Hero

I. — Ваше Величество, к вам генерал Ким с докладом, — голос советника отвлек Бэкхёна от изучения государственных документов, но это было даже к лучшему. Король знал, что его армия одержала победу над энимизами, но хотелось услышать подробности и отдать должное всем героям, которые позволили этой победе случиться. Генерал Ким вошел бодрой и уверенной походкой, несмотря на свой уже преклонный возраст. Когда-то альфа верой и правдой служил родителям Бэкхёна, а после их смерти и попытки переворота оказался чуть ли не единственной поддержкой юного принца-омеги, которому слишком рано пришлось стать королем. — Я очень рад видеть вас в добром здравии, генерал! Благодарю вас за доблестную службу и верность нашему королевству! — Бэкхён пожал руку мужчине и жестом предложил ему присесть, — Рассказывайте, я уже слышал о наших потерях, но хочу услышать подробности от вас лично. Разговор был долгий и непростой. Армии королевства был нанесен большой урон — людской и материальный. — Но все, кто вернулся домой, счастливы и полны воодушевления. Кстати, я совсем забыл упомянуть, что в решающей битве значительную роль сыграл план, разработанный моим юным другом и советником, капитаном Паком. Чанёль настоял, чтобы я принял его точку зрения, хотя я до последнего сомневался в успехе этой стратегии. Но в итоге, благодаря операции Пака и его солдатам, мы смогли подойти к противнику с нескольких сторон почти незамеченными — время и внезапность сыграли нам на руку. Я хотел бы попросить Ваше Величество повысить Пака до звания майора и вручить ему Орден королевской семьи. Письменное ходатайство уже у вашего секретаря. — Благодарю за доклад, генерал Ким. Будьте уверены, что капитан Пак обязательно будет представлен к награде. Я буду рад, если вы устроите нам личную встречу, чтобы я смог поблагодарить его. — Не сочтите за самодурство, но я имел наглость пригласить его с собой сегодня на прием. Он ожидает за дверью и, если Ваше Высочество не против, я готов вас познакомить, — было заметно, что старый альфа немного стушевался, но его желание представить юному королю героя было столь велико, что он позволил себе такую дерзость. — Генерал Ким, что же вы молчали, конечно пригласите его! Бэкхёну было бесконечно любопытно увидеть, какой же он капитан Пак. Ни для кого в королевстве не было секретом, что молодой омега восхищался военными, именно поэтому среди его фаворитов не раз мелькали альфы с эполетами разных чинов. Он представлял Пака мужчиной средних лет, возможно, с небольшой сединой в висках, с суровым выражением лица и печатью «альфы-самца» на лице, но, когда увидел вошедшего, едва сохранил равнодушное выражение лица. Капитан Пак Чанёль был молодым альфой, чуть старше самого короля, высокий, стройный, с широкими плечами, пышной темной шевелюрой, аккуратно уложенной в прическу, большими темными глазами и привлекательными пухлыми губами. Он словно сошел со страниц книг о прекрасным принцах из далеких стран, которые Бэкхёну читал в детстве няня-омега. Чанёль вошел в королевский кабинет и тут же присел на одно колено, склоняя голову, чтобы отдать честь главе государства. — Здравствуйте, капитан Пак. Благодарю за службу и верность Лайтлэнду, — Бэкхён встал из-за стола и выпрямился, жадно рассматривая альфу перед собой. — Добрый день, Ваше Высочество. Для меня честь служить королевской семье, — Чанёль тоже поднялся и мягко улыбнулся королю. Альфа много раз видел его в детстве на балу, несколько раз на военных парадах, но вот так близко — впервые. И сейчас с уверенностью мог сказать, что все слухи о его красоте — совсем не слухи, а самая настоящая правда, и юный король, действительно, самый прекрасный омега из всех, кого он когда-либо встречал. — Генерал Ким поведал мне о ваших успехах в военных делах, и я хотел бы лично выразить вам свою благодарность. Пока в нашей армии служат столь умные и преданные альфы, мы будем непобедимы, — Бэкхён подошел ближе и протянул ладонь для пожатия, но капитан Пак лишь аккуратно сжал длинные пальчики. — Я и мои солдаты всегда будем стоять до последнего, защищая короля и наше государство, — Чанёль еще раз поклонился. Бэкхён о чем-то недолго подумал, а потом подарил альфам свою самую очаровательную улыбку. — Генерал Ким, капитан Пак, а что вы думаете, если мы устроим бал в честь нашей славной победы? Вы оба приглашены в качестве почетных гостей и отказы не принимаются! — Ваше Высочество, но я человек не светский… — Я же сказал, что отказы не принимаются, капитан… нет, в скором времени майор Пак! Так что буду рад встрече с вами завтра вечером! — Только если первый танец вы обещаете мне, Ваше Высочество, — усмехнулся генерал, но увидел хитрую улыбку юного короля. — Простите, генерал, но первый танец я буду танцевать с нашим героем, майором Паком. Кажется, теперь не принять приглашение точно не получится. II. Я вообще не понимаю, чем ты не доволен? — Чонин сидел на диване в гостиной Чанёля, нагло уплетая приготовленные для них двоих сладости, — Сам король пригласил тебя на главный бал нашего государства, а ты чего-то ломаешься. Майор Пак придирчиво оглядел себя в зеркало. Он не особо любил парадный мундир, но повод обязывал быть во всей красе. — Ты же знаешь, я совсем не умею танцевать. Вот оттопчу ноги нашему королю, а весь дворец потом будет шептаться, что Пак — неотесанный медведь, — Чанёль вздохнул и откинул китель в сторону, — Чонин, научи меня танцевать, а? Младший альфа чуть не поперхнулся безе и удивленно уставился на брата. — Что ты сказал? — Ты всё прекрасно слышал, — Чанёль пнул ногу развалившегося на диване младшего, — Учишь меня танцевать, а я беру тебя с собой на бал, где ты сможешь пообщаться со своим дражайшим Кенсу. По рукам? — Что ж ты раньше молчал! Итак, во-первых, становимся в начальную позицию…

***

Церемониймейстер вежливо поклонился вновь прибывшим гостям и громко объявил: — Майор Пак Чанёль и лорд Ким Чонин! Все присутствующие в зале омеги тут же устремили свой взгляд на парадные двери, где появились двое альф. Высокие, красивые, свободные — и Чанёль, и Чонин точно знали, что как минимум до появления следующих гостей они станут предметом обсуждения абсолютно всех. Особенно родителей незамужних омег. Бэкхён был занят беседой с парой пожилых советников, которые убеждали его в необходимости государственных реформ, но стоило услышать имя гостя, которого он ждал с самого начала вечера, как он вежливо прервал разговор, предложив продолжить в рабочее время в его кабинете. Сегодня майор Пак еще больше походил на сказочного принца, и король понимал, что его симпатия, возникшая с первого взгляда, крепнет с каждой секундой. Чанёль не мог не заметить Бэкхёна среди прочих гостей — он был одет в белый парадный мундир и улыбался всем окружающим так ярко, что казалось само солнце спряталось этим вечером в стенах королевского дворца. Он внутренне приказал себе собраться и перестать волноваться — ведь смех же: отважный и бесстрашный Пак Чанёль, всегда готовый рисковать на поле битвы, боится танцевать с королем! — Рад вас видеть, майор Пак, — Бэкхён подошел в сопровождении своей свиты и теперь подарил улыбку только одному человеку. — И я рад видеть вас в хорошем расположении духа, Ваше Высочество! Надеюсь, что настроение не испортится после танца со мной, — майор засмеялся, решив уточнить, — Видите ли, в юности урокам танца господина Сона я предпочитал практику по стрельбе или изучение военной стратегии, поэтому танцы — не мой конёк. Король в ответ тоже рассмеялся, а за ним и другие омеги и альфы. — Думаю, что тот, кто легко обхитрил половину армии наших противников, справится с вальсом. — Я очень постараюсь не разочаровать вас, Ваше Высочество! Чанёль храбрился, но когда рука короля оказалась в его руке, а в центре зала им освободили место, он занервничал. Как обнять короля? Насколько близко встать? Или лучше держаться на расстоянии? Бэкхён, очевидно заметив волнения майора, шепнул: — Положите руку чуть выше талии, встаньте ближе, я обещаю не кусаться, — он по-доброму улыбнулся, пытаясь заставить Пака расслабиться. Сам он уместил вторую руку на широкое плечо и они начали танец. — Возможно, это не так уж и сложно, — Чанёль искренне старался вспомнить все наставления Чонина и, кажется, у него неплохо получалось, потому что уже спустя несколько секунд он успокоился и сосредоточился на очаровательном омеге, что так правильно умещался в его больших объятиях. Интересно, как они выглядят со стороны? — Я же говорил, у вас все получится, — Бэкхён почувствовал, как альфа уверенно ведет свою пару: направляет движения, держит в объятиях крепко, но в рамках норм светского этикета. — Это только благодаря вам, Ваше Высочество, — Чанёля напрягало, что за ними следят сотни людей, которые шепчутся, шепчутся, шепчутся. Но он понимал, с КЕМ танцует. Он знал, что многие восхищаются королем, боготоворят его, хотят его только себе. Пак никогда не собирал светские сплетни, но про поголовное обожание Бён Бэкхёна слышал много раз. Сам Чанёль попал под это очарование много лет назад, когда подростком побывал с родителями на королевском балу. Уже в свои 12 лет принц Бэкхён был самым привлекательным омегой во всем королевстве, и альфа влюбился с первого взгляда. Когда семья вернулась домой, Чанёль сказал об этом отцу, но в ответ услышал только, что стоит забыть об омегах и усерднее заниматься в военном училище, а уж принцу он точно не ровня — он выйдет замуж за какого-нибудь иностранного королевича. Танец закончился и Чанёль вежливо отвел Бэкхёна назад к советникам, поймав искорку разочарования в его глазах. На секунду он подумал, что короля расстроило их «расставание», но он не был настоль самоуверен, чтобы принимать это за правду. — Благодарю за танец, Ваше Высочество. Это честь для меня. — А для меня честь танцевать с настоящим героем! Королю, правда, не хотелось расставаться с майором, но этикет диктовал необходимость общаться со всеми, поэтому пришлось оставшуюся часть вечера улыбаться по сторонам, поддерживать светские беседы и краем глаза следить, как очередной омега из приличной семьи танцует с Паком. Сегодня Бэкхён был совсем не в настроении флиртовать с кем-то из своих фаворитов, из-за чего те ходили злые и нервные. А еще они чувствовали нового соперника, который, вероятно, и был причиной подобного поведения короля. — Вы позволите завершить этот вечер так же удачно, как он начался? — ближе к ночи рядом с Бэкхёном появился Пак, после множества танцев, кажется, более уверенный в своих навыках, — Я буду рад продемонстрировать Вам свои успехи. — Вы обещали этот танец мне, Ваше Высочество, — почти вцепившись в локоть омеги, рядом с королем стоял генерал-майор Сун, — Помните, вчера мы… — Да, простите, майор Пак, я правда уже приглашен, — король поспешил заткнуть болтливого офицера, пока тот не сказал чего-то лишнего, — Но обещаю, что первый танец в следующий раз — снова ваш! Большой выдержки стоило Чанёлю никак не выразить на лице своего разочарования. Весь вечер он танцевал с другими омегами только ради того, чтобы потом приятно удивить Бэкхёна, но его, кажется, сегодня будет удивлять кто-то другой. Взрослый серьезный мужчина чувствовал себя как маленький ребенок, которого лишили желанного подарка или обещанной сладости. Из-за собственного чувства Пак разозлился на себя, поэтому тут же напустил равнодушный вид. — Конечно, Ваше Высочество, простите за беспокойство. Он поклонился и поспешил отойти в сторону, делая вид, что хочет пообщаться с генералом Кимом и его семьей. Бэкхён даже не успел ничего сообразить, а когда увидел удаляющуюся спину майора, едва не закусил губу от обиды. — Ваше Высочество, пойдемте… — Идите к черту, генерал-майор Сун, у меня совсем нет настроения танцевать.

***

— Неприятно, когда тебе предпочитают другого, да? — Чанёль вот уже несколько минут собирался попрощаться со всеми и покинуть бал, когда к нему подошел генерал Мин. — О чем Вы, генерал? — Как о чем? О нашем короле. Все только и говорят, что вы — новый экземпляр в его коллекции фаворитов-военных. Не поверю, что он еще не заманил вас в свои коварные сети. Чанёль строго посмотрел на старшего по званию и едва сдержался, чтобы не нагрубить в ответ. — Я понятия не имею, о чем говорят, но смею заявить, что с Его Высочеством нас ничего не связывает и ни в какие сети меня не заманивали. — Все так поначалу говорят, но стоит оказаться в постели… — Простите, генерал Мин, но мне пора. Доброй вам ночи! — Пак стремительно направился к выходу из бального зала, не замечая встревоженного взгляда короля. — У кого-то она точно будет очень доброй…

***

На следующее утро майор Пак Чанёль в срочном порядке отправился к границам государства для формирования новой армии. III. — Ваше Высочество, вам совсем не обязательно ехать туда, — генерал-майор Сун, сложив руки на груди, стоял в королевском кабинете и сверлил взглядом спину Бэкхёна, который собирал важные документы в папку. — Я не помню, чтобы спрашивал твоё мнение, — холодно отозвался король, — Новая армия должна увидеть короля. Я все-таки верховный главнокомандующий. — Признайтесь, вы просто хотите встретиться с майором Паком, — почти зло бросил альфа, кажется, позабыв, с кем разговаривает. — Сынхо, ты зарываешься и лезешь не в свое дело. Ты не священник, чтобы я перед тобой исповедовался и признавался в чем-то. Омега разозлился не на шутку. Альфы вокруг него последнее время стали ужасно навязчивыми и раздражающими. Или просто он хотел видеть рядом с собой только одного. Который вот уже пять месяцев находился на юге королевства, где занимался обучением солдат. Бэкхён не пытался связаться с Чанёлем в письмах, потому что хотел встретиться лично. После внезапного исчезновения майора с бала, король был очень озадачен, поэтому тут же вызвал к себе на разговор генерала Мина. Альфа выложил всё как есть, видимо, не ожидая, что после этого омега разозлится настолько, что порвет с ним все личные отношения и запретит без повода появляться во дворце. Напоследок генерал отомстил, лично подписав ночью указ о направлении майора Пака к южным границам, чтобы уже утром его не было в столице. Летний дворец королевской семьи располагался как раз на юге страны, в небольшом курортном городе. Гарнизон армии располагался недалеко от него. Бэкхён планировал провести торжественный парад с присягой, а после увидеться с Чанёлем и поговорить.

***

Официальный доклад майора Пака о подготовке войск и обучении новобранцев длился уже второй час. В кабинете помимо него и короля было множество советников, генерал Ким. Бэкхён вглядывался в лицо, которое почти за полгода пребывания на юге приобрело стойкий бронзовый загар и более резкие черты лица. Чанёль похудел, но стал шире в плечах и груди. Вероятно, тренировался вместе с ребятами. — Таким образом, я могу смело заявить, что новые корпуса королевской армии готовы к военным действиям по первой необходимости, — Пак закончил и осмотрел усталые лица всех присутствующих, — Прошу прощения, что так затянул свою речь, но я хотел, чтобы Его Высочество и генерал были уверены, что у нашей армии по-прежнему крепкие тылы. — Я и не сомневался в том, что подготовка пройдет успешно, мой друг, — улыбнулся генерал. — Благодарю Вас, майор Пак, — кивнул король, стараясь не выдать в голосе волнения, — Я хотел бы пригласить вас отужинать сегодня со мной. Необходимо обсудить кое-какие детали завтрашнего парада. Чанёль хотел сказать, что лучше обсудить это с генералом, но заметил в глазах короля немую просьбу и не смог отказать. — Конечно, Ваше Высочество. Сколько бы он не убеждал себя в том, что абсолютно равнодушен к королю, стоило увидеть его после долгой разлуки, как все убеждения рухнули, как стены крепости после штурма. Чанёль скучал, каждую ночь засыпал, вспоминая их танец и стройное тело короля в своих объятиях. Хотелось повторить те мгновения, взять за руку, обнять, дотронуться до мягких волос, прикоснуться к наверняка теплым и нежным губам… Майор встряхнул головой, возвращаясь из своих мечтаний в кабинет, и заметил на себе внимательный взгляд Бэкхёна. Хотелось верить, что король не умеет читать мысли.

***

— Как вам жизнь вдали от столицы, майор Пак? Во время ужина король задал несколько вопросов по поводу предстоящего парада, однако после, не скрывая истинных целей, пригласил Пака переместиться на открытую веранду, где они смогли бы поговорить наедине без лишних ушей. С веранды открывался прекрасный вид на морское побережье и красивый алый закат. Летние южные вечера, плавно переходящие в ночи, несли в себе особую романтику. — Я военный человек, Ваше Высочество, я привык жить в походах и лагерях. Скорее, мне было бы тоскливо жить в столице. — Но здесь ни балов, ни светского общества… — О, поверьте, это только достоинство здешних мест. Я уже говорил вам, как все это мне чуждо. Они задели тему прошлого, и Бэкхён решился, наконец, поговорить о том, что беспокоило его несколько месяцев. — В прошлый раз вы так внезапно исчезли с бала, — аккуратно начал он. Чанёль вздохнул и наполнил бокалы вином. Они сидели рядом на небольшой софе и оба смотрели куда-то вдаль, хотя хотелось смотреть друг на друга, изучать, читать эмоции и чувства. — Я хотел извиниться, Ваше Высочество… Мне следовало попрощаться, но вы, наверняка, были заняты танцем и я не решился вас беспокоить. — Генерал Мин рассказал мне о вашем с ним разговоре. Чанёль чуть не уронил бокал и все-таки повернул голову к королю. Бэкхён смотрел слегка виновато и, может быть, чуть-чуть влюбленно? — Это мне следует извиниться за то, что он сказал. Но я хочу, чтобы вы понимали, что я не… — Бэкхён… — прервал майор, накрывая его руку своей. Король почти не заметил прикосновение, тогда как собственное имя, произнесенное красивым низким голосом, поразило до глубины души. Хотелось, что Пак обращался к нему теперь только так, по имени… — Простите, Ваше Высочество… — тут же осекся Чанёль. — Нет, прошу, называйте меня Бэкхён, когда мы наедине. Мне нравится, как вы произносите мое имя. Чанёль улыбнулся уголками губ, и, кажется, что-то решил про себя. В конце концов, он не глупый мальчишка, чтобы трястись и краснеть перед омегой, который ему нравится. — Бэкхён, — еще раз с придыханием, — Я не хочу, чтобы вы оправдывались или извинялись. Генерал Мин — отличный офицер, но как любому альфе ему знакомо такое чувство, как ревность. Думаю, именно она и была причиной его слов. Вы — удивительный омега: умный, справедливый, честный, поразительно красивый… Рядом с вами альфы теряют голову… Король слушал внимательно, наслаждаясь теплом руки майора. Чанёль, вероятно, все-таки немного волновался, поскольку его ладонь слегка поглаживала руку омеги. Бэкхён намеренно накрыл её своей второй. Пак осекся и внимательно посмотрел в глаза напротив. — Я тоже теряю голову, Ваше Высочество. Каждый день я думаю о вас, а ваша прекрасная улыбка не оставляет меня и ночью. Я как вчера помню бал, на котором впервые увидел вас: вы были в белом костюме и стояли рядом с папой, приветствуя гостей. И уже тогда пленили мое сердце навсегда. Бэкхён удивленно раскрыл глаза, шокированный признанием. — Я влюблен в вас, Ваше Высочество, но не знаю, что мне с этим делать. Пак сел ближе, настолько, что их плечи соприкасались. — А зачем что-то с этим делать? — робко спросил Бэкхён, стараясь не скользить взглядом по пухлым соблазнительным губам напротив. — Потому что я понимаю, что будет нагло и дерзко просить вас принадлежать только мне, но иначе я не смогу… Каждую секунду, находясь вдали от вас, я буду думать, где вы и с кем, кому дарите свою улыбку, кто прикасается к вашей нежной коже… Я стану абсолютно бесполезным для армии, а то и сгину где-нибудь под глупой пулей… После этой фразы Бэкхён взволнованно и отрицательно замотал головой, словно избавляясь в голове от картинки смертельно раненого майора. — Не говорите таких ужасных вещей, Чанёль, я вам запрещаю… — Простите, мой король, — Пак освободил свои руки и обеими взял ладони Бэкхёна в свои, — Простите и мои слова, и мое поведение. — Майор Пак… Чанёль, послушайте меня. Я не буду отрицать, что в прошлом мне нравились многие альфы, а им нравился я… Королевский титул позволяет менять фаворитов, особенно когда нет официального и законного супруга. Я слишком рано стал королем и теперь, увы, в каждом претенденте на мою руку и сердце советники видят только коварных соблазнителей, которым нужны власть и деньги. Поэтому я решил, что не буду мечтать об одном единственном альфе, который сделает меня счастливым. Но вот уже пять месяцев, как я не могу думать ни о ком кроме вас. Я хочу принадлежать только вам… Чанёль не мог поверить в то, что слышал. Его чувства взаимны? Бэкхён чувствует то же самое? — Мой король, вы… Мой Бэкхён, — тихо сказал Пак, заключая омегу в объятия. Словно все сны вмиг стали реальностью. Король расслабился, обвивая крепкую шею своими руками и притягивая майора еще ближе. — Мне так нравится, когда ты называешь меня своим… — признался Бэкхён, поднимая голову и сталкиваясь с Чанёлем носами. — Очень эгоистично для простого майора, не находите? — Пак нежно потерся своим носом о носик омеги и глубоко вдохнул, наслаждаясь природным ароматом короля. — Я обещаю, что других не будет, — едва слышно прошептал Бэкхён в губы альфы. — Я верю вам, мой король, — также неслышно ответил Чанёль, а потом накрыл губы омеги в долгожданном и таком необходимом сейчас поцелуе.

***

P.S. 2 года спустя в Лайтленде будет принят закон, разрешающий членам королевской семьи вступать в брак с представителями знатных семей своей же страны. 3 года спустя на свет появится маленький альфа Джено — будущий король Лайтленда. 10 лет спустя случится самая страшная и кровопролитная война за всю историю королевства, в которой будет одержана победа, но погибнет значительная часть армии, а супруг короля пропадет без вести. 12 лет спустя генерал Пак сбежит из плена, услышав в разговорах своих надзирателей, что короля Бэкхёна вынуждают вступить в брак с наследником противников, чтобы избежать дальнейших конфликтов. 15 лет спустя энимизы потерпят окончательное поражение, а после будет подписано пожизненное мирное соглашение двух стран. 20 лет спустя Джено возьмет в супруги наследника энимизов — принца Ренджуна. И будут жить они долго и счастливо. The End.