Трудно быть влюбленным

Максим перечитал сообщение раз пять. - Я не верю своим глазам. Это тот самый Марк, о котором я думаю? - Угу. - Вот это да. И что будешь делать? - Я… я не знаю, - Дар перевёл на друга затравленный взгляд и посмотрел в глаза. – Я вообще запутался. Я же… я же всю жизнь детей хотел, жену… А тут… весь мир катится к чёрту. Я же понимаю, что если соглашусь, то не будет уже так, как прежде. И… родители. Что они скажут? Они же меня убьют просто. - Эй, эй, а ну притормози, парень, - Макс сел рядом и приобнял Дара за плечи. – Не гони лошадей. Кто тебя заставляет рассказывать всё родителям? Это необязательно. Мои, вот, до сих пор только догадываются. А Марк… Скажи, он тебе нравится? – Дар глухо простонал и уткнулся Максу лбом в грудь. - Понятно, - кивнул блондин. – Так, может, стоит согласиться? Присмотритесь друг к другу, может, у вас и не получится ничего. - А если получится? – поднял голову Дар. – Что тогда? - Тогда ты будешь счастливым и влюблённым, как я, - засмеялся Максим. – Так что не обманывай своё сердце и не делай больно обоим. Звони ему и приглашай в гости. Мы с Тимуром пойдём, погуляем. - У вас же праздник, вроде? - Пф, подумаешь. У нас таких месячных юбилеев ещё куча целая будет. Тем более, не сидеть же целый день дома. Давай, - Дару протянули телефон, и он дрожащими руками набрал короткое: «Жду у себя через час».

***

Тимур шёл рядом с Максом, пытаясь не улыбаться слишком глупо и широко. Его мальчик с аппетитом поедал мороженое на палочке, облизывая его и подхватывая юрким язычком растаявшие капельки. - Я тебе в следующий раз лучше яблоко куплю или вату сахарную, - не выдержал Тим. - Почему? - Их точно нельзя есть так, что всё дыбом встаёт. И я сейчас не про волосы. - Ты неугомонный совсем, что ли? – удивился Максим. – Было же с утра и не раз. Отдохни малёк. - Значит, доедай это чёртово мороженое, - игриво обиделся парень и шагнул вперёд, сворачивая на аллейку, что вела к аттракционам, да так и застыл на месте, открывая и закрывая рот и выпучив глаза. - Ты что, привидение увидел? – Макс доел свою сладость и пытался тоже рассмотреть то, что так привлекло внимание его парня. - Почти. Смотри, вон та футболка и безмозглая голова тебе ничего не напоминают? – Максим прищурился, хмыкнул, посмотрел недоуменно на Тимура, а потом вновь перевёл взгляд в толпу и застыл подобно Тиму. - Не может быть! Мне это мерещится? - Не думаю. Галлюцинации у обоих одинаковые быть не могут. И… оказывается, твой Костик ненаглядный не такой уж и натуральный.

***

Дар принял душ дважды, трижды почистил зубы и пару раз причёсывался, пытаясь унять отросшие лохмы. Он нервничал. Нет, он не думал, что у них с Марком что-то будет. Он просто хотел поговорить, спокойно и нормально. Обсудить сложившуюся ситуацию, поделиться своими переживаниями и решить, что будут делать дальше. Хотя… кому он врал? Он хотел, чтобы Марк его поцеловал, как только закроется дверь в квартиру. Так напористо, немного грубо сминая его губы, сразу проталкивая внутрь язык и играя с его языком… Эти мысли сводили с ума. Он понимал, что, скорее всего, после такого приветствия последует продолжение, Марк захочет чего-то большего, но… Дар мог с уверенностью сказать, что не готов к тому, что его отымеют. Но и трахать Марка он тоже был не готов. Боялся. И хоть Макс провёл ему короткий ликбез, это была всего лишь теория, а вот на практике… на практике он никогда не ковырялся у кого-то в заднице… - Вот чёрт, - он стоял в коридоре у входной двери и бился лбом о стену. Не сильно, а так, чтобы отвлечь себя хоть как-то от глупых мыслей. Но подумав, он взял себя в руки и пошёл ставить чайник. Когда прозвенел звонок, Дар сидел перед вскипевшим чайником, чесал репу и думал, из чего, собственно, они этот чай будут пить. Марк выглядел усталым и невыспавшимся, круги под глазами, бледная кожа, лопнувший капилляр в правом глазу. - Паршиво выглядишь, – поздоровался Изотов. - Твоими стараниями. Можно войти? - Нужно. Чай Дар налил в обрезанную пластиковую бутылку. - Напомни мне, когда у тебя день рождения, я подарю тебе кружку, - слабо улыбнулся Марк. А потом притих и посмотрел на сидевшего напротив Дара. – Я скучал. Дару так хотелось кричать, что и он соскучился, что места себе не находил и вёл себя как идиот почти месяц, доводя парней до белого каления, и перебил практически всю посуду, но… - Почему ты согласился? – ответил он вместо всего этого, и Марк встрепенулся. - Знаешь, Изотов, я уже раз триста, если не больше, жалел, что встретился с тобой вообще. Потому что ты самое худшее, что случалось в моей жизни. Ты такая заноза в заднице, что просто уму непостижимо. Но… Я без тебя не могу… ты у меня перед глазами постоянно стоишь, с вороньим гнездом на голове, в огромных очках и растянутом свитере. Я, кажется, извращенец или мазохист, но я до одурения хочу, чтобы ты был рядом. И готов согласиться даже на твоё условие. Думаешь, я не понимаю, что ты его поставил, потому что понял мою слабость? Дару впервые в жизни нечего было ответить. Ему никогда не говорили таких слов, и он не смог скрыть от Марка дрожь в руках и выступившую на глаза скупую слезу – в итоге просто повернулся к нему спиной. - Ты меня ломаешь, Марк. Я… я элементарно боюсь. Так же как и ты боишься грозы, - он издал тихий смешок. – Думал, я не замечаю, как ты идёшь под зонтом, когда дождь? Весь на взводе, готовый вот-вот падать на землю и замереть, чтобы молния не ударила. Марк слушал почти не дыша, а потом просто подошёл сзади и обнял вздрогнувшего парня за талию. - Не думал, что это так заметно, - шепнул он. – Но тебе непременно приспичивало назначить мне встречу в грозу. Как чувствовал, блин. А я не мог не пойти. - Я не знаю, что делать. - Может, просто расслабишься и прислушаешься к тому, что говорит сердце? – Марк аккуратно и медленно развернул Дара лицом к себе и погладил острую скулу холодными пальцами. А тот прикрыл глаза и прислушался. Так приятно было чувствовать чужие руки на себе, слышать его учащённое дыхание. Марк, казалось, прочитал его мысли, потому что поцеловал. Почти невесомо коснулся его губ своими, воздушно, словно боясь разбить что-то очень хрупкое, и в противовес, не получив отпора, он притянул любимого к себе. Впритык, вжимая в себя так сильно, как только можно, чтобы не убежал больше. Чтобы никто не украл. Он просто не отдаст. Убьёт, наверное, умрёт сам, но не отдаст. - Я люблю тебя, - запыхавшись шептал он, прислонившись лбом к виску Дара. - Я… - Не отвечай, ладно? - он прижал палец к зацелованным губам. – Один раз. Если тебе не понравится, я исчезну из твоей жизни. И Дар сдался. Как в омут с головой. Он разрешил вновь себя поцеловать. Настойчиво, игриво, он чувствовал, как Марк не сдерживает улыбку – он явно был рад только тому, что его не оттолкнули. Дар не знал, правильно ли делает. Ему одновременно хотелось обнять юношу в ответ, прижать спиной к холодильнику и самому взять инициативу, углубляя поцелуй, прикусывая его губы, зализывая их потом языком. Но другая его половина упёрто тормозила, крича о том, что это, чёрт возьми, неправильно, что он обязательно пожалеет и не раз. Только… тёплые руки на его пояснице, ласково поглаживающие, и умелые губы, творившие с ним что-то невообразимое, заставляли то второе Я заткнуться и просто расслабиться, давая возможность Марку снять с Дара домашний лёгкий свитер, спуститься поцелуями по шее, очертить языком острую ключицу, руками огладить бока, скользнуть на живот и опять поднять вверх, останавливаясь на груди и очерчивая пальцами ореолы сосков, при этом, скользя губами по плоскому животу, щекоча и дразня, вынуждая Дара непроизвольно, рвано и громко выдохнуть и зарыться пальцами в густые волосы. Марк поднял на него полный желания взгляд и, не увидев в любимых глазах ни капельки сопротивления и колебания, поднялся и потянул в комнату Дара, сразу толкая находящегося в некой прострации парня на кровать и нависая сверху. - Не передумал на счёт условия? – хрипло прошептали в самое ухо, вызывая мурашки. - Я понятия не имею, что надо делать, ни в первом, ни во втором вариантах развития событий. - Ну-у, есть ещё и третий, - улыбнулся Марк. - Ты там кого-то за дверью третьего оставил? – Дар хотел сказать это со смешинкой в голосе, но получилось как-то слишком правдоподобно, и Марк заливисто рассмеялся: - Нет, никаких третьих. Только ты и я. - Боже, когда-то я мечтал быть инициатором этих слов, - Дар прикрыл ладонями лицо и занавесился чёлкой. - Дурак ты, Изотов. Если бы ты мне такое сказал, я был бы на седьмом небе от счастья. И что это за дурацкие стереотипы? Кто сказал, что в гей-парах есть какой-то делёж на роли? И вообще, мы трахаться сегодня будем? Я что, зря готовился? – на последнем Марк закусил резко нижнюю губу и сморщил нос. Про эту деталь он совсем не собирался сообщать. - Правда? – заинтересовался Дар. – Готовился… в смысле… - Да-да, в том самом… и если ты хоть кому-то об этом скажешь, я тебя прибью. - А кому я могу сказать? - Максу, например! – Марк на этот раз прикусил язык. Что-то он сильно растрепался в последнее время. - Значит, вы всё-таки знакомы? - Значит, я сегодня умру от переизбытка спермы в моём организме! - Не отвеч… - Марк сделал так, как делал обычно со слишком болтливыми парнями. Поцеловал. Метод банальный до ужаса, но действенный же. Дар ещё пару секунд пытался протестовать, отпихивать зарвавшегося наглого засранца, но… засранец так целовался и так приятно пах. А ещё… он ловко скользнул рукой ему под резинку трусов и огладил полувставший член, немного сжимая, делая пару скользящих движений и приводя в боевое состояние практически в считанные мгновения. А потом Изотов оказался совсем голым, сгорая от стыда и костеря себя за то, что такой идиот, думая о том, что «надо было на вечер его звать – хоть темно было бы в комнате!». Он почти физически чувствовал, как покраснели не только щёки, но и уши, под пристальным и голодным взглядом черноволосого несчастья. - Расслабься, ладно? – Дар, заблудившийся в своих страхах и стеснении, даже не сразу сообразил, когда разделся сам Марк, как улёгся на него, несильно придавливая своим телом, отдавая тепло совсем окоченевшему, почему-то, хозяину кровати. – Замёрз? - Да капец просто, - на что Марк с кряхтением вытащил из-под них одеяло и укрыл, принимая былую позицию. - Так лучше? - Не то слово. А ты можешь ещё больше его натянуть? На головы нам прямо, чтобы мы друг друга не видели, и я не сгорел со стыда. - Сдурел, Изотов? – рассмеялся Марк. – Ты точно уникальный. У меня ещё такого секса не было, честное слово. - Так у меня тоже, - обиженно буркнул Дар. – Ну? Будешь дальше надо мной ржать или как? Что мне делать? - Расслабься, - Дар выдохнул, вдохнул и прикрыл глаза. Марк тряпичной куклой упал на него с горьким стоном. – Слушай, я сейчас встану, оденусь, и сделаем вид, что ничего не было. Я тебя словно насиловать собрался. Наверное, это был шанс для Изотова. Он бы мог действительно сделать так, как сказал Марк, и влюбиться в какую-нибудь скромную девчушку из педагогического факультета, но он чувствовал его гладкую кожу, биение сердца, сбитое дыхание, ощущал, как напряжены все мышцы Марка в ожидании его реакции, и… она последовала. Дар робко обнял парня за талию, скользнул ниже, на ягодицы, и несильно сжал, вызывая недоуменный и удивлённый взгляд. - Серьёзно? - Если ты меня ещё хоть что-то спросишь, то я передумаю. - Не-а, - и они опять целовались. Долго, с оттяжкой… и Дар даже не стеснялся уже того, что о его стояк трётся такой же самый, не менее возбуждённый, и даже осмелился провести кончиками пальцев там… где никого прежде и не думал… гладить. В определённый момент, когда Дар уже думал, что кончит только оттого, что об него трутся и постанывают в губы, Марк отстранился и, сказав короткое: - Секундочку, - скользнул в коридор, а вернулся с небольшим тюбиком и парой презервативов. Тут-то Дар понял, что пути назад уже нет, а ещё… осознал, что предвкушающе ждёт, что жаждет уже почувствовать, как это. И… это не вызывало отторжения. Всё было… правильно?.. Марк сам надел на него презерватив, и, хоть он и пытался скрыть своё волнение, от Дара не укрылось то, как дрожали почти незаметно его руки и как он часто облизывал губы. Он выдавил на руку немного смазки и прикрыл глаза, заводя руку за спину, начиная себя подготавливать. Дар потянулся к его груди, завороженно наблюдая за всем процессом, оглаживая живот и останавливаясь на члене, проводя почти невесомо, больше пробуя, изучая, чем пытаясь принести удовольствие. - Всё, я готов, - выдохнул Марк и приподнялся, чтобы оседлать Дара. Но Изотов его остановил, вспоминая наставления Максима. - Подожди, - он перевернул немного сбитого с толку парня на живот, подсунул под живот подушку и начал медленно входить, останавливаясь на пару секунд, поглаживая напряжённые плечи, целуя выпирающие позвонки. Тогда он понял две вещи: то, что он делает – самое охрененное, что могло быть в его жизни, и второе – он больше никогда не будет сам трахать Марка. Потому что это невъебенно тяжело, чёрт возьми. Когда Марк впервые застонал протяжно и с ноткой наслаждения в голосе, Дара немного отпустило. Он начал постепенные движения, медленно наращивая темп, сжимая сочные ягодицы, и заодно махнул рукой уехавшей крыше. Дар не отрывал взгляда от расслабленной фигурки под ним. Марк время от времени сжимал простыни, тихо постанывал и подавался всё чаще бёдрами, пытаясь дать понять, что надо быстрее, резче, чаще. И Дар давал. Он тогда не думал о том, что это первый его раз. Просто действовал на автомате, наверное, это и можно было назвать рефлексом. Когда движешься – становится хорошо. Когда движешься быстрее – очень хорошо. А когда Марк уже не стонет, а почти сипит от накатывающегося оргазма, и Дар срывается на удобный ему ритм… становится совсем нереально, невыносимо хорошо. О том, чтобы устраивать секс-марафоны, речи не шло. У Дара хоть и была внушительная практика по самоудовлетворению, но то, что он делал сегодня, вообще никак рядом не валялось с тем, что он позволял себе раньше. - Вот это да… - шептал он, выводя на спине притихшего Марка витиеватые узоры. После разрядки они так и лежали друг на друге. - Да уж… - ответили недовольно, и Дар перевернул парня под собой, укладывая на спину и заглядывая в глаза. - Что? - Плохо. - Что «плохо»? - У меня теперь татуировка смыслу не соответствует. Переделывать придётся. - Я тебе переделаю! – Дар щёлкнул Марка по лбу и поцеловал в улыбающиеся губы. – Это предупреждением для всех остальных будет. - А для тебя? - А я исключение. - Значит… понравилось? Повторим? - Я подумаю. - Изотов, не будь бабой! Какой нахер подумаю? Мало думал уже? Дар заулыбался во весь рот, когда Марк разъярился гневной тирадой, а когда надоело этот бред слушать, прикрыл его рот рукой и шепнул: - Я согласен с тобой встречаться. - А? - Я согласен. - Я люблю тебя, - Марк ждал этого ответа и хотел услышать его больше всего на свете, но когда Дар всё-таки произнёс заветную фразу, ничего лучше ответить не смог. Дар же только открыл рот от такой реакции, но Марк был бы сам не свой, если бы не испохабил самый романтичный в их отношениях момент. – А ты на счёт условия не передумал? Может, и над этим поразмыслишь? А? Подумай, это нереально круто, честно! - Ну, вот видишь, я не могу лишить тебя такого удовольствия, - смеялся Изотов. - Сволочь. - Сам видел, что брал. Сам предложил. - Ой, заткнись. - Ма-а-арк, а я ещё хочу. Давай, а? Марк что-то начал возмущаться, вроде даже послышались глухие удары или что-то похожее, но подслушивающий под дверью Максим больше не услышал. Его оттянул оттуда за шиворот возмущённый Тимур. - Пошляк, вот как так можно? - Да ладно тебе, я же не подглядывал. Я только прислушался, всё ли хорошо, правильно ли Дар мои советы использует. - Ой, посмотрите-ка, какой совестный учитель. - Ну и что? Главное, у них теперь всё хорошо. - И то правда, - Тим поцеловал в щёку улыбающегося парня, потом в скулу и в губы, вовлекая уже в страстный поцелуй с взаимными обжиманиями и поглаживаниями. И, возможно, они тоже перешли бы в горизонтальную плоскость, и Макс дал бы ещё пару уроков секса Тимуру, но их отвлёк стук входной двери, а секунду спустя в комнату вошёл Костя… С фингалом под глазом и довольной улыбкой на роже. - Это что? – Макс, не в состоянии озвучить все возникшие вопросы, просто замахал перед соседом руками, очерчивая все масштабы катастрофы, но Малышев только ещё шире залыбился, плюхаясь со стоном на кровать: - Просто влюбился, - ответил он, вызывая недоуменные взгляды обоих парней.