Это меня не остановит

В этот момент Шото передернуло. Видимо, действие таблетки все же закончилось, и нужно было срочно принять новую дозу. Йоараши смотрел прямо в душу, выжигая своим взглядом все внутри. Темные глаза завораживали, заставляли метаться от желания сию же секунду припасть к приоткрытым губам, впиваясь в них со всей страстью, до разумного отказа от излишней близости. Тодороки не отвечал, хотя и так было все ясно. Сладковатые, еле слышные нотки ванили и терпкий тягучий аромат бергамота смешивались в невообразимую феерию запахов. Инаса держался. Пусть уже начало накатывать возбуждение, нельзя было просто так накинуться на подростка и начать жестоко насиловать. Парень, в первую очередь, себе этого не простит. Поэтому самым разумным было сейчас просто уйти, но это слишком тяжело. Тянуло, как магнитом, не давая шанса сопротивляться. Тяжко. И именно в момент, когда уже Йоараши почти не мог сдерживаться, Шото подошел вплотную, смотря все теми же пустыми кукольными глазами. -В этом ведь… Ничего странного? - мальчик чуть наклонил голову, касаясь рукой крепкого плеча сверстника. Провел ниже, по предплечью, коснулся широкого запястья и неуверенно взялся за большую мужскую ладонь. Инаса повернул руку тыльной стороной вниз. Смотрел на тонкие длинные пальцы, изящное запястье и крохотную, по сравнению со своей, ладошку. Их пальцы сплелись, альфа посмотрел на лицо юноши. Едва заметные морщинки на переносице между бровями, сжатые в тонкую полоску губы, слегка покрасневшие щеки. От всего этого можно было задохнуться в собственных чувствах. Тодороки не отрывал взгляда от глаз парня, охватываемый ворожбою неизвестных ощущений. Про себя размышляя, юноша не знал, стоит ли рисковать. Ведь совсем недавно он так самоуверенно кричал о своей победе в борьбе за место «Символа Мира». Йоараши заметил, что Шото еще не уверен. Как-то чувствовал, даже не видя в поведении парня никаких намеков. Хотя подросток и оставался, с виду, невозмутим, Инаса видел, что его терзают сомнения. Совершенно не хотелось принуждать к чему-то. Студент медленно наклонился, положил свободную руку на щеку мальчика, чуть сжав вторую ладонь. Теперь он был в паре сантиметров от лица Тодороки. Так близко. Стоит только чуть-чуть поддаться, и желанные губы окажутся во власти. Но нельзя. -Шото. Ты точно хочешь этого? – серьезно и прямо проговорил альфа, нежно поглаживая бархатную кожу на щеке. Ответа пришлось ждать, пока юноша окончательно не разобрался со своими чувствами. Омега почувствовал, как приятно обжигает кожу лица чужая ладонь, как горяч голос парня и как пленителен аромат легкого парфюма. Скорее всего, это был слабый одеколон, не такой, как у отца. Старатель пользовался очень едкими духами, такими, что дышать было тяжело. Этот запах был притягателен, не такой навязчивый и точно не вызывал отвращения. Хотелось вдохнуть больше, прочувствовать. Шото положил ладонь поверх руки Инасы. Прикрыл глаза, вдохнув в легкие побольше воздуха, пропитанного приятным ароматом. И выдохнул, снова смотря в темные глаза напротив. -Да. Тодороки всегда был немногословен, но в это короткое слово он вложил все: все свои надежды на счастливое будущее, каждый тяжелый вздох от нелегкой жизни, детские слезы от собственной беспомощности, желание стать тем, кем самому захочется, мечту быть любимым и желанным… Просьбу полюбить. Инасе большее и не нужно было. Он почувствовал. Он понял. Каждой клеточкой тела он впитал в себя эту беззвучную, но кричащую мольбу. Больше не было пути назад, уверенно сказанное «да» открывало двери в совсем другую, более интимную, часть жизни. Йоараши подхватил Шото на руки, отчего второй, не ожидав такого, вцепился на пару мгновений в ткань безрукавки парня. Подросток был настолько легкий, что просто казался пушинкой на ветру. Бритоголовый взял с себя слово, что откормит, в будущем, мальчика, не то тот скоро совсем станет прозрачным. Инаса, не желая ждать больше ни минуты, резвым шагом направился в комнату юноши. Аккуратно уложив омегу на кровать, он встал на колени, нависая сверху. Сердце уходило в пятки. Было очень просто сделать больно такому хрупкому мальчишке. Буквально сломать. Борясь с желанием сорвать всю одежду с изящного тела, Йоараши заглянул в глаза своей будущей пассии. -Ты еще можешь передумать, - оповестил альфа, на что Тодороки лишь покачал головой. -Я доверюсь тебе. У Инасы сразу будто спали наручники. Он медленно наклонился, почти впритык к губам юноши. Горячее дыхание обжигало кожу, Шото приоткрыл рот и поддался вперед, преодолевая оставленное для него расстояние. Теплые губы накрыли его собственные, утягивая в омут удовольствия. Слегка потрескавшиеся от ветра, но мягкие и нежные. Было приятно, никогда такого не испытывал подросток даже приблизительно. Вскоре альфа отстранился, удостоверяясь в получаемом удовольствии принимающей стороны. Уловив едва слышный разочарованный вздох, он снова вовлек мальчика в поцелуй. В этот раз более страстный, грубый и не менее превосходный. Инаса заставил приоткрыть рот и скользнул языком внутрь. Провел по кромке, улавливая идеальность ряда зубов. На этом не останавливаясь, встретился с языком омеги, прижатом к небу. Мальчик был неумелым в этой области, но это не исключало всей его красоты в настоящий момент. Прикрытые глаза и припухшие губы, что то и дело прикусывал ведущий в этой импровизированной схватке. Спонтанные причмокивания и томные вздохи наполнили комнату. Йоараши почувствовал, как становиться тесно в штанах. Пришлось отстраниться от таких сладких губ. Руки сами потянулись к краю футболки Шото, приподнимая ее и проводя рукой по плоскому животу. Стянув с мальчика нежелательную ткань, парень припал губами к открывшимся взору притягательным частям тела. Он целовал шею, узкие плечи, ключицы, оставляя слабые засосы. Завлекла вздымающаяся грудь. Инаса провел языком по темному ореолу соска, после слегка прикусывая, вызывая скрежет зубов у Тодороки. Тут лицо парня обвили ладошки юноши, приподнимая голову того и смотря в глаза едва ли помутнившимся взглядом. -Довольно прелюдий, - уверенно выговорил подросток, проводя рукой по груди альфы. Второй был только рад такой реакции. Пусть и хотелось попробовать каждый сантиметр тела на вкус, должно же было что-то остаться на следующий раз. А серьезный взгляд без малейшего намека на сомнения только больше придавал уверенности. Инаса приподнялся, снимая с себя, уже пропитавшуюся потом на спине, безрукавку и откидывая, как лишнюю тряпку, в сторону. Потом приступил к спортивкам Шото, не церемонясь, стягивая их вместе с бельем. Открылся еще более соблазнительный вид. Если бы он кому-то сказал, что переспал с сыном знаменитого героя Старателя, то никто бы не поверил, как и сейчас отдаленно верил в это сам парень. Достав из заднего кармана презерватив, что, как позже оказалось, он всегда носил там, Инаса спустил свои штаны. Прорвав надоедливую упаковку зубами, он, не медля, натянул контрацептив на член, что был уже внушительных размеров. Заприметив то, что скоро окажется внутри него, Шото слегка поджал губы. Если бы кто-то неделю назад подошел к нему и сказал, что вскоре он окажется омегой и первый раз в жизни будет оттрахан, юноша бы поджог лгуну одежду за наглую клевету. А сейчас он лежал под парнем, что когда-то лучше него сдал вступительный экзамен. Никогда бы Тодороки не подумал, что будет добровольно отдаваться в руки такому импульсивному молодому человеку. И не мог подумать, что будет хотеть, чтобы этот самый человек остался с ним, стал для него всем. Сейчас глупо было задумываться о таком, ведь это просто секс. Первый в жизни, но все равно обычный секс. Надеяться на что-то большее пока было рано. Может, после этого Йоараши уйдет, никогда больше не появится в его жизни и, помимо всего этого, расскажет всем вокруг, что поимел сыночка Старателя. Шото опять слишком задумался, что не укрылось от глаз Инасы. Парень наклонился и нежно поцеловал задумавшегося омегу. Пока второй еще не отошел от поцелуя, альфа ввел один палец, вызвав недовольный скрип зубов. Когда посчитал юношу достаточно привыкшим, продолжил добавлять пальцы, бережно растягивая девственное кольцо мышц. Вскоре недовольный скрежет сменился рваными томными вдохами, оповещая о полной готовности к началу главного. Инаса убрал руку и приставил ко входу свой член, смотря в глаза мальчика. Хотелось, если не сорвать, то хотя бы слегка сдвинуть эту маску безэмоциональности. Глаза, подернутые туманной дымкой возбуждения, все равно не меняли своей пластмассовой пустоты. Почти с таким же лицом, Шото, например, мыл посуду или читал доклад. Йораши желал хоть на секунду увидеть изменение в выражении лица. И он это получит. Член начал продвигаться в нежное нутро юноши, принося противоречивые ощущения. Вроде, и приятно от новых чувств, но боли это не отменяло. Вскоре, когда получалось войти легко хотя бы наполовину, Инаса помедлил. А сразу же после резко вошел на всю длину. Подросток выгнул спину, заметно жмурясь и сжимая ладонями простынь. Альфа улыбнулся такой реакции и начал медленно наращивать темп, стараясь не причинить лишнего дискомфорта. Спустя пару минут, он уже практически не сдерживался, двигаясь в быстром темпе и выбивая из Шото редкие вздохи. Внезапно, едва поменял угол, попал по чувствительному месту, вызывая незапланированный стон у омеги. Этот приятный голос чуть не заставил кончить Йоараши раньше времени. Слишком сладким казался этот короткий стон. Инаса ухмыльнулся и продолжил двигаться в таком направлении, выжимая почаще из юноши тихие полустоны. Это не могло не нравится. Такой податливый омега, что лишь очень скупился подавать голос, и альфа, что заставлял считать себя очень нужным, были сейчас на пике блаженства. Через время, оба излились с протяжными стонами, переводя дыхание после страстного секса. Парни легли рядом, смотря в потолок и верили, что теперь ничто не способно помешать им. Шото повернулся на бок и посмотрел на альфу. Испарина на лбу и довольная улыбка. Вдруг рука Инасы взяла ладонь мальчика в свою, сплетая пальцы вместе. На душе сразу стало тепло. Плевать на то, будет что-то после или нет. Сейчас юноша был слишком счастлив, чтобы портить эти мгновения раздумьями. Этот первый раз останется с Тодороки навсегда. Отпечатается в отдельной части сердца, где хранятся только самые лучшие воспоминания, и не исчезнет никогда. Никогда.