Свой среди чужих

Иногда кажется, что жизнь это чья-то глупая шутка. Но если не вся жизнь, то сегодняшний день точно. Вот только все ломается, когда на удивленный, возмущенный и неверящий взгляд Мартена, тренер говорит, что это правда. Правда то, что ему, Мартену, предстоит отправиться в Россию, и не просто пожить или погостить, а сменить гражданство и начать выступать под чужим флагом. Кажется где-то разлетается на мелкие осколки его жизнь... Но при этом у него даже толком и выбора то не было, его попросили после тренировки зайти к руководству сборной и там холодным и непробиваемым тоном сказали, что федерации нужны были деньги и Россия предложила выкупить его и покрыть ту сумму, которая нужна. И вот, теперь несколько подписей на документах, туман в голове, сознании, глазах, мыслях, туман который услужливо рассеивается в момент, когда Фуркад подписывает документ о добровольной смене гражданства. Теперь ему предстоит долгий разговор с командой, родителями, друзьями, а главное со старшим братом. Симон первый начинает разговор: - Если хочешь, я могу пойти с тобой. - Начинает осторожно, будто не зная, чего ожидать. - Куда? - это кажется таким странным и непонятным. - В сборную России. - Поясняет старший. - Нет, не нужно ломать себе жизнь из-за меня. - Да, возможно жизнь не ломается, но ощущения у Мартена именно такие. Оставшуюся часть разговора, Симон пытался поддержать его, а Мартен думал, как же он будет без брата. А теперь начинается переезд. Конечно сначала Мартен даже не представляет, куда едет и где будет жить, но зато точно понимает, что нужно собрать вещи и довезти до России. Как ему уже сказали, поедет он в Екатеринбург, команда собралась почему-то именно в этом городе. *** Аэропорт. Симон помогает с чемоданами, которых три. Все кубки, трофеи и медали, было решено оставить у родителей. Объявляют посадку. Младший Фуркад садится в самолет и осознает, что он летит в незнакомую страну, незнакомый город, не имея там ни дома, ни друзей. А страшнее всего то, что в России его никто не ждет, что все русские биатлонисты его, мягко говоря, недолюбливают, а родная Франция его предала, и никто из уже бывших однокомандников, кроме брата, не пытался изменить решение тренерского штаба. Самолет взлетает, а в душе, что-то разлетается на мелкие осколки.