Глядя на себя

— Цзинхуа, — Дуаньму наконец оторвал взгляд от чашки с зелёным чаем, которую до этого внимательно рассматривал. Вполне ожидаемо, что реакции не последовало. Более того, Ян специально сделал вид, что не услышал обращения. — Так и будешь дуться? Чай уже давно остыл, как и мимолётный гнев Ян Цзинхуа. Проблема заключалась лишь в том, что последнему никак не хотелось уступать этому беловолосому придурку, звавшему себя его мастером. Временами Ян и сам не понимал того, что чувствует, глядя на этого человека, равно как и того, почему не может по-настоящему на него злиться. — А тебе разве есть до меня дело, мастер-редкостная-зануда-Янмин? — отвернувшись и скрестив руки на груди, Отражение Души вновь попытался разозлиться на своего хозяина. Очередная неудавшаяся попытка, из-за которой он теперь точно останется без завтрака. — Прости, — Си одним глотком допил содержимое чашки, — На этот раз я переборщил с безопасностью. Ян закусил губу. Вот всегда так. Великий и загадочный Дуаньму Си, которого никто никогда не знал до конца, сейчас сидит перед ним и покорно извиняется, словно маленький ребёнок, которого поймали за шалостью. — Ты идиот! Я всего лишь хотел сказать, что сам могу о себе позаботиться! И о тебе, когда потребуется! Ради чего по-твоему я стал Отражением Души? Почему не хочешь дать мне шанс?! — Ты слишком шумный. — Снова собираешься уйти от ответа? — Всего лишь беспокоюсь. Неожиданно для него самого глаза Цзинхуа расширились, встретившись с ласковым взглядом серых напротив. — Потому что мне всегда есть до тебя дело. Больше, чем до кого-либо ещё. Пустая чашка в ослабевших руках улетела на пол и разбилась, заставив служанок за дверью вскрикнуть.