Альфа со стажем

      Сев в свой «Porsche», он глухо ударил рукой по рулю, и с рыком и скрипом колес, молнией помчался по вечернему Токио. Злость застелила его глаза, от чего они вновь начали казаться красноватыми из-за лопнувших сосудов. Наматывая круги по районам, он немного успокоился и даже не заметил, как подъехал к ночному клубу «Мататаби». Владелицей сего заведения являлась Югито, бывшая девушка Сасори. Порывшись в бардачке машины, он нашел пропуск. Подойдя к тяжелой металлической двери с засовом, Итачи устало прислонился к ней спиной, несколько раз постучав по ней ногой. Засов на уровне глаз резко открылся, рассматривая посетителя. — А, Итачи-сан! — басом заговорил секьюрити, открыв дверь. — Давненько вы у нас не бывали.       Учиха в ответ сдавлено улыбнулся, пройдя внутрь. Стены коридора были выкрашены в мягко коралловый цвет, с белыми бордюрчиками. Пройдя в зал, по ушам начала бить громкая и рваная музыка. На танцполе в том же ритме двигались самые различные личности. Пройдя через всю толкучку к барной стойке, Итачи стал ждать бармена. Им оказался молодой парень, лет восемнадцати, с очень странным запахом, ни омега, ни альфа, с короткими, неестественно белыми волосами. Глаза необычно сиреневого цвета, с любопытством прошлись по брюнету. — Что закажите? — наконец спросил он, неосознанно обнажив острые клычки, видимо специально подтачивал. — Виски, — буркнул Итачи. Залпом, осушив весь предложенный стакан, он продолжил. — Повтори… — после четырех стопок, алкоголь начал медленно проникать в мозг, затуманивая сознание и разум. Музыка вокруг уже не казалась такой раздражающей, а даже наоборот, так и манила выйти на самую середину танцпола. — Парень бросил? — спросил бармен.       Так как за барной стойкой больше никто не сидел, он решил поговорить с клиентом. Ну, надо же как-то скоротать время. Итачи помотал головой, выказывая отрицательный ответ. — Девушка? — Итачи снова помотал головой. — Все намного хуже… — сокрушенно изрек он. — Как пережить предательство брата? — неожиданно для себя спросил брюнет. — Наверное, таким же вопросом сейчас задается моя сестра… Меня Суйгецу зовут, — парень протянул руку и Итачи ее пожал. — Итачи… — брюнет тут же вспомнил, что где-то он это имя уже слышал…. «Ах, да…. Это же брат одной омеги, которая так старательно бегает за Саске. Уже который раз он ей отказывает, но она все не сдается… » — Вы случайно не брат Саске? — вот теперь все сомнения улетучились. — Ну, и что он такого сделал? — Расскажу в обмен, что ты тоже мне расскажешь. — Хорошо, — Суйгецу согласился, налив обоим по стопке бренди. — Мы с сестрой из клана Хозуки, а там не терпят таких как я. Ну, то есть неформалов. Наш отец — омега, мать — единственная в своем роде — альфа. Ну, а мы с сестрой получились оба омегами. Правда, Карин, моя сестра, она такая своенравная, больше смахивающая на альфу, чем на омегу. У нас есть такое правило, что если первый сын в семье рождается омегой, его в обязательном порядке выдают замуж за какого-нибудь богатенького старика, с толстым кошельком денег. А я вот назло всем объявил что бета, прямо накануне свадьбы. Неформал, говорю же…. И тот альфа, учуяв мой запах, спешно ретировался. Вся семья на меня обозлилась, а когда я объявил, что никаких дел с кланом иметь не хочу, моя сестра объявила меня предателем. Это случилось буквально несколько часов назад…. — Суйгецу сдавлено хохотнул. — Представляю, как они все там переполошились.… Ну, а теперь ваша очередь.       Итачи вздохнул и выбросил из рассказа все, что не должно было становиться достоянием общественности и начал. — Ну, в общем, дело началось в далекие годы, когда мне было лет двадцать….       Итачи начал как раз с того места, когда его Изумо убили. Вкратце пройдясь по всей истории, он, наконец, вздохнул. — Хм… Он, по-моему, не специально все разболтал. Влюбился, вот и ведет себя как олух. А вы на него обозлились…       Итачи и сам теперь понимал, что только зря накричал на брата, объявил его предателем. Он ведь прекрасно понимает, что это значит «влюбленность». Он и сам когда-то был влюблен. Когда не замечаешь ничего вокруг, делая все для счастья любимого. Но все мысли прервал телефонный звонок. — Да? — Итачи ответил, не посмотрев на то, кто же звонил. «Ну и где ты пропадаешь?» — задал вопрос голос на другом конце. — Э…. А это кто? — Итачи, уже почти пьяный, не сразу догадался, кто его обыскался. — Кисаме? «Ага, — хмуро ответил он. — Ты что, в клубе? — он не получил ответа. — Делай что хочешь, но через девять минут я самолично за шкирку тебя выволочу. А если ты пьян, то держись крепче, потому, что я тебе….»       Но Итачи от греха подальше сбросил вызов, так и не дослушав угрозы. Он глубоко вздохнул, представляя своего друга в бешенстве. Кисаме еще со времен окончания школы возненавидел алкоголь, и когда Итачи пытался заглушить боль потери любимого, а в простонародии — напился, Кисаме задал Итачи трепку. Он так его «протрезвил», что любому до конца жизни хватит. Учиха глухо стукнулся головой о барную стойку, сильно сжав в кулаке телефон. Попросив Суйгетсу налить ему еще рюмку, он опрокинул ее в себя именно в тот момент, когда Кисаме подходил к стойке. Оставив на стойке денег с чаевыми, он за руку, как непослушного ребенка, выволок друга на свежий воздух. И почти пинками загнал его в пустой ночной парк, он резко посадил его на скамейку. — Да что ты вообще завелся? Ты никогда не напивался так! И по какому поводу? Ты просто поцапался с Саске… — Итачи сидел, молча выслушивая его монолог и, запустив пальцы в свои волосы, уткнулся взглядом в землю. — Да объясни ты мне, что происходит?! — Кисаме не выдержал, накричав на Итачи. — Что происходит? — эхом повторил Учиха. — Я влюбился в Дейдару, как будто ты не видишь! Я делал все — отдалял его от себя, был с ним холоден, пытался заглушить все, что почувствовал к нему, а теперь, когда Саске проболтался про Изумо… Он знает, что я к нему не равнодушен, а значит, мне придется исчезнуть. Я не смогу быть с ним, не подвергая его опасности, и ты это прекрасно знаешь! Я не хочу повторения той истории не хочу, слышишь! — весь алкоголь как будто прилил к сердцу, заставляя его биться быстрее.       Дул прохладный ветер, шелестевший листьями деревьев. Фонари вокруг этой парочки неприятно мигали, так и, норовя, выключится. Кисаме замолчал, почувствовав «черную» ауру вокруг Итачи. Брюнет успокоился и сел обратно на скамейку, тяжело дыша. Совсем рядом журчала речка, еще больше холодя воздух…

***

— Саске, а может не надо…       Наруто засмущался от предложения Учихи-младшего. Нет-нет, вы не о том подумали. Парень предложил Наруто прогуляться по ночному парку, устроив пикник при луне. Он даже собрал корзинку. Дело оставалось за блондином. Дейдара уже заснул, а в коридоре шептались эти двое. — Давай! Там сейчас так красиво… — настаивал Саске. — Клятвенно обещаю, что насиловать не буду…. — Саске поднял левую руку, а правую положил на сердце.       И Наруто нехотя согласился. Доехав до входа в парк, Саске взял корзинку, пледы и несколько подушек, которые понес Наруто. Они весело вышагивали по закоулкам парка, все ближе подходя к небольшому холмику, возвышающимся над парком, с которого видно все близлежащие стороны как на ладони. Оставалось пройти только небольшой мостик через речку, и все — пикник почти готов. Но как только они вступили на мост, впереди показались две фигуры. Саске тут же узнал своего брата и его друга. Он уже хотел подойти к ним, как Кисаме начал орать на Итачи. — Да что ты вообще завелся? Ты никогда не напивался так! …       Итачи и напился? Саске застыл. Он быстро оттащил Наруто в тень, уплотнив ауру. Тоже сделал и блондин. Они оба стали невольно подслушивать разговор, тесно прижавшись, друг к другу. — Что происходит? — донеслось до их слуха, и это точно был голос Итачи, Саске и Наруто немного напряглись. — Я влюбился в Дейдару, как будто ты не видишь! — У Наруто отвисла челюсть, а Саске напряженно вглядывался в лицо брата. Его нии-сан снова влюбился… — Я делал все — отдалял его от себя, был с ним холоден, пытался заглушить все, что почувствовал к нему, но не выходило. Я не смогу быть с ним, не подвергая его опасности, и ты это прекрасно знаешь! Я не хочу повторения той истории не хочу, слышишь!       Итачи резко закончил. Наруто шумно дышал и пытался уложить в голове открывшуюся правду, а Саске понял, какую глупую ошибку он совершил днем — подверг опасности Дейдару, хотя не совсем понимал какой именно опасности. — Он конечно дурак, но мой брат, даже если я так сказал, — теперь слова Итачи слышались менее четко, он говорил тише, Кисаме что-то ему отвечал и спрашивал. — Что-нибудь придумаем. Но я не позволю этому случиться, — Итачи встал и твердой походкой пошел вместе с другом из парка.       Наруто и Саске еще несколько минут стояли, прижавшись, друг к другу, боясь, что их обнаружат. Горячее дыхание Наруто щекотало ключицу Саске, который прижал его к стволу дерева. Учиха не мог оторвать взгляда от блондина, который взглядом проверял, ушли ли Итачи с Кисаме или нет. Волосы растрепались, по шее скатилась капелька пота, потерявшись где-то в расстегнутой на несколько пуговиц рубашке. Когда Наруто повернулся обратно, он тут же наткнулся на взгляд Саске и мгновенно покраснел.       Но Саске не спешил что-либо делать, собираясь с мыслями и силами. Еще разок вдохнув такой приятный аромат корицы и каштанов, он отстранился, завязав Наруто глаза ленточкой. Теперь все приходилось нести ему, да еще и Наруто подталкивать, и Саске прекрасно справлялся. Быстро разложив все, он вернулся к Наруто. Опалив его шею своим дыханием, он плавно повел его к месту пикника. Развязав нетугой узелок, он ухмыльнулся, услышав тихое «Вау…». Время уже подходило к утру и фонари выключились. Вдалеке были видны огни небоскребов, дул прохладный ветер, а на небе еще виднелись яркие звезды. Чиркнув спичкой несколько раз, Саске зажег пару свечей и открыл несколько контейнеров. Из них тут же пошли приятные ароматы.