Лучший ученик 10

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Волков Александр «Волшебник Изумрудного города»

Пэйринг и персонажи:
Кау-Рук, Гван-Ло
Рейтинг:
G
Жанры:
Драма
Размер:
Мини, 2 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Последняя встреча Кау-Рука и Гван-Ло
текст 2011г, архивный

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
22 июля 2018, 17:21
Кау-Рук стоял, расслабленно привалившись спиной к стене, и рассматривал висевший напротив портрет деда Гван-Ло. Великий маг, вернувший из забвения тайну «змеиного взгляда», смотрел поверх головы Кау-Рука осуждающе-презрительно.
Было тихо. Коридоры взятой штурмом резиденции Владыки опустели. Все сейчас собрались в Малом тронном зале, менвиты и арзаки, повстанцы и старые министры, военные и штацкие, чтобы начать переговоры либо вцепиться друг другу в глотки насмерть. Кау-Руку тоже следовало быть там, чтобы помочь случиться первому, а не второму. Однако он стоял в безлюдном коридоре в самой нижней части твердыни Гван-Ло, опираясь на отполированную каменную стену.
Наверное, тесновато им всем, в Малом-то Зале, мелькнуло в мыслях. Но Большой был разрушен мощным взрывом, в котором покончил со своей жизнью побеждённый Владыка. Обугленное тело так и нашли – на троне и в остатках полного парадного одеяния.
Кау-Рук сухо улыбнулся, вспоминая слившиеся в одно испуганные, растерянные и радостные возгласы людей, которым сообщили о смерти Гван-Ло. Улыбнулся, а потом выпрямился одним текучим движением. Он не слышал шагов, но ощутил присутствие, давящее и узнаваемое.
- Приветствую, Владыка.
Гван-Ло остановился и опёрся на свой посох – последнюю регалию, которую он, видимо, так и не смог отдать на растерзание взрыву. А может, сохранил, чтобы было легче идти. Кау-Рук неожиданно понял, что не удивился бы этому, потому что сейчас Гван-Ло как никогда раньше был похож на старика. Был стариком, усталым, поверженным, ослабевшим… и всё ещё опасным. Даже волосы казались белыми в холодном свете ламп. Беллиорец Фред Канинг как-то обмолвился, что люди их планеты с возрастом становятся светловолосыми, «седеют», и Кау-Рук подумал, что это должно выглядеть именно так – красиво, но безжизненно.
- Здравствуй, - глухо ответил после длинной паузы Владыка, смотря куда-то мимо. – Пожалуй, я не сильно погрешу против истины, когда скажу, что не огорчён видеть тебя живым. Ты ждал меня? - его голос звучал хрипло, надтреснуто, но по-прежнему мощно.
- Да, - Кау-Рук продолжал пристально наблюдать за Гван-Ло. – Я ждал. Покончить с собой было бы слишком… слабостью для вас.
Вот воспользоваться красной кнопкой и снести всю резиденцию и полстолицы к ней в придачу, вместе с собравшимися в ней врагами – другое дело. К счастью, Кау-Рук знал про тайный пульт управления и подземный ход, ведущий далеко-далеко. Знал давно, ещё с юности, когда удостоился почётной обязанности стоять в карауле во дворце самого Владыки, а после службы решил немного… осмотреться. За нахождение на закрытой территории он был отдан под трибунал, едва выжил после сурового наказания и попал в обучение лично к Гван-Ло, по достоинству оценившего способности молодого пилота. Тогда Кау-Рук был безмерно счастлив от такой чести…
Владыка выпрямился, поднял посох в церемониальном жесте войны и улыбнулся. В этой улыбке отражалась вся его гордыня и всё чувство превосходства над прочими людьми, что арзаками, что менвитами. Он не собирался прощать победителей.
- Что ж, неудивительно, что ты догадался, - в голосе Гван-Ло смешались одобрение и осуждение. – Не стоило ожидать иного, ведь ты – мой лучший ученик… и ты меня предал, – резко закончил он и наконец посмотрел прямо.
Кау-Руку показалось, будто на него накатили скалу. Глаза Владыки были светлыми, почти белыми, а взгляд – таким тяжёлым, что останавливалось дыхание, а разум стонал, умоляя сдаться и склониться перед чужой волей. Исполнить любой приказ хозяина, сделать что угодно – отойти с пути к заветной потайной двери, молча ждать, или, наоборот, пойти и расстрелять бывших соратников, свернуть шею Ильсору…
Кау-Рук стоял, стиснув кулаки, не уступая, и давил в ответ. Ему казалось, что по телу вместо крови течёт жидкий огонь, что сердце может разорваться в любой момент, что в лёгких может закончиться воздух, а сил на новый вздох не останется. По вискам тёк пот, одежда мгновенно стала мокрой насквозь, прилипла к плечам и груди. На языке ощущалась кровяная соль. Но он стоял и давил взглядом взгляд Гван-Ло, не давая его силе размазать себя и стараясь сломить противника в ответ. Кау-Рук точно знал, что это продолжалось около полуминуты или чуть больше, но это время тянулось для него дольше, чем когда-либо.
Потом сопротивление исчезло, резко, вдруг. Кау-Рук качнулся вперёд, словно проваливаясь за ушедшим в пустоту ударом, и потерял взгляд Гван-Ло. Впрочем, тот уже не мог воспользоваться заминкой противника, с хрипом оседая по стене на пол. Посох выпал из его рук и покатился по полу с громким стуком. Кау-Рук рывком выпрямился, восстанавливая равновесие, рефлекторно отпрянул назад от возможного удара, потом опять качнулся вперёд, невольно стараясь остановить падение Владыки, подхватывая на руки тяжёлое, неожиданно неповоротливое тело.
Глаза Гван-Ло стали мутными, взгляд вновь остановился на лице Кау-Рука, но на этот раз в нём не было ни силы, ни власти. Тонкие губы подёргивались.
- Мой… лучший… - уловил Кау-Рук.
Потом Гван-Ло замер и больше не шевелился.
Кау-Рук медленно сполз по стене на пол и отрешённо подумал, что теперь знает из-за чего Владыка, едва сев на трон, запретил своим последователям применять «змеиный глаз» к своим – если гибкий, податливый разум арзаков мог принять чужую навязанную волю, то менвиты просто поубивали бы друг друга в бешенном соперничестве. Тяжело дыша, Кау-Рук запрокинул голову, прижался затылком к прохладному камню. В висках пульсировала боль, перед глазами всё расплывалось. Руки стали слабыми, как у ребёнка, а на ладонь падали жёсткие волосы Гван-Ло, голова которого лежала у него на коленях. Кау-Рук сделал над собой усилие и прижал ставшие непослушными пальцами к шее Владыки. Формальность, и так всё понятно.
По-прежнему стояла тишина, ей мешало только хриплое неровное дыхание.
Следовало собрать силы и отправиться в Малый тронный зал – выяснять, что решили в итоге все собравшиеся стороны, помочь Ильсору, помочь менвитам оправиться от потери Гван-Ло и научиться контактировать с арзаками с позиции равных, а не господ. Ещё много чего следовало сделать за этот день, который потом непременно войдёт в историю, который будет описан во всевозможных учебниках, в каждом – на свой лад и со своими указаниями на то, кто был прав, кто неправ, кто что приобрёл, кто что потерял и кто кому что задолжал. А уж Кау-Руку достанется отдельное внимание, в этом можно не сомневаться. Потомки не упустят случая сказать про него много интересного, особенно если он всё-таки встанет и дойдёт до Малого зала, чтобы присоединиться к… кому-нибудь, благо можно выбирать к кому. Если…
Кау-Рук сидел в заброшенном пустынном коридоре и тихо пел древнюю песню на забытом диалекте, которой когда-то провожали в путь павших вождей и наставников. Ей он тоже научился от Гван-Ло.
Ты – мой лучший ученик…
- И я тебя предал, - прошептал Кау-Рук и закрыл Владыке глаза.
Возможность оставлять отзывы отключена автором