...
Худощавый брюнет стоит перед раковиной в ванной, опираясь о нее своими слабыми тонкими руками. Только они помогали ему не свалиться в эту же секунду — ноги были уже не в состоянии держать тело. Тот же потрепанный парень, которому на вид около двадцати одного года, смотрит в свое отражение в воде, что успела наполнить раковину. Его дыхание сбито: то ли от долгой пробежки, с которой он буквально недавно вернулся, то ли от совсем недавних процедур. Он смотрел в свое отражение и видел то, что ненавидит больше всего - разочарование всей его жизни. — Ты жалок, — пробубнил парень с такой тяжестью в горле, будто истратил все последние силы на эти слова. Темные волосы вокруг лица намокли, в то время как затылок оставался сухим. С них медленно стекали капли прохладной воды, оставляя мокрые дорожки на впалой щеке. Парень смотрел в зеркало и единственное, что чувствовал в эту секунду, — жалость к себе, отчего в глазах стало неприятно жечь, а за тем последовали горькие слезы. Ему было так сложно смотреть на свое отражение и не плакать. Он глубоко вздохнул, нашел в себе последние оставшиеся силы и крикнул: — Ты не заслуживаешь жить! Выдохнув весь кислород из легких вместе с этой фразой, он окунул лицо в воду, закрыв глаза. Дышать было совсем нечем, но он ждал. Ждал, когда решится на последнее, но самое главное действие. Все, что ему нужно сделать — вдохнуть. Просто вдохнуть и все, что его тревожит или беспокоит, исчезнет вместе с ним. Он больше не будет помехой в этом мире, не будет дыркой на новых штанах и никогда не будет ненавистным синяком на безупречной коже. Всего-навсего один вздох, и все эти страдания закончатся. Так давай! Сделай это! Парень зажмурил глаза как можно сильнее, будто это поможет ему избежать боли и сотрет все его страдания за одно мгновение. Он сделал этот вдох. Один из самых глубоких вдохов в его жизни, а важнее — один из самых долгожданных. Почувствовав, как вода поступает к его носу, протекает к горлу, а после — к легким, он потерял контроль над собой. Его разум наполнился водой, и все затуманилось. Он не мог понять, были его глаза открыты или закрыты: темнота поглотила его. На мгновение ему показалось, что он вовсе не нуждается в кислороде, чтобы дышать. Но такого же не может быть, верно? Руки уже вовсе не держали брюнета; его голова, висевшая в раковине, — единственная опора в данный момент. Но он не смог — упал. Глаза закрыты, грудь неподвижна. Вердикт был вынесен самим же пострадавшим.
