Услышь мой рёв! История дома Ланнистер в Войне Кольца

      Хоть Джейме и хотел тайной церемонии внутри Утеса Кастерли, его дядя и тетя наскоро организовали зрелище на потеху толпе прямо на вратах Ланниспорта. Провернули всю коронацию впопыхах: в городе у стен собрались зрители, а снаружи стояла уже готовая выступать армия. На зубчатой стене, вместе с Дженной, Стаффордом и немногими другими родичами, он дождался прибытия Верховного Септона, который по прибытию произнес речь о воле богов и природе власти. Опустив взгляд, среди шеренг солдат Джейме разглядел и Форлонга, уже восседающего на своем здоровенном битюге. Их глаза на мгновение встретились, прежде чем Джейме вновь обратился к главе церкви. — Ныне перед богами и людьми венчается на царство новый король Утеса Кастерли и Западных земель, Тайвин, сын Титоса, из рода Ланнистеров, первый своего имени…– сделал тот паузу, воздев простой золотой обруч, — в отсутствии его же, сим вверяем его корону его сыну и наследнику Джейме Ланнистеру.       И священнослужитель, некогда звавшийся просто септоном Арчером, в ожидании посмотрел на Цареубийцу. Джейме же с непониманием уставился перед собой: «чего же он ждет?» — Преклони колено, Джейме, — громко прошептал ему позади дядя Стаффорд.       Осознав ошибку, рыцарь сделал шаг вперед и опустился одно колено. — Наверное, стоило это отрепетировать, — развеселился Верховный Септон и вскричал вновь, так, чтобы его услышали все собравшиеся внизу: — Клянешься ли ты защищать эти земли и их народ, править по закону и по справедливости и чтить заветы Семерых?        «Назад дороги больше нет». — Клянусь, — громко объявил он.       После этого Верховный Септон возложил на него корону, простолюдины в городе и солдаты в поле у стен разразились оглушительным криком радости. Верховный Септон улыбнулся и, взяв его под руку, помог встать. Джейме и сам мог бы подняться, но позволил старику себе помочь, понимая символичность этого жеста. Когда все закончилось, в сопровождении Стаффорда, Дженны и остальных он отправился к надвратной башне и начал спуск вниз по винтовой лестнице. Как только Джейме оказался за пределами взоров толпы, он немедленно стянул с себя корону — Ну, кто из вас это возьмет? — ткнул он ей в родственников. — Полагаю, я подыщу место, где она будет храниться на Утесе, пока ты не вернешься, — вздохнул Стаффорд, — Ты точно уверен, что не возьмешь ее с собой? Хотя бы как символ принадлежности к королевской семье? — Символ? — фыркнул сын Тайвина, — кто признает его в короне, которая первый день в ходу? — Это подлинная вещь, которую носили еще до завоевания Эйгоном Семи королевств, — возразил Стаффорд. — Если он не хочет ее брать с собой, то мы его и не заставим, — вздохнула Дженна, — а что до удостоверения его личности — видят боги, Джейме и его меч известны половине мира.       Стаффорд что-то пробормотал себе под нос, но смягчился и взял украшение из рук племянника. — Дядя, а ты точно не хочешь присоединиться к нашему походу? — спросил Джейме, когда спустились вниз, — я уверен, что Дженна с Эммоном сумеют присмотреть за Утесом, если тебе захочется быть на передовой. — Ко всем чертям, — заявил Стаффорд, — хватит с меня сражений. Знаете, как меня в народе называют? — Ну вот, опять, завел шарманку, — проворчала Дженна. — Сэр Стаффорд-Ставь-ногу-тверже! — кипятился дядя, — я одержал победу в одной из величайших битв в истории Западных земель, и вот она, благодарность черни?! — Жуть какая, — потешаясь над стариком, заметил Джейме, — я, конечно, замолвлю за тебя словечко перед людьми, но, боюсь, меня война заждалась, нужно к ней возвращаться.       Он вышел наружу через открытые ворота, и при его появлении люди вокруг возликовали вновь. Джейме улыбался и махал в ответ, уходя из города. В первых рядах войска его ожидали Форлонг и Эомер, конь Ланнистеру уже был подан. Была здесь и Серенна, она предпочла возможность попрощаться с Эомером пребыванию наверху с отцом во время церемонии. — У меня для тебя кое-что есть на память, — сказала она принцу, протянув ему небольшой медальон.       Наклонившись, Эомер принял его и близоруко осмотрел: заметив сбоку крошечный замочек, роханец открыл подарок. Рассмеялся и повернулся, чтобы показать Форлонгу. — Что это? — спросил Джейме, забираясь в седло. — Это портрет! — похвастался Эомер Джейме, передав ему безделицу. Внутри действительно была миниатюра его кузины. — Трудно было сделать так, чтобы его закончили вовремя, — улыбнулась Серенна, — многие дамы заказали подобное своим мужьям или любимым…и пришлось мне пообещать небольшое вознаграждение, которое убедило мастера закончить в первую очередь именно мой. — Хитро, — засмеялся Эомер, забирая медальон обратно, но снова принял серьезный вид, обращаясь к невесте: — я вышлю за тобой, как только дорога отсюда на Эдорас станет безопасна. — С нетерпением жду вашего приглашения, мой принц, — нарочито сделала она реверанс. И, встав, чтобы уйти, одарила роханца прощальной улыбкой: — Береги себя!       Роханец поклонился, и три предводителя армии поехали вперед. Множество солдат встречало их возгласами одобрения и поздравлениями, кто-то указывал на Джейме, кто-то на Эомера, по меньшей мере один рыцарь узнал и Форлонга, добавив при приветствии почетный титул «Бич гоблинов» к его имени — довольный старик расплылся в улыбке. — Шибко оживленные, как для воинов, которым предстоит суточный марш, — заметил Джейме. — Тут немного вина раздали, — пояснил Эомер, — я попросил лорда Вестерлинга проследить за порядком, чтобы все оставалось под контролем. Но не каждый день можно увидеть, как коронуют короля. — Я принц, как и ты, — поправил его Ланнистер, — король это мой отец. — Однажды и ты станешь королем, — заметил Форлонг, — думаю, уже этого достаточно для того, чтобы твои подданные ликовали… И отменную речь толкнул этот ваш Верховный Септон, действительно, за душу берет. — Серьезно? У меня на душе лежало совсем другое, — переспросил Джейме.Форлонг нахмурился в ответ. — Теперь, раз уж ты принц, то привыкай слушать, когда говорят о чем-то другом, кроме битвы и поединков. — Может и так, — пожал плечами Джейме, но тут его посетила еще одна мысль, и он повернулся к Эомеру. — Стаффорд мягко говоря недоволен своим новым прозвищем. Наверное, нам стоит найти козла отпущения, пока он не выяснил, что это были мы. — Довольно с меня ваших вестеросских интриг, — застонал Эомер, — я и так слишком уж в них был вовлечен. Если укажут на меня, винить буду третью-четвертую порцию выпитого на пиру в честь победы.       Когда выбрались в голову колонны, то там их встретил Подрик Пейн, оруженосец Эомера он держал большое зеленое знамя с хорошо знакомым белым конем. Парень нервничал, и, подъехав ближе, Джейме понял почему — рядом с ним верхом на лошади восседал мрачный по обыкновению Илин Пейн. — М-милорды, м-мой дядя, сэр Илин, решил присоединиться к походу, — запинаясь, пояснил Подрик. — Серьезно? — переспросил Джейме, уставившись на безмолвного рыцаря-палача. Тот только и мог, что пожать плечами в ответ. — Здорово! Просто чудо! — воскликнул Форлонг, — Сэр Илин, нечего такому воину тратить время попусту, изображая из себя дворцового стража! Поезжайте с нами!       Джейме хотел, было, что-то возразить, но невозмутимый вид Королевского Правосудия сбил его с толку. — Отправляемся, — сказал он вместо этого и пришпорил коня.       Так начался поход армии на север.       По дороге на Скалу Джейме пребывал в хорошем настроении. Большую часть времени вместе с ним во главе войска ехали Форлонг и Эомер, Илин Пейн обычно тоже держался поблизости. Рана Форлонга все еще заживала, здоровяк нуждался в помощи, слезая и коня или возвращаясь в седло. Но вот прежняя энергия к нему по большей части вернулась. Поскольку большинство армии теперь были закаленными кампанией против гоблинов ветеранами, лагерь на стоянке разбивался без проблем, помимо этого, помогал и Эомер, — так что в конце дня, когда становились на отдых, личные распоряжения Джейме были особо не нужны.       Однажды, обходя палатки, он наткнулся на Эомера, стоявшего на небольшой поляне напротив Подрика, вооружены они были тупыми тренировочными мечами. — Что тут происходит? — спросил Джейме. — Теперь, когда колено мое зажило, принц Эомер обучает меня приемам боя, — восторженно ответил Подрик. –Очевидно же, это то, чему нужно учить оруженосца, — заявил роханец, — а ну-ка, Под, держи равновесие и попытайся парировать мои удары!       Он начал наступать, глаза Пейна-младшего стали как плошки. Эомер сделал несколько намеренно широких и замедленных замахов, позволяя Подрику отступать в сторону и уворачиваться от них. — А какой толк в такой медленной тренировке? — неуверенно спросил оруженосец. — Тебе нужно технику боя изучать, — вмешался Джейме, — вот когда ты будешь готов, твой наставник и прибавит прыти, и так, пока он не будет фехтовать настолько быстро, насколько способен….Принц Эомер, можно мне один раунд провести?       Роханец пожал плечами и передал ему тренировочный меч. Подрик сглотнул, собираясь с силами. — Не нервничай ты так, — сказал ему Цареубийца, — представь, что я не Джейме Ланнистер, а какой-нибудь бандит или даже орк. Не опытный мечник, а испуганный противник, пытающийся тебя сразить. — Да, ваше высочество, — кивнул оруженосец.       Джейме пустил в ход такой же набор нарочито замедленных ударов, но на этот раз, после того, как мальчишка дважды уклонился, Ланнистер ударом ноги подсек его голень. Подрик вскрикнул, не сколлько от боли, сколько от удивления, а Джейме все так же медленно «ранил» его в бок, заставив изумленно опустить взгляд. — Следи за своим противником целиком, за каждым движением его тела. Если ты все время будешь смотреть на кончик его меча, то только такие его атаки и увидишь. — Хороший совет, — согласился Эомер, забирая у Джейме тренировочный меч, — давай попробуем еще раз, а потом буду учить тебя падениями и перекатам.       Теперь для Джейме это вошло в привычку: после того, как разбивали лагерь, он присоединялся к тренировкам Подрика с Эомером, оценивал и советовал. Иногда приходил с ним и Форлонг, хоть гондорец и предпочитал мечам топоры или что-нибудь ударно-дробящее. Бывали там и некоторые другие воины, например, лорд Вестерлинг, бастард Тарбеков и даже сэр Илин (хоть единственным комментарием на который он был способен, был легкий кивок головы).       Пока армия шла по Западным Землям, Джейме начал оценивать ущерб нанесенный ордой Джоффри. Вдоль дорог лежали обглоданные начисто кости животных, а иногда и людей. Однажды натолкнулись на пару скелетов на обочине, с которых срезали мясо. — Я спас всех, кого смог, — тихо сказал Эомер, — я рассылал гонцов всюду, куда мог позволить и вывозил столько беженцев сколько позволяли нам наши припасы и лошади…. — Ты сделал намного больше, чем кто бы то ни было мог попросить, — с горечью ответил ему Джейме, — если бы не ты, то весь наш путь устилали бы мертвецы.       «И, в любом случае, случилось это из-за моих деяний, не из-за тебя». Тяжело вздохнув, Цареубийца отъехал вперед от колонны на несколько десятков шагов: ему хотелось остаться наедине со своими мыслями. Но желанию этому не суждено было осуществиться — позади раздался тяжелый топот копыт Форлонгова битюга. — Так, а ну не позволяй скорби и сожалениям вновь тобою овладеть, — тихо сказал ему старик, — дорога длинная, все время оглядываться назад дойти до конца не поможет.       Джейме не ответил: просто, не торопясь, вернулся назад, к остальным предводителям армии. А вечером заставил себя вновь сходить на тренировку Пейна-младшего. Форлонг ждал там и одобрительно закивал, когда Ланнистер принялся объяснять парню, как надлежит парировать удары. По мере того, как длился урок, сын Тайвина обнаружил, что у него улучшилось настроение: к тому моменту, как он отправился в свою палатку, ему уже было легче.       Наконец, добрались до Скалы, и Гавен Вестерлинг настоял на привале, дабы осмотреть семейную резиденцию. Внутри побывали только он и несколько его присяжных, но, когда спустя пол-часа они вернулись, лицо у лорда было багровым. — Его же только что починили! — бесновался он, — Вина! Мне нужно вино, покарай вас всех боги!       Еще одна неделя похода привела их к Погибельной крепости, дела там были немного лучше, чем на Скале. Остановились, чтобы захоронить останки лорда Бейнфорта на семейном кладбище за его замком. Два дня добывали припасы, а после армия впервые выступила на просторы Энедвейта. — Ну, наконец-то мы выбрались на равнину, — обрадовался Эомер, — были дни, когда я думал, что никогда уже степь родную не увижу. — Неужто Западные земли настолько ужасны, — спросил его Джейме, оглядывая непритязательный пейзаж, — тут же просто взгляду не за что зацепиться.       Роханец вздохнул. — Не обижайся, сэр Джейме, у тебя на родине я нашел множество друзей и обрел любовь, но …после всего произошедшего нескоро я к вам вернусь — Такова она, природа приключений, ваше высочество, — засмеялся Форлонг, — ты рискуешь всякий раз, как оказываешься вдалеке от дома. — И «приключения» эти все равно, что болезнь: приходят тогда, когда ты их себе не можешь позволить, — отозвался племянник конунга.       Спустя несколько дней похода на север добрались до единственного полноценного ориентира в глазах Джейме, реки Изен. — Там, где река разветвляется, есть мелководье, где мы можем переправиться и двигаться на север, — пояснил Эомер, — оттуда, если мы хотим попасть в Рохан, нам уже нужно или атаковать Изенские броды, или осадить сам Изенгард. — Значит, мы отомстим за твоего кузена Теодреда на Изенских бродах, — ответил Цареубийца, — нам нужно координировать наши действия с армией твоей сестры, и для этого нужно ими овладеть.       Эомер кивнул. — Когда захватим броды, то я уже возглавлю все силы Роханской Марки. Эовин отлично справлялась, но мне пришла пора вернуть командование в свои руки. — А она тоже выступит с нами на Изенгард? — спросил Ланнистер, — судя по тому, что пишет мой брат, ее успехи на поле боя весьма впечатляют. — Настоящая роханка, — молвил Эомер, — девы-воительницы должны быть готовы защищать свои домашние уделы, пока мужчин нет рядом…но вот они вернулись. Так что она сможет освободить себя от этого бремени, взять на себя другие обязанности ради этой войны. У нее добрая и нежная душа, не нужно ей больше сражаться на этой войне.       Прежде чем Ланнистер мог бы ответить, к ним подъехал всадник, судя по легкой броне — разведчик. — Принц Джейме! — обратился он, — в пятнадцати милях отсюда на другом берегу реки замечено войско.       Джейме и Эомер обменялись взглядами. — Орки? Спросил вестеросец. — Нет, — продолжал разведчик, — это люди. И идут под знаменами Клиганов. –Клиганов?! — изумился Джейме, — выходит, и Пес решил показаться, без сомнения на большой дороге бандитствует. Сколько же их? — Больше пяти сотен… Трудно подсчитать точнее, некоторые из них что-то ростом маловаты. — Быть может, гномы? — полюбопытствовал Эомер. — Может быть, — пробормотал Джейме, — если Клиган сплотил вокруг себя несколько сотен человек, нам они пригодятся, да и сам по себе Пес это ценное приобретение. Меня он знает, я попробую его вразумить… — А он опасен? — спросил роханец. — Это был один из немногих людей во всех Семи Королевствах, который мог бы дать мне настоящую трепку, — признал Джейме, — но если до этого дойдет, то мы легко рассеем его сброд.       Позднее, когда солнце уже начало клониться к закату, на другом берегу реки показалось то самое войско. Как и говорил разведчик, шли они под хорошо знакомыми желтыми знаменами дома Клиганов: три черных гончих трепетали на ветру. Внезапно там возникло оживление, несколько фигур понесли наскоро сделанный плот к урезу воды. — Думаю, сюда идут, — заметил Эомер, — кажется, все будет проще, чем ты думал. — Что тут происходит? — подъехал к ним Форлонг, — слышал, на том берегу разбойничья банда! — Вот сейчас и выясним, — указал Джейме вперед. Плот уже был почти на их стороне, высокие мужчины гребли, а маленький человечек рулил большим шестом. Несколько секунд спустя они уже высадились на берег и пошли навстречу войску Западных земель.       Подъехал рыцарь, которого Ланнистер не узнал. — Нам их разоружить, ваше высочество?       Джейме еще раз смерил взглядом незваных гостей. — Нет, если они проявят враждебность, то, думаю, мы с принцем Эомером сможем с ними управиться. Да и потом, какой же дурак полезет нападать, если за нами двадцать тысяч человек?       Казалось, рыцаря это не убедило, но он отъехал в сторону боевых порядков армии. Четверых прибывших от них отделяло не более десяти шагов. Один был высокий мужчина с луком за плечами, в двух других Джейме опознал эльфов, хоть и не столь впечатляющей наружности как тот, что исцелил его в Осгилиате: «красивые чистые лица и острый взгляд зорких глаз, но, все равно, менее величественны, что ли». Четвертого переговорщика он поначалу принял за ребенка, но теперь было ясно видно: это всего лишь коротышка в шляпе из вареной кожи с торчащим в петельке сбоку красным пером. Какое-то время смотрели друг на друга; наконец, Джейме рискнул начать разговор. — Приветствую! С кем имею честь? — Назови мне свое имя, западноземелец, — сказал высокий мужчина, — а тогда уже представлюсь и я.       Эомер спешился, Джейме и Форлонг последовали его примеру. — Что-то мне кажется, что преимущество здесь у нас, — заговорил Эомер, — что привело вас в эти земли? — А вас? — парировал переговорщик. — Да брось, — раздраженно заявил Форлонг, — мы тут, ребятки, ведем гребаную армию, тут и дураку понятно, что на войну выступили. — Судя по тому, откуда и куда вы идете, ваша цель Рохан или Изенгард, — вдруг сказал один из эльфов, — кто же вам друг, а кто ваш враг? — Мы идем в поход против Изенгарда, — твердо сказал роханец, — Я Эомер, наследный принц Рохана, это Джейме Ланнистер, наследный принц Западных земель, а это Форлонг, лорд Лосснарха. — Рады знакомству, — ответил мужчина, — я Гальбарад, предводитель Серой Дружины дунаданцев, а это Элладан и Элрохир, сыновья Элронда Полуэльфа. — Ну, а я Робин Смоллбэрроу, главный шериф Шира и командир Первого Ширского экспедиционного корпуса, — выступил вперед маленький человечек и протянул руку, которую Джейме принял, отчаянно пытаясь не выдать выражением лица, насколько это его позабавило. Пожали руки. — И что же здесь делает «экспедиционный корпус» из Шира? — задался вопросом Эомер. — Шир и Пригорье подверглись нападению орков из Изенгарда, — объяснил следопыт, — городок Бри оказался под властью громил волшебника. Не без помощи хоббитов мы вышвырнули их оттуда… — Кого-кого не без помощи? — переспросил Форлонг, изумленно подняв брови. — Хоббитов! — встрял в разговор Смоллбэрроу, — это жители Шира, такие как я. — Благодаря помощи хоббитов мы сумели освободить город, — продолжал Гальбарад, — а спустя некоторое время я получил вести, что мой соплеменник Арагорн просит помощи в войнах на юге. — А тан Шира, Паладин Второй из рода Туков, приказал мне собрать войско, чтобы сопроводить их и свершить правосудие над Саруманом Белым! — закончил Смоллбэрроу. — Так вы отправились на войну с Изенгардом всего с несколькими сотнями людей и хоббитов? — спросил Эомер, обозревая их лагерь за рекой. Хоббита это явно задело. — Ну, мы надеялись найти других врагов волшебника, с которыми могли бы соединиться. — И вы их нашли, — объявил Джейме, — но это не объясняет, что вы делаете так далеко на юге. — Мы шли на юг по древнему тракту, пояснил Элрохир, — но нас засекли шпионы колдуна. Шесть дней за нами гналось войско дунландцев, почти в три раза превосходившее числом, он-то и согнали нас с дороги. Преследование прекратилось только на седьмой день, но к этому моменту мы уже были в незнакомых нам землях. Вот и решили найти реку и вдоль нее двигаться в Рохан. — Мы рады всякому недругу колдуна, — молвил Эомер, — если вы согласны, мы можем объединить силы у переправы. — Значит, решено, — ответил Гальбарад, — мы вернемся к нашим товарищам и объясним им план. До встречи.       И четверо отправились обратно к своему плоту. — У меня остался один последний вопрос, — вдруг осенило Джейме, — почему вы используете это знамя? Желтое, с тремя гончими? — Герб сэра Сандора Клигана, — гордо ответил хоббит, — Этот рыцарь пришел к нам на помощь в самый темный час и сражался ради спасения Шира. Когда пришло время определиться с боевым знаменем, то выбор наш был очевиден! Ведь он теперь народный герой у меня на родине.       «Сандор Клиган — и герой?», хмурясь, недоумевал Джейме, пока они возвращались к своему парому. — Что там у тебя на уме, сэр Джейме? — спросил его Форлонг, пока Эомер отъехал в сторону, раздавать приказы о возобновлении марша. — Просто, как по мне, не тот человек Сандор Клиган, чтобы так легко снискать доброжелателей, особенно среди такого народца. — Быть может, не ты один стремишься искупить ошибки прошлого, — заметил толстяк.       Джейме лишь кивнул, хмуро наблюдая, как на ветру реет знамя Клиганов.