Мое милое исчадие ада

      Криста решилась позвонить «сильнейшему» только через пару дней.       Как раз было субботнее утро, и намекнув на сильную занятость в офисе, Эрен улизнул из дома, оставив присматривать за хозяйством собственную мать. Набирая оставленный ей Аккерманом номер, Ленц едва была в состоянии унять охватившую её дрожь. От мысли, что она могла не дозвониться, либо сам «сильнейший» бросит рубку на попытке дозвона, ей становилось немного не по себе. Впрочем, Леви ответил ей не сразу и по тому, как звучал его голос, Криста сделала вывод, что он был чем-то недоволен, либо она его только что разбудила, ведь имея привычку дебоширить по ночам, он и его команды зачастую отсыпались только днем. Да и отвечать на незнакомые номера ему не очень нравилось, хотя бы потому, что таким образом можно было нарваться на кого-то из бывших врагов, либо представителей военной полиции.       Узнав его голос, Криста с замирающим сердцем напомнила ему о собственном существовании и, сообщив о фотосъемке в студии Фарлана, с нетерпением стала ждать его ответа, словно долгожданного вердикта, после которого должна была решиться её судьба. Придя в себя, Леви принялся перебирать по памяти всех своих знакомых, с которыми мог видеться у Черча и, вспомнив о белокурой крошке, которая позволила им обоим себя трахнуть, ни капли не пожаловавшись на их ненасытность, невольно оживился, находясь в предвкушении новой встречи. А то ведь он уже начал о ней забывать…       Теперь его голос звучал намного любезнее, чем во время утреннего приветствия. И договорившись с нею встретиться где-то во второй половине дня, когда он окончательно проснется после вчерашней гулянки, без лишних слов выключил телефон, продиктовав ей свой адрес. И уверенная, что у неё получиться покинуть дом незамеченной, Криста слегка разочаровалась в собственной самоуверенности, узнав, что мачеха осталась на хозяйстве, а Армин даже не думал уходить на прогулку, переустанавливая на своем компьютере какую-то программу.       Конечно, мать Эрена хотела, чтобы она вечно торчала дома, не в состоянии ничем себя занять, но она не собиралась идти ей вечно на уступки. В конце концов, у неё уже есть своя личная жизнь и она не намерена целыми сутками торчать в четырех стенах.       Бог весть каким образом ей удалось уговорить Армина ничего не рассказывать Карле Йегер и заручившись его поддержкой, она незаметно выскользнула из дома, заявив, что идет в гости к одной из своих подружек. Накануне Эрен приказал Арлерту присмотреть за его сводной сестрой и по возможности никуда не выпускать её из дома, но не в состоянии оказать на Кристу надлежащего влияния, подпав под её критику, был вынужден ей уступить, в очередной раз почувствовав собственную беспомощность.       Как ни крути, Криста таки добилась своего. И «расправившись» с последним препятствием к мечте в виде замешкавшегося у дверей Арлерта, она уже шагала по улицам Стохесса, подумывая о том, чтобы вызвать такси. Дом, где жил Аккерман, находился на противоположной части города и чтобы добраться до него, ей пришлось потратить немало времени, поделившись с таксистом своими последними «сбережениями», основную часть которого составляла сумма, врученная ей Фарланом по окончанию эротических съемок.       В районе, где жил Аккерман, обстановка разительно отличалась от того, что ей приходилось видеть. В лучшую сторону. Во всяком случае отчаянной путешественнице так показалось, едва она покинула пределы автовокзала, расположенного в замусоренном квартале перенаселенной части города. Дом «сильнейшего» воина человечества, о котором местное население и принимавшие участие в построении коррупционных схем с Разведкорпусом дельцы, слагали легенды, находился в лесистой местности, где даже сам воздух, насыщенный запахом хвои, имел совсем другой аромат. Кругом, куда ни посмотри, красовались ухоженные лужайки и цветочные клумбы, что указывало на любовь хозяина к чистоте и порядку, чего нельзя было, на первый взгляд, сказать о нем самом, ведущем довольно странный образ, которые вряд ли ассоциировался у окружающих с какой-то стабильностью и адекватностью в целом. И остановившись после недолгих блужданий напротив ворот ухоженного и выстроенного на «откаты» с бюджетных денег, выделяемых из королевской казны на нужды Разведкорпуса, добротный дом, у Ленц успело сложиться за это время свое собственное мнение о его обитателе, разительно отличавшееся от того, что думали о нем ближайшие соседи, предпочитавшие обходить это жилище десятой дорогой.       Пожалев, что на ней не было надето ничего по-настоящему шикарного, Криста в какой-то момент засомневалась во влиянии собственных чар на этого человека, но подумав ещё немного о ситуации, в которую попала по собственной инициативе, внезапно улыбнулась, прекрасно отдавая себя отчет, что в данный момент Аккермана интересовало только её тело, а не шмотки, в которые она было облачена, что являлось правдой лишь отчасти. Нажав на кнопку звонка у входа в высокое здание, Криста прождала появление «сильнейшего» недолго. И едва она, решив, что он снова заснул и попросту не слышит, что к нему пришли гости, попробовала снова позвонить, калитка возле ворот неожиданно открылась и окинув гостью неоднозначным взглядом, предложил пройти на веранду, закрывая за ней двери. Обрадовавшись столь радушному приему со стороны Аккермана, Криста переступила порог, вмиг очутившись на территории прилегавшей к дому аллеи.       Как выяснилось позже, из него получился вполне вежливый и почти благовоспитанный хозяин, привыкший принимать у себя всех тех, кто имел доступ не только к его телу, но и к самой душе и, проводив Ленц на террасу, где был установлен стол с какой-то странной снедью, с фразой: «Присажуйся», (да, именно так и сказал; не «Присаживайся», а «Присажуйся», как любили говорить уроженцы Подземного города, не привыкшие особо заморачиваться насчет правильности произношения определенных слов в силу собственной малограмотности), указал на специально подготовленное для неё по такому случаю кресло. Поджав губы, Криста шагнула в центр террасы, стараясь выполнить распоряжение «сильнейшего», однако стоило ей расположиться за столом, как последовав её примеру, Леви неожиданно подмигнул в сторону нехитрых блюд.       — Я уже давно хотел пригласить тебя на свидание, — небрежно бросил Аккерман, подхватывая со стола один из пакетиков соленых орешков. — Ну, пасотреть на тебя, поговорить и пообщаться...       Последнее предложение он специально произнес таким тоном, разграничивая значение двух похожих по смыслу слов, ибо если под фразой «поговорить» в Подземном городе подразумевался чисто сам процесс общения с представительницей прекрасного пола, то в выражение «пообщаться» вкладывался смысл уже более приземленной с ней взаимодействия, суть которого объяснять искушенному читателю не имело смысла. И тотчас перехватив озадаченный взгляд Ленц, которую употребление этих двух слов почему-то так некстати насторожило, дабы преодолеть возникшее ощущение неловкости, на миг повисшее в атмосфере августовского дня, Леви подмигнул ей в сторону накиданной на столе где попало упаковки еды для школьников и студентов:       — Угощайся... Вон чипсы, орешки.       — Это пиво? — не без иронии осведомилась Ленц, с подозрением принюхиваясь к заполненному до краев пластмассовому стаканчику безалкогольному напитку, который поставил перед ней Аккерман, даже не поинтересовавшись её предпочтениями в питье.       — Ну, да, — равнодушно бросил он, желая поскорее составить ей компанию в поедании снеков. Сам Леви пить нагревшееся от жары пиво, разумеется, не стал и налив себе немного остуженного белого вина, безо всякого тоста опрокинул все это в себя, закусывая пойло засохшими сухариками.       — А у вас есть жена? — рискнула спросить у него Криста, понятия не имея, кто ему здесь все это готовит, раз он ест один сухой корм подобно домашнему животному.       — Нет, — чуть не подавившись сухариком, буркнул Аккерман. — А ты что, претендуешь?       Криста отрицательно кивнула.       За все время, что она просидела на продуваемой террасе, наблюдая за тем, как Аккерман ополовинивает бутылку с вином, лишь изредка закусывая чипсами и орешками, притронуться к пиву почему-то так и не рискнула. А когда в жидкость и вовсе упала невесть откуда взявшаяся пьяная оса, и вовсе отодвинув от себя злосчастный пластиковый стаканчик, она решила попросить у «сильнейшего» обычной воды, потому что пить в такую убийственную жару нагретое пиво почти приравнивалось к преступлению.       Во всяком случае, направляясь сюда, она надеялась наткнуться не только на радушный прием, но и на более-менее приличные закуски или хотя бы получить нормальное спиртное, как у Фарлана, но находясь в данный момент в гостях у Аккермана, а не Черча, у неё просто не было прав сетовать на то, что он отказывался угощать её едой, которая попросту отсутствовала среди запасов его съестных продуктов, заготовленных на неделю, не говоря уже о выпивке. Прослыв ещё той эгоистической особой, Леви привык заботиться только о самом себе, так и не научившись за все это время подстраиваться под вкусы гостей, угощая их тем, что ел сам, стараясь особо не перебирать харчами.       — А какого роста была ваша бывшая? — неожиданно осведомилась Криста, посчитав, что раз он был не женат, то наверняка встречался когда-то с девушками, а может, и до сих пор встречается, время от времени приглашая к себе на дом будущих эскортниц наподобие неё.       — Высокая, — отмахнулся Аккерман, неохотно вспоминая габариты прежней любовницы, которую ему удалось каким-то подцепить возле баре, расположенного напротив борделя, где его отряд, каждый раз возвращаясь из продолжительных экспедиций, круглосуточно заседал в кругу компании безотказных девчонок; сам же он пользоваться услугами бытовых шлюх, которых переимело пол-Стохесса, как-то брезговал, предпочитая трахать элитных эскортниц и моделей, зарабатывающих свой хлеб съемками в порно. — Под два метра где-то, — и заметив, какое странное впечатление произвели его слова на пораженную этим сравнением гостью, беззастенчиво добавил, воскрешая в своей памяти подробности давно минувших дней. — Помнится, во время прогулки по парку, расположенного на территории замка Разведкорпуса, чтобы её поцеловать, мне каждый раз приходилось взбираться то на какие-то камни, то на бордюры, выстроенные по периметру этого парка. А ежели никакого другого возвышения, помогавшем мне сократить расстояние во время общения с любимой, не попадалось в пути, со словами: «А теперь минутка нежности, дорогая», я теребил её за платье, намекая на продолжение лобызаний, и будучи в курсе, что я подразумеваю под этой фразой, она всегда шла мне на уступки, сгибая колени, лишь бы показать, насколько в меня влюблена, раз ради этого была готова постоянно приспосабливаться к особенностям моего роста.       И почувствовав инстинктивно, что Ленц хочет спросить, куда именно подевалась после всех этих встреч его девушка, дабы избавить себя от необходимости отвечать на её дурацкие вопросы, он неожиданно потянулся за бутылкой белого вина и, открутив на ней пробку, начал разливать по стаканчикам спиртное, предварительно вылив из емкости Кристы недопитое пиво прямо на землю, куда через пару минут слетелись осы, обитавшие в зарослях соседнего виноградника.       — А мы что так и будем пить из пластиковых стаканчиков? — прищурившись, уточнила блондинка, отчаявшись получить более вменяемую тару. — Бокалы есть?       — Я никогда не придавал этому значения, — спокойно отозвался Леви, стараясь даже не вспоминать, из чего ему приходилось пить воду во время проживания в Подземелье. — Тем более каким-то бокалам. Надо мне, я и со стаканчика пластикового выпью. Мне нормально будет.       Получив свою порцию спиртного, Криста смирилась с собственной участью и больше не приставая к «сильнейшему» с вопросами насчет праздничной посуды, на которой прижимистый Аккерман решил, по всей видимости, сэкономить, лишь не перемывать её по десять раз после визита гостей, попробовала выпить вино из злосчастного стакана, найдя вкус спиртного не таким уже и плохим, в отличии от пива, которое её герой-любовник по причине своей забывчивости не соизволил даже как следует охладить, чему осы, в чьем полку прибывало с каждой минутой, были несказанно рады, готовые обрушиться целым роем на засидевшихся возле веранды посетителей.       — Ну, давай, я, как мужчина, начну, — внезапно выдал Аккерман, не заметив, что его гостья уже давным-давно выпила свою порцию вина, и адресовав этот тост почти самому себе, выпил спиртное, наслаждаясь обстановкой, которую можно было сравнить разве что с условиями нашей Сахары, — таким сухим выдался сегодняшний день. И если бы Ленц была одета в более плотное синтетическое платье, то за время посиделок на крылечке наверное раз десять успела бы изойти телесным потом, негодуя по поводы жары.       — Такая вот у нас романтика, — насмешливо процедила Криста, оглядываясь по сторонам, — и не нужны нам никакие дорогие рестораны, театры…       — Да, все тут уже есть, — согласился Леви, которого от переизбытка вина уже начало клонить на повторный сон, так что если бы не болтовня его собеседницы, он бы вырубился прямо за столом, привыкнув засыпать на ходу, либо в кресле, расположенного в собственном кабинете.       — А кем ты работала до того, как приняла решение податься в модели? — уточнил у неё Аккерман, вспомнив о тех самых порнографических снимках, часть из которых хранилась в его домашней коллекции.       — Аскером, — утвердительно кивнула девушка, стараясь понять, что именно скрывается за неадекватным поведением Аккермана и почему он общается с ней как с дурой.       — И как это понимать?       — Бегала по Тросту с однокурсниками и собирала деньги, — простодушно ответила она, допивая из пластикового стаканчика вино.       — И что ты на них себе покупала?       — Пиво, — отмахнулась Криста, быстро сообразив, что надобно отвечать в подобных случаях, уводя разговор в иное русло.       — Любишь пивас? — равнодушно бросил он, вспомнив, как она побрезговала пить его запасы спиртного, кроме белого вина. Ленц утвердительно кивнула, надеясь встретить понимание с его стороны.       — Девочка-оторва, — хмыкнул он, вновь пригубив вино из своего стакана. И как только посиделки этих двоих подошли к своему финальному завершению, точнее их попросту заели осы, устав отбиваться от этих тварей, Леви отвел девушку в спальню, чьи стены и даже потолок украшали огромные зеркала, а посередине комнаты стояла кровать. Не дождавшись от своего партнера ни малейшего напоминания на интимную близость, Криста вдруг начала стаскивать с себя платье и продемонстрировав Аккерману собственную наготу, стала ждать, что он ей скажет, не торопясь пока что раздеваться сам.       — А как ты догадалась, что я уже дозрел? — поинтересовался он, скользнув изучающим взглядом по её фигуре. — Научилась смотреть сквозь одежду?       Вместо ответа Криста внезапно встала перед ним на колени и расстегнув «молнию» на его светлых брюках, не обнаружив, однако, под ними никакого нижнего белья, со знанием дела припала ртом к источнику своего наслаждения. Однако не прошло и пару секунд, как резко изменившись в лице, Леви грубо оттолкнул её в сторону.       — Тебе надо научиться поделикатнее обращаться с таким инструментом, дорогая. Зачем ты так бессовестно его терзаешь?       Проигнорировав замечание, Криста улеглась на полу, глядя на него снизу вверх. До сих пор ещё никто не ставил под сомнение её умение работать ртом. Аккерман оказался первым, кому не понравились её действия. И не привыкшая выслушивать в свой адрес критику от постороннего лица, она тотчас ему об этом намекнула, упрекнув в излишней придирчивости, однако не став почем зря тратить время на болтовню с нею, Леви поднял девушку с пола и зашвырнув её на кровать, приказал пошире раздвинуть свои ноги.       Интонации в голосе капитана Элитного отряда насторожили Кристу и немного испугавшись той безжалостности, сквозившей в каждом жесте Аккермана, почувствовала собственную неуверенность, как будто столкнувшись с чем-то необъяснимым.       — Поторапливайся, и не пытайся меня рассердить, — пригрозил он ей, срывая с себя брюки. — А то ведь я могу подумать, что ты хочешь именно этого.       Криста хотела была возразить, но размахнувшись рукою, Леви просто-напросто ударил ее. Вскрикнув, Ленц схватилась за щеку и с ошарашены видом на него посмотрела. Но одного удара оказалось для Леви мало и приказав ей стать на колени, вооружился ремнём, предварительно сняв его с собственных брюк. Скользнув взглядом по данному атрибуту одежды, Криста испытала прилив невероятного вожделения и довольно скоро покорившись Аккерману, стала на четвереньки, как он и просил. Даже не думая останавливаться, Леви хлестал её по ягодицам кожаным ремнем, заставляя девушку визжать и извиваться, пока её не охватило самое настоящее возбуждение. И намереваясь достичь вершин долгожданного экстаза, Криста в буквальном смысле этого слова начала умолять Аккермана поскорее ею овладеть. Сжалившись, наконец, над партнершей, он отбросил в сторону ремень и не особо церемонясь с перевозбудившейся блондинкой, тотчас притянул её к себе, без всякой подготовки насаживая её на свой орган. Вцепившись мертвой хваткой в светлые локоны Кристы, служившие ему своего рода уздой в этой «скачке» любви, Аккерман мгновенно оседлал блондинистую нимфоманку, задвигавшись с нею в одном темпе. И едва первая страсть сошла на нет, а к нему самому вернулась прежняя сдержанность, улегшись рядом с Кристой, он настроился на продолжение с ней незамысловатой и почти дружеской беседы. Неоднозначное поведение Ленц интриговало, но ещё больше его удивляла повернутость этой крошки на мазохизме.       — Почему ты даже не попыталась закрыть свое лицо руками, когда я начал тебя бить? — ни с того ни с сего поинтересовался он, поворачиваясь к ней. — Ты знаешь, что у меня такая сила удара, что к утру под твоими глазами могут запросто образоваться синяки. Природа, похоже, обделила тебя не только мозгами, но и элементарным чувством самосохранения.       В ответ Криста лишь ранодушно передернула плечами. Она никогда раньше об этом не задумывалась. Все, что занимало её мысли в подобные моменты, так это потребность в повторном испытании оргазма, а когда её начал бить Леви, болезненные ощущения помогли ей острее почувствовать собственное тело, о чем она поспешила поставить его в известность, стараясь не обращая внимание на то, какое впечатление могли произвести на "сильнейшего" её слова.       — Ну, раз это особенность твоего организма, — лениво изрек Аккерман, уставившись в поверхность зеркального потолка, — тогда мне придется бить тебя достаточно часто, чтобы ты завелась перед началом наших любовных игр. И, кстати, сколько тебе лет?       Несмотря на желание Ленц казаться взрослой и виды повидавшей дамой, Леви сомневался, что ей было настолько много лет, чтобы сравнивать её с опытной «жрицей» любви. Впрочем, сам этот вопрос показался ей настолько неожиданным, что совершенно забыв, что она говорила о своем возрасте в прошлый раз Фарлану, выдала вслух первое, что взбрело ей в голову.       — Мне — двадцать три, — неуверенно проронила она, надеясь, что «сильнейшему» такой ответ придется по душе. Но её ожиданиям, увы, сбыться было не суждено. Вместо того, чтобы согласиться с её позицией, Леви снова обрушил на неё удар, который пришелся в этот раз ей тоже в лицо, и слетев с кровати на пол, девушка испуганно на него уставилась, поправляя взлохматившиеся локоны.       — Что ты несешь, наивная сучка? — процедил Аккерман, вставая с постели и подхватывая её за волосы. — Говори правду.       — Хорошо, я все скажу! — выдала Ленц, зажмурив на миг глаза из-за неприятных ощущений. — Только не дергайте меня за волосы! На самом деле… На самом деле мне всего девятнадцать.       Однако судя по внешнему виду Аккермана, тот не шибко поверил её басням. И рывком подняв девушку с пола, он потащил её в ванную комнату, удерживая своей рукой её локоны. И едва они переступили порог этого помещения, вооружившись салфетками, смоченными каким-то кремом, он начал хладнокровно стирать с её лица тщательно нанесенный макияж, и продолжал это делать до тех пор, пока от него не осталось одно лишь воспоминание. Тщетно Криста пыталась вырваться из крепкой хватки Леви, обзывая его последними словами. Удерживая её так, как никто и никогда её не держал, он оставил девушку в покое, когда незамысловатая процедура по очистке лица от макияжа подошла к концу, влепив ей напоследок ещё пару затрещин, чтобы она ему не мешала.       — Ладно-ладно, я скажу свой настоящий возраст, раз уж вы так хотите его узнать, — взмолилась Криста, устав бороться с «сильнейшим». — В этом году мне исполняется восемнадцать и я должна пойти на второй курс.       Леви не знал, как отреагировать на подобное заявление. То ли убить её, то ли снова трахнуть. И как только она, воспользовавшись моментом его замешательства, принялась тереться о его сильный торс, стараясь лизнуть язычком его кожу, подхватив девушку в охапку, Леви вдруг отнес её на постель. А там, перевернувшись на спину, усадил Кристу на себя и заставив её на время превратиться в наездницу, продолжал свой маневр, пока обоих не накрыл мощный оргазм. При этом его лицо по-прежнему оставалось безразличным к происходящему. Криста поняла, что он кончил, когда в самый пик экстаза Аккерман с невероятной силой вдавил свои пальцы в её истерзанные бедра. Вскрикнув не сколько от пред экстатических ощущений, сколько от охватившей её тело боли, Криста не переставала удивляться, какой странный подарок послала ей судьба в лице «сильнейшего» воина человечества. И приготовившись пережить очередной приступ иррациональных ощущений, внезапно снова оказалась на полу, привыкнув немного к жестокости Аккермана. Не особо с нею церемонясь, Леви поспешил сбросить её с себя, как только с повторным удовлетворением низменных инстинктов было покончено.       — Я хочу еще, — взвыла распростертая на полу блондинка, не обратив внимания на его откровенно скучающий вид.       — А я нет, — отрезал тот, даже не пытаясь быть с ней любезным.       — Почему?       — Потому что в тебе больше не осталось ничего такого, что могло бы меня заинтриговать, — выдал он своим монотонным голосом, неторопливо натягивая брюки. — Я изучил тебя вдоль и поперек, и твоя личность с этого момента меня больше не интересует, кроме склонности к садомазохизму, но даже для такого пресыщенного извращенца, как я, это стало уже давно не в новинку.       — А то, что я без ума от вас, на это вам тоже наплевать? Позвольте мне остаться с вами и пойду на любое безумство, чтобы заново вас заинтересовать.       Так ничего ей не ответив, он по-прежнему продолжал стоять полуобнаженный рядом с кроватью, глядя сверху вниз на распростертую Ленц. Его лицо выражало всю ту же скуку и это никак нельзя было изменить. Раздосадованная его молчанием, Криста внезапно приподнялась с пола и протянув вперед свою руку, попыталась дотронуться до его ноги, но Леви отреагировал на её жест быстрее, чем можно было себе представить. И отвесив ей новую оплеуху, тем самым заставив её удариться головой о пол, приготовился услышать в свой адрес очередной шквал комплиментов от неугомонной любовницы.       — Циничный ублюдок! — В отчаянии закричала Криста, переходя с формального обращения на более личное. — Ты снова сделал мне больно!       — Но тебе ведь нравится, когда тебя бьют, — напомнил он об особенностях её организма, сохраняя прежнее ехидство. — Или ты успела уже обо всем позабыть?       Рассматривая Ленц, за это время он ни капли не изменился в лице, и заметив, каким леденящим душу взглядом он смотрит на неё, Криста внезапно разрыдалась, не понимая, что такие вещи не в состоянии оказать на Аккермана влияние и заставить его относиться к ней чуточку помягче.       — Ты начинаешь действовать мне на нервы, — мрачно проронил «сильнейший», затягивая на своих брюках ремень. — Пожалуй, мне пора выпроводить тебя отсюда. Я уже устал слушать твое нытье.       — Но раз ты не хочешь, чтобы я осталась, тогда позволь мне хотя бы изредка наведываться к тебе. Пойми, я не собираюсь навязывать тебе свое общество, но если ты разрешишь…       — Да я не сомневаюсь, что ты только и ждешь, когда я разрешу бывать тебе в моем доме, — окрысился на неё Аккерман. — С другой стороны, тебя можно было бы использовать как диковинку для моего отряда. Возможно, кто-то из ребят клюнет на извращенную малышку вроде тебя и получит море удовольствия, подвергая твое тело экзекуциям в стиле БДСМ. Идея с садо-мазо ему понравилась, и одарив Ленц на прощание неким подобием улыбки, напоминающую больше безжалостную ухмылку палача, он помог ей подняться с пола, уже более снисходительнее отнесшись к её слезам.       — Ладно, можешь приходить, только никаких потом жалоб, — напоследок сказал он ей, выпроваживая девушку из спальни. — Тебе придется работать по-взрослому и делать то, что скажут тебе другие. Надеюсь, ты принимаешь противозачаточные таблетки?       — Да, — кивнула она, вытирая слезы, — я принимаю с их момента поступления в колледж.       — Вот и отлично, — кивнул Леви, намекая на повторную встречу. — Придешь, когда я тебя позову.       Засиявшее от счастье лицо Кристы выражало теперь искреннюю благодарность. И даже не догадываясь, что предпринял по отношению к ней коварный Аккерман, намекая на встречи не только с его отрядом, но и с некоторыми лицами из Разведкорпуса, ещё долго не хотела покидать его дом, намекая на полуденный зной. Налив в пластиковый стаканчик ещё вина, Леви вновь задумался о том, зачем вообще позволил ей приходить к себе. И наблюдая за её повадками в перерывах между приемами спиртного, отметил, что за всю свою жизнь ему не приходилось видеть более удивительного существа, чем эта блондинка, готовая пойти на все, лишь бы добиться его расположения, которое выдерживали не многие.