Я не смогу тебя забыть

Прошло уже больше двух недель, как я живу у девчонок. После ссоры в кабинете отца, я сразу поехала домой и начала собирать вещи. На вопрос мамули «что случилось» и «куда я ухожу» отмахивалась папой. Сказала, что он обо всем в курсе, и знает что делать. С этими словами села в такси и уехала. У девчонок жить хорошо. Я наконец-то прибралась в их берлоге. Теперь здесь царит частота и по вечерам их ждет вкусный ужин. Из дома новостей нет. Ну как нет. Я просто не беру трубку. Один раз позвонил папа, просил бросить заниматься глупостями и вернуться домой. На что я ответила, что пока не услышу извинений Марка никуда не вернусь. И еще подлила масла в огонь, сказав, что собираюсь устроиться на работу к Веронике. Папа прокричал, что этого просто так не оставит и бросил трубку. Ну, а я на самом деле никуда и не собиралась устраиваться. Пару раз сходили в тот самый бар и отдохнули. Даже не пили. Лишь танцевали и разговаривали на интересующие нас темы. Одной и таких тем, была я.  — Сонь, ну что там с твоим планом? — попивая из трубочки ванильного коктейля, поинтересовалась Света.  — Пока все тихо, — спокойно ответила и положила в рот кусочек бисквитного торта, — Но я уверенна, что папуля регулярно капает на Марка. Остальное дело времени. Ему рано или поздно придется сдаться.  — И что потом? — спросила Вероника.  — А потом я буду собирать вещи, — загадочно протянула я.  — Ты темнишь подруга, — Света по-доброму улыбнулась и чокнулась бокалом об мою чашку с кофе, — Но, чтобы ты не задумала, я всегда на твоей стороне!  — Я тоже, — присоединилась брюнетка.  — Вы скоро все узнаете… — игриво заявила я. И это «скоро» настало уже завтра. *** Я убиралась в квартире с утра. Вероника на работе, Света уехала в магазин за продуктами. Сегодня собирались с ней приготовить ужин и посидеть втроем, попить вина и поплакаться. Это уже полюбившаяся нами субботняя традиция. Вспоминаем детство: как ходили в садик, а потом пошли в школу. Как получали плохие оценки и прогуливали уроки. Иногда ездили на экскурсии с классом. Ностальгировали по этому времени. Потом плавно переходили на первую любовь. Школьную любовь. Трагическое расставание. Влюбленность в институте. Потом работа и мужики — козлы. К этому времени бутылка вина пустая, а мы уже сидим на кухонном широком подоконнике, докуриваем сигарету и даем слово, что больше не будем наступать на те же грабли. Но сегодня собирались еще и отметить повышение Вероники. Теперь она не танцует в грязном, пропитанном похотью и мужиками баре, а является администратором этого заведения все также пропитанном похотью и мужиками. Теперь ей не придется постоянно сдерживать себя, чтобы не дать в морду очередному зажравшемуся мужлану, который начнет приставать к девушке. Или еще хуже, начнет предлагать деньги за ночь с ней. Родители до сих пор считают ее девушкой легкого поведения, которая спит за деньги. И ни разу не сказали спасибо, за принесенные Вероникой деньги. Так же думают о ней и мои родители. Но только самой девушке известно, как она себя ненавидит за каждый приватный танец и публичные раздевания у шеста. Но безвыходная ситуация брюнетка, не оставляет шансов на лучшую жизнь. Очень много денег уходит на погашение родительских долгов, столько же тратится на образование, и остаются лишь копейки на то, чтобы не умереть с голоду и снимать эту квартиру. Но теперь Вероника наконец-то сможет задышать полной грудью и избавиться от ненависти к себе. Начать новую жизнь. Счастливую жизнь. Я так задумалась, пока отмывала пол в прихожей, что испугалась неожиданного звонка в дверь. Подошла к двери и посмотрела в глазок. На лестничной площадке стоял Марк, переминаясь с ноги на ногу. Звонки в дверь поутихли, но лишь на секунду, пока Марк смотрел на наручные часы. Потом снова возобновились с удвоенной настойчивостью. Я так и стояла у двери, смотрела в глазок, и не знала что делать. Слишком неожиданно, да и вид у меня ужасный. Старая растянутая майка, через которую просвечивается розовый топ и домашние шорты. Что на голове у меня взрыв, как на макаронной фабрике, вообще молчу. В таком виде только ворон на огороде у бабушки распугивать, а не встречать гостей. Прошло еще пять минут, парень все не уходит. Я решила претвориться, что дома никого нет. Пусть лучше приходит с извинениями в другой раз. А еще лучше предупредит. Я незваных гостей не люблю. Так и передам. Через несколько минут трель прекратилась и я снова взглянула в дверной глазок. Марка под дверью уже не было. Я выдохнула и пошла в ванную комнату. Ополоснулась под душем, оделась в чистые вещи. И не успела током расчесать мокрые волосы, как в дверь опять позвонили. Я прошла босыми ногами к двери и открыла ее. На пороге опять стоял Марк и недовольно смотрел на меня, сжимая плотно губы.  — Привет, — невинно поздоровалась я, — Какими судьбами?  — Ты оглохла совсем? Я тут полчаса торчу, — процедил парень.  — Я была в душе, — скрестила руки на груди, и бесстрашно посмотрела в карие глаза, — Нормальные люди звонят и сообщают о своем приходе.  — У меня нет твоего телефона…  — Это твои проблемы, — нагло перебила Марка, — Я может тут парня жду, вот что он подумает, когда придет и увидит тебя?  — У тебя нет парня, — спокойно сказал он и прошел в квартиру.  — С чего это ты взял, что у меня нет парня? — возмутилась я, и закрыла входную дверь.  — С тобой никто не сможет встречаться, ты покусаешь любого, — Марк зашел на кухню и закурил.  — Но тебя же еще не покусала, — съязвила я.  — Мы с тобой и не были в отношениях, — грубо ответил он.  — Ну да подумаешь, чуть не переспали… — усмехнулась и села за стол.  — Этого бы не случилось, я не олух, — выдыхая дым, оправдался парень.  — Не олух, ты идиот, — я встала и открыла окно, — Твоей жене с тобой повезло, она даже детей от тебя не хочет…  — Что? — рыкнул Марк.  — У тебя проблемы со слухом? Или ты пришел мне на нервы подействовать? Говори что хотел, и вали от сюда. Я жду гостя, — нагло вру, смотря в глаза.  — Ведешь себя как стерва! Когда ты успела ею стать?  — С тех пор, как ты женился, — сказала быстрее, чем подумала и тут же себя отругала. На кухне минуту стояла немая тишина. Марк смотрел на меня, а я вытянула сигарету из его пачки и закурила. Мне плевать на то, что он сейчас подумает. Мои чувства если еще не прошли, то хотя бы не реагируют так остро. Я могу их контролировать.  — Ты до сих пор влюблена в меня? — спокойно спросил Марк.  — Ты слишком высоко о себе мнения, — снова вру, — Мне было тогда шестнадцать…  — А что изменилось? — он уставился на меня, и удивленно приподнял бровь.  — Я выросла, — посмотрела на парня и затянулась, — И поняла какой ты мудак Марк.  — Это они тебя сделали такой? — он показал пальцем на фотографию в рамке. На ней мы с девчонками стоим на набережной и улыбаемся. Наша любимая фотография. Всегда стоит на виду.  — Жизнь меня сделала такой, — отмахнулась я и скинула пепел, — Тебе ли не все равно?  — Если это из-за меня ты…  — Да из-за тебя! Я с самого первого дня в тебя влюбилась. Ты был такой забавный и внимательный. Заботился обо мне. Каждая девочка мечтает о таком принце. Но вот мой принц оказался предателем. Ты растоптал мои чувства, — я смотрела в глаза Марку, хотела уловить в них эмоции, — Ты сначала подарил надежду, а потом пришел в наш дом и заявил, что женишься! Я даже о думала о суициде, — тихо прошептала и смахнула слезу, — Но не смогла. Понимаешь? После моей смерти, ничего бы не изменилось. Ты бы не развелся. Я сделала небольшую паузу. Набрала полные легкие воздуха и резко выдохнула. Немного пришла в себя и успокоилась.  — И тогда я решила просто тебя забыть. Вычеркнуть из памяти. Стереть с воспоминаний. И у меня это почти вышло. Почти. Если бы ты не появлялся каждый день в нашем доме, и не мозолил бы мне глаза. Если бы папуля не предложил мне работу в «империи». Если бы я не села тогда к тебе в машину… Я прервала наш зрительный контакт и отвернулась к окну. Стало легче. Наконец-то я выговорилась. Рассказала о своих чувствах. Теперь мне нечего скрывать и не нужно держать этот камень на сердце. Теперь я смогу наконец начать жить заново.  — Прости, я не знал… — извинился Марк, но я его прервала.  — Ты просто не замечал меня, — усмехнулась я, — Скажи, ты хоть что-то почувствовал тогда? О чем ты вообще думал, когда я целовала тебя? О ней? Мы смотрели друг на дуга и не отрывали взгляда. Я пыталась разглядеть в глазах Марка хоть какую-то эмоцию, понять о чем он сейчас думает. Но он как будто установил барьер. Он разделяет нас. Не дает возможности понять друг друга. Марк на секунду отвел взгляд и взъерошил свои волосы.  — Тогда я думал только о тебе, — тихо прошептал Марк, — О том, что ты еще мала, и у тебя еще вся жизнь впереди. Думал, что ты меня забудешь, влюбишься в какого-нибудь прыщавого подростка, и будешь с ним счастлива, — он посмотрел на меня, а потом сел на диван, — И потом ты пропала. Перестала ночевать дома, избегала меня. Я думал ты нашла кого-то. А как-то за ужином твой отец рассказал, что ты связалась с какими-то развязными девчонками и забросила учебу. Я предложил Павлу Аркадьевичу взять тебя на подработку в «империю». Не знал, что все обернется вот так…  — Отец волнуется за тебя, — Марк снова посмотрел на меня, — Он не виноват, что у нас все так вышло. Позвони ему. Я подошла ближе к парню и сделала то, что первое пришло на ум. Я поцеловала.