Перепутал 2

Мы с Саске уже живем вместе пол года как пара. Честно признаться, я даже в своих мыслях представить себе не мог что сделаю такое со своим младшим братишкой. По-началу, я пытался забыть то, что произошло между нами, и мне это удавалось. Но которое уже утро я просыпался и видел его, возле моей кровати, он сидел такой заспанный и милый в той самой старой майке, которую я отдал пару лет назад ему на Рождество. Теперь-то я понимаю, почему он ее так клянчил… Затасканная до дыр, растянутая до колен она смотрелась на нем слишком сексуально. Иногда он прибирался в ней, и не дай бог мне взглянуть на него: нагибающегося с тряпкой или тянущегося за чем-то на верхней полке. Белоснежная кожа его бедер оголялась на пару лишних сантиметров, заставляя мой разгоряченный разум гадать, надел ли он нижнее белье сегодня. Чертовы феромоны… Так думал я сначала. Но было что-то в Саске такое, что не затмевали никакие блокаторы запахов. Во время завтрака он минут пять смотрит на тебя таким выразительным взглядом, от него кругом идет голова. И кто тут еще омега? Если это не запах, то что? Саске вроде бы тогда затих. Казалось, он понял и дал мне время подумать. Я пытался придумать тысячу причин, почему же Саске так привлекает меня. Я даже думал про сам секс. «Я распробовал его?» — роилась надоедливая мысль в моей голове. Какая же она гадкая… Саске не товар и не печенье, чтобы его распробовать. Он живой человек. Я не должен был так с ним поступать… В те ночи я жестко пил. Я ждал пока Саске заснет и сматывался в ближайший бар, где надирался с Хиданом. Я все отрицал. В душе я пытался оправдать себя, но приходя каждую потом ночью домой и видя сонного, но неспящего младшего брата я чувствовал себя еще поганее чем до градуса. Как можно в здравом уме хотеть младшего брата? Это Саске, его хочешь не только ты один. Я видел, каким взглядом на него смотрит его друг Наруто. Ну как друг, только Саске так считает. Пока тот не видит, Узумаки его весь обмусоливает своими сальными похотливыми глазками. Я не мог это вынести. Возможно, я и вправду после секса его считал своим. Но ему это нравилось. Он каждый день тянется за моими прикосновениями будто маленький котенок. Я не мог больше делать вид, что все нормально. Разговор выдался крайне тяжелым. С битыми вазами и разъездами. Саске не понимал, почему мы не можем встречаться. Он нашел кучу оправданий и нелепых аргументов, пытался убедить меня, что стоит попробовать, а я говорил, что это всего лишь ошибка… Одинокая пустая квартира давила на меня с каждым днем все сильнее и сильнее. Я приходил с работы и машинально надеялся, что увижу там своего братишку, сидящего за нетбуком или книгой. Я заглядывал в каждую комнату, но там было пусто. Я опять уходил в бар… Кто из нас сдался первым? Конечно же я. Не передать словами, как мне было неимоверно стыдно стоять перед порогом съемной квартиры, в которой жил Саске. В то недолгое время, пока я был там, придумывая тысячу извинений, мне хотелось провалиться сквозь землю. Я не знал, как отреагирует отото на мой приход. Может, мне лучше было уйти? И тогда бы мы остались братьями. Я не успел додумать все варианты исхода, как дверь неожиданно отворилась, выпуская высокого загорелого блондина. — Итачи? Саске и Наруто мягко говоря были ошеломлены. «Так ты теперь встречаешься с ним?» — этих слов даже не надо было произносить вслух, они и так повисли в воздухе между нами. Я ощущал себя здесь лишним. Возможно, так будет даже правильно. Так было бы, если бы мы не переспали. Не было бы этой неловкости между нами троими. Я бы принял Наруто как еще одного младшего брата, мы бы виделись за ужином по вторникам, а в среду утром входная дверь тихонько закрывалась, чтобы не потревожить мой сон. Идиллия, правда? Я так погрузился в себя, что не заметил как на белоснежные щеки Саске упали первые слезы. Я хотел было потянуться и смахнуть их, но… — Извини, мне не нужно было приходить. На сей раз голос подал Наруто, сказав, что мне нужно многое обсудить со своим братом. Но что я мог ему сказать, когда он только из-за моего визита плачет. Какая же я мразь… — Впустишь? — одно слово далось мне так тяжело, как будто я сто лет не произносил ничего. Тихо, так чтобы не спугнуть… Мой вопрос был настолько внезапным, что его хрупкие плечи дрогнули. Смахнув слезы, он пропустил меня внутрь. Моему взору была представлена одинокая, почти пустая квартира. Все что украшало ее — пара пустых пивных банок, не стоявших, а валявшихся на столе, загроможденном книгами и конспектами лекций. Даже свет не горел… *** Такая обстановка навевала Итачи и добавляла к поганым чувствам еще порцию вины. Длинноволосый шатен прошелся по маленькой гостиной, осматривая каждый ее уголок. Вся обстановка кричала о какой-то отстраненности хозяина от квартиры. Казалось, что Саске было все равно на то, уютно в доме или нет. «Он же омега, как такое вообще возможно?» — подобное не укладывалось в голове у Итачи. Старший Учиха хотел его забрать из этого вшивого притона — так он про себя назвал эту прокуренную и пропахшую алкоголем квартиру. Итачи не лицемер: он сам выпивал довольно часто в последнее время, но старался делать это не дома и всегда принимал таблетки, скрывающие перегар, поэтому в доме никогда не пахло подобным. — Итачи, -голос из кухни отвлек старшего из братьев от невеселых мыслей. Сейчас все решится. Но почему так ноги не слушаются? Шатен буквально через силу, преодолевая волнение, зашел на кухню. Опять же, сама кухня была довольно скромной и маленькой в белых тонах. Тут было все и одновременно не было чего-то лишнего вроде ваз, картин и телевизора. Хотя от последнего Итачи никогда не отказывался. Ему нравилось смотреть новости по утрам, собираясь на работу. Саске так изменился. Старший Учиха наблюдал за ним, пока тот разливал чай по чашкам. От него разит, и нет, не алкоголем, а странной независимостью, такой несвойственной хрупким омегам. Но Саске нельзя было назвать таковым. Он был достаточно высок среди остальных представителей слабого пола и не был таким приторно-слащавым на вид. Ему не нужна была косметика, чтобы выглядеть мило: идеальная бледная кожа, будто точеная из мрамора и черные как смоль глаза создавали до одурения красивый контраст. Он прекрасен. Даже заплаканным Итачи находил своего брата до ужаса притягательным. Он становился немного уязвим в такие моменты. Плохо конечно пользоваться чужой слабостью, но так хочется быть для него тем самым человеком, на которого он может положиться… Их ломало друг без друга. Они оба это понимали. Но вопреки всем концовкам сопливых фильмов, мы не сразу сократили расстояние между нами. Они притирались к друг другу заново, как будто были до этого чужими друг другу людьми. *** В каком-то смысле мы узнавали друг друга заново. Теперь мы не могли думать друг о друге только как о братьях. Любимый — вот то слово, которое приходит, когда я думаю о Саске. Мне действительно было тяжело принять отото как пару, но еще хуже было отрицать тот факт, что без него мне было тяжелее. Сначала я просто пошел на поводу у его чувств. Но со временем Саске мне открывался с новой стороны. Я понял, что раньше мне не встречалось таких партнеров как он. Иногда мне казалось, что он даже переигрывает и полностью погрузился в роль какой-то женушки из сериалов для домохозяек. С тех пор я не видел его психованным. Ни разу, даже сложно в это поверить. Однако у всех омег время от времени скачет настроение, а у этой как будто и не заканчивается заряд позитива. Раньше такого не было. Только в последний месяц я начал такое замечать. Может, что-то хорошее случилось помимо того, что я знаю? Тогда почему он мне не рассказывает? Он всегда делится со мной всем. Вечером я еще раз осторожно спросил Саске о его делах, но он лишь отмахивался, что все хорошо, а что плохо — то решится в скором времени. Странные формулировки в его речи проскальзывали все чаще. Я не мог не замечать его темных кругов под глазами, которые появились, кстати, совсем недавно. Я беспокоился за него не на шутку, ведь его поведение было слишком подозрительным. Саске все еще продолжал проводить время с Наруто, чему я не очень радовался. Однажды, когда блондин был у нас в гостях, я заметил у него синяки как от уколов. До сих пор не забуду это… ведь если мой Саске что-то употребляет… Я начал рыскать по всей квартире, перерывая абсолютно все, даже под тумбочки заглядывал. Я понимал, что поступаю некорректно, но я не мог избавиться от этого навязчивого беспокойства. Я был уверен в Саске. Наверное, я просто хотел подтвердить, что все это неправда… Три белые таблетки в прозрачном маленьком пакетике подвели черту под словом «наркоман». Внутри меня все похолодело. Вспотевшей от волнения рукой я взял эту мерзость и повертел ее в руке. Что же ему не нравилось? Почему он решил принимать эту дурь? О, в том, что это была именно она у меня не было сомнений. Спасибо Какаши, я знаю, как выглядит подобная хрень. К слову, Какаши не был торчком, он как раз ловил таких вот. И вечерком в баре он часто делился своими наблюдениями и случаями из жизни отдела по борьбе с наркотиками. Он то мне и рассказывал, в каких местах обычно прячут дрянь подростки… Мой брат подсел на колеса — в голове не укладывалась мысль. Когда же я пропустил тот момент, что он начал принимать эту дурь? Отчаяние и непонимание выжигали меня изнутри. Я не мог своего родного брата сдать в наркодиспансер. Он ведь не такой… Напряжение росло все сильнее да так, что нервы начали сдавать по тормозам. Скоро должен был прийти Саске с учебы, а я сижу перед его сумкой и держу эти чертовы таблетки. Стоп, а может их спрятать? Нет, он же начнет рыскать по всей квартире и поймет, что не смог бы их выкинуть. Тогда как мне ему помочь? За окном слышна возня детей на площадке, изредка до моих ушей доносились крики их мамаш. Мы жили в довольно тихом районе, но с двенадцати до четырех всегда было шумновато. Не сказать, что меня это напрягало. Наоборот, в этот самый момент мне нужно было на что-то отвлечься. Я должен был напрячь свой разум, чтобы придумать хоть какой-нибудь более-менее эффективный способ заставить Саске бросить принимать таблетки. Таблетки! Точно! Я улыбнулся собственной догадливости. Что может помочь бросить закидываться колесному наркоману, как не сами колеса? Я посмотрел на часы. Так, время еще есть, отлично. Я побежал в гостиную к шкафчику с лекарствами. Времени аккуратно искать что-то подходящее не было, поэтому я просто вывалил все бутылочки и блистеры на пол. Чем можно подменить колеса, чтобы Саске не скопытился? Я стал перебирать все от аспирина до таблеток от боли в суставах. Несколько минут я не мог решить, что же взять: таблетки отото были белые с гладкой поверхностью, похожие на… И тут меня осенило. Я побежал к себе в комнату и выудил коробочку с витаминами для мозга. Они очень походили на те, что прятал Саске. Единственное, за что я боялся, так это за их вкус. Надеюсь, что братец их запивает водой… Времени до прихода младшего оставалось совсем немного, поэтому я быстро подменил таблетки и восстановил тот порядок-беспорядок, который был до меня в его комнате. Нужно взять отпуск и ограничить его общение с Наруто. При мысли об этом парне возникали прескверные образы, как тот в клубе ширяется чем-то запрещенным. Ну и мерзость! Я не дам Саске скатиться в пропасть! *** С чувством выполненного долга Итачи справился со своей, мягко говоря, нестандартной задачей и отправился готовить легкий ужин. Саске придет уставший, надо было подбодрить его чем-нибудь вкусненьким. Иногда Итачи вел себя как омега-домохозяйка, но ничего не мог с собой поделать. В некотором смысле братский комплекс у него появился не так давно. И уж при их отношениях он совсем не уместен, однако младший не жаловался — это только укрепляло привязанность Итачи к нему. Саске пришел в пол шестого. Звук закрывающейся двери оповестил старшего Учиху, что пора накрывать на стол. Итачи не был идеален во всем и в готовки в частности, но ради младшего он всегда готов постараться. Пара несложных салатов и омлет украшали до некоторого времени пустой стол. Альфа заметно нервничал: взгляд его блуждал по маленькой кухоньке и не задерживался надолго. Мысли бежали со скоростью света. А что если он поймет раньше времени? А как же та самая ломка? Вдруг его тоже будет колошматить, как пишут на медицинских форумах? Наверное. Нужно было позвонить в деканат и взять для него отпуск. Поздно подумал… Уже переодетый в синюю домашнюю футболку и шорты Саске зашел на кухню. — Привет, нии-сан, — брюнет подошел и обнял со спины раскладывающего бутерброды по тарелке Итачи. Саске любил приходить домой позднее брата. Не часто Итачи его радует стряпней собственного приготовления. Да, она не такая вкусная как еда, приготовленная им, но если это готовил шатен, то Саске готов съесть даже подгорелое и салат с курицей и ананасами- последнее он совсем не мог вытерпеть. Ответом послужил короткий чмок в щеку. Вроде бы такое простое действие, но мягкое тепло уже разливалось где-то в груди брюнета. — Ты сегодня решил меня побаловать? Старший улыбнулся. Ему нравилось то, с каким аппетитом его маленький отото поглощает приготовленную им еду. И нет, он никогда не старался наготовить больше. Чем им нужно на один прием пищи — у омег сильно замедлен метаболизм. Поэтому они не стареют так быстро как альфы, но вот проблемы с весом имеются почти у каждой второй. За Саске этого конечно не было заметно поначалу, но когда один раз Итачи встал чуть раньше положенного, то застал отото приходящего с пробежки. Природа не щадит никого. Сегодня он сделал исключение лишь для того, чтобы ослабить ломку отото. Да, еще одна слабость Итачи — это различные интернет форумы. « Как заметить, что…» — и таких статей он перечитал сотни. Поэтому он сегодня не пожалел своих сил и приготовил лучшее что мог сделать. Весь прием пищи Итачи внимательно смотрел за движениями Саске, пытаясь отыскать что-то такое, что бы его уверило, что он ошибся. Но болезненный вид младшего Учихи говорил об обратном, а к врачу его даже под дулом пистолета не затащишь. Что же ему оставалось думать? — Нии сан, ты сегодня какой-то встревоженный. Пара ониксовых глаз смотрела на Итачи снизу вверх, пытаясь узнать, в чем же причина чрезмерной напряженности брата. Саске был не дурак: он видел, что Итачи ведет себя не как обычно, и от этого он нервничал сам. Но сколько бы он не пытался узнать, альфа ни в чем не сознавался. Это неимоверно бесило младшего. Он что, нашел себе новую омегу? То-то утром я почуял здесь неладное. С хрена ли еще ему торчать сегодня дома в разгар своей рабочей недели? Только если он от меня что-то, а точнее кого-то скрывает… Саске казалось, что его подвесили над пропастью. Он никогда не думал, что Итачи мог так запросто завести себе кого-нибудь. Я что-то сделал не так? Настроение брюнета заметно ухудшилось. В такие моменты он часто уходил в себя и не замечал ничего вокруг. Его нужно было сильно тормошить, чтобы он пришел в себя. — Саске! — Итачи перетянул на себя младшего и заключил его в крепкие объятия. — Что ты себе уже напридумывал? Брюнет несколько раз удивленно моргнул и непонимающе уставился на родное лицо. Альфа не мог прочесть хоть что-то вразумительное в его взгляде. Мутный, как будто бы поддернутый легкой дымкой. Мгновение спустя — глаза уже смотрят не так отстранено. Еще секунда — в них проскальзывает грусть. Что же творится в твоей голове, а Саске? Как бы я хотел знать ответ на этот вопрос… То, с какой преданностью и отчаянием ты смотришь на меня- рвет мне сердце на куски. Нежность и желание защитить- вот что сейчас переполняло Итачи. На сей раз шатен первый потянулся к Саске. Ничего не ожидавший младший Учиха был обескуражен: ему приятно, но он не привык, что Итачи первый проявляет инициативу. Саске всегда как котенок выпрашивал ласки, а сейчас его «хозяин» сам давал ему то тепло, в котором он нуждался двадцать четыре на семь. Нежная кожа, черные волосы, обрамляющие почти кукольные черты лица — брюнет не мог остановиться. Его ладони прошлись по аккуратным скулам, пальцами очерчивая их, спускаясь все ниже, по шее, выводя причудливые узоры именно под мочками уха — одна из немногих эрогенных зон Саске. Младший был в восторге от напора Итачи. Его руки блуждали по его телу с нажимом проходясь по внутренней стороне бедра. Прикосновения становились все настойчивее. Возбуждение альфы уже было как день ясно по заметному бугру в штанах. Медленно, словно желая растянуть их безобразие Итачи поднял майку брата вверх, желая получить доступ к розовым горошинам сосков. Знал ли Саске, что у него не только его феромоны, выделяемые кожей еще и на вкус сладки как мед? Альфа вернул ладонь на грудь омеги, подушечками пальцев пройдясь по горошинам. Упругие. Итачи поднес свои пальцы к губам. — Какой же ты сладкий, отото. Губы аники накрыли один сосок и начали медленно проходиться шершавым языком по его нежной коже. Сверху послышались тяжелые вздохи. — Потерпи, сладкий. Поцелуями старший Учиха спускался все ниже, не забывая поглаживать бедра. — Подожди! — Тсс. — Что на тебя нашло? — Мне остановиться? — Ты играешь нечестно! Уже на уровне ширинки Итачи спохватился. Он никогда не делал минет. Да, это всегда была прерогатива младшего. Как-то нехорошо получается. «Начинать никогда не поздно» — с этими мыслями альфа решил действовать. Оттянуть резинку шорт зубами? Господи, ну мы же не в порно. Аники мягко попросил Саске приподняться, чтобы снять с него последний элемент одежды. Аккуратный твердый омежий член с сочащейся головкой предстал перед глазами шатена. Завораживающе облизнувшись, он пару раз провел ладонью по нему и взял в рот, насколько позволял его рвотный рефлекс. Он вспоминал, как делал сам Саске. Сначала он пососал только головку. После чего выпустив ее изо рта и поцелуями прошелся по всему стволу, а потом снова взял в рот посасывая и не забывая работать языком. Получалось или нет- это было уже слышно по нет, не вздохам, а томным стонам Саске. Итачи бы и сам рад себе подрочить в этот момент, но важнее было удовольствие Саске сейчас. Он ускорил движения головой подводя отото к оргазму. В какой-то момент младший сам начал подмахивать бедрами навстречу рту Итачи неизбежно приближая пик наслаждения. Когда рот Итачи наполнился вязким омежьим эякулятом, он поднял глаза на Саске: раскрасневшийся как маков цвет, тяжело дышащий с блестящей испариной на лбу он выглядел чертовски великолепно. — Не здесь. Понимая как будет потом болеть спина и шея у омеги, Итачи повиновался, подхватив под бедра Саске и отнес его на постель. — Подожди чуть-чуть, ладно? Омега с блестящими от возбуждения глазами вышел из его комнаты ненадолго и вернулся со своей же сумкой, в которой были спрятаны эти чертовы… Додумать Итачи не успел, потому что-то зрелище, которое ему преподнес Саске заставило его оголодало облизнуться. Юноша, положив на кончик языка белую таблетку игриво улыбнулся ему и встал на колени. — Так интересней будет, правда? Таблетка была уже в крови Саске. Экстази значит, да? Понятно. Итачи не хотел сейчас начинать его отчитывать, когда у самого в штанах сейчас член чуть ли не дымится. А его брат с наглой и такой блядской улыбкой отсасывает с причмокиванием у него. Господи, как великолепно он это делал! Что-то, а минет Саске делал божественно. Ему было на чем поучиться, вспоминая прошлогодний инцидент подумал шатен. Но кончать только на минете совсем не хотелось. Итачи нехотя оторвал Саске от своего увлекательного занятия. Оба парня немедленно переместились на кровать. Тянуть больше нет смысла. Саске не нужно было что-то говорить. Он и сам понимал, что никто из них сдерживаться больше не станет. Брюнет встал в колено-локтевую позу. Сексуально, насколько позволяла его гибкость, прогнул свою спинку, оттопырив белоснежный зад. Сколько бы Итачи не видел Саске во время секса, но именно та картина, когда по внутренней стороне бедра омеги течет его естественная смазка из пульсирующей дырочки, срывало все тормоза. Мужчина утробно рыкнул и подмял под себя желанное тело. На растяжку обоим терпения не хватило бы, поэтому в следующую секунду Саске внутри себя почувствовал пульсирующий твердый член старшего Учихи. Невообразимо… От нахлынувших на него ощущений Саске протяжно застонал. Невозможно передать словами, что чувствовал младший Учиха в момент единения с Итачи. Нет, это не просто неконтролируемая страсть, сжигающая все на своем пути. Вся та нежность, невысказанная словами лилась прямо в сердце юному омеге. Ему не обязательно слышать то, как сильно его любит аники. То, как он его хочет и то, как он на него смотрит- говорило уже о многом. Толчки становились все сильнее, а шлепки об кожу все громче. Итачи хотелось рычать и поставить на омеге метку, он едва себя сдерживал, сильно сжав челюсти, увы и не на коже. Своим. Как же хотелось его присвоить и оставить навечно в своей спальне. Его личная птичка, только вот такую в клетку не посадишь… Саске так пошло и тягуче сладко стонал, подмахивая своими бедрами, лишая альфу всякого права оттянуть разрядку. Через некоторое время он излился в него, припечатав на час к себе узлом. Некоторое время Итачи ничего не говорил. Он давал время себе отдышаться, а Саске — получить еще парочку оргазмов от его узла. Но поговорить нужно было. Старший Учиха не мог не узнать, что же были это за таблетки. — Саске. — Мм? Юноша лениво перевернулся на другой бок, чтобы видеть своего альфу. -Что за таблетки ты принял перед сексом? — А, это, — младший Учиха не поленился встать и принести тот самый злополучный пакетик, — противозачаточные. Ты знаешь, я уже месяц как их пью, от спирали много проблем было. — Твою мать… — Итачи на секунду зажмурился, не веря в собственный идиотизм.- Тогда у меня две новости, с какой тебе начать? — Полагаю, с хорошей? — Хорошая — это то, что тебе не нужно будет совмещать работу и ребенка. Плохая — тебе придется это делать через девять месяцев. В Итачи полетела подушка.