Могу ли я нарисовать тебя?

-Могу ли я нарисовать тебя? — До Изуку не сразу дошло, что он сказал, а минут так через пять, но его внутренний голос утверждал:"Это твой единственный шанс, пользуйся им, потом можешь делать что хочешь, но пожалуйста, сейчас или никогда!»       Мидория стоял перед Шото красный, заикался в каждом втором слове, но с уверенным взглядом и блеском в глазах. -П-пожал… -Хорошо.       Деку был немного удивлен, он был знаком с Тодороки буквально дня три, и тот так спокойно и хладнокровно сказал это, хотя может быть для него это не столь уж и важно. как для самого художника. -Чего застыл? я же сказал можно.       

***

      В комнате царила тишина, нарушаемая лишь звуком, касания кисти полотна, дыханием двух людей. Шото сидел прямо, немного повернув голову в бок, открывая вид на шею. Атмосфера его успокаивала, никто, за час так и не проронил ни слова, гетерохром не хотел мешать Изуку, к тому же, тот был так сосредоточен. что скорее всего и не обратил бы на позера никакого внимания.       Не поворачивая головы, Шото краем глаза посмотрел на Мидорию. Сосредоточенное лицо, освещаемое лишь уходящим солнцем, приобретало рыжеватый оттенок, глаза носились по холсту, лишь иногда, переводя взгляд на «гостя», руки плавно, но уверенно размазывали краску по бумаге, словно у них была заранее подготовленная траектория. Было некое ощущение, что Изуку в такие моменты отрезан от окружающего его мира и спрятан в своем, собственном потайном месте, где его никто не мог побеспокоить. Собственное убежище. -Тодороки, не мог бы ты повернуть голову чуть левее.- Голос Изуку вывел гетерохрома из транса, в котором он даже не заметил, как стал в открытую пялиться на своего знакомого.       Так они и сидели в тишине, которую разбавляли шуршание кисти и дыхание двух людей, только лицо Шото приобрело малозаметный красноватый оттенок.       Все закончено! -в победной стойке и со счастливым лицом Мидория стоял перед своей моделью, развернув холст, чтобы второму было видно. -Слушай, а ты точно сам это нарисовал? -А ты видишь кого-нибудь еще в этой комнате?       После этой фразы Деку ухватили за плечи и рывком оторвали от насиженного места. Тодороки принялся тщательно разглядывать паренька, в надежде увидеть что-нибудь необычное или волшебной. -Шото-кун, н-не мог бы т-ты отпустить меня…- Художник был в замешательстве, и хотел узнать, каковы причины таких действий. -А ты точно не носишь с собой невидимый фотоаппарат? -Ч-что?       Никто уже не понимал что происходит, даже Тодороки не совсем осознавал, хотя сам это и начал. Спустя неловкую минуту молчания, он решил прервать её, ведь тишина была невыносимая и давила изнутри. -Прости, я просто немного удивлен. -Ну, у людей и не такая реакция бывала.-Мидория глупо посмеялся, чтобы хоть как-то разбавить нагнетающую атмосферу. -Тогда я пойду, увидимся. -Сказав это, Шото довольно быстро схватил свою сумку и вышел из комнаты художника.Он быстро прошелся по коридору и скрылся за углом. Спиной упершись в стену, парень начал оседать вниз, закрыв лицо руками и что-то бормоча себе под нос. Проходившие могли подумать, что студенту не нездоровиться, но коридор был пуст., а остальные, кто присутствовал в общежитии уже давно спали, ведь время было далеко за полночь. Лицо Тодороки было красным, дыхание сбилось, а голова кружилась, казалось будто пол сейчас уйдет из-под ног или провалится. Парень сидел в этом коридоре. сгорбившись, прижимая голову почти вплотную к коленям, сидел еще как минимум полчаса, пока дыхание не выровнялось, а земля снова присутствовала под ногами.       Так и пропала одинокая тень в общих потемках здания, а шаги становились все тише и тише, пока тишина совсем не поглотила их, все здание, люди и окружение провалилось в сон.