Собственник

      На улице царила безмятежная тишина, лишь изредка прерываемая хрустом едва прикрывшего землю снега под ногами одиночных прохожих да шума проезжавших по 116-й улице немногочисленных машин. Полной противоположностью этому был восточный корпус Колумбии, где организовали вечеринку перед наступающими праздниками, а именно в спортзале. Музыка здесь гремела так, что стены едва не дрожали от этого.       Пирс, стоя возле витражного окна, оперевшись на парапет, созерцал кружащийся, будто в вальсе, падающий некрупными хлопьями снежок. Так забавно! Всего прошедшим утром он и видеть не хотел Хьюстон, но, едва зашёл в кабинет миссис Мюллер полчаса назад и встретился с этим давно полюбившимся взглядом зелёных глаз, как лёд в сердце дал трещину. Едва он посмотрел на неё, заглянув в прекрасные очи, в которых как будто теплился огонёк надежды, он не мог спокойно усидеть на месте. Вот уже десять минут он стоит здесь, недавно покинув спортзал, и вновь раздумывает над своими чувствами. «А может, всё-таки попытаться?.. Или нет?» — парень насупился. Как же сложно! Хьюстон вроде и предрасполагает к себе, но в то же время она может крайне негативно отреагировать на тот же самый вопрос, прозвучавший первый раз ещё в конце сентября. И как быть?       Джонсон тяжело вздохнул и, круто развернувшись, пошёл в спортзал.       Поморщившись от громкой музыки, парень прошёл к одной из скамеек, где сидел Бригс, и тяжело опустился на неё.       — Ты где был? — спросил тот, когда друг занял место.       — В коридоре, — отмахнулся он и отвернулся от Джона, будто показывая, что больше не желает разговаривать. Бригс просто пожал плечами, решив больше не докапываться до однокурсника.       Закончив изучать пол у себя под ногами, Пирс совершенно намеренно перевёл взгляд в противоположный конец спортзала, где находилось не меньше народу, чем здесь. Он тут же увидел её, свою «жертву», если её так можно назвать. Брилл грустно смотрела куда-то в пол, сидя совершенно одна среди остальных людей. Где были подруги — неизвестно. Но это Джонсона совершенно не волновало. Он по-прежнему продолжал любоваться ею: в чёрном, чуть выше колена, платье без бретель с узкой юбкой, украшенном стразами и пайетками, сверкавшими на свету, в таких же чёрных ботильонах на внушительном каблуке, а сама печальным взглядом провожавшая каждого проходящего мимо неё человека — такая грустная и кажущаяся всеми брошенная. «И такая красивая», — пронеслось в голове у парня. Хотелось подойти к ней и внезапно заговорить, несмотря на их своеобразный договор забыть о существовании друг друга, но… Но он всё же почему-то медлил, а почему — и сам не знал. Скорее, из-за того отказа, разделившего их взаимоотношения на «до» и «после».       — Приветик, мальчики! Не против, если я составлю вам компанию? — Пирс остался крайне недоволен тем, что кто-то посмел отвлечь его от созерцания своего предмета воздыхания. Джонсон перевёл взгляд на нарушительницу их спокойствия: брюнетка с шоколадным цветом глаз, со светящейся очаровательной улыбкой на чуть пухлых губах, одетая в красное, с чёрными узорами платье с рукавом на одно, правое, плечо — Моника Ричардсон — студентка с факультета изобразительного искусства. Пирс шумно выдохнул, стараясь держать себя в руках. Её только для полного счастья не хватало!       — Не знаю, у меня уже дама сердца есть, так что… — по-доброму отмазался от неё Джон. — Но вот Пирс свободен.       Джонсон нахмурился, сдерживаясь с намерением дать Бригсу в глаз. И кто сказал, что он свободен? Парень усмехнулся.       — Извини, но Джон любит пошутить. И крайне неудачно, знаешь ли. Я тоже занят, так что…       Моника, хмыкнув и смерив его недовольным взглядом, покинула их. Он самодовольно улыбнулся, оставшись довольным проделанной работой.       — Ты чего это? — удивлённо поинтересовался Бригс. — Сам ведь говорил, что она тебе понравилась…       Пирс лишь рукой махнул, типа отцепись, и вновь перевёл взгляд в противоположный конец зала. Перевёл, и волна злости и жгучей ревности накрыла с головой. Прямо напротив сидел чёртов Джейсон Эдвардс! Тот, с кем у него были контры в средней школе. Но чёрт с ним, пусть хоть до мозолей на пятой точке сидит, но так он строил глазки Брилл! Его Брилл! Руки сами собой сжались в кулаки, а взгляд серых глаз стал метать молнии, неотрывно смотря на Эдвардса, будто желая проделать в нём дыру.       Бригса всё больше и больше удивляли внезапные перемены в друге и он тоже посмотрел туда, куда и Джонсон. Парень как-то неоднозначно цокнул, увидев открывшуюся картину. Сразу всё стало ясно: бывший одноклассник навязчиво норовил обнять Хьюстон, которой это явно не нравилось. Однако девушка всё же сдалась и теперь сидела смирно, потупив взор в пол, чем и воспользовался Эдвардс, по-хозяйски обняв её.       Джон поморщился. Н-да, зрелище не из самых приятных. Но каково его другу? Бригс переводит на него взгляд: частое дыхание и сжатые в кулаки чуть ли не до побеления костяшек руки выдавали взвинченное состояние парня. Нужно что-то делать, иначе без плачевных последствий не обойтись.       — Ты так и будешь в нём дыру проделывать? — осторожно поинтересовался Джон, обращаясь к другу, продолжавшему прожигать Эдвардса взглядом.       А Пирс его не слышал. Он просто почти неотрывно смотрел в сторону Хьюстон и ненавистного бывшего одноклассника, явно положившего глаз на его девушку. Мозг призывал к действиям, но тело будто оцепенело. Он мог лишь смотреть, не решаясь на большее.       Однако брови парня быстро поползли вверх. Хьюстон встала со своего места и покинула спортзал, а следом за ней и Эдвардс.       — Куда это они намылились? — тихо проговорил Джонсон, следя за «парочкой», пока они не скрылись за дверьми. Встрепенувшись, он решительно поднялся со своего места.       — Ты куда это? — спросил Джон, видя, что друг намеревается уйти.       — Скоро приду, — небрежно бросил он и покинул спортзал.

***

      Пирс, нагло распахнув двойные двери, сразу же поймал «парочку» взглядом. Они стояли возле того самого витражного окна, где каких-то двадцать минут назад находился он сам. «Перечеркну я сейчас все ваши планы», — злорадно подумал парень, слегка прищурившись. Эдвардс и Хьюстон его даже не замечали. Ну ничего, это пока не замечают. Джонсон, нацепив наглую улыбочку, уверенным шагом двинулся к окну.       — Вы не против, если я составлю вам компанию? — спросил, встав здесь же, у окна, и, засунув руки в карманы джинсов, усмехнулся. — Или я вам мешаю?       — Да нет, стой, — раздражённо ответил Джейсон, метнув на него озлобленный взгляд. Пирс наслаждался тем, что помешал однокласснику. Только вот интересно с чем?       Джонсон вновь усмехнулся, в глубине души злорадствуя. Затем, улыбнувшись, слегка склонил голову набок, будто невзначай посмотрев на Брилл. Она пересеклась с ним взглядом и тут же опустила голову, смотря в пол. Парень отвернулся и удовлетворённо хмыкнул. Всегда, когда он на неё смотрел так же внимательно, как и сейчас, Брилл заливалась краской, даже в то время, когда они уже были друзьями. Но сейчас-то они не общаются и… И от этого было приятно. Может, это всё-таки что-то да значит? Джонсон вновь усмехнулся и перевёл взгляд на Эдвардса. Тот стоял злой, как собака.       — А ты чего такой раздражённый, а, Джейсон? — издевательским тоном поинтересовался Пирс.       — Не твоё дело, — огрызнулся парень, мельком взглянув на него.       — Вы знакомы? — препирательства нарушил тоненький голосок мисс Хьюстон. Джонсон на пару секунд вскинул брови: а он уж думал, что она так и будет стоять молчком.       — Ага, — довольно протянул он, улыбаясь, — мы одноклассники. Точнее, бывшие одноклассники.       — Век бы тебя не видеть, — злобно процедил Эдвардс и, видимо, совсем забыв про свою «жертву», быстрым шагом направился к лестнице, ведущей на второй этаж.       Пирс вновь улыбнулся. Странный. Если Джейсон действительно положил глаз на Хьюстон, то он совершил большую ошибку, оставив её наедине с ним. «И этим я сейчас и воспользуюсь», — решил парень, мельком взглянув на однокурсницу, снова старательно изучавшую пол.       — А чего это ты молчишь? — спросил он, внимательно глядя на неё, и усмехнулся, увидев, как девушка вздрогнула. Она испуганно посмотрела на него.       — Хочу и молчу, — тихо ответила Брилл.       — Отчего же это? Я, может, твой голосочек услышать хочу, а ты молчишь, — девушка тряхнула головой так, чтобы пряди волос, убранные за уши, закрыли лицо. И вновь Джонсон усмехается. Она всегда так делает, когда сильно смущена.       Пирс отстал от девушки, просто начав осматривать холл корпуса. Отвлечься его заставили шаги на втором этаже, приближающиеся к лестнице. Парень насторожился: наверняка это Эдвардс. Он думал недолго. Если сначала просто хотел помешать им словесно, то теперь в мозгу что-то щёлкнуло. Мимолётный взгляд сначала на Брилл, всё так же стоящую здесь, рядышком, а затем и на лестницу. Вот показались ноги спускающегося, нижняя часть тела… Решение быстрое и окончательное.       Пирс резко обхватил её лицо руками и чуть грубо поцеловал, прижав девушку к стене. Брилл вся напряглась, отчаянно пытаясь не размыкать губы. Видя хоть и такое слабое, но сопротивление с её стороны, парень шумно выдохнул через нос и нарочно прикусил ей нижнюю губу. Реакция оказалась мгновенной: девушка болезненно застонала, слегка приоткрыв рот, чем Джонсон и воспользовался, углубив поцелуй, изучая языком каждый сантиметр её рта. Хьюстон сдалась и лениво, затем чуть поживее зашевелила губами, соприкоснувшись своим языком с его и лаская, расслабившись и положив руки ему на талию. Стало жарко, а ещё этот чужой взгляд, который будто в нём дыру проделывал. Но Джонсону было плевать. Он сделал то, что хотел.       Пирс слегка отстранился от Брилл, глядя на неё. Девушка, закрыв глаза, как-то робко прижалась к нему, часто дыша. Обиделась ли? Возможно, но ведь сама виновата, что начала сопротивляться. Джонсон, прикрыв глаза, выдохнул и уткнулся носом девушке в макушку, вдыхая отдающий мёдом запах каштановых волос. Он по-прежнему чувствовал на себе этот колючий взгляд. Это точно был Эдвардс и, судя по всему, он не собирался уходить. Парень глубоко вдохнул.       — Пошли отсюда, — тихо сказал он и, ненавязчиво обняв однокурсницу, повёл её обратно в спортзал.

***

      Вот они снова в спортзале. Странно, но музыка с зажигательных хитов прошлого десятилетия сменилась на какой-то сопливый медляк. Пирс брезгливо поморщился, а затем тяжело вздохнул. Всего минута им потребовалась, чтобы вновь оказаться здесь, а он так не хотел отпускать хрупкое, прильнувшее к нему тело, пусть хоть и на такой маленький срок. Только сейчас он понял, что увёл наивную однокурсницу из лап Эдвардса не только потому, что бывший одноклассник являлся по натуре бабником, менявшим девушек, как перчатки. Была и другая причина, его собственная — просто из чувства собственника, потому что кто-то другой посмел позариться на его девушку, пусть хоть эта самая девушка считает иначе.       Брилл отступила от него, посмотрев прямо в глаза. Теперь в зелёных омутах не было и намёка на испуг или робость, лишь любопытство.       — Что это было? — тихо спросила она, испытующе смотря на него.       — Поцелуй, — Джонсон просто пожал плечами. Глупый ответ, но стало интересно, будет ли одногруппница спрашивать что-либо ещё. Она на секунду опустила взгляд в пол, а затем вновь посмотрела на него.       — Я в курсе. Но зачем?       — Зачем ты к нему полезла? — в свою очередь спросил он, скрестив руки на груди.       — А это имеет значение? — парень скептически поднял бровь. Хьюстон вздохнула. — Честно? Он мне понравился и…       — Ясно, — слегка нахмурившись, перебил её Пирс, пытаясь унять разыгравшуюся внутри бурю от этого ответа. — Чтоб ты знала, он не такой замечательный, каким кажется на первый взгляд.       Девушка несколько смутилась, на мгновение отведя взгляд в сторону, а затем снова смотря на однокурсника.       — Спасибо, — она едва заметно улыбнулась. Пирс как-то неоднозначно хмыкнул и уже развернулся, чтобы уйти. — Но это ведь не только из благих побуждений, так?       Джонсон вновь повернулся к ней, внимательно глядя на неё. Взгляд зелёных глаз, помимо любопытства, теперь приобрёл и вопрошающий, выжидающий оттенок, но по-прежнему оставался мягким.       — Это так заметно? — парень насупился, потерев переносицу. Брилл слегка улыбнулась.       — Не знаю, но… Просто я слишком хорошо тебя знаю, — она приблизилась к нему, встретившись с его взглядом. На губах появилась нежная и в то же время немного смущённая улыбка. — Ты ведь от меня так просто не отстанешь, да?       Джонсон удивлённо смотрит на неё, не зная, что и думать. Уверенность, которая была в холле, как ветром сдуло. Хьюстон всегда любила заводить его в тупик. И этот раз не стал исключением.       — Собственник, — продолжая улыбаться, говорит она и, встав на носочки, обнимает его за шею, смотря в глаза. Парень уже на автомате кладёт руки ей на талию и, сомкнув их за спиной, прижимает к себе. Однако он чувствует себя несколько не в своей тарелке, а сердце гулко бьётся в груди. Он не думал, что всё пойдёт дальше того, что он сделал в холле назло Эдвардсу.       — Что-то хочешь мне сказать? — Джонсон усмехается. В их сторону уже начали коситься другие студенты. Чёрт бы с ними! У них тут своя «свадьба».       — Я люблю тебя, — тихо, едва слышно сказала девушка, немного стушевавшись и робко воззрившись на него. Губы расплываются в довольной, победоносной улыбке.       — Как же я давно этого ждал, — прошептал он и почти невесомо коснулся губами её лба, а Брилл улыбается, чувствуя, как сердце быстро забилось в груди, а ноги стали ватными. Пирс зарывается носом в волосы девушки, ощущая, как сладковатый аромат дурманит голову. — И я тебя люблю, малышка, — проговорил он и вновь нежным поцелуем примкнул к манящим губам, думая, что не зря он всё-таки помешал Эдвардсу и теперь уже его девушке.