Paralaysed

Фэйт впервые проснулась не рано, как она привыкла, а почти в обед, разбуженная множеством чувств одновременно. Закрывшись, девочка потянулась, подумывая о том, как все пока что хорошо складывается: Соник не отказал ей в помощи, Тейлз и Наклз остались живы после встречи с Клайи, и вернулся Шедоу, хотя о нем девочка совершенно не знала. И все-таки девочка не была уверена, что ему можно доверять, однако Эми рассказывала ей, что черно-алый в последние приключения был на их стороне и не раз помогал. Во время завтрака Фэйт хотела приглядеться к Шедоу лучше, но, как оказалось, почти никто ещё не проснулся. Лишь Эми и Крим, готовившие завтрак и кофе. Она коротко поздоровалась с ними, разворачиваясь, чтобы ускользнуть в гостиную, но на её пути неожиданно возник помятый Соник, и в воздухе замерло что-то холодное и вязкое. Напряжение затопило кухню, и Фэйт почувствовала, как на неё давит это чувство. Она закрылась ещё раз и ещё, пока не поняла, что так просто ей от этого не уйти. Что опять случилось с Соником? Фэйт осторожно вдохнула и снова почувствовала вину. Сильную, невероятно горькую вину, которой как и прежде веяло от синего ежа. Который, в свою очередь, подозрительно уставился на волчицу. Он все понял? Фэйт недовольно осмотрела его с ног до головы, прежде чем сказать: — Ты опять? — Что - опять? — Соник прошёл мимо нее, расположившись на залитом солнцем подоконнике. — Делаешь это. Винишь себя. Я говорила тебе, — девочка скрестила руки на груди, — чтобы ты отпустил. Она поймала на себе взгляды Крим и Эми. Фэйт совершенно забыла, что они были здесь, и сейчас ей стало немного неловко от того, что она начала этот разговор. Все-таки наедине с Соником она, может, могла помочь ему. Но отступать было поздно. Фэйт пришлось продолжить нападать. — Послушай меня, прошу тебя, Соник. Я знаю, тебе тяжело, — сказала она мягко. — На твоих плечах опять спасение мира, возможно, целой вселенной. Ты герой, и если что-то случается... — Я не герой! Он использовал скорость, когда соскакивал с подоконника. Эми и Крим замерли, напряженно наблюдая за ним. — Я не герой, — выдохнул он. Его глаза, до этого пылающее гневом, померкли. — Не герой. По крайней мере я так не считаю. Я никто, Фэйт. Какой я герой, если не мону спасти одну маленькую жизнь? Если я жив, а она - нет? Он не плакал, но его так терзало изнутри болью, что Фэйт захотелось, чтобы он заплакал. Держать в себе намного больнее. — Соник...— Эми потянулась к нему. — Посмотри на меня, Соник. Она взяла пальцами его за подбородок и медленно подняла голову, вынуждая посмотреть на неё. Глаза ёжика ещё немного поглазели на пол, прежде чем он взглянул подруге в глаза. Фэйт не закрывалась больше от такого количества чувств. Она принимала любовь Эми и любовь Соника как нечто особенное. Это чувство... Оно было такое тёплое и нежное, и девочке хотелось полностью исчезнуть в нём - настолько приятные и волнующие ощущения оно вызывало. И в тоже время чувство заставляло её задыхаться. — Вот так, — Эми, не разрывая зрительного контакта, полностью развернула Соника к себе. — Все в порядке. Все хорошо. Ты просто зациклился на Космо, я понимаю. Она отдала жизнь в той битве, потому что это было её судьбой. Она пришла к нам уже зная, что ей предстоит уйти в более лучший мир. Космо не боялась этого, ведь все, что она делала, было ради её народа. Соник, мы ни в чем не виним тебя. Мы очень скорбим о Космо, но то, что ты не потратил свою жизнь зря в битве с Дарк Оуком, многое значит для нас. Мы все очень любим тебя. И вспомни, ты чуть не погиб тогда. Девушка на секунду прикрыла глаза. — Мы и так едва не потеряли тебя тогда. Фэйт прочла в её эмоциях совсем другое. Я чуть не потеряла тебя. Девочка с улыбкой посмотрела на Крим. Крольчиха заметила это и улыбнулась ей в ответ. — Эми права, — сказала Крим. — Космо отдала бы жизнь в любом случае, а если бы погиб и ты, я бы уже никогда не смогла оправиться от битвы. Мы бы все не смогли. Соник не улыбнулся, не посмотрел на неё. Он смотрел исключительно на Эми и что-то мучительное теплилось в его глазах. — Я не хочу битвы не потому, что когда-то Космо отдала за победу жизнь. Я не хочу битвы потому, что у меня все ещё есть вы, а я не хочу вас терять. Фэйт потрясенно выдохнула, ощутив огромные перемены в состоянии Соника. Боль отступила и на её место пришли другие чувства. От страха до благодарности. От благодарности до страха. — Но, Соник... Эми замолчала, потому что ёжик обнял её и спрятал лицо на её плече. — Не нужно. Не нужно ничего говорить. Я не знаю, что мне делать, не знаю, как бороться с Клайи, но я просто должен. Я должен хоть что-то предпринять. Эми, все ещё пораженная его порывом, стиснула его в объятиях, скрывая свои слезы, текущие по лицу. Крим, заметив это, не смогла содержаться и тоже тихо заплакала. Фэйт вдыхала их эмоции, пока у неё не закружилась голова, а потом с улыбкой посмотрела на обнимающихся ежей. — Все будет в порядке, Соник, — выдохнула Эми. Услышав её надломленный голос, Соник поднял голову и посмотрел ей в глаза. — Мы найдём выход. Всегда находили. — Нет, нет, нет, не нужно плакать, — он нежно вытер слёзы подруги одной рукой, продолжая обнимать её за талию второй. — Ты же сама сказала, что все будет хорошо. Эй, все, не плачь, — он говорил нежно, и Фэйт купалась в его нежных эмоциях как в лучах солнца. Неосознанно Соник положил плачущей Эми руку на затылок, зарывшись пальцами в её волосы, и поцеловал её в висок, а затем также осторожно и нежно прикоснулся губами к её лбу, прежде чем прижал к себе. Потом Соник притянул к ним и Крим и заставил её поучаствовать в объятиях тоже. Фэйт не могла смотреть на это без улыбки, хотя от вида плачущей Эми ком вставал в горле. Все это время она была такой сильной, но любовь к Сонику делала её в тоже время такой слабой. Волчица вдруг поняла, что если бы она любила также сильно, то тоже не смогла бы всегда держать себя в руках и, возможно даже чаще Эми, плакала. Прервал всю эту тихую идиллию Наклз, который вошёл в кухню громко топая. Он замер, немного сонный, удивленно разглядывая обнимающихся, пока довольно не улыбнулся, почесав живот. — Ну, я вижу Соник опять клеит девчонок, пока я сплю, — не без ухмылки сказал он. — Местный ловелас. — Иди ты, Наклз, — усмехнулся Соник. Фэйт уловила, что он наслаждается разговором. Возможно, это было чувство, граничащее с ностальгией. Наклз рассмеялся, однако внезапно влез в объятия, заражая своим смехом и Соника, и девушек. Парни соприкоснулись лбами, выражая свои братские отношения, но быстро отстранились, потому что от смеха стукали друг друга. Эми оторвала голову от груди Соника и засмеялась, немного приподняв лицо. Фэйт с улыбкой покачала головой, удивляясь, какими же прочными были отношения этих ребят. На громкий смех скоро стеклась и вся остальная компания, но Руж и Шедоу предпочли не лезть в гору обнимающися ребят, но зато к ним присоединился Тейлз. Потом Эми все-таки заставила всех сесть за стол завтракать. Её глаза все ещё были красными от слез, но она улыбалась, а значит все было хорошо. — Что насчёт того, чтобы поднять в воздух Голубой Тайфун снова? — предложила она как бы между прочим. Тейлз внимательно посмотрел на ежиху. — Ну, попробовать можно. Но как же Главный Изумруд? Не опасно тащить его и Изумруды Хаоса прямо в логово этой чокнутой? — Клайи уже сделала все, что хотела, касающееся изумрудов, — сказал Наклз, нахмурив брови. — Причём, с Голубым Тайфуном у нас будет больше шансов пробить стену у этой уродливой фигни в небе, — изрекла своё Руж. Соник согласно кивнул ей. — Использовав пушку. Это может сработать. — Что? — неожиданно оживился Тейлз. Фэйт непонимающе втянула его эмоции, но это ничего ей не дало. Тейлз тем временем вскочил со стула, ударив ладонями по столу. — Это может быть опасно! Я не стану запускать тебя в Небесную Башню! — Но подумай, Тейлз, какие возможности у нас будут, если мы пробьем стену... — Да ты с ума сошёл! — закричал лисёнок. — Совсем сбрендил, да? Соник, ты можешь погибнуть! Ты понимаешь хотя бы это? — Ну конечно я понимаю! — рявкнул в ответ ёжик. На кухне повисла привычная для этого места тишина. Фэйт, вздохнув, решила, что для неё на сегодня хватит, и закрылась. — Конечно я понимаю, — спокойнее повторил Соник. — Каждый раз понимаю. Тейлз, закрыв глаза, упал обратно на стул, остальные продолжили ковыряться в еде, кроме Шедоу, который все это время спокойно продолжал есть. Он и сейчас сидел и со спокойствием наблюдал за всем этим, пока не сказал: — Если он хочет, чтобы им выстрелили из этой пушки, то просто сделайте это. Соник недоверчиво уставился на него, а Эми отрицательно покачала головой. — Ну уж нет! — потом она посмотрела на Соника, открывшего было рот. — Забудь об этом, понял? Он захлопнул рот и откинулся спинку стула, сверля взглядом тарелку с едой. — Закрыли тему, — сказал Наклз. — Поднимем Голубой Тайфун, но пушкой не воспользуемся. И точка. Все согласно закивали, даже Шедоу, хотя Фэйт показалось, что он просто прикалывался. Она открылась и попробовала его чувства, но ничего, кроме удовлетворения, не получила. Махнув на это рукой, она продолжила есть. *** Клайи сидела на троне в своей башне и в тишине разглядывала мир, который она собиралась захватить. Конечно, у неё будет много рабов, а она будет их Богом. Даже несмотря на то, что она была демоном, божья власть привлекала её сильнее. К тому же, Клайи получит достаточно отчаяния, боли и страха, чтобы получить, наконец, более материальное тело.