С любовью к тебе, мой убийца

Чтобы утро было добрым, ночь должна быть страстной.

***

Жаркие и неумелые с моей стороны поцелуи всё больше нас окунали в небытие. Я чувствовала, что если не решилась бы сделать этого, то громко заявляя — я пожалела бы об этом. Мне все равно, кому он отдал свое сердце, мне все равно, что будет с нами завтра и мне в конце концов наплевать на то, что он по сути должен сейчас быть в моих глазах врагом. Он помог мне, он спас меня и даже сейчас зная, кто я такая, он целует меня, мое тело и не пытается причинить мне даже самую малую боль. Прижав меня к стене, парень медленно потянул рукой подол моего платья и обнажив мою ногу, повел плавно по ней вверх. По коже тут же пробежала сотня или даже тысяча мурашек, заставляя меня сильнее впиваться в его губы. Запустив пальцы в его волосы, я слегка оттянула их и не сильно укусила его за нижнюю губу. Издав рык, ассасин плотнее прижал меня к стене и закинув обе ноги к себе на талию, приподнял меня выше, проводя мокрую дорожку из поцелуев к моей шеи. — Ах, — первый стон к неожиданности появился после того, как он впился сильнее в шею. Похоже там останется засос и что я потом скажу всем остальным? Что это меня комарик укусил? Даже не верится, что моя мечта исполнится прямо сейчас. Нет, я разумеется не мечтала о том, чтобы переспать с Эцио, но вот о чувствах я мечтала ещё с того момента, как поиграла в первые в игру. Боги, влюбиться в играбельного персонажа и при этом хотеть чего-то — это сверх разума любого нормального человека, но только не моего. Слова казались бы сейчас лишние… Такие чувства были для меня в новинку, и я не знала практически ничего о том, как заставить так же трепетать парня от своих рук и поэтому старалась повторять его движения. Оторвавшись от моей шеи и отпустив меня, Эцио тут же подхватил меня на руки и целуя в губы понес меня на кровать. Боги, мне уже страшно только от одного вида нашего ложе. Аккуратно положив меня на кровать, парень лег на меня сверху и оторвавшись от губ, вновь начал оставлять мокрую дорожку по пути к моей шее. — Приподнимись, — прошептал мне на ухо ассасин и выполнив его требование, я приподнялась, а затем почувствовала его прохладные ладони на своей спине. Он расстегнул мое платье, а потом и вовсе помог мне избавиться от него. Обидно, что на этот раз я не надела верх нижнего белья, а все из-за того, что посчитала и так сойдет. Корсет платья был настолько плотным, что едва ли мог что-то выделить, не считая декольте, которое как раз-таки подчеркивало достоинства всех девушек и женщин, если разумеется оно имелось. Когда перед ним оголилась моя верхняя часть тела, я начала прикрываться руками. Чёрт, черт, чёрт, как же стыдно. — Перестань, — полушепотом сказал парень и взяв меня за запястья, убрал руки. — Ты прекрасна. Смутившись ещё больше, я прикрыла глаза, а распахнула я их только тогда, когда почувствовала на своей груди его губы и язык. Выгнувшись, я в голос застонала. Не поверите, но как бы пошло это сейчас не звучало, но это было прекрасно стонать и показывать ему то, что мне хорошо. Его руки, губы вытворяли то, от чего я получала такое наслаждение, что готова была потерять сознание, но в моем случае об этом даже сейчас не стоило бы и думать вообще. Я мечтала просто сорвать с него его одежду и самой исцеловать все его тело. Оставить на каждом миллиметре участка его тела засос и дать всем знать, что он теперь мой. Не выдержав сладостной пытки, я приподнялась и положив руки ему на плечи дернула в бок. Смекнув, естественно, парень перевернулся и теперь уже я была на нем сверху. Целуя его губы, я одновременно расстегивала все пуговицы на его экипировке, сдергивала ремни и рвала веревки. Его тело оказалось настолько горячим, что я и представить себе до этого не могла. Прикасаться к нему было для меня одним удовольствием. Поцеловав его мимолетно в губы, я впилась в его шею, а затем повела язычком и губами к его груди и готова поклясться, что Эцио издал также стон, как и не давно я. Улыбнувшись, я повела языком по его груди, оставляя на ней мимоходом поцелуи. Надоело медлить… Оторвавшись от неё, я начала расстегивать пояс на его штанах, а вскоре и штаны, но в силу того, что я не видела ничего подобного из одежды — у меня с трудом это получалось и поэтому, Эцио перевернув меня на спину, сам снял с себя все остальное. Оставалось только одно препятствие и это мое нижнее белье, которое к сожалению, ему пришлось порвать. Блиин, придется надевать теперь уже панталоны этих времен, а не шикарное кружевное белье нашего времени, что было на мне в целом комплекте. Ну, что за мучения-то? — Эцио, — возбужденно позвала его я. — Аккуратней, я…я — Алекс, — смекнув, что я пытаюсь ему сказать, он лег на меня и прошептал на ухо. — Потерпи, любовь моя. Проведя нежно по моей щеке ладонью, он впился в мои губы и проведя язычком по нижней губе и играя с моим, он заставил забыть меня в эту секунду обо всем на свете. Боги, он серьезно сейчас сказал любовь моя? — Ммм, — в губы застонала я, прикрыв от боли глаза. Я начала отталкивать о себя парня, но тот лишь крепче прижимал меня к кровати. Он терпел и даже то, когда я начала ему царапать спину в попытке высвобождения. Из моих глаз текли слезы… — Прости… прости… прости… — шептал ассасин, целуя мое лицо. Через минуту боль все же отступила. — Продолжай, — на выдохе прошептала я и почувствовала, как боль и вовсе начала пропадать, а на место её пришло удовольствие и блаженство. Все же, как бы парень не хотел себя быстро удовлетворить — он делал это медленно и аккуратно и все ради меня, а может быть и ради любви. Н-да, так уж и не скажешь, что это тот самый безжалостный убийца, Эцио Аудиторе. Если когда-нибудь меня спросят: жалею ли я об этом поступке? Я отвечу, что несмотря на обстоятельства и порой на ненужную вражду, нужно всегда быть с теми, с кем ты этого хочешь больше всего на свете. Иногда стоит нарушать какие-то запретные правила и действовать по воле чувств. Мы должны всегда верить в то, что заслуживает нашей веры. Мы должны доверять своему сердцу, но обдумывать все это головой. И да, я ни о чем не жалею, даже если бы необходимо было для начала броситься в пламя огня, чтобы оказаться здесь — я бы безоговорочно сделала это. И если меня когда-нибудь спросят: что ты нашла в нем, чего не могла найти в других? Я отвечу, что несмотря на всю крутость и популярность человека, ты узнаешь его лично, как книгу, которую надо читать страницу за страницей в день. Несмотря на то, что мои впервые впечатления были не самые лучшие о нем первоначально и да, я считала его эгоистом и тем ещё заядлым бабником — он все же развеял то, что сложилось у меня за несколько лет одним только своим благородством. Проснулась я рано утром и в моей кровати уже никого не было. Неужели мне все это приснилось? Боги, неужели у меня настолько больная фантазия, что кроме порнографических снов мне больше ничего в голову во сне не лезет? Неожиданно дверь ванной комнаты открылась и из неё вышел совершенно голый ассасин, отчего мои глаза тут же полезли на лоб и я поспешила обернуться в другую сторону. — О, ты уже проснулась, — сделал вывод он, беря полотенце в свои руки. — Мне нужно вернуться по делам во Флоренцию. — Зачем? — все также смотря в другую сторону, не громко поинтересовалась я. — По де-лам, — как умалишённой по слогам проговорил он, но как ни странно меня это не задело, может быть он и вовсе всегда так отвечает, когда разговор заходит о личном. — Хорошо, — словно бы давая ему свое разрешение, я поджала губы и в тот же момент почувствовала, как позади меня прогнулась кровать и в ту же минуту мои плечи начали покрывать его губы, оставляя поцелуи на лопатках. — Я вернусь к тебе, я обещаю. — Эцио, я тоже хочу быть ассасином, — вдруг даже неожиданно для себя выплюнула я и резко сжала в кулаках простыню. — Нет, Алекс, это опасно и не… — Нет, Эцио, это ты не понимаешь, — потянув на себя простынь, я встала с кровати и укуталась в неё. — Ты не понимаешь, что я… Странно, но в этот момент я подумала о том, что я вовсе не должна вставать на сторону убийц своих родителей и все это будет предательством для меня. Я обязана сначала узнать о себе все, а затем уже выбирать для себя нужную сторону. — Алекс, ты что-то хотела сказать? — я и не заметила того факта, как Эцио оказался рядом со мной и теперь тормошил меня за плечи, приводя в сознание. — Да, оденься, — натянуто улыбнувшись, я легонько оттолкнула его в грудь. — О, сеньорита, я уже вас не возбуждаю после жаркой ночи? — наигранно ухмыляясь, ассасин отошел от меня и медленно потянул за край простыни, в которую я куталась. — Что ты делаешь? — возмущенно спросила я, хватая простынь двумя руками, так как та, уже практически оголила верхнюю часть тела. — Dio, моя принцесса, иди ко мне, — вскоре я оказалась в объятиях итальянца, а потом и вовсе прижатой к кровати. — Что ты… Н-да, я когда-нибудь сумею вообще договорить то, что хочу или все же с этим ассасином мне выпал уникальный джекпот и я безоговорочно буду лишена права задавать вопросы? Боги, столько вопросов и так мало ответов на все происходящее со мной...