Вместе.

Слабые лучи солнца пробиваются сквозь плотные шторы, даруя комнате малое освещение. В квартире слишком тихо, слышно лишь тёплое сопение позади, куда-то в районе лопаток, и Тэхён невольно улыбается. Он не особо помнит, как очутился в спальне, но если верить его памяти, в которой понемногу всё же мелькали моменты вчерашнего дня, то Тэхён уснул в объятиях любимого. И это сильно греет душу. Чонгук с ним, Чонгук рядом. Этого больше, чем достаточно, чтобы в холодные осенние дни чувствовать себя в тепле и уюте, этого достаточно, чтобы считать себя счастливым. И Тэхён не боится этого выражения, ведь на самом деле с приходом Чонгука в его жизнь, простые будни стали иметь контрастные оттенки. За окном давно уже нет ярких переливаний золотистых красок, листья опали и из-за повышенной влажности с жёлтого перелились в цвета обычной земли. Тот самый период, когда осень перестаёт дарить яркий пейзаж, утрачивает все свои виды и значимость, полностью включает «невозврат» и плавно перетекает в другую пору, в зиму. Это время года очень располагает Тэхёна к себе, несмотря на холодные и морозные ночи, на метели, которые бывают не так уж и редко. Ему очень нравилось напяливать на себя много разных свитеров, чтобы чувствовать себя теплее, гулять по заснеженным улицам и полной грудью вдыхать мёрзлый воздух, а после приходить домой и укутавшись в махровый плед смотреть дорамы, которые крутят по телевизору. И факт, что осталось чуть больше месяца до начала этих прекрасных дней, очень тешит умиротворённую душу омеги. Сладко потянувшись, Тэхён попытался покинуть тёплые объятия мягкого одеяла, но сильные руки, резко обвившие омежью талию, не дали это сделать. — Я думал ты спишь. — произносит тихо Ким и разворачивается к альфе, встречаясь с заспанным лицом, глаза которого ещё и не думали открываться. Чонгук бормочет что-то невнятное и жмётся сильнее, словно несколько дней не видел младшего. Это даже не желание, чтобы любимый находился рядом, это уже необходимость. Потребность постоянно находиться рядом, нужда в поцелуях пухлых губ, интерес к исследованию уже такого родного тела, всё это непременно сказывается на Чоне, и истинность также играет немалую роль во всём этом. Чонгук сопит в ямку меж ключиц младшего, всё сильнее стискивая омегу в своих руках. Переплетает нижние конечности с ногами любимого и оставляет слабый поцелуй, пока тем временем Тэхён перебирает своими длинными пальцами пушистые волосы, которые были в творческом беспорядке, немного скоблит ногтями кожу головы, отчего старший начинает что-то урчать, издавая вздохи малого удовольствия. — Думаю это утро точно можно назвать прекрасным. — прикрывает глаза Тэхён и вдыхает слабый запах фруктового шампуня, утыкаясь носом в макушку. Чонгук выныривает и разлепляет глаза, осматривая улыбающегося омегу. — Думаю таких «прекрасное утро» будет ещё слишком много. Даже лучше. — сонно бормочет шатен, получая мягкий поцелуй в уголок рта. Чонгук оголяет белоснежные зубы в яркой улыбке, и Тэхён, будь у него в руках фотоаппарат, точно запечатлел бы это немного детское лицо. Они бы пролежали вот так весь день, обнимая и впитывая тепло друг друга, если бы… — Ребят, сегодня понедельник? — в резко раскрывшихся дверях появляется лохматый Чимин, глаза которого раскрыты слишком широко для человека, который проснулся только что. Чонгук приподнимается на локтях, оглядывая появившегося омегу и переводит свой взор на электрические часы, что показывают без пяти минут полдень, и он окончательно просыпается, когда еще в не до конца пробудившемся сознании проносится «понедельник», словно его может кто-то услышать. — Ну чёрт… — падает головой на подушку, запуская пальцы в неприглаженные волосы, что снова распластались по белой ткани. — Теперь точно нет причин подниматься с кровати. Тэхён немного морщится. На самом деле он не сильно расстроен прогулом, у него сегодня всего три пары и, смысла идти уже на последнюю он не видит. Поэтому он лишь вздыхает устало и приподнимается с кровати, принимая сидячее положение. — А ты чего такой активный? — Я? Так мы проспали свой самолёт. — проходит в глубь комнаты и усаживается рядом с младшим. — Вы собирались уже сегодня лететь домой? — Ну да. У Юнги на работе завалы, а я его со своими загонами совсем уже загонял, поэтому мы прилетели, чтобы повидаться с вами, пусть и не на долго. — Но у Хёна же не было раньше завалов на работе. — забавно хмурит брови Тэхён, смотря на взъерошенного брата, что начинает слегка улыбаться. — Твой Хён уже сменил работу. А это всё из-за того, что ты совершенно забыл про нас. — дует губы Пак и становится похожим на обиженного ребёнка, и Тэхёна это забавляет. Он слабо улыбается, проходясь рукой по голове русоволосого, приглаживая непослушные волосы, и Пак снова вздёргивает уголки губ вверх, ластясь к руке, словно кот. Это всегда успокаивало брата, когда тот обижался или был в плохом настроении. Секретное оружие, которым Тэхён не раз пользовался, после чего старший всегда говорил " Тебе в этот раз повезло». И как сильно зол он бы не был, всегда поддавался на эту ласку, понимая, что её точно уже используют против него. — И что вы теперь делать будете? — к краю кровати подползает Чонгук, разрушая своим голосом воцарившуюся идиллию между братьями. — Юнги сказал, что купит электронные билеты на поезд. Ближайший самолёт только через два часа, а этот ворчун говорит, что ждать времени у него нет. — закатывает глаза Чимин и располагает голову на плече сероволосого. Тэхён грустно вздыхает, наклоняя голову к брату. На самом деле Ким расстроен этой новостью, ведь нормально поговорить и не получилось, хотя Тэхёну точно есть, что рассказать. Он очень сожалеет, что абсолютно не звонил брату, не интересовался его жизнью, а о беременности узнал только вот вчера. Тэхён чувствует вину из-за чего закусывает нижнюю губу, чувствуя, как в глазах начинает щипать. Тишину рушит первый всхлип, и Чимин резко поднимает голову, растерянно смотря на лицо младшего. Он тянется руками к нему и обвивает руками, прижимая к себе. Чонгук также подскакивает, усаживаясь рядом с омегами. — Я такой плохой брат… — сипло произносит Тэхён, а Чимин мотает головой, шикая на Чонгука, что потянулся руками к младшему. — Чимин-и, прости меня… — Всё хорошо, я на самом деле не обижаюсь. — спокойно произносит Пак, целуя пепельную макушку. — Я понимаю, что тебе было тяжелее, чем мне, поэтому я абсолютно не обижаюсь. Честно-честно. — Я только встал, а ты уже мелкого до слёз довёл? — прислонившись к дверному косяку стоит Юнги, окидывая происходящую картину глазами. — В 12:40 у нас поезд. Это ближайший, поэтому я думаю нам стоит собираться. Чимин выпускает младшего из объятий, перед этим снова поцеловав в макушку. Ярко улыбнувшись он прошептал младшему мягкое «Не грусти» и подошёл к светловолосому. — Зная Тэхёна и его не одарённость к готовке, пойду сделаю что-нибудь перекусить всем нам. Чонгук, — переводит взгляд на шатена, который уже прижимал младшего к себе, поглаживая по голове и шепча на ухо какие-то нежности, — где что у тебя находится? — Я покажу тебе, — глухо говорит Ким, пытаясь выбраться из крепких объятий уже шатена, что лёжа на кровати обвил руками талию омеги. Тэхёну всё же удаётся вырваться, на что старший лишь цокнул, укладываясь спиной поперёк кровати. Омеги уходят на кухню, оставляя двух альф одних. И Чонгук уже хочет отвернуться лицом к окну, но вдруг слышит приближающиеся шаги. Поперёк кровати также ложится Мин, устраивая свою голову на краю и испепеляя взглядом белый потолок. — Чонгук, — светловолосый наклоняет голову назад, из-за чего та буквально висит, а волосы также послушно тянутся вниз. — А вы не хотите вернуться в столицу? Вопрос ставит Чона в тупик и он немного хмурится, понимая, что на эту тему они с младшим ещё не беседовали, хотя стоило бы. Условия везде одинаковые — что Чонгук там снимет квартиру, что они с Тэхёном живут тут, вариант жить по отдельности уже даже не рассматривается. Эта квартира отца, она была куплена ещё когда Чонгук был маленьким альфочкой, желающим быть как отец и защищать свою маму, но со временем желания меняются. До переезда в столицу семья Чона жила здесь долгие шесть лет. Когда мальчику исполнилось двенадцать, то отец смог пробить себе престижное место в компании, что и послужило причиной скорого перевоза вещей в Сеул. Отец с каждым годом становился на две ступени выше бывалого, добывая для себя и работающего персонала прибыль, которая набирала новые обороты с каждым месяцем. Квартира сдавалась пару раз, а после отец принял решение продать её, но мать настояла, чтобы тут оставить, с учётом того, что Чонгук после окончания старшей школы мог бы поехать учиться в тихий и спокойный Пусан, нежели в дождливом и полным движений Сеуле. Но всё сложилось иначе. Про квартиру со временем забыли, а возвращаться в родной город не было причин, до недавнего времени. — Мы ещё не говорили на эту тему, честно сказать, даже не задумывался… — отвечает Чонгук, копируя положение Хёна, — Я думаю нам стоит лучше остаться здесь, ведь у Тэхёна тут учёба. — Вы поговорите. — произносит Мин, вставая с кровати. — И не лежи долго в этом положении, голова будет болеть. — кидает напоследок альфа, перед тем как скрыться за дверями ванной комнаты.

***

Проводить последние минуты в компании с братом было для Тэхёна грустно. Хоть Чимин и сказал, чтобы Ким не переживал по поводу звонков, но парня всё же вина гложет. Если бы не собственный эгоизм и жалость к самому себе, то Тэхён обязательно звонил бы брату, каждый день. Они были бы в курсе всех дел, делились бы самым сокровенным и строили вместе планы на ближайшие встречи. И Тэхён действительно чувствует себя виноватым, что совершенно выпал из жизни своего брата, отчего появляется желание повернуть время вспять и попытаться всё это исправить. — Тэхён-а, ну перестань уже! Сколько мне нужно тебя успокаивать? — ворчит Чимин, снова притягивая парня к себе, поглаживая одной рукой по пепельной макушке. — Я очень жду новых встреч с вами, поэтому как только закончится семестр, то приезжайте к нам. Родители соскучились, даже отец всё чаще стал интересоваться что и как. — Посмотрим, — отвечает Чонгук, отрывая всхлипывающего Тэхёна от светловолосого, на что тот ему благодарно улыбается. — — Никаких посмотрим. День рождения мелкого точно празднуем у нас. — Юнги слабо улыбается, поднимая пару небольших сумок с пола. — Хватит сюсюкаться. Нас такси уже пять минут ждёт. — Ты такой злой… — канючит Чимин, ставя встревоженного Ентана на лапы. — Не скучайте. — улыбнулся ярко Пак, скрываясь вместе со старшим за дверями. — Я так и не понял. Они эту шерсть оставили нам? — прорезает голосом образовавшуюся тишину, поглядывая то на Тэхёна, что всё также не моргая, смотрит на дверь, то на машущий хвостом комок шерсти. — Да. — строго отвечает Тэхён, отмирая и присаживаясь на корточки, начиная поглаживать милое животное по спине. — Я уговорил Чимина оставить его нам. Чонгук немного раздражён. Зачем им собака? — Тебе меня мало? — Нет, не мало, даже много. — уже мягче говорит Тэхён, поднимая Ентана на ручки. — Просто втроём веселее. — Тэхён ярко улыбается, и это добивает в Чонгуке все живое, от чего все возмущения уходят на второй план, точнее почти совсем. Как никак Чонгук понимает, что любовь Тэхёна к животным просто безгранична, поэтому Чон ещё до Америки предполагал, что у них точно будет питомец. И в принципе Чонгук не против Ентана. Только если чуть-чуть. Омега снова приподнялись щенка к лицу, ласково улыбаясь и бормоча какие-то милости, а Чонгук закусывает губу, смотря на младшего. Хвост Ентана снова заходится в бесконечном вращении, отчего младший немного посмеивается и ставит пса на пол, после чего последний скрывается на кухне. Взгляд сам собой ложится на лицо старшего, которое отчего-то выглядит по-детски обиженным, и Тэхён подходит ближе. — Только не говори, что ты ревнуешь меня к собаке. — в голосе проскальзывает лёгкая усмешка, а сам младший дотрагивается рукой до шеи шатена, проходясь ей по линии подбородка. Чонгук же заворожённо смотрит в светлые карие глаза, в которых сверкает некая игривость. — К собаке? Ещё чего. — его голос ни с того, ни с сего становится сиплым, из-за чего Чонгук прокашливается, а Тэхён усмехается, обвивая шею старшего руками. Приподнявшись немного на носочки, чтобы быть с альфой почти одного роста, Тэхён накрывает слегка приоткрытые губы своими, начиная медленно посасывать нижнюю губу. Чонгук не сразу, но отвечает на поцелуй. Руки, словно живущие отдельной жизнью, сами кладутся на омежью талию, слегка сжимая её и притягивая любимого ближе к себе. От мучительно тягучих движений губ, Чонгук начинает целовать с напором, задавая уже более быстрый темп. Тэхён немного отстраняется, чтобы заполнить свои лёгкие воздухом и шепчет что-то вроде «Какой нетерпеливый…» и снова припадает к чужим губам, наклоняя голову в сторону и проходясь языком по нижней губе. Чонгук приоткрывает губы, позволяя младшему вести и исследовать чужую полость рта, пока их языки не находят друг друга. Терпения у Чонгука действительно нет, поэтому он немного толкает омегу к стене и, заставляя того прижаться к ней, скользит рукой к бедру и закидывает его на своё, немного придерживая. Тэхён томно выдыхает, опаляя чужие губы тёплым дыханием, но Чонгук вновь сокращает все образовавшиеся между ними сантиметры, наслаждаясь непозволительной близостью с любимым. Шатен упирается коленом о стену, из-за чего Тэхён, проходясь пахом по бедру, тихо стонет в поцелуй. Тепло возбуждения проходится по всему телу, отчего внизу живота завязывается всё в тугой узел. Чонгук прекращает терзать раскрасневшиеся губы и склоняется к медовой шее, проходясь языком по ещё не сошедшим засосам, сразу планируя оставить новые маленькие метки. Дыхание Тэхёна начинает сбиваться, из-за чего он дышит чаще обычного. Все эти ласки непременно возбуждают омегу, отчего он поддаётся бёдрами вперёд, проходясь пахом по чужому колену. С уст младшего срывается тихий стон прямо на ухо альфе, из-за чего шатена пробирает мелкая дрожь и сильное желание. Повторное движение бёдер, и Чонгук подхватывает младшего, усаживая того на белый комод. Пристроившись между ног, Чонгук задирает домашнюю футболку сероволосого и очерчивает глазами прекрасное тело. Припав губами к затвердевшей бусине, Чонгук проходится языком вокруг неё. Тэхён откидывает голову назад, упираясь затылком в стену, и несдержанно стонет, прикусывая губу. Чонгук скользит рукой по груди, спускаясь всё ниже. Вырисовывая различные круги в низу живота омеги, Чон подцепляет пальцами резинку домашних шорт, а после и вовсе проникает рукой в них, сразу окольцовывая омежий член. — Почему ты без белья? — с усмешкой спрашивает Чонгук, надавливая на чувствительную головку стоящего члена, размазывая по ней выделяющуюся природную смазку. — Я хотел принять душ, но услышал, что ребята уже собираются выходить, поэтому я успел надеть только шорты. — честно говорит Тэхён, и громко стонет, чувствуя первые плавные движения чужой руки, из-за чего он судорожно хватается за плечи альфы. Чонгук же пристально смотрит на лицо омеги, на котором выступает сильный румянец и раскрасневшиеся губы, полуприкрытые глаза и их томный и полный желания взгляд, и оторвать глаза от этого вида почти невозможно. Чонгук медленно водит рукой по стоящему члену, разгоняя чужое и собственное возбуждение по всему телу. От мучительных движений, Тэхён повиливает бёдрами вверх, толкаясь ими в руку. Чёрная футболка мешает обоим, поэтому младший находит в себе силы снять ненужную вещь и откидывает её куда-то на пол. Бледноватая кожа так и притягивает к себе жадный взгляд, и Чонгук ускоряет темп, выдавливая из Кима сорванные вдохи и выдохи, пока возбуждение Чона стягивается в тугой узел, а в домашних штанах уже очень виден бугор. — Чонгук, я скоро… — шепчет Тэхён. Чонгук резко останавливает весь процесс, не давая младшему излиться. Тэхён разочарованно скулит, толкаясь в руку старшего, но альфа резко сжимает пульсирующий член, из-за чего Ким вскрикивает, жмуря глаза. — Ты не можешь так быстро, ведь мы ещё не начинали. — говорит шатен и ослабляет хватку, смотря на всё также жмурящегося парня, перед глазами которого цветные пятна. — Чонгук, больно… — жалобно говорит Тэхён, раскрывая полные слёз глаза. Чонгуку самому резко становится больно, смотря на это обиженное лицо. Поэтому он снова начинает медленно двигать рукой, а другой вытирать потёкшие слёзы. — Прости меня, Солнце. — сипло говорит старший, целуя вздёрнутый носик любимого, чьё дыхание снова становится сбитым. Чонгук в скором времени не выдерживает и вытаскивает руку из домашних шорт младшего, резко сдёргивая их с омеги. Сладкий запах сразу заполнил собой весь коридор, и, скорее всего, уже всю квартиру. Запах молочного шоколада щекочет вкусовые рецепторы, оставляя сладкие нотки таять на кончике языка. Чонгук невольно причмокивает, словно пытаясь распробовать вкус чего-то, и припадает к распухшим губам Тэхёна, пока руками он проходится по оголённой груди младшего. Тэхён стонет в поцелуй, пытаясь заглянуть в прикрытые глаза любимого. С приближением течки все чувства обостряются, поэтому ощущать на себе крепкие руки альфы очень приятно и немного льстит. Ему очень повезло. Ким прогибается в спине, выпрямляясь и прижимаясь к Чону всё ближе, пытаясь сократить расстояние между ними до минимума, полностью слиться с ним, стать одним целым. Чонгук обвивает младшего за талию, всё также впиваясь губами в Кима, оглаживая языком тёплое и влажное нёбо, проникая всё глубже. — Хватит тянуть время… — произносит Тэхён, когда наконец-то отстраняется, жадно вбирая в себя воздух. Чонгук слушается. Подхватывает младшего под рёбра, заставляя ногами обвить талию, и не прерывая зрительного контакта спешит в спальню, где ещё не заправлена белоснежная кровать и разбросаны некоторые вещи. Уложив Тэхёна на кровать, Чонгук склоняется над ним, прогибая кровать под напором собственного веса. Взгляд Тэхёна затуманен и чертовски развязан, что возбуждает ещё сильнее. Сероволосый закусывает нижнюю губу, игриво улыбаясь и проскальзывая рукой вдоль тела шатена. Его длинные пальцы обхватывают налитый кровью член через ткань, а Чонгук рвано выдыхает, прислоняясь лбом к чужому плечу. Тэхён слегка сжимает пульсирующий орган и подается бёдрами вверх, соприкасаясь своим членом с членом Чона. Все рамки сорваны, запреты сняты, а собственное желание рвётся наружу. Чонгук перехватывает чужую руку и переплетает пальцы с тэхёновыми, прижимая руки к кровати, склоняется к искусанным губам, пока другой рукой начинает массировать сжавшееся колечко мышц. Природной смазки становится всё больше и Чонгук с лёгкостью проникает сначала одним, а позже и вторым пальцем, плавными движениями доставляя малое удовольствие своему омеге. Тэхён тяжело дышит, не переставая краснеть, от оценивающего взгляда альфы. Запахи сливаются в единую горьковатую смесь. Идеальное сочетание, идеальное дополнение друг друга, словно собранный пазл с разноцветной картинкой, цвета которой прекрасно компанируют между собой. Тэхён резко прогибается в спине, когда Чон задевает тот самый комочек нервов. Выловив нужное положение, Чонгук ещё пару раз задевает чувствительную точку и высовывает пальцы. Тэхён немного ёжится от подступившего холода, но тут же совершенно забыл об этом, когда Чон приспустил домашние штаны с боксёрами, а после снял с себя полностью. Старший снова склонился над омегой, но тот проскользил руками по торсу любимого и подцепил края чужой футболки. Избавившись от части одежды, Тэхён отбрасывает её к краю кровати и охает, когда его резко переворачивают, ставят в коленно-локтевую позу. Чонгук раз проводит рукой по выпирающим позвонкам Кима и приставляет ко входу стоящий член. Первый толчок сразу же расплывается лёгкой эйфорией и приятной дрожью по всему телу, заставляя Тэхёна издать тихий стон и уткнуться носом в согнутый локоть руки. — Тэхён, презервативы… — говорит альфа и хочет уже отпустить сжатую талию в своих руках, но Тэхён его останавливает, прикасаясь рукой к чужим бёдрам. — Чонгук, течка через несколько дней, сейчас не обязательны презервативы… — Тэхён рвано дышит, когда подается телом немного назад, самостоятельно насаживаясь на пульсирующий внутри член. Чонгук снова усиляет хватку, после чего начинает медленно двигаться, пытаясь задать более быстрый темп. Тэхён мнёт и без того скомканную простынь, и с каждым толчком с его уст слетают низкие стоны. Сила толчков становится сильнее, и по комнате разносятся пошлые шлепки и тихие хлопанья вместе с басистым голосом. Чонгук кладёт руки на ягодицы Кима, сильно сжимая, а после делая резкий шлёпок ладонью, отчего младший слегка вскрикивал. Тэхён невероятно красивый. Чонгук и поверить не может, что такой парень достался именно ему. Он склоняется к спине омеге, проходясь языком по коже, оставляя влажные дорожки. Тэхёна пробирает лёгкой дрожью, из-за чего он сжимает старшего внутри. Чонгук резко останавливается, сбавляя темп к нулю, и прислушивается к собственным ощущениям. Перед глазами появляются цветные пятна, а внизу живота словно что-то лопается, разливая приятную негу по всему телу. Когда младший снова расслабляется, Чон снова начинает медленно толкаться. Чувствуя прилив приятных ощущений Тэхён прогибается, а после чувствует чужую руку на своей спине, которая с силой давит вниз, заставляя Кима выгнуться сильнее. — Хороший мальчик. — прерывисто говорит Чонгук, срываясь на резкий и бешеный темп, вбиваясь в ослабшее тело всё сильнее. На его лбу выступила испарина, а Тэхён сладко стонет и скулит, произнося не менее приторное «Чонгук-и, ещё…». Чонгук обвивает талию младшего, прижимаясь грудью к спине омеги, и делает сильные и размашистые толчки, пытаясь вбиться глубже, из-за чего Тэхён гортанно вскрикивает, прикусывая нижнюю губу. Ещё парочка глубоких толчков, и Чонгук замедляется, после снова набирая быстрый темп, словно играясь с Тэхёном, коленки которого уже подкашиваются и вот-вот разъедутся по сторонам. — Чонгук… я сейчас… — пытается говорить Тэхён, чувствуя как Чон не раз проезжается по чувствительной точке, отчего тело начинает плавиться и не слушаться. Чонгук жмётся сильнее, выпрямляет омегу и проникает глубже, отчего Тэхён изливается на простыни и закатывает глаза, когда пик возбуждения достигает максимума. От такого удовольствия перед глазами словно фейерверки, а тело пробирает лёгкая дрожь. Стоять на коленях самостоятельно нет сил, и Чонгук это понимает, но не укладывает. Чон снова снова набирает скорость, вдалбливаясь в обмякшее тело, а после изливается в омегу, кусая младшего за плечо и издавая громкий рык. — Самый лучший. — укладывает сероволосого на подушки, целуя того в приоткрытые губы. — Я сейчас вернусь. — единственное, что слышит Тэхён, перед тем как полностью провалиться в крепкий сон от накатившей слабости и неги, поэтому и не замечает, как Чонгук накрыл его покрывалом, с тёплой улыбкой целует в родинку на носу и укладывается рядом, влюблённым взглядом осматривая парня рядом. Это действительно нереально.