Ты мой

* Спустя шесть лет — Господин Мин, можно войти? — робко спрашивает девушка. — Да, Лиман, заходи. Суён снова опять что-то натворила? — спрашивает Юнги, снимая очки и устало потирая переносицу. Перед ним предстаёт молодая девушка лет 20, с забавным хвостиком, который ей заплела дочь Юнги. — Нет, она хорошо себя ведёт. Господин Мин, я хочу уволиться, — с дрожью в голосе говорит девушка. — Он опять? — спрашивает альфа смотря на девушку, что нервно теребила край юбки и покусывала свои губы. — Да, он сильно ревнует. Теперь он решил увести меня за границу, — проговаривает Лиман. — Твой парень просто ревнует, ты не должна от него бежать. Мы справимся здесь, если захочешь едь, — говорит Мин. — Спасибо, — благодарит девушка и удаляется из комнаты. Лиман была няней у дочки Юнги все эти шесть лет. А теперь и ребёнок будет расстроен, и Мину снова нужно искать с кем останется Суён, ведь у Юнги через неделю важная встреча в Шанхае. Чонгуку с Тэхёном звонить бесполезно, ведь они со своими детьми и Намджуном с Джином, да и ещё с их сыном омегой уехали на море и вернутся не скоро. — Достало это всё, — пролетает мысль в голове Юнги и тот встаёт из-за компьютерного стола и идёт к дочери, объяснять всю сложившуюся ситуацию. — Суён, милая, — зовёт Юнги дочь и застаёт ту за столиком, за которым она что-то увлечённо рисовала. Мин незаметно подкрадывается и останавливается в нескольких сантиметрах от дочери любуясь. Как та похожа на Чимина. Пухлые губки, та же улыбка в которую влюбился Юнги, длинные ресницы, те же тёмные волосы, что были у Пака до покраски, просто чудеса омежьей сущности. Дочь стала копией Пака. Мин смахивает невольно накатившиеся слезинки. Прошло уже шесть лет, а та рана так и осталась глубокой. Слишком глубокой, чтобы её залечить. Говорят, что время лечит, но нет, оно оставляет ещё большие порезы на ранах души, и порезы те, называются воспоминания. — Суён, — начинает Юнги. Дочь оборачивается на голос отца и начинает ярко улыбаться. Маленькая омежка соскакивает со стула и уже греется в объятьях отца. — Доченька, Лиман уезжает, — говорит Юнги и ожидает реакции дочери. — Почему? — спрашивает девочка, а на глазах уже наворачиваются слёзы. — Так надо, — отвечает альфа и сильнее прижимает к себе девочку. Девочка плачет долго, но наконец успокаивается и Юнги предлагает прогуляться. Девочка коротко кивает и идёт одеваться.

***

— Итак, я вас слушаю, — располагается омега на стуле и закидывает на стол. — Вы всё-таки пришли, — немного с удивлением произносит альфа и садится на стул напротив омеги. — А вы чего ожидали? — с безразличием спрашивает незнакомец и вопросительно изгибает бровь.- Рассказывайте кого нужно завалить. — Есть одна кампания, которая пока что лидирует в выборах. Нужно убрать владельца этой кампании, — говорит альфа и кидает перед киллером чёную папку. — Вся надежда на тебя Джей- Хоуп, у тебя есть два месяца, — произносит альфа и удаляется из помещения. Хосок берёт в руки папку и просматривает её содержимое: " Мин Юнги. Альфа. Есть дочь. Муж умер шесть лет назад в автокатастрофе… " и много чего ещё. — Ну что ж, Мин Юнги, игра началась, — мысленно ухмыляется Хосок Взгляд Хоупа падает на фотографию Юнги и омега любуется им. Однако тот сразу отгоняет мысли и быстро собирает папку в рюкзак, натягивается на лицо маску и покидает помещение. Хосок идёт быстро, не хватало ему ещё засветиться на публике. Джея грубо хватают за рукав куртки и тащат в переулок. Чон дрожит, нет, он конечно киллер со стажем, но омежья сущность даёт о себе знать. Омегу прижимают к холодной стене спиной и грубо целуют пытаясь ворваться в к рот. Но Хосок не размыкает губы и получает звонкую пощёчину, ощущает давление на плечи и опускается коленями на холодный асфальт. Хосок осознаёт, что это конец. А пистолет он к сожалению оставил дома. — Отпустите омегу, — раздаётся громовой возглас и Хоупу до сих не верится- неужели спасение?