Каково твоё желание?

***

      Тёмный, летний и довольно холодный на первый взгляд — вечер. На небосклоне, расстилающимся тёмным ковром, на весь кругозор, пылают едкие, бело-жёлтые звёзды, украшая, как игрушки и осыпая небо в горошек, как бело-серые, яркие точки. За окном опять собираются тучи, загораживая всю эту небесную красоту и сами светила на огромном, нескончаемом полотне.       Наш герой, смотрит в окно на огромный лес, расстилающийся как огромная, махровая, бархатная, тёмно-зелёная, ковровая дорожка, по всей территории ближних к дому — холмов, на чисто дикую природу с её обитателями и странностями. В нескольких километрах было огромное озеро, но из-за растительности, ни кто и ни чего не видит, ибо слишком зелено, да, и вечер на дворе.       Сам он, герой, находится в высоком, трёх этажном, огромном доме, который, принадлежит полностью и целиком ему одному. Сама постройка, находится за шесть километров от ближайшего к нему города, на высоком холме, напоминающим некую гору, открывая вид на просторы леса и поля окружающей местности. Везде его окружали лишь огромные, бархатные ели с соснами.       Открывается прекрасный живописный вид на город и поселения вдалеке. Эти беленькие огоньки, вписываются в красоту тёмного города, как светлячки. Всё было выстроено ряд, предавая больше восхищения.       Само здание нашего альфы, ору было сделано в белых и серо-тёмных тонах, оттенках, и цветах. Снаружи было наоборот, всё тёмное, мрачное деревянное покрытие, всё это, чуть отпугивает своим дизайном, всё светлое вроде светлое, но и тёмное. Такой резкий контраст цветов, был не понятен и самому хозяину дома, а тем более его настроение и чувства.       Все углы, обделаны железом в узорах странных лиан, цветов, извилин. Живописные картины, высокие потолки под три метра с лишним, не единственное что придавало дому некую изюминку этому загородному дому, обозначая огромное состояние его доходов за день, так и настроение владельца, что тоже не исключалось. Ведь оно постоянно меняется, практически каждый час.       В этом доме, живёт большое количество прислуги и сам хозяин, со своим лучшим другом — омегой, Александром Киселёвым. Конечно было не просто жить с омегой, да ещё и течным, но помочь ему надо было, да и надо помогать. Ведь из квартиры, омегу вышвырнули родители, прямо на порог с собранным чемоданом, сумками. Бесцеремонно, грубо, злостно и так мерзко…       Так мерзко стало на душе парня в тот момент, так противно от того, как его сделала природа и того, что ему по жизни уготовила судьба именно такой случай. Да и тем более от родных людей, родителей, получить нож в спину и предательство с их стороны.       Всё это, сказалось на психике парнишки. Слава богу, с ним всегда был его друг, который поддержит его в любую трудную минуту жизни, как бы не было сейчас им херово. Каждый день, каждый час старались проводить вместе, нарастала привязанность, которая, могла в любую минуту стать чем-то большим, перерасти из дружбы, пересекая эту хрупкую границу их отношений.

***

      Кухня. Они снова сидели за одним пусть огромным — столом, дожидаясь прекрасного и плотного ужина на этот вечер, от прислуги Вячеслава Ронжина, хозяина этого домища. Снова этот предмет мебели — стол, сводил их через всякое "не хочу" взглядами, случайными прикосновениями и неловким «прости.» Ненужными ни кому извинениями, мол это случай такой, а не я, я здесь вообще не причём.       Снова эта белая скатерть, с которой были связаны некие воспоминания. Хоть и не такие грандиозные, но всё же были. Как они залазали на стол и обрисовывали её фломастерами, карандашами. Как они жгли бедное полотно прожигая обычной зажигалкой. Как сейчас, альфа вспоминает бои на мечах, конечно же на деревянных, но мечах. Вставали прямо ногами на стол и бились, представляя себя высокими богатырями на конях. Пере читались они тогда сказок и книжек про всякие войны, богатырей, да, и другую известную литературу, связанную с описанием спасителей Руси.       Но, а сейчас, они спокойно сели за дубовым покрытие, в часовом ожидании. Омега подпер голову двумя руками, словно он тут не причём и хочет уже спать. Аид облокотился на стул, в таком же знаке ожидания, посматривая на высокую, тёмную дверь с позолоченной ручкой как с этой стороны, так и с обратной.       За многие годы жизни с омегой, Вячеслава потрясала сдержанность, адекватность, воспитание паренька. Он всегда пил таблетки, сдерживался во время проказов природы, так и инстинктов. От него нет даже малейшего запаха, он попросту чист, а всё потому, что каждый час, он принимает таблетки. Как бы Слава не намекал, а то и открыто предупреждал паренька, второму было всё равно. Но ведь когда-нибудь, они перестанут влиять на омегу, но старшему было пофигу на слова друга. Он так и дальше принимает эти таблетки.       Вот, дверь со скрипом отворилась, хоть её недавно смазывали, да и дело не в самой двери, но всё же, не очень хочется это слушать, этот надоедливый писк. Младший резко осмотрелся и увидел прислугу с серебряными подносами*. Старший сел нормально, разглядывая еду и кивая в знак своей благодарности. Снова это молчание, которое потихоньку убивает младшего, поэтому, он заводит разговор, спустя столько времени.       — Ну, чего раскис? Как день провёл?       У омеги, в это время была течка, но ничего, как всегда, необычного. Не какой новости в принципе для альфы, ему это только может быть на руку в некоторых случаях. Например в ванну первым пойти, ведь она одна, не смотря на огромное количество комнат и размеры всего этого дома.       — Как всегда, нормально… — Прошла некая пауза. — А ты?       Омега чуть встрепенулся и натянул на себя улыбку, в которой была частичка искренности и добра, этого изредка не хватало альфе, ведь, если счастлив Сашка-Хелд, то и он тоже, ну разве не странно? Сашка чуть приподнял голову, смотря в глаза друга и пытаясь найти хоть какой-то подвох или обман, ему уже всего хватило в этой жизни, а осторожность ни кому не повредит.       — Тоже нормально, заключил пару контрактов, может с тобой даже на море осенью поедем. Что делал сегодня?       Вячеслав резко перевёл тему, облокачиваясь на руку и чуть отодвигаясь от еды. На его стороне, настоящая улыбка, которая так нравилась Сашке. От мысли моря, глаза старшего засияли, но вспоминая ещё один вопрос заданный другом, снова ответил:       — В комнате разобрался с лишними вещами. Ну… И всё, вроде.       Дальше, Хелд замолчал, вспоминая про то, как тешился игрушками для одиноких омег, ведь пары он ещё не нашёл, а рассказывать этого не хотелось. За помощью обращаться даже стыдно… За это, он поплатился таким удовольствием. Слава каждый раз мысленно жалел его, сочувствовал ему, но младшего радовал тот факт, что он может спокойно занять место избранного альфы, в узких по общению, кругах Хелда. Ведь парнишка мало кому доверяет, да и заслужить эту доверенность удалось только семерым, которые ему лишь друзья.       В принципе, на этом их разговор бы к великому для Славы сожалению, закончен. Он не решается что-то спрашивать, ведь язык попросту не поворачивается. «Что это за чувство?» прокручивается мысль в голове старшего за этим ужином. Ковыряя телятину с яйцом, он задумался и впал в свои мысли рассуждения, дабы всё понять и разложить по местам.       Вновь раздумывая о Сашке, зациклившись лишь на нём, он входит в глубокие раздумья, но это не на долго. Через минут таки двадцать, Хелд не хотя вышел с кухни, пожелав Славе спокойной ночи и сладких снов, при этом, радостным, искренним голосом с улыбкой. Последнее удивило альфу, но всё же, он не подал виду, спрятал свои эмоции за каменной маской, которую, к великому сожалению не пробить.       Слава принялся за еду, нормально и слаженно, а после, съев всё, поблагодарил рабочих, выходя из роскошного помещения. Надеясь, что завтра всё будет хорошо. Новый день, да ещё и выходной…