Каждый раз, как я пытаюсь смотреть в прошлое… Мне плохо лишь от того, что все ужасное, что только возможно, уже случилось. Широ, Кит, Пидж, Ханк, Аллура, Коран… Мы стали героями. Чемпионами тех, кто не верил в чемпионов.
А верил ли я во что-то? Верил. С самого детства верил и сам не понимал во что. Возможно, в силу моего юного возраста или малого опыта, я не понимал этого, да и до сих пор не понимаю.
Звезды. Гарнизон. Вольтрон. Возвращение домой. Мы пережили это, мы смогли, мы справились. «Мы хорошая команда. Мы сможем все, что угодно», — я помню этот голос. Голос полный грез и мечт. С самого детства…
Спокойный и тихий домик на Кубе. Хотя, когда мы с мелкими играли спокойствие разбивалось в один тик. Тик!
— Лэнс, догони меня!
— Ух, догоню! Догоню и больше не отпущу! — звучит заливистый смех моей сестренки и вот снова что-то упало и мы заметаем следы, пока мама не заметила пропажу своего кувшинчика.
И спокойствие, и тишина снова покидают меня, когда слышу эти голоса.
— Лэнси-Лэнс! Лэнси-Лэнс! Лэнси-Лэнс!
Миллионы, миллиарды верят в меня, доверяют и хотят видеть меня каждый раз, как я приезжаю. В любой город, в любую страну. В любую Галактику, на любую планету. Они любят меня, а я люблю их. Все было создано для этого.
Если я смог пережить то, что было прежде, то смогу все, что угодно. Все снова и снова.
***
Начинает бас, входит соло, ритм поддерживает мелодию. Звучит мужской голос полон великолепия: немного уставший, приятный, такой манящий к грезам и мечтам. Он знаком каждому в этом зале. По виду актер комедийного плана, всегда веселый и флиртующий с красавицами всех Галактик и Вселенных, стреляющий яркими глазками туда-сюда. Но внутри это добрый и чувствительный мальчик, до сих пор мечтающий о полетах ввысь, все выше и выше. Он хотел дотянуться до звезд, и наконец их достигнув, сам стал звездой. Звездой, на которую обратили внимание. Звездой, которая светит многих уверовавшим, что все возможно. И эта звезда светит все снова и снова.
I was made for loving you, baby
You were made for loving me!
Смуглый парень в водолазке и в кожаных перчатках без пальцев пускает свой взгляд на толпы, похожие на звезды. На те самые звезды, до которых он всегда стремился и в которые всегда верил.