Будка поцелуев.

Долгожданный отпуск, после напряжённого месяца чемпионата, кажется райским благословением. Артем лениво бродит по квартире и небрежно кидает вещи на дно чемодана. Буквально через пару дней после игры с Хорватией ему позвонил Черышев и пригласил провести часть отпуска с товарищами по команде в Испании. На юге страны, в курортном городке Марбелья у того своя вилла, куда он и собирает друзей. На вопрос о том, кто ещё приедет, Денис называет фамилии Головина, Смолова и туманно упоминает ещё каких-то «пару человек». Впрочем, форварду как-то по-барабану, он не прочь провести пару недель загорая на белом песке у океана, а кого там ещё притащит неугомонный Черышев — не его забота. Поверх шмоток Артём укладывает зарядку, документы и билеты, которые надо умудриться не проебать, а то накроются медным тазом его мечты о испанских пляжах. Дзюба заканчивает сборы за полночь, вылет назначен на одиннадцать утра, а значит он успевает выспаться перед утомительной дорогой. Скинув шмотки, мужчина устраивается на прохладных простынях, мечтая поскорее уснуть. В последнее время с этим у него затык. Стоит телу оказаться в состоянии покоя, как мозг тут же включает активную деятельность. Поэтому он так долго возился с ебаными вещами, всё что угодно, лишь бы не думать. Чувство тоски и неправильности пожирают его изнутри, но блядская гордость не позволяет что-либо исправить. Седьмое июля становится не только днём вылета из чемпионата, но и большим проебом в жизни самого Артема. Он отчетливо помнит, как ещё недавно его руки сжимали спортивное тело товарища по команде, а внутри разливалось тепло. Игорь не зря был капитаном. Звезда — вокруг которой вращается весь мир Темы. Его личное солнце, манящее и такое же обжигающее. Приблизишься и всё, пиздец, спасения не будет. Поэтому Дзюба решает держаться подальше. Пока они летят домой, делает дежурное селфи с капитаном, сухо пожимает руку в аэропорту и исчезает с радаров всех знакомых, пока его не выводит из состояния сомнамбулы звонок Дена. Он не был юным влюблённым мальчиком, нет. Взрослый мужик, который давал себе отчёт, куда могут привести подобные чувства. В ебучую пропасть. Дзюба не глядя бы шагнул в неё, но тащить за собой Игоря? Нет, он не посмеет. Проклинает себя и уже порывается встать, чтобы опрокинуть в себя пару стаканов коньяка, но одумывается и повыше натягивает одеяло. Слабину давать нельзя, ни на поле с соперником, ни в борьбе с собственным сердцем. Поворочавшись ещё немного, мужчина наконец затихает, окунаясь в тревожные сны. Утром носится, как угорелый, потому что умудрился проспать все будильники, это вполне в духе Артема. Хватает чемодан, закидывает телефон в карман и прежде, чем покинуть квартиру, на секунду задерживается у зеркала. Цепляет на губы привычную всем улыбку, как бы примеряя. Никто и не заметит изменений. А ему хочется блевать, потому что желчь, кажется затапливает желудок, легкие и что-то важное, там в подреберье. И хочется прочистить глотку, избавляясь от горечи и собственной слабости. Притворства —это не про него, но придётся учиться. Нахуй! Хлопает дверью и игнорируя лифт, почти бегом спускается с 12 этажа с чемоданом к ожидающему такси. Приходит в себя только когда крепкие объятия Дениса и Саши Головина, встречающих его в аэропорту, отрезвляют, и он улыбается, не зря репетировал. Возня в аэропорту, перелёт — всё смешалось в одну кучу. За столько лет в футболе, он привык не обращать внимания на формальности, к тому же, мыслями он был далёк от этой мишуры. Интересно, а где сейчас Игорь? Мужчине пока неизвестно, что ответ на свой вопрос он узнает так скоро, поэтому беззаботно закидывает сумку в багажник машины, удобно устраивается на заднем сидении и готовится ахуенно провести отпуск. — Сильно устал в дороге? — голос Дена вырывает его из мыслей. — Да не особо, а что, есть уже какие-то планы? — Артём смотрит в зеркало заднего вида и ловит лукавый взгляд друга. В уголках глаз собрались морщинки, а это означало, что парень улыбается. — Это пока сюрприз, — черт бы побрал этого массовика затейника с его сюрпризами. Иногда Артёму кажется, что Денис что-то подозревает. Уж слишком многозначительные взгляды он кидал в сторону Артема, когда тот «невзначай» касался капитана или пытался задеть Игоря дурацкими шуточками. Кажется, с тех дней прошла вечность. Дзюба растерял образ балагура, все больше погружаясь в себя. Спустя минут сорок езды по окрестностям Марбельи, Денис паркуется около двухэтажной виллы из светлого камня. На террасе Смолов о чём-то увлеченно рассказывает Зобнину и тот заливисто смеётся. — Темыч! — два великовозрастных остолопа несутся к нему и чуть ли не сбивают с ног, горячо приветствуя друга. — Мы тебя заждались. — Привет, мужики, — нападающий смеётся вместе со всеми. — Соскучились? — Очень, два дня без твоей рожи и белый свет мне стал не мил. — Смолов притворно заламывает руки. — Идиот. Вы тут че, всю команду собрали? — Не, только тех, кто не успел запланировать отдых. — парни переглядываются. — Ну пойдём, сам всё увидишь. Артём пожимает плечами и следует за друзьями внутрь дома. Сначала ему кажется, что палящее испанское солнце успело ему напечь голову за те жалкие, пару минут, что он пробыл на улице. Потому что то, что он видит, никак не может быть реальностью. В гостиной, на белом диванчике сидит Акинфеев и читает что-то. Это, блять, фантастика. — Привет. — голос не дрожит, уже хорошо. — Артём? — в карих глазах плещется неподдельное изумление. — Я думал, ты на сборах. — Взял пару недель передохнуть. — главное не с д о х н у т ь за эти недели. — Ты не против? — Конечно нет. — мягкая улыбка озаряет лицо шатена и Артем отзывается ответной реакцией. — Вали в душ, переодевайся, что тебе там ещё надо сделать, принцесса. Мы подождём тут. — Смолов по-хозяйски закидывает руку на плечи Темы и лыбится. — Хватит тухнуть, сегодня мы пьём. — Отъебись ты. — беззлобно ворчит Дзюба и следует таки указаниям друга. Он не меньше Феди хочет нажраться, только поводы у них, к счастью, не совпадают. Наебнулся его спокойный отдых. Артём бежит из душной Москвы, за четыре тысячи километров, в Испанию, но и тут его поджидает фиаско. Пока Дзюба принимает душ, голкипер в смятении бродит по кухне. Когда Денис пообещал «незабываемый» отдых, Игорь и подумать не мог, насколько тот будет прав. Эта странная взаимосвязь с форвардом возникла ещё во время отборочных. А потом на сборах, в перерывах между матчами они часто вместе играли в Фифу, обменивались книгами или просто безмолвно вечерами сидели в гостиной. Акинфееву было уютно рядом с большим и порой несуразным Артемом, тот часто, по-хозяйски, сгребал его в объятья или мимолётно касался плеча, во время тренировок. Поначалу это вызывало недоумение, потом Игорь думал, что просто такая манера общения у весельчака Артема. Чего совсем не ожидал, так это злости, когда товарищ по команде ненароком обнимал Головина или шёл пить пиво со Смоловым, вместо привычных посиделок с ним. Окончательно Игорь разобрался в своих чувствах лишь после матча с хорватами, когда в аэропорту Дзюба лишь сухо жмёт его руку и уходит с сумкой на перевес. А внутри разливается тоска. Черт, все должно быть не так. Но сил решать эту проблему совсем не остаётся. Игорь спешно принимает решение лететь в Испанию по приглашению Черышева, уповая на то, что нападающий сейчас на сборах и у них будет время разобраться во всем позже. Но «позже» не получается, когда оторвав взгляд от книги, Акинфеев видит знакомую улыбку на лице друга. Артём в Испании, привычно препирается с Федей, шутит, но в глазах чертовски видна усталость. Что тебя так гложет, Темка?! На корню прерывая все споры и отказы, Черышев тащит всех в парк аттракционов. Спокойный Игорь чувствует себя пенсионером на фоне беснующихся футболистов. Зобнин с Головиным спешат к тиру, а Федя тащит Артема в бар, Акинфеев решает присоединиться к последним. Нет, не из желания контролировать этих двоих, просто хочется нажраться к хуям, чтобы ебучая удавка чувств наконец отпустила. Дзюба приобнимает его за плечи и что-то говорит, пытаясь перекричать музыку, но мужчина чувствует только руку на своей коже. Место, где они соприкасаются, горит. Артём не отдаёт себе отчёт сколько же стопок алкоголя он в себя опрокинул, но когда Фернандес тащит его к очередным аттракционам, он лишь ржёт и пьяно плетётся следом. Где-то позади Игорь возится с Федей, который совсем в дрова и его начинает тянуть на приключения. Марио резко останавливается, отчего почти двухметровый пьяный мужик врезается в него. — Прости, бразильо. — здесь, в сердце земли, обласканном солнцем, после приличной дозы алкоголя Артему становится хорошо. И даже едкие мысли отступают. Марио кивает и тычет пальцем в сторону какой-то яркой хреновины. Дзюба приглядывается и снова громко смеётся. «Будка поцелуев» — гласит надпись на английском. А почему бы и нет?! Под протестующие возгласы Марио, что он имел ввиду сладкую вату, а не этот пиздец, Артём шатаясь идёт к кассе. Платит положенные десять долларов и заходит в будку. — Игооорь, — отчаявшийся бразилец срывается на крик. — Забери его, он совсем пьян. — Какого хера? — Акинфеев сгружает почти спящего Смолова на руки Фернандеса. — Где Артём? Марио указывает на будку и шепчет какие-то проклятия на своём языке, Игорь готов послать нахуй такой отдых и взять билет домой сию же секунду, но сначала надо вытащить одного пьяного долбаеба из будки. Оплачивает проход, лишь на мгновение опережая какую-то блондинку и под недовольные возгласы заходит в кабинку. Пьяный и недовольный Дзюба восседает на стуле и хмуро пялится на вратаря. — О, Игорек, а ты че тут забыл? Меня сейчас целовать будут, не мешай. — Артём, ты пьян, какие нахуй поцелуи? — Французские! Без поцелуя не пойду! — Пьянь, не ори. — Акинфеев закатывает глаза и берет за руку нападающего. — Тем, пошли. — Поцелуешь, тогда пойду. — упрямый форвард не желает уступать. Казалось, он испытывает садистское удовольствие измываясь над Игорем. — Черт с тобой. — В одно мгновение рассерженный мужчина преодолевает жалкие сантиметры тесной будки и целует горячие губы, пахнущие дорогим алкоголем. Оба вкладывают в этот поцелуй всё: боль, отчаяние, борьбу и страх. Артём больно кусает нижнюю губу, а потом зализывает ранку, ближе притягивая податливого мужчину. Он не верит происходящему. Этого не может быть, не в этой реальности. Они оба пьяны, в большей степени Дзюба, зажимаются в темной коробке аттракциона и вылизывают друг другу рты, как ошалевшие подростки. Когда воздух в легких заканчивается, Игорь слегка отстраняется и прячет лицо в изгибе шеи Артема. — Теперь мы можем пойти домой? — Да. — голос тихий и хриплый. — Но ты сегодня ночуешь у меня. Акинфеев смущается, но не спорит. Возможно им действительно пора перестать вести немую, никому не нужную борьбу и просто насладиться отпуском.