Дьявольски прекрасны

      Просыпаюсь от спешащих шагов около моей двери. Чувствую бьющие в глаза лучи солнца от начинающего проясняться сознания. Разноцветные пятна мигают под веками. Дверь открывается без стука, а расстояние до моей кровати преодолевается в считанные секунды. Чья-то бесцеремонная рука настойчиво пытается отнять мое одеяло. Какая же наглость! — Пол! — вырываю из рук одеяло, звонко ударяя ладонью по его лбу. Дьявол начинает задорно смеяться от забавного действия, не причинившему ему ни грамма боли. Самодовольно усмехнувшись, он кладет руки на пояс. — Ты знаешь, зачем я пришел! — Пол гордо склоняется надо мной, громко говоря в самое ухо. — Я хочу узнать свое и Леи прошлое! — Ты не думаешь, что Лее лучше услышать свое прошлое лично? Будет грубо, если она узнает о нем последней, — пытаюсь вразумить шумного Дьявола, буквально вскакивая с кровати. Пол задумывается на пару минут, после чего важно хмыкает, отводя плечи назад. — Ты невыносим! — говорю в таком же громком тоне, получая новую порцию смеха в ответ. — Да, я такой, — сверкнув белыми глазами с черной обводкой, Дьявол садится на стул со спинкой из узоров. Откуда у меня этот стул? Где-то я его видел. В комнате у Фай, точно, она, должно быть, принесла его, когда за мной после побега. Раньше в моей комнате не было гостей, поэтому я не задумывался принести стул или кресло. Смотрю на огненноволосого Дьявола, который щелкает пальцами перед моим носом в попытке привлечь к себе внимание. — О чем ты постоянно думаешь? Очередной побег? — Пол прослеживает мой взгляд. — О, ты о стуле? Наги тоже заметила новую часть твоего интерьера. Как мы поняли, Фай принес. Черт поймешь, что у него на уме.       Белоглазый встает, поднимая стул в своих руках. От Пола ничего не скроется, если что-то случится в доме, он уже знает об этом. Просто поразительно, как этот Дьявол умудряется везде отметить свое присутствие. — Хорошо, я понял, что Лее лучше услышать о своем детстве лично, — огненноволосый чуть расстроенно вздыхает, — но, раз уж я здесь, расскажешь о моем прошлом? — Пол ловко крутит стул, садясь на него лицом к спинке, облокачивает руки на причудливую поверхность. — Моя судьба настолько же трагична, как у Наги с графом Дракулой? И меня тоже спас этот чертов змей?       Я неловко улыбаюсь, подтверждая его слова. Пол запрокидывает голову назад, шумно вдыхая воздух. Выждав паузу, белоглазый Дьявол все же кивает мне, призывая начать историю. И я вновь вспоминаю бархатистый тембр. ***       Мне приходилось уехать на неделю в другой город по контролю перевозок товара. Заняло это у меня три дня, после чего я возвращаюсь в родное место.       И вот, я еду в карете по направлению к дому, с очередной коробочкой полной разных вещей для своих маленьких Дьяволов. Все три дня я очень переживаю за них, постоянно проверяя их местоположение на маленьком экране устройства. Это изматывает меня еще сильнее, поэтому я решаю отвлечься. Тонкие пальцы отводят занавеску в сторону, обнажая прозрачное стекло. Перед глазами предстает величественная бесконечная гладь воды. Останавливаю карету комбинацией действий, и, преодолевая свою усталость, подхожу на песчаный берег. Поверхность моря мирно сияет лучиками заката, ветер раздувает полы моего плаща, каблуки тонут в песке.       Протягиваю руку к солнцу, ласково греющему мою кожу. Теплый ветер развивает волосы, охлаждая затекшую шею. А вокруг лишь море и песок, подключаю к ушам музыку, начиная танцевать. Возможно, мой поступок странный и необдуманный, но мое тело ощущает легкость, моя душа поет, а бриз, играющий с волнами, окружает меня. Ноги путаются от тяжести навалившейся усталости и белого песка, мешающего движениям. Остановившись, я решаюсь пройтись по приветливому теплому берегу, освещаемому алым закатом.       Спустя пару минут ходьбы вижу перед собой дряхлый домик, из которого доносятся громкие крики. Напротив домика в море плещется маленький ребенок, его красные волосы отражают в себе закат, а глаза крепко цепляют мое нутро. Красивые белые радужки, обрамленные ровным черным кругом. В маленьком теле бьется жизнь, его глаза лучатся силой, а внутренняя энергия освещает окружение через ясную улыбку.       Дверь дома с оглушительным скрипом открывается, и из него в слезах выбегает женщина. Стою слишком далеко, чтобы разглядеть мужчину, быстро закрывающего за ней дверь. Ребенок оборачивается на звук, с радостными воплями бежит в объятья женщины. Мать подхватывает дитя на руки, кружа в воздухе. Подойдя к морю, она отпускает мальчика, и тот начинает весело плескать водой в её сторону. Женщина. лишь шутливо грозится маленькой шалости, но смеется в ответ. Некоторое время наблюдаю за общими улыбками, уже собираюсь уходить. Но тут замечаю, что женщина не дает нырнувшему в воду ребенку всплыть на поверхность. Бегу к ним в животном страхе за ребенка. Женщина, услышав шаги со стороны, отскакивает от ребенка, в кашле выбирающегося на берег. — Если я не сделаю это своими руками, он убьет его сам, — крик женщины закладывает мои уши, а в ее глазах тонет вина. — Уж лучше так, чем я дам это сделать своему мужу! Он замучает его! Мой ребенок не должен страдать!       Она падет на колени, закрывая лицо руками. В этот момент я подаюсь к ребенку, укутывая его в свой плащ, я забираю его себе на руки. Замерзшее дитя не в силах сопротивляться. В этот мир женщина поднимает взгляд, внимательно изучающий меня. — Вы выглядите богато. Вы кукловод? — замечая дрожащего ребенка в руках, она начинает горько плакать. Бережно прижимаю дитя к себе, отступая в страхе. Поняв мои движения, женщина горестно прижимает руки к груди, мучительно осматривая человека перед собой. — Заберите! Заберите его с собой! — женщина шагает вперед, не устояв на ногах, падает на колени. — Пожалуйста, не обижайте его! Он у меня хороший мальчик, проблем не доставит, только, пожалуйста, пусть он будет жить!       Женщина складывает ладони вместе, кланяется мне в отчаянии. Ее глаза наполнены неподдельным горем и страданием. Она оглядывает своего сына с невыносимой тоской, но не перестает ему улыбаться. Мое сердце обливается кровью, а жилы будто лопаются в моем теле. — Мама! — ребенок дрожащей рукой тянется к женщине. По моим щекам льются слезы, одна за другой, превращаясь в сплошной поток. — Все хорошо, Пол, все будет хорошо, мой мальчик, — женщина сдерживается, чтобы не заплакать с новой силой, из ее глаз льются чистые потоки соленых слез, — Пожалуйста, позаботьтесь о нем.       Кивнув женщине, не в силах даже подать голос, я крепче прижимаю ребенка, убегая прочь.       Уже в карете я настраиваю маршрут, и искусственный разум начинает свое движение. Пол, приходящий в отчаяние от незнакомого лица, смотрит в окно. Брыкается, в попытке выбраться. — Мама! — он прижимает ладошки к окну, в надежде поймать женщину взглядом. Та провожает нас медленными шагами и тоскующим взглядом, сопровожденным грустной улыбкой. В этот миг я узнаю женщину, часто бродящую среди района кукловодов. Она наблюдала за нами? Теперь я понимаю, почему она так легко отдала мальчика. Обо мне ходят слухи, что я держу у себя трех детей. Возможно, она даже подходила к особняку, а Дьяволы часто играют в саду. Но подойти к кукловоду не так просто, как кажется. — Пол, — обращаюсь к мальчику, кладя руку ему на плечо. — Я знаю! Она хочет, чтобы я был жив! Но я хочу, чтобы она была счастлива! А с моим отцом она всегда будет плакать! — ребенок говорит взрослые вещи, показывая понимание сути ужаса этого мира. — Она счастлива, что ты не умираешь у нее на руках! — кричу на мальчика, хватая его за руку. Тот пораженно смотрит в мои сиреневые глаза, но понимает мои слова и успокаивается. Сидит смирно, глубоко погрузившись в свои мысли. Сломленный отчаянием ребенок давит на мою душу. ***       Мы подъезжаем к особняку, и я выхожу из кареты в сторону широкой двери. Мальчик, удивленный величиной нового дома, глубоко вздыхает, сдерживая свои чувства. Открываю широкую дверь, заходя внутрь с Полом. Картина, представшая передо мной, заставляет меня смеяться. Я попросил Алексия присмотреть за детьми во время моего отсутствия. И теперь взрослый человек лежит на широком ковре, в его волосы вцепился ручками Соул, дыша в макушку, на татуированной руке лежит Наги, чьи волосы обвили чужую кожу, в ногах развалился Кей, уложивший голову на живот молодого человека. Подхожу к столику, где мирно разбросаны различные игрушки, среди них нахожу линзы и беруши. Понимаю, что Реду пришлось нелегко с тремя детьми.       Поднимаюсь по лестнице, чтобы взять запасной ошейник, лежащий в шкафу. Когда же я спускаюсь обратно, замечаю, что Пол разглядывает людей на ковре. Все игрушки собраны в найденную ребенком коробку, а линзы и беруши положены в небольшую шкатулочку красного цвета. — Пол, — привлекаю к себе внимание, — иди ко мне.       Ребенок послушно подходит. Увидев черный ошейник в моих руках, он покорно поднимает голову, позволяя покорить себя. Как ужасно это звучит. Я вовсе не хочу отнимать вашу свободу, я лишь хочу, чтобы вы были в безопасности, хочу, чтобы вы были счастливы в нашем маленьком мире. Жаль, но вы не поймете меня сейчас.       Ребенок постепенно привыкал к этому особняку, подружился с каждым в доме. Но его взгляд всегда устремлялся в окно, на оживленную шумную улицу. Задумываюсь о небольшой прогулке, которая оживит ребенка. — Пол, — парень резко поворачивается ко мне, взметая красивые белые глаза на мое лицо, — одевайся, пойдешь со мной.       Мальчик, не понимая моего замысла, спешным шагом выполняет поручение. Не делаю ничего необычного, просто прохожу по району кукловодов, совершая нужные покупки, рассказываю ему о проблемах, которые возникают, когда Дьяволы заходят в районы для людей. Пол иногда морщится от отвращения, высказывая свое негодование по отношению к несправедливости к Дьяволам. По приходу домой, я отправляюсь на кухню. Прислуги в доме не водится, поэтому всем занимаюсь лично. За мной медленным шагом идет Пол. — Ты что-то хотел? — поворачиваюсь, бережно обращаюсь к нему, присев на колени. — Вам должно быть неудобно каждый день выходить за вещами и продуктами. Могу ли я заниматься этим? — искренние намерения дитя заставляют меня улыбаться. — Конечно, но, когда станешь старше и сильнее, — глажу огненные волосы, чем вызываю негодование ребенка.       На этом решился момент его обязанностей в особняке. Позже я часто слышал от продавцов о огненоволосом ребенке, из-за чего сделал вывод о его способности. Расположение к себе очень помогает ему до сих пор вливаться в общественную жизнь. Позже в дом пришла Лея, которая полюбилась Дьяволу. Возможно, с тех пор он стал более агрессивно действовать в отстаивании своих интересов, просто нашел за что бороться. Я рад, что у него появилась цель в жизни. Он перестал находиться в смятении, и прошлое уже не тяготит его, как раньше.       Я счастлив за то, что вы все подружились и нашли счастье в людях, что рядом с вами. ***       Пол необыкновенно тихо выслушивает историю до конца, после чего подходит к балкону и спускается по лестнице. Только сейчас я замечаю, что в саду находится кукловод, поливающий цветы. Заметно, что ей тяжело таскать лейку, но она упорно не придает этому значения. У девушки невероятно тонкие руки, не подготовленные для такой работы. Истинная аристократка. Пол забирает у нее из рук тяжесть, а я, усмехаясь, спешу забрать вторую лейку. Удивленная Фай провожает нас взглядом, после слоняется рядом, не найдя себе занятия.       После мы все по старой традиции идем на ужин, где нас радостно встречает Лея, уже давно не видевшая всех жильцов в сборе. Наги хлопает меня по плечу, говоря о моем возвращении в их ряды. Соул вновь удивляет меня, приветливо улыбнувшись моему присутствию. Чувствую новую атмосферу окружающую небольшой кружок. Никто не чувствует натянутости, все словно ожили от долгого сна, разговаривают друг с другом, вступают в дискуссии, без страха обращаются к своему кукловоду. Так почему меня это пугает? Плохое предчувствие.       Вечером Пол лично приглашает Фай на наше своеобразное собрание. Все обсуждают прошлое Пола, Лея прижимается к нему, по ее глазам текут слезы. Мы весь вечер успокаиваем ее бьющие из сердца чувства. Фай невероятным чудом достает конфеты из-за спины, которые быстро исчезают к концу дня. После все расходятся, а я наблюдаю, как Пол идет вслед за кукловодом. Беспокойство подавляет другие ощущения, и я подхожу к закрывшейся за ними двери, внимательно подслушивая разговор.       Первое, что мне удается услышать это негодующий восклик Пола. — Почему ты раньше не рассказывал нам о нашем прошлом? — слышу быстрые шаги, рассекающие комнату. Не дождавшись ответа, шаги успокаиваются и останавливаются. — Хорошо, молчи. Кей наверняка и это уже узнал. Почему он? Доверяешь ему? Он сбежал прямо у тебя из-под носа после этого! Не боишься повторения? — слышу легкое шуршание, после открывается окно. — Опять молчишь? Задумал что-то, змей? — слышу легкий мягкий смешок. — А что насчет моих родителей. Я могу с ними встретиться? — голос Пола становится тише. — Я сожалею, — голос Фай надломляется, выдавая всю ее печаль. — Что произошло с ними? — тон Пола полон испуганных, печальных ноток — Твой отец скончался из-за алкогольного опьянения. А мать не выдержала одиночества и повесилась, — Фай делает частые паузы, ей явно тяжело было говорит об этом. — Вот как, — слышу легкое шуршание, — у меня больше нет вопросов. Я пойду, — я испуганно дергаюсь. — Посиди здесь немного, — снова слышу шуршание. Пользуясь шансом, я медленно тихо скрываюсь с места прослушки. ***       Сегодня было невероятно странным для меня. Вернуться к старым привычкам и действиям после резкого скачка в сторону. Все вокруг такое неправильное и запутанное! Выхожу в сад, в надежде забыться в прохладе ночи. Прекрасная безоблачная ночь обличает свои красоты в очередной раз. Я уже устал повторять, как прекрасно небо. Оно никогда не покинет нас, оно всегда над нами. Иногда оно хочет побыть в одиночестве, закрыться пышной вуалью облаков, скрыть свою чистоту под покровом дождя.       Шум от деревьев привлекает мое внимание. Элегантные белые туфли с золотыми узорами, белоснежное платье, ты наклоняешь голову, в попытке скрыть свои чувства. Пытаюсь встать и подойти, но ты прерываешь мои действия, взметнув голову вверх. Твои волосы вновь подражают белым крыльям, а на лице боль и отчаяние. Почему? Дурак. Я действительно спрашиваю это? Сбежав, после полного доверия. Сомкнув пальцы на тонкой шее, после каждой открытой тайны.       Ты простила меня, но ты винишь себя. В чем ты виновата? Ты чиста подобно этому небу! Я хочу помочь, но понимаю, что у меня больше не будет права на это. Но я постараюсь! Я сделаю все для твоего доверия! Я готов отдать свою жизнь в обмен на твое спокойствие. Ты грустно улыбаешься, уже не пытаясь понять моих мыслей. Ты будто понимаешь меня лучше, чем я сам, но по-прежнему накручиваешь себя путами страданий. ***       Утро… Когда я успел уснуть? Кажется, я сам дошел до своей комнаты, но все словно в тумане. Слышу стук в дверь. Громом пораженный я смотрю на открывающуюся дверь. Там стоит Алексий, загадочно улыбающийся в мою сторону. — У нас небольшие проблемы, — мужчина пожимает плечами. — Что произошло? — вскакиваю, начиная натягивать на себя одежду. — Твой кукловод заболел, — мужчина опирается на косяк двери, — ты его заменишь на собрании. — Но разве не лучше, если это сделает Соул? — выгибаю одну бровь, непонимающе смотря на Реда. — Лучше, но он потерял дар речи от услышанного и теперь похож на рыбу, — мужчина весело хохотнул, закрывая лицо рукой от нелепости ситуации. — Ты не переживай, вы пойдете вместе. Он будет помогать тебе. — А что насчет Пола? У него способность больше подходит для этого, — начинаю приводить аргументы. — Этот успел поссориться с Соулом, когда готовились к встрече, — мужчина развел руками, весело высунув язык. — Девушки, как понимаешь, впечатления не произведут. — Тоесть остаюсь только я, — мужчина утвердительно кивает, — а как Фай? — Я присмотрю за ним, — я пораженно оборачиваюсь на Алексия. — Разве вы не пойдете с нами? — мужчина отрицательно качает головой, объясняясь тем, что сумасшедшего доктора никто слушать не станет.       День пообещал мне быть невероятно длинным.