Слова

Я смотрела на видео, как человек рисует, И хотела плакать от той красоты, что увидела. Передо мной был Мастер, и он творил, образуя Новую мерность в картине двухмерного видео. Передо мной был Мастер, и кисть его так порхала, Как будто он был Суперменом, возможно, не с этой планеты. И я не знала, сколько труда и накала, Сколько энергии было в картине. На ней было лето. На ней были просто утки, просто горы, вода и воздух. Просто облака и закат, просто шуршала осока, чьи сухие лезвия ласкал ветер. Но то, как он рисовал — я даже не представляла, как это было непросто. Как это было ярко, как важно было для Мастера — влюблённого во всё на свете. Я знала, что рисовать так никогда не смогу. Знала, что мне не дано, и отдать свою жизнь рисунку мне слишком жалко. А Мастер стоял на пороге картины и одновременно — на берегу. Он мог бы быть везде, где захотел, со своей кистью и краской яркой. Такое величие, такой свет меняет даже слабые души И даёт им силы. Я всю жизнь ничего не делала и мечтала быть лучше. Я всю жизнь плакала и ничего ни у кого не просила. Я всю жизнь всё сама, Но так и не достигла величия ни в одном виде искусства. И сейчас я просто смотрела, как он рисовал — Мастер, который заполняет краской там, где пусто. И мне всё равно, что я никогда не стану Мастером, И всё равно, что он может то, что мне не под силу. Мастер, Мастер, прошу, сотри меня ластиком. И нарисуй новую — сильную, светлую и красивую.