Каникулы в моей голове (Редактирование)

23 декабря — осталась неделя. -.- Утро.Птички поют. Темнота и красный рассвет. За окном метель и потухают фонари. Огонь в камине гаснет и становится холодно. Воздух морозный, но в тоже время теплый в доме. У камина на ковре спят Тэхён и Чонгук. В мысли приходит, что они какие-то собачки. Огонь горит вовсю и очень хорошо согревает. Тепло. По расчетам неба, сейчас был шестой час утра. Тэ разлепляет глаза, как будто по будильнику. Он чувствует на себе тяжелую руку, которая покоится на его талии. Омега еле-как приподнимается на локтях и еще сонным взглядом оглядывает комнату. Его глаза замечают около себя — спящего Чонгука. Улыбка расползается на губах, и рука тянется к малиновым волосам. Волосы приятные на ощупь. Но так долго продолжаться не могло и Тэ замечает, что Чонгук уже проснулся и смотрит на него. Теперь стоит, заметить, что они спали в одежде, (от автора: думали, что без нее, ну-ну, еще рано)), а надо бы было в пижаму, но вчера Чонгук настолько усыпил Тэхена, что он вскоре и сам вырубился не в силах сказать что-то. — Доброе утро! — ласково и одновременно борзо произнес Тэ Чонгуку. — Доброе, — он резко поднялся и оставил на щеке омеги еле заметный поцелуй. Тэ вскинул брови и оставил звонкую пощечину Чонгуку. Ему не понравилось, что творит с ним альфа. Но Чонгук держал себя в руках, так как такое обращение к старшим, просто не достойно быть таким! Тэ поднялся на ноги, сделал вид, что типо отряхнул с себя пыль, от только что дотронувшихся до него губ. Глаза ненависти и отвратительности, которые льются наружу. О да. вот так омега относится к своему истинному. Но на такие повадки, Чонгук лишь держит губы в тонкой полоске и смотрит на младшего. Тот уходит, а альфа поднимается на ноги и идет в другую ванную, так как видимо та, уже занята ИМ. Чонгук сейчас чувствуют гнев и ужасное чувство недовольства, а Тэ винит себя за то, что сделал. Как только Чонгук навестил душ, ему пришлось подняться в общую комнату, в которой уже вовсю переодевался в новую одежду Тэхен. Комната была разделена перегородкой, зачем смущать Юнги, правильно? Чонгук садится рядом с другом и что-то начинает с ним интенсивно обсуждать. Не прошло и пяти минут, а омеги стояли уже готовенькие. Но тут в комнату заходит Лонгвей. — Доброе утро, как спалось? — он смотрит на альфу, а особенно на Чонгука, который видимо по ЕГО МНЕНИЮ что-то сделал с Тэ плохое. Так как не сложно было догадаться, что этот омега все рассказал дедушке Лонгвею. Иначе бы зачем ему сюда идти и без стука??? Чонгук попытался опустить взгляд в знак понимания и принятие наказаний на себя за это, но гордость была выше. Поэтому он гордо, даже с высока, смотрел на дедушку-альфу без зазрения на совесть. — Доброе, спалось отлично. — безразлично ответил Чонгук. Соперничество между ними растет в эмоциональных статистиках, что не могло не радовать. — Это очень хорошо, — выцедил тот, — Но позвольте Вам сказать, что Ваша Комната уже готова. — кулаки чесались. — О? Правда? Тогда мы сейчас же переедем от них. — вмешался Юнги и показал головой на омег. — Комната справа, тринадцатая дверь. Ждем на кухне. — и ушел не посмотрев на омег. — Пошли, мистер Чон Чонгук! — заявил тяжело Мин и взял одну стопку одежды. Тот кивнул и схватив свою колонку, так как надо было что-то унести и подать вид, что весь такой из себя, вышел и пошел за ним отсчитывая комнаты. Так они перетаскали полкомнаты, в которой они жили день-два. — Чонгук, — обратился Мин, когда они переодевались на завтрак уже в своей комнате. — Чего тебе? — угнетающе спросил младший. — Я конечно все понимаю.- он прыгнул на двуспальную кровать. — Но, что-то случилось между вами с Тэ? — он знал, что возможно так и есть. — Случилось. — сделал серьезный вид альфа и опустился грустно на кровать к другу. А после он продолжил. — Сегодня утром, я проснулся от того, что его рука гладила меня по волосам. Это так кстати, приятно, — он слегка улыбнулся, вспоминая тот момент, — Ну и мы сказали друг другу " Доброе утро», а потом я его поцеловал в щеку. — Хах, растешь Чон. А чё не в губы-то? — с ухмылкой посмотрел Юнги на него. — Так ведь.Я постеснялся. — Постеснялся он. — передразнил тот, вставая и топая к двери. — Если он тебе не безразличен, то действуй. — Мы.истинные? — с непониманием спросил он. — Тем более!!! Раз вы так называемые " ИСТИННЫЕ», то начинай уже. — Правда сказать.я не так представлял себе все это. — он горько улыбнулся и подошел к Мину. — Ну, он тебе не подарок, как видишь ли, а я уж тем более, но зато, он очень добрый, милый, красивый, умный, заботливый омежка. Таких еще надо поискать! — он пихнул альфу в бок, выходя из комнаты. — Ха.только он не проявляет ко мне ничего такого. — с досадой произнес Чонгук. — Потому что он тебя боится. Как ты не понимаешь? Именно ЕГО доверие надо заслуживать с чистой совестью, и судя потому, как он на тебя смотрит. — Мин сделал вывод, — Ты ему и правда не отвратителен. — Хорошо, а теперь пошли завтракать. — они спустились вниз по лестнице. Завтрак. По середине стола стояла огромная сковородка, а в ней жарились ломтики свинины. Вся «семейка» уселась за стол и принялась за еду, не забыв поблагодарить и сказать спасибо, приятного аппетита. У каждого был набор из риса, овощей, морепродуктов (маленькие осьминоги и кальмары, и немного рыбы), а также кимчи * и ори.* Ну и еще палочки. Все ели с большим удовольствием и восторгом, как будто во рту две недели ничего не держали. Приготовленные продукты Джин-Хо, были превосходны. Трапеза подходит к концу, и Тэхен тянется палочками к последним кусочкам свинины. Ему очень приглянулся вкус и ещё бы очень хотелось научиться готовить точно также. Но зоркий взгляд Чона заметил это и скинул своими палочками, с его, кусок свинины. Тэ посмотрел на него с недовольством и попробовал еще раз, но опять также. — Я хочу взять это! — И я тоже хочу. — скомандовал альфа. Возникла искра — оба от небольшого удивления округлили глаза и выпали из реальности. Они увлечены куском свинины? Хорошо, Молодец Чон Чонгук. Под каким-то гипнозом, Тэ берет палочками кусочек и на удивление поднимается со своего места, и поддается вперед, и кладет кусок в рот альфе, что тот охотно открывает заинтересованный этим поведением. Второй кусок отправляется точно также, а после зубы сжимают палочки, не давая отпустить их. Тэ просыпается ото сна и пару секунд не понимает ситуации, просто смотрит непонимающе ничего, а потом садится медленно обратно с палочками и краснеет, открывая слегка рот, как рыба и бегая глазами по Чонгуку, что сидит перед ним. Альфа ничего не говорит, сохраняет улыбку и спокойствие на лице, хотя внутри все радовалось и кувыркалось. — Кто будет чай? — спросил Лонгвей разводя напряжение. — Я чай! — отозвался Чимин. — И я тоже с Тэ! — дружелюбно поднимая руку вверх сказал Чон. — А я буду молоко с клубникой! — отозвался Джин-Хо. — А мне пожалуйста, воды. — добавил в такт Юнги. — Я по-моему только про чай спрашивал! — он сложил руки на груди. — Ну дорогой.у всех разные вкусы, не обязательно же постоянно пить только один чай. — подмигнул его муж. И если бы он этого не сделал, то Лонгвей настоял бы на своем точно! — Хорошо, — он улыбнулся, — Но придется немного подождать! — он посмеялся и ушел на веранду делать напитки, которые заказали. Пока дедушка-альфа готовил, Тэ пришёл в себя. — Где же эта питьевая вода и клубника? — он перевернул весь холодильник уже по десять раз. — Хорошо, думаю Юнги будет не против, если я ему туалетной воды наберу! — обрадовался он. Но испугался за последствия потом. — Нет, лучше не надо. Лучше найду воду, чем потом за ним убирать или слушать его ворчания. — он сделал заказы и пришел обратно. Все поели, попили — остались на счастье довольными. — А кто посуду мыть будет? — спросил Джин-Хо. — Лонгвей. — сказали хором все и потихоньку уходили. — Я не посудомойка, чтобы столько посуды мыть! — съязвил он. Кто остался на кухне, те молчали и не знали, что сказать. — Я помою. — поднял руку Тэ. — А ты точно справишься? — неуверенно подошел дедушка-альфа к нему. — Справиться, если я ему помогу! — улыбнулся Чонгук, и подойдя опустил руку на плечо омеги. Омежка почувствовал уверенность в себе и защиту. — Да. Вместе, — он посмотрел на Чона, а потом на Лонгвея, — Мы справимся, можешь рассчитывать на нас! — Ну не знаю. — скептически протянул он. — Я не против. — отозвался, уходя Джин-Хо. — Ну, хорошо. Вы можете помыть посуду. — одобряюще кивнул он и вышел с кухни.

***

Парни стояли около раковины и мыли посуду. Ну, как мыли.Тэхен мыл, а Гукк протирал тряпочкой и ставил по местам. Работа была очень кропотливая, но они быстро делали её. Командная работа — поднимает дух, так сказать. Настроение у обоих на высоте, но как-то по рукожопству Чонгука, Тэ прилетает тряпкой по щеке. Чонгук так вытирает их, а в следствии этого, остался временный красный след от мокрой тряпки. — С-с-с-с. — прошипел он от неприятностей и прижал мокрую ладонь к ней. — Извини, случайно вышло. — он взял тряпочку в другую руку. Чон погладил истинного по голове, тем самым утешая. — Будь внимательней в следующий раз. — наставляет он, и смутившись убирает руку с себя. — Хорошо. — соглашается покорно Чон. Но думает, что омега сам виноват. Нечего было стоять около него, Чон Чонгука. Мальчики закончили свои дела с этой посудой, и Тэхен на конец вытирает руки о полотенце. А на выходе Чонгук сдерживает желание не поцеловать омегу прямо тут. У него есть планы на него, большие планы, о которых еще девственный омега, у которого не было еще течки и, которому шестнадцать лет, совсем ничего не подозревает. Прошло 3 часа. Сейчас идут вовсю приготовления.Обед. — Чонгук, иди помешай! — командует Джин-Хо. — Хорошо. — уже мешает. — Чонгук, иди нарежь лук и морковку. — командует Лонгвей. — Иду. — и он тут как тут. — Чонгук, помоги мне. — просит Тэ. — Не жалуюсь. — говорит он, то чего не хотел. — Сюда, Чонгук. — Чонгук, сходи за тряпкой. — Вымой грязную посуду, ничего не осталось из чистой. — Отойди, мешаешь!!! — Чонгук, убери руки. — Чонгук, приготовь рис. Бедный Чонгук, голова кружится. Он уже начинает бредить от такого переизбытка. Через каждые пять или две минуты его постоянно зовут. Что-нибудь, да надо. Енто просто нивазьможьно. — Я устал. — жалуется он, в который раз моя посуду. — Не ной! Ты мужик или омега? — вопрошает дедушка-альфа. — Скорее первое, чем второе. — он устало моет посуду. Раз так сложилось, то на помощь приходит принц на белом голубе и целует Чонгука в щечку. У него сразу же появляется бодрый вид и никакой усталости. Магия, не правда ли? — Давай еще немножко и ты точно будешь тут самым настоящим альфой! — улыбается Ким своей квадратной улыбкой ему. Тот в свою очередь сдержаться не может и отвечает тем же. — Хорошо, вишенка. — на что к щекам Кима приливает румянец. Приготовления закончены. Но всем четверым было очень уж интересно, почему ЮНГИ И ЧИМИН им не помогали совсем? Если они не помогали, значит были заняты. Но не подумайте про это, они делали уборку в книжном шкафу. Так сказал альфа. Занять места за столом не составляло труда, но стоило сесть, как на телефон Тэ поступает вызов. Он запускает руку в карман фартука и достает оттуда телефон. Тэхен смотрит на вызов и видит: Папа Отвечать на взгляды других не пришлось. Они сами узнали голос в трубке. Ким сделал громкую связь, чтобы смогли говорить все, а не по очереди, деньги на телефоне закончатся. — Привет, папа. — здоровается Ким с ним. — Привет, сынок. Как ты там? Что у Вас происходит? — интересуется он. — Все хорошо. Мы такие молодцы. — Что такое? — Только что справились с приготовлениями для обеда и уже хотим садиться обедать. — А-а-а, ну все ясно. — на том конце слышится смешок отца и Тэ улыбается, как маленький. — Там отец? — спрашивает сын. — Да, Тэ, это я! Как ты там? Никто не обижает тебя? — было хорошо слышно, как отец волновался на том конце провода. Чонгук понял, что это как раз предназначалось именно ему и показал жестом Тэхену, чтобы тот сел к нему. Ким не задумываясь пересаживается со своего места к нему на колени и продолжает разговор, а альфа кладет ладони на его бедра. — У меня все хорошо, как и у других. — совершенно спокойно произносит он, улыбаясь. — Нет, мистер Ким, я его не обижаю! — вмешался альфа. — Мы с ним хорошо и очень хорошо ладим. — Чонгук начал развязывать фартук на омеге. — Меня напрягает — это " очень хорошо «. — его тон радикально поменялся и на связи появился Шиён, чтобы не случись чего плохого. Но все в порядке. — Что на обед приготовили? — спросил уже Шиён. — Суп, рисовые сладкие пирожки, рыба с рисом и зеленый чай. — ответил Джин-Хо. — М, да у вас там целый пир будет! — радостно произнес он, — Ну, тогда приятного Вам аппетита! — Спасибо! — хором. — А как там мои родители? — спрашивает поддавшись вперед Юнги. — Да, и как мои там тоже? — интересуется Пак не отставая от своего альфы. — Ой, да все хорошо. Работаем вот, нету времени на отдых и на еду. — Сынок, ты должен кушать в таком положении! — дал совет его папа. — Хорошо, папа, я буду кушать, но работа для меня также важна, как и Вы! — из трубки так и веет теплом. — Смотри сам. — ответил Джин-Хо. В этот момент, когда Чон услышал слова «в таком положении», он решил спросить, что случилось с Тэхеновым папой: — Тэ, — шепотом спрашивает он на ухо. — Что? — также шепотом спрашивает он. — Что с твоим папой? — он снял и убрал фартук с него. — Ты о чем? — не понимал он. — Ну, Джин-Хо-Хен только что сказал, что он в положении. — шею Тэхена опалило горячее дыхание альфы, и он нервно забегал глазами. — А.это. Он беременный. У меня братик будет! — улыбается он и повернулся. — Хах.а я замечал это, но не думал, что это именно так. — улыбается альфа в ответ. — Вот так вот. — Это здорово, что он беременный. — выявил с гордостью Чонгук. — Это точно! — Тэ слез с него и сел на свое место, так как разговор по телефону закончился. Как и сказал дедушка-омега. обед состоял из вышеперечисленных продуктов. Он был достаточно вкусным и приятным, и к тому же очень сытным и питательным, но кому как. Чимину с Юнгу — было вкусно, Джин-Хо и Лонгвею — тоже ничего, а Тэ — нормально, что уж там с Чонгуком, он вспоминал все ужасные моменты, которые были связанны с этими приготовлениями, и к слову аппетит стал куда-то улетучиваться, но быстро заметивший это омега подмигнул, и Чон засиял. Тэхен очень действенно на него влияет. Как магнит, как вода или воздух, как энергия жизни или, как наркотик. Его запах дурманит ему голову. Превосходное чувство. Да и наша Вишенка уже начинает замечать тоже самое. Как хорошо, что они есть друг у друга. Друзья — навеки. Вечер. Время — 18:30. На улице ровно — 23. Идет снег большими хлопьями. Джин-Хо и Лонгвей остались дома смотреть фильм вдвоем, вот же ж хитрожопые дедули, а мелких выпихнули на улицу, чтобы те в свою очередь, в магазин за покупками сходили, чтобы от друг друга не на шаг не отходили и держались вместе, не искали неприятностей на свою пятую точку.Поэтому отправили всех. Перед выходом они хорошо и тепло оделись, чтобы не замерзнуть, взяли денег на продукты, список и вышли. Все шло просто по маслу. Друзья шли по улице. А по улице шли бесчисленные толпы людей и, как на зло шли на них. Это доставляло дискомфорт, так как побитым никому не хотелось приходить обратно и вопросов соответственно хотелось бы поменьше или же совсем обойтись без них. Когда компания прошла густую толпу людей, они оказались на другой улице. По меркам Тэ и по его так сказать, нарисованной карте, по которой они должны придти к тому самому магазину, в который им нужно, они вышли на не понятную дорогу благодаря этому, но все было прекрасно, правда Тэ навещали плохие мысли, но он старался их выкинуть или же забыть на время. Юнги с Чимином ушли далеко вперед, а сзади них топал Тэ. Между домов были длинные темные и на вид страшные закоулки, в которые им бы лучше не соваться. Чонгук считал ворон и думал о своем рассматривая различные снежинки, которые ему попадались, поэтому он и не заметил, КАК КАКОЙ-ТО АЛЬФА схватил за руку бедного Тэ и затянул за собой в промежуток между домами. Альфа схватил его за запястье и прижал собой к стене. В глазах бедного омеги был страх, его глаза округлились, и он открыл рот, чтобы закричать, что есть мочи и позвать на помощь, но этот хищник закрыл ему рот рукой. Ким стал дергаться и мычать. Ему не хотелось, чтобы его тут здесь и прямо сейчас. Парень убрал руку с его рта и заткнул Тэ поцелуем, чтобы тот не орал и не привлекал никакого внимания. Омега начал рыпаться, жмуриться, сжимать кулаки в перчатках, но ничего сделать не смог, так как тот его держал на мертво не давая никаких попыток сбежать, но омега кому попало не ведется и на поцелуй отвечать не собирается. Насильника это очень взбесило, и он разорвал поцелуй и сказал: — Ах ты сучка, я тебе сейчас такое покажу. Попробуй мне тут только по выгибайся, сволочь. — он говорил с таким ужасным видом, что Тэ было очень больно слышать такие слова, так как не его альфа, но все же незнакомый и так плохо думает о нем. Его будто в грязь лицом макнули, а еще ему было тошнотворно, когда этот ублюдок стал расстегивать ремень на брюках омеги и стягивать их до колен вместе с боксерами. Бледная молочная кожа покрылась мурашками, на улице все же не лето. Альфа сделал тоже самое и со своими штанами. Тэ мог заметить, что от него ужасно, даже не ужасно, а тошнотворно пахнет брусникой. Это ужасно не приятно, а все потому, что он с детства не любит это варенье пить во время простуды. Его после этого варенья с чаем ужасно выворачивало, что вспоминать не хочется. Альфа развернул его животом к стене, и разводя две половинки ягодиц приставил к анусу головку члена, и слегка нажал. Рот омеги к счастью был открыт, поэтому ему было совершенно не трудно закричать от боли, которую он почувствовал, а из глаз потекли слезы ненависти и отвращения, но он все также не мог ничего сделать. На что сразу же реагирует Чонгук услышав родной голос и того, кого потерял из виду.