождётся, когда останется наедине с учёными и будет разговаривать с ними на все темы, которые только они могут понимать.       Эна предвкушает отличный разговор, множество ответов на свои вечные вопросы и просто хорошее провождение времени, но тут все её мечты и желания разрушает Стенфорд. Он был легонько нахмурен и даже зол, но из-за чего ― девушка не знает. Только пару минут назад он был также добр и счастлив, а уже у него хмурятся брови. Олдридж замолкает и удивлённо смотрит на старика, после чего слышит такие слова: ― Знаю, вам не терпится поближе познакомиться… особенно, когда у нас есть общие интересы. Но сейчас нельзя, Фиддлфорд. Ты помнишь, о чём я с тобой разговаривал по телефону?       Эна продолжает удивляться, переводя взгляд то на Макгакета, то Форда. Рядом с ней стоят близнецы и также удивлённо смотрят на стариков, а также на шокированную девушку, что потихоньку начинает хмурить брови. ― Ты прав, Стенфорд… Эна, прости, но пока-то что мы не можем с тобой пообщаться, ― он грустит, понурив голову, наверное, осознавая всю важность разговора со своим старым другом, ― обещаю, как только мы закончим, обязательно поговорим! А пока-то что можете пойти в столовую комнату и отведать то, что приготовил дворецкий! Иногда я удивляюсь сам, на что он способен!       Макгакет похлопал исследовательницу по плечу, а потом печально улыбнулся, пытаясь ободрить бедную девушку. В какой раз ей отказывают? Она обнимает себя за плечи и глубоко вздыхает, пытаясь казаться не расстроенной, хотя её эмоции на лице говорят обратное. Стенфорд помахал близнецам рукой, а потом сказал, что они должны встретиться через парочку часов в этом самом месте. Фиддлфорд разрешил остальным ходить по всему поместью и заниматься своими делами (всё равно всё уберёт дворецкий). После этого они направились в другую комнату, а Эна и близнецы пока-то что оставались в гостиной комнате.       Олдридж была огорчена. Нет, она не против провести время со своими друзьями, но у неё так много вопросов, которые прежде всего связаны с изучениями, и только Стенфорд может ей помочь. И как бы она ни старалась, у неё никак не получается остаться с учёным наедине и просто поговорить… ― Ладно, Эна, не дуйся. Дедушка Форд такой, ему просто надо побыть со своим старым другом и поговорить на стариковские темы… в них не должна вмешивать молодая девушка, ― Мейбл всеми силами пытается порадовать Эну, а потом, схватив её за рукав пальто, притягивает к себе. ― Пошлите пока в столовую. Я жутко хочу есть! ― Мейбл, ты же только недавно поела… ― неразборчиво говорит брат, но тут же сестра затыкает ему рот, прислоняя свой палец к его губам: ― Не говори такого женщине. Что хочу, то и будет.       После этого Эна нехотя пошла в столовую комнату, которую то и делали, что тянули за рукав пальто на себя, чтобы она шла за близнецами. Она просидела в роскошной столовой некоторое время, им принесли вкусную и изысканную еду, самые различные блюда, каких девушка раньше и не видела. Диппер и Мейбл сразу принялись за поедание, а Эна сидела поодаль всех за длинным столом и ковырялась в своей порции. Она так и не попробовала то блюдо, которое предложила ей Пайнс, просто сидит и тычет вилкой в аппетитную еду в то время, как её друзья поедают очередное блюдо.       Вскоре Диппер замечает, как Эна сидит и грустит, опять потерявшись в своих мыслях. У неё такое грустное личико, что Пайнсу ничего не оставалось, как вытереть руки после приёма пищи и подсесть поближе к исследовательнице, тем самым привлекая её внимание. Удивительно, она сразу пришла в себя, и не пришлось трясти за плечи. ― Ты чего такая грустная, а? ― легонько улыбнувшись, спросил парень, растрепав волосы на голове у девушки. Но та даже не шевельнулась. ― Это что, всё из-за отказа? ― Конечно! ― неожиданно громко вскрикнула Эна, взмахнув руками и даже нахмурившись. ― Я же пошла сюда, чтобы поинтересоваться у него про этих чёртовых фантомов! Как же меня задолбали эти изучения, вечные исследования и бессонные ночи, которые я провожу за рабочим местом! Я, конечно, знала, что будет много проблем и трудностей, но никак не могла подумать об… об этом!       убирайся отсюда ― Сам убирайся! ― выкрикнула Эна, скрестив руки на груди, приняв очень злую и недовольную моську.       Эти неожиданные слова заставили удивиться не только Диппера, что стоял рядом и всё слышал, но и Мейбл на другом конце стола, что жадно поедала куриную ножку. Она перестала есть и удивлённо уставилась на злую девушку, как и её брат, а Эна, только осознав, что сказала это вслух, сама удивилась. ― Ты это мне сказала…? ― недовольно произнёс Диппер, указывая на себя и хмуря брови. ― Нет-нет! Не тебе, ― мямлила Эна, махая руками. ― А к кому ты могла ещё обращаться в мужском роде? ― за братом спросила и его сестра, продолжая поедать куриную ножку, но не отводя взгляда от подозрительной подруги. ― Извините меня за это… иногда у меня бывают такие срывы. Начинаю кричать на того, кого и вовсе здесь нет! ― пытаясь выйти из такой ситуации, Эна пожала плечами и глупо улыбнулась. ― Не обращайте внимания. Я просто сильно задумалась, ведь обижена на вашего двоюродного прадедушку за то, что он мне так ничего и не рассказал. ― Ещё будет время, Эна, ― доброжелательно произнёс Пайнс, а потом положил свою руку на плечо девушки, ― я тут хотел обрадовать тебя, только вот ты закричала. Знаешь, что у нас есть?       Диппер подбежал к своему рюкзаку, что поставил на другой стул. Через пару секунд раскрыл и вытащил небольшой приборчик с кучей кнопок и каких-то датчиков, которые показывали непонятные для Эны цифры. Мейбл сразу перестала есть, отложив ножку на отдельную тарелку, а потом подбежала к своему брату и радостно обхватила его за руку. ― О, да, Диппер! Я помню, для чего ты его взял! ― А что это? ― спустя пару мгновений спросила Эна, вставая со стула и подходя ближе к близнецам. ― Прибор, который даёт сигнал, если находит повышенную призрачную активность, ― поучительно сказал Диппер. ― А простыми словами: магнит на призраков! ― сказала Мейбл, улыбнувшись. ― Вы серьёзно? ― удивлённо, но с тем же радостно переспросила девушка, оказываясь совсем рядом с близнецами и уже начиная трогать и рассматривать эту маленькую прямоугольную коробочку. ― Но… но откуда он у вас? ― Дядя Форд когда-то давно сделал его, чтобы находить призраков в хижине. Говорил, что так было легче засыпать ночью, ― Диппер пожал плечами, ― потом отдал нам и попросил в какой-нибудь момент сделать тебе сюрприз. И вот ― сюрприз!       Диппер взмахнул руками, ладошками указывая на прибор как на красивый подарок, что обёрнут в праздничную обёртку. Мейбл повторила за братом и потом за ним сказала: «Тадам». Эна широко и так мило улыбнулась, что хотела обнять близнецов, но была слишком поражена таким неожиданным сюрпризом. Всё-таки, Стенфорд заботится об Эне, поэтому вся обида на него сразу ушла. И теперь она хочет побольше времени провести с любимыми друзьями, которые так любят её и делают такие приятные подарки! ― И это мне? ― снова спросила девушка. ― Конечно тебе! ― радостно произнёс Диппер, положив руку на плечо исследовательницы. ― Можешь даже сейчас протестировать. Хоть проверим, остались ли в этом поместье призраки или же нет. ― А как им пользоваться? ― Легко и просто! ― перебив брата, вскрикнул Мейбл, а потом указала ладошкой на прибор и стала объяснять. ― Нажимаешь на кнопочку, подносишь его к какому-то месту, эта штучка загорается красным ― значит, призрак где-то поблизости! Если же нет, то штучка не горит. ― Впрочем, Мейбл объяснила правильно, хотя на своём языке… ― буркнул парень, закатив глаза. ― Значит, его надо везде таскать? ― неуверенно спросила Эна, стиснув зубы, после чего увидела взволнованные лица близнецов. ― Нет-нет, всё нормально! Просто он, наверное, тяжёлый, а таскать его придётся везде… ― Нет, он не тяжёлый, ― проговорил Диппер, взяв предмет в руки, а потом аккуратно передавая в руки Олдридж, и она сразу согласилась со словами парня, что этот прибор ― лёгкий, ― пошлите, немного походим по особняку, может, что-нибудь и найдём. Мейбл, захвати мой рюкзак, пожалуйста.       Эна несла в руках небольшой железный ящик, который был куда легче, чем она себе это представляла. Диппер шёл без вещей, что не по-джентельменски, а Мейбл взяла в руки маленький жёлтый рюкзак, в каком капалась несколько минут. Потом она наткнулась на тот небольшой диктофон Эны, который нашла на днях и который собиралась ей отдать в последующие дни. Кажется, это просто прекрасная возможность, чтобы отдать девушке её вещь.       Хоть у Мейбл и много вопросов, много непонятностей, но мало ответов, она до последнего будет верить, что просто неправильно поняла всю ситуацию. Возможно, из-за того, что она не дослушала запись, не поняла всей сути и смысла слов своей подруги, и всё это пустая ошибка. И чтобы не разводить конфликт на ровном месте, девушка просто решила промолчать, спокойна отдав ту вещь, которая по праву принадлежит подруге.       Они идут по очередному длинному и большому коридору, в котором почему-то от силы горит красивая люстра. Посчитав это плохим знаком, Эна поднимает руки вверх и начинает ходить таким образом по всему узкому коридору, в надежде отыскать хоть какие-нибудь признаки призрачной активности… но вскоре прибор ничего не показывает, из-за чего исследовательница печально выдохнула.       Мейбл собиралась схватить девушку за рукав пальто и отдать вещь, но та уже направилась в другое место, не слыша негромкий голос своей подруги. А тот голос, который она слышала очень хорошо, трещал в её голове:       сейчас поверни направо       Эна останавливается и замирает, удивлённо смотря в самый конец коридора, где было два поворота ― налево и направо. И как только этот голос эхом проносится в её голове, она поворачивается и смотрит на удивлённые лица близнецов. Она же ведь больше ничего не говорила вслух? Тогда почему они так смотрят на неё…? Не дожидаясь ответа, Олдридж хмурится, после чего глубоко вздыхает и направляется дальше, стараясь приглушить эти бессмысленные слова Билла.       Она ведь понимает, что это он, но демон всё равно продолжает отпираться и говорить, что Эна просто сошла с ума. И пока Сайфер не признает этого, девушка не будет его слушать ни под каким предлогом!       сейчас же поверни направо       Она чувствует, как этот голос становится громче в её голове, каким-то командующим, напрягающим и противным. Эна готова поклясться, что услышала среди этой грубости и дерзости беспокойство, желание привести её в нужное место и помочь во всём разобраться. И это чувство усилилось, когда она услышала всего лишь одно пронзительное и доброе слово:       пожалуйста       Эна снова замирает и на этот раз прикусывает губу, смотря то на поворот налево, то на поворот направо. И этот слабый и добрый голос заставил Олдридж пойти как раз в то направление, куда говорил ей идти неизвестный голос… хотя она знает, что это за голос и кому он принадлежит.       Через какое-то время Диппер, остановившись и прислушавшись, схватил за запястье свою сестру и попросил остаться на месте. Эна продолжала идти по коридору, пока не заметила, как близнецы находятся поодаль от неё, затаив дыхание и к чему-то внимательно прислушиваясь. После этого она остановилась и опустила прибор вниз, удивлённо поворачиваясь в сторону друзей. ― Что-то случилось? ― спросила тихонько Эна, после чего Диппер шикнул, попросив Эну говорить тише или вовсе замолчать.       Она подошла ближе к ним, а потом также затаила дыхание, но вместо тех звуков, что слышали близняшки, Олдридж слышала лишь «внутренний голос», что диктовал ей свои правила. Девушка лишь закатила глаза. ― Ты не слышишь? ― не уверенно, но также тихо спросил парень. ― Кажется, за этой стеной находятся дедушка Форд и старик Макгакет. ― Что? Но они ведь пошли совсем другой стороной! ― громко возгласила исследовательница, после чего Мейбл подставила указательный палец к её губам и заставила замолчать, одаряя сияющей улыбкой. ― Эни, не кричи, пожалуйста. Ведь всему есть логическое объяснение ― дом огромный! Знаешь, сколько здесь ходов и выходов? ― на вопрос Мейбл Эна лишь отрицательно помотала головой. ― Ну вот, видишь… лучше и не знать, а то так можно и заблудиться. ― Давайте лучше пойдём отсюда… не будем мешать их серьёзному разговору, ― промямлил Диппер, после чего, пройдя мимо девчонок, пошёл дальше по тому направлению, куда хотела идти Олдридж, ― побродим ещё немного по дому и, может быть, отыщем призрачную активность. Не будем терять ни секунды!       Эти слова настолько воодушевили Эну, что она, широко улыбнувшись, снова подняла аппарат над головой и уже в такой позе направилась за Диппером, о чём-то бормоча себе под нос. Мейбл негромко посмеялась, прикрывая рукой рот, и уже собралась идти за ними, как неожиданно услышала негромкий вскрик по другую сторону стены. Этот посторонний звук заставил её замедлиться и вернуться на прежнее место, прижавшись вплотную к стене и снова затаив дыхание.       Нет, Пайнс не любит подслушивать, но что поделать с её любопытством? Да и потом, вдруг что-то важное случилось в той комнате, и девушке просто необходимо это узнать?       Мейбл хмурилась, слыша строгий голос своего двоюродного прадедушки, что как-то странно разговаривал со своим давним другом. Он был что ли… грубым? Но это грубость никак не была направлена на Фиддлфорда. Мейбл чувствовала, что плохое настроение Форда состоит из чего-то ещё, что никак не связано с Макгакетом. ― Не переходи на такой грубый тон, дружище. Нашёл, из-за чего волноваться, ― с насмешкой в голосе проговорил старичок, выпивая содержимое из небольшой кружки, ― а по какой причине у тебя такие предположения? ― Фиддлфорд, ты меня давно знаешь. И знаешь, что мне пришлось пережить. Я совершил множество ошибок по своей же глупости, и не хочу, чтобы это повторилось вновь. ― Но если такое повториться, то это будут уже не твои ошибки, Стенфорд. Пойми, ты ни в чём и не был виноват… всё это было стечением обстоятельств. ― По моей вине появился этот раскол, из-за которого и случился Странногеддон. Меня превратили в золотую статую и мучили, а моих самых дорогих и близких людей пытались обратить в камень! Ты понимаешь, что подобного я не смогу снова пережить? ― Форд хватает старого друга за воротник кофточки, испуганными глазами смотря прямо в глаза Макгакета. ― Дружище, я всё понимаю. Ты, главное, успокойся, ― жалобным взглядом смотрел он, медленно отстраняясь от Форда, ― ты опять превращаешься в параноика. Именно из-за такого тебя мы и поссорились. ― Возможно, но на этот раз я думаю не только о себе. Теперь мне важна жизнь моей родни, они самое дорогое, что осталось у меня… ― искренне произнёс Стенфорд, из-за чего Мейбл даже растрогалась, но через секунду опять прижалась к стене и замерла. ― Я не желаю зла Эне, ни в коем случае. Но она сама должна осознавать, что представляет собой опасность для всех нас и всего мира в целом!       Зрачки Мейбл сузились, а ладошки запотели. Девушка негромко сглотнула, чтобы её никто не услышал, после чего снова затаила дыхание и продолжила слушать. ― Но что она может поделать? Ты же ведь сам говорил, что это не её вина. Она случайно пожала руку! Будь ты на её месте, уверен, поступил бы точно также для достижения своей цели. ― Вот меня это и пугает. Я не хочу, чтобы она поступала так же, как и я, ― серьёзно произнёс Форд, облокотившись на стол, ― она призналась мне, что влюбилась в демона, я тебе это уже говорил. Но тогда не состыковываются многие моменты из её рассказа… я знаю, что копаться в чужом белье некрасиво, и также я знаю, что она молодая девушка, какой неприятно говорить о своих чувствах такому старику, как мне. Но я уверен, что она многое мне недорассказала. ― С чего ты так решил? ― Уже несколько дней подряд я вижу, как она ходит то в лес, то из леса… при этом без особой причины, ведь я не думаю, что она пытается найти в лесу болевых фантомов, ― говорит Форд, ― не хочу просто так оклеветать Эну, но что-то мне подсказывает, что она как-то связана с Биллом. Каким способом ― не знаю, но уверен, что она продолжает с ним общаться.       Мейбл была готова услышать что-то грандиозное, что ещё сильнее снесёт ей мозг, но через секунду она слышит своего брата, что решил вернуться назад за своей сестрой, которая ни с того ни с сего замерла на месте. Диппер ещё раз сказал, что это некрасиво ― подслушивать чужие разговоры, а Мейбл через пару мгновений позабыла о том, что только что услышала. Нет, она до сих пор помнит каждое слово, что звучали за стеной, просто на время позабыла о них. Да, это сильно потрясает… нет, это сводит с ума и заставляет хорошенько задуматься ― правильно ли они все делают, что доверяют Эне свою жизнь, веря, что их подруга готова также заступиться и за них? Или это всё простой обман, который девушка очень хорошо умеет скрывать…?       Да, у Мейбл много вопросов. Но если бы она была такой же, как и Диппер, люди бы не открывались ей так, как открываются сейчас. Она продолжает доверять своей подруге, даже несмотря на доказательства и неоспоримые факты… теперь-то теория подтвердилась ― Эна вправду говорила про Билла. Про того самого демона, что когда-то вершил ужас и творил хаос. Мейбл и представить не может, насколько изменился этот человек, что смог заинтересовать такую девушку, как Эну, и если заинтересовал ― значит, он по своему совершенен. Мейбл даже захотелось встретиться с ним и увидеть своими собственными глазами, но тогда будут большие проблемы.       Они уже были далеко, а тем временем Фиддлфорд и Стенфорд продолжали свою серьёзную беседу. Они также сидели в молчании некоторое время, пока неожиданно Макгакет не спросил: ―…и что ты предлагаешь? ― Я не знаю, что принесёт Биллу душа Эны, но это точно поможет ему захватить весь мир. Чтобы этого не допустить, нам надо спрятать Эну далеко-далеко отсюда, так, чтобы её не нашёл ни Билл, ни его приспешники, к которым он может обратиться. За пределами Гравити Фолз он бессилен, да и к тому же, он не способен вырваться за барьер. ― Ты что, с ума сошёл? Хочешь запереть бедную девочку в какой-нибудь глуши от общества? А что ты скажешь её семье, родителям? Они же будут её искать… ― Мы подробно всё объясним и изложим. Не волнуйся по этому поводу, всё, что от тебя требуется ― это выяснить, за каким делом Биллу понадобилась её душа. Об остальном позабочусь я. ― Всё равно, мне это кажется абсурдным… я против того, чтобы забирать её не по своей воле! ― А как ты ещё хочешь? Мир может разрушиться на маленькие частички, и всё, что останется ― это прах. Наша планета, вся Солнечная система будут уничтожены, если мы позволим Биллу добраться до главного оружия. Эта девочка стала этим главным оружием, когда могла жить обычной жизнью… она просто оказалась не в том месте и не в то время. Билл воспользуется ею в своих целях, и никакой любви нет! Если всё объяснить Эне, то она сама согласиться уехать, лишь бы защитить тех, кто ей дорог. Если же что-то пойдёт не по плану…        В тот же миг Стенфорд взял со стола небольшой прибор, а если вспомнить, то это тот самый стиратель памяти, что успел починить Фиддлфорд за такое короткое время. Форд что-то покрутил на нём, а после серьёзным взглядом уставился на прозрачную колбочку, в которой до сих пор пусто: ―… мы просто решим это другими методами.