little idiot

За последний час Ален успел накрыть стол в обеденном зале, настроить приглушенный свет и занавесить все портьеры. Ни одна капля света из внешнего мира не проливалась на темные скатерти столов, с которыми рьяно конкурировала молочного цвета посуда. Во главе расцветала ваза с фруктами, где главное место занимал рассыпавший свои грозди виноград. На каждой тарелочке для гостей находилась декоративная салфетка в виде конверта, из которого выглядывали отполированные столовые приборы. В глаза бросались изысканные блюда, раскинувшиеся практически на весь стол. Здесь и говяжья вырезка, томленная в грибном соусе с бурбоном, и хрустящая курочка, запеченная в духовке, и картофель, покрытый пармезаном. Рядом закуска из баклажанов, кустики зелени с каплями оливкового масла, блюдца с салатами из запеченных томатов. Ален даже успел приготовить мятно-шоколадный пирог. Он всю жизнь отличался легкой педантичностью, возможно, из-за положения своих родителей, а в частности, отца, который и научил его как ведению бизнеса, так и ведению хозяйства. Образ матери в его детстве отсутствовал. Она то задержится за границей на «особо важных мероприятиях», то устроит скандал и попытается вывезти все вещи из дома, притянув полицию. По словам отца, эта женщина никогда не хотела создавать семью, а тем более оставаться рядом и уделять ей время. Своего сына мать будто не замечала, дома говорила о нем в третьем лице, а вне его стен даже не упоминала. Отец же относился к Алену с вниманием и заботой, постоянно учил новому и оберегал от всего плохого. Обиды на мать у мужчины не было, скорее всего, он это просто перерос, вырезал из памяти все моменты с ней, чтобы не было желания насиловать свою психику. В дверях раздался звонок, Ален с легкой улыбкой пошел встречать своих гостей. — Ален! Сколько времени мы не виделись? Два года уже прошло, ничего себе! – заговорил звонким басом один из мужчин и тут же набросился на Алена с объятиями. Это был Джон, когда-то они учились вместе, а теперь встречаются время от времени, если возникают проблемы с деньгами. Двое других мужчин скромно пожали Алену руку и принялись осматривать шикарный вестибюль. Санти и Дарио, братья близнецы из Италии, строят бизнес на мелких клубах для чернокожих с нетрадиционной ориентацией. — Насколько мне известно, по правилам этикета даму нужно пропускать вперед, мальчики, – женщина в облегающем шелковом платье цвета изумруда недовольно закатила глаза. – А ты прекрасно выглядишь, Ален. Думала, тюрьма людей меняет в худшую сторону. — Спасибо, Ливия, но в следующий раз не думай так сильно, кажется, я снова вижу морщины на твоем лице, – Ален сказал это с наигранной встревоженностью, а трое мужчин рассмеялись. – Что ж, прошу, располагайтесь, а мне позвольте отлучиться на пару минут. Ален проводил гостей к столу, а после поднялся в спальню к Тиму. Открыв дверь в комнату, он увидел Тима в том самом костюме, что оставил ему с утра. Парень лежал на кровати и прижимал к груди подушку. — Эй, малыш, вставай, покажи мне себя, – Ален скрестил руки на груди и ждал ответной реакции младшего, который нехотя повернулся и присел на краю кровати. – Прелестно выглядишь. Тим взглянул на него с полными грусти глазами и тихо проговорил: — Мне некомфортно. — Не нужно стесняться, тебе очень идет этот наряд. Просто будь рядом и помни о том, что я сказал тебе. Пойдем, уже все заждались, – мужчина приободряюще похлопал Тима по плечу, заставляя встать, а затем провел рукой по коротенькой юбочке платья, за которой прятались упругие ягодицы. — Не надо, Ален, – парень повернулся к нему лицом, руками схватившись за края юбки. Алена явно не устраивали отказы. Разочарованно вздохнув, он медленно поднялся и сделал шаг в сторону Тима, который от страха бегло попятился назад. — Не зли меня, малыш, тебе же хуже. «Ален, не надо! Не надо, Ален!» Я буду трогать тебя где захочу и когда захочу. Это понятно? – мужчина притянул парня к себе за талию и, наклонившись к шее практически вплотную, языком провел от ее начала до впадинки под нижней челюстью. Тиму не то чтобы не нравилась такая наглость, а скорее смущала в нынешнем положении дел. Все действия мужчины он ощущал гораздо сильнее, в его крепких руках он чувствовал себя таким ничтожным, таким крохотным, будто его уменьшили до размеров мыши. Дыхание Алена так приятно разливалось по коже, что бессознательно хотелось съежиться и заскулить от удовольствия. Оставаться неподвластным у Тима не получалось, предательски выдавала дрожь, а рука невольно цеплялась за плечо мужчины. Отстранившись от шеи, Ален напеваючи прошептал на ухо: — Нехорошо заставлять гостей ждать. Под легкой эйфорией от сего действия, Тим покорно поплелся за мужчиной, который сейчас, кажется, был в хорошем расположении духа, а может, просто натянул маску доброжелательного господина. Спустившись к обеденному залу, Ален притормозил, драматично положив руку на сердце: — Прошу извинить за долгое отсутствие, надеюсь, это сможет загладить мою вину, – мужчина указал рукой на парня, усердно пытающегося спрятаться за широкой спиной хозяина дома. – Подойди ближе, Тим. Любите, жалуйте, смотрите, но руками не трогать. Парень открыл рот, хотел было поздороваться, но вовремя вспомнил о словах Алена. — Ален, ты свои игрушки на показ решил выставлять? – язвительно произнесла женщина. Трое же мужчин с нескрываемым интересом рассматривали молодого юношу, облизываясь как волки перед нападением на свою жертву. — Малыш, нальешь нашим гостям немного виски? – Ален пару раз похлопал Тима по спине и указал на стоящую на столе бутылку. После парень робко начал разливать ее содержимое в граненые стаканы. Один из близнецов завороженно смотрел на тонкие аккуратные руки юноши и, не отрывая взгляда, проговорил: — Это такой отвлекающий маневр, чтобы подсыпать нам чего-нибудь? – переведя взор на Алена, сидящего напротив с вопрошающим лицом, продолжил. – А что? У нас и не такое случается! Закончив, Тим сел слева от мужчины и молча оглядел всех присутствующих за столом. Увидев бы он их на улице, точно не предположил бы статус, кроме той женщины в платье, в ней все-таки что-то есть. Ален на их фоне выделялся гораздо сильнее, его выглаженный костюм, сшитый будто точно под него, галстук темно-алого цвета, прелестно чарующая улыбка, укладка этих белесых волос, всё выдавало в нем, даже его движения, грациозные, спокойные и такие пленяющие. Мужчина смиренно сидел во главе стола, немного вальяжно, но всё же аристократично, ожидая, пока гости притронутся к еде. Как только он понял, что их все устраивает, то улыбнулся как довольный кот и немного расслабился, снова потянувшись к Тиму. — Покушай, малыш, тебе тут еще столько бегать придется, виски у них разлетается на раз-два, – прошептал мужчина, рукой под столом поглаживая оголившееся бедро парня. Тим скромно ел, пока мужчины обсуждали какие-то планы, спонсоров, бизнес-модели и пути развития. Ни слова из этого парень не понимал, но увлеченные переговоры Алена его почему-то даже возбуждали, возможно, на мозг также действовала и рука мужчины, все еще располагавшаяся на его бедре, но нельзя не отметить, что ум делает людей куда более привлекательными. За полчаса он разлил в стаканы уже более полулитра виски, мужчины все не унимались, даже спорили пару раз, а женщина элегантно эти споры разрешала, из разговора Тим понял, что ее зовут Ливия, но Ален чаще обращался к ней как «Лив». Разговор набрал обороты и уже перешел на обсуждение чего-то более личного. У Санти и Дарио уже начинал заплетаться язык, пару раз они шутили о том, чтобы выкупить Тима и сделать его новым стрип-мальчиком в одном из их клубов. Джон подмечал, что эта идея ему тоже по нраву. А Ливия просто ревностно слушала. Тим в очередной раз поднялся, чтобы наполнить стаканы уже полупьяных гостей, прошелся по кругу, как в один момент почувствовал, что его нагло лапает один из близнецов: — Ален, да что такого, отдай его нам, у тебя миллионы таких еще, – Санти звонко шлепнул парня по ягодице, отчего тот пролил содержимое бутылки на стол. — Убери руки, Санти, – Ален опустил голову и мертвым взглядом прожег мужчину. Санти поднял глаза на Тима и спросил его: — Не нравится что ли? Чего молчишь? Ален, он молчит! Если молчит, то все ему нравится. — Если ты сейчас же не уберешь свои руки, то в следующей раз придёшь сюда с протезами, – после этих слов Санти притих и позволил Тиму продолжить разливать виски. — Оу, так это не просто игрушка, ты к ней привязался, – Ливия наигранно смахнула слезу. – Бедный маленький мальчик Ален, трудно найти женщину? — После такой как ты желание быть с женщинами напрочь отпадает, Лив, – Ален поднял стакан и, осушив его, попросил Тима налить еще. Ливия перебирала в руках цепочку на шее и нервно прикусывала щеку, ее злость в этот момент превалировала над другими эмоциями, поэтому она резко встала и быстрым шагом удалилась в уборную. — Дамы, – развел руками Джон. – Что ж, время уже позднее, домой поеду, – мужчина встал, оперевшись на стол, но заметив, что за ним встает Ален, поднял руку в знак протеста. – Провожать не нужно, рад был видеть, спасибо за теплый прием, дружище! Ален в знак уважения слегка поклонился и мягко улыбнулся, а затем снова сел на свое место. Санти и Дарио, пошатываясь, встали, пожали Джону руку и неразборчиво проговорили что-то похожее на «До скорой встречи, Джон». Ален знал, что надолго они тут не задержатся, поэтому просто смиренно слушал их пьяные мольбы о хорошем спонсоре, изредка кивал, но мысли его были совершенно не об этом, его рука снова обхватывала бедро Тима под столом. Самого Тима же больше интересовало, почему Ливия до сих пор не вернулась, прошло уже достаточно времени. Что происходит между этой женщиной и Аленом? Их личностная неприязнь царит в воздухе как плотный туман. Весь вечер из их уст лились лишь пререкания. В этих мыслях он провел точно более десяти минут, пока не почувствовал легких толчок справа: — Пойдем проводим гостей, маленький, – в голосе Алена слышалась усталость. – И вызволим уже из каменного плена прекрасную принцессу. — А я уже и забыл о Ливии, – отозвался Дарио на пороге, натягивая на себя пальто. – Спасибо, Ален, – внятные слова ему давались с трудом, поэтому он поспешно пожал руку мужчине, схватил брата и захлопнул за собой дверь. Ален не медля ни секунды последовал в уборную, а Тим просто плелся за ним хвостиком. — Лив, ты там жива? – мужчина постучал в дверь, но не услышал ничего в ответ. – Молчит, – подытожил он, усмехнувшись. – Поиграть хочешь? Дверь в уборную тут же открылась, а за ней показалась Ливия с потекшим макияжем: — Ты просто мудак. — Хорошо, как тебе будет угодно, – Ален снова улыбнулся и тут же получил звонкую пощечину. Потирая место удара пальцами, он съязвил: – А бить ты так и не научилась, даже синяка не останется на память, как жаль. Женщина смотрела в его глаза с надеждой на сострадание или сожаление о своих словах, но видела лишь безумство и удовольствие. Тим в мыслях подметил, что для нее Ален все-таки не был так безразличен, напротив, она питала к нему что-то теплое и глубокое. — Больше не хочу иметь дело ни с тобой, ни с твоими дружками, я отказываюсь от сотрудничества, – Ливия направилась к двери, вытирая потекшую тушь под глазами. Ален проследовал за ней и уже на пороге подал ей жакет: — Ты можешь уйти, но вернуться я не позволю. Ни-ког-да, – женщина на секунду застыла, вглядываясь в лицо Алена, а затем решительно захлопнула дверь. Мужчина сел на пол, облокотившись о стену и посмотрел на Тима: — Ну и пошла она, правда? Тим ничего не ответил, он не понимал, что нужно говорить в такой ситуации. — Чего молчишь? – Ален поднял глаза на парня, но не услышав ответа, опустил голову и уткнулся лицом в сгиб локтя. — Можно мне сходить в уборную, пожалуйста? Мужчина даже не шевельнулся, и Тим принял это за невербальное «да», поэтому сразу же удалился. «Что происходит? Мне нужно поддержать его как-то? Что мне делать? Я не понимаю, что должен чувствовать в такой ситуации. Как я могу помочь? Я так устал», – тысяча мыслей проносились в его голове, ни одну из которых выделить не удавалось. Он просидел там около двадцати минут, просто уставившись в стену. Туфли ужасно давили, скорее хотелось их снять, парень стянул их и босиком последовал к выходу. Тим оглядел прихожую, но Алена нигде не было, видимо, устал от долгого ожидания и ушел спать. Он прикусил щеку, а глаза его наполнились слезами, видно сильно вымотался, эмоции берут верх над действиями. Поднимаясь по лестнице, он подумал, что никогда еще не испытывал такого унижения. Ему было так противно, будто он и правда кукла, вещь, которую можно присвоить, купить, распоряжаться ею как вздумается. Первым, что бросилось в глаза, когда он открыл дверь, был Ален, свернувшийся в клубочек на кровати. Все в том же костюме, только галстук успел снять и выкинуть куда-то. Тим присел на ее край и пальцами дотронулся до выпавшей пряди волос, которая касалась ресниц. — Вернулся? Я тебя так ждал, – мужчина рукой повалил парня на кровать, вынуждая лечь к нему лицом к лицу. — Простите, что задержался. — Малыш, все хорошо, я сейчас просто Ален, я просто.. – мужчина зевнул и пробормотал что-то неразборчивое, снова обнимая Тима рукой. Тим лежал неподвижно, будто камень, но как только расслабился от нежных поглаживаний, потянулся к Алену и дал ему обнять себя. Чувствовался запах алкоголя, но это не мешало наслаждаться моментом. Было так комфортно, будто всю его боль собрали в банку и поставили далеко-далеко на полку. — Так тепло с тобой, – мужчина открыл глаза и пальцем притронулся к щеке парня. – Я обещал тебе подарок, но сил не осталось, может, просто поговорим?