Чонгук, я знаю твою тайну

«А вы знали, что человек паук не переносит будильники?» С такими мыслями просыпается 19- летний студент университета Чон Чонгук, когда его дряхленький будильник безжалостно начинает визжать у самого уха. После неудачной попытки выключить механизм, он ударяет по нему кулаком, забыв про свою силу и тем самым разбивает его. «Что, опять? Кажется это пятый за месяц, где я еще возьму…» — бубнит про себя парень. Не открывая глаз он пытается выкарабкаться из постели подобно белке, но неудачно падает на пол. «Ауч». Порой Чонгук хочет бросить все и побыть Человеком Пауком больше, чем на пару часов в день. Забыть о всех надоедливых рутинных вещах и в особенности об одной его «проблеме». В костюме и под маской чувство свободы всегда пробирало Чонгука до косточек. Он не был никому должен и так ведь намного проще. Он пытался уверить себя, что он обычный студент, которому каждый день нужно вставать в самую рань, но в то же время ему все равно хотелось спасать город от некоторой преступности. Оба варианта были не легкими, но первый в особенности. Однако парень никогда не жаловался. По правде сказать, жаловаться было некому, о его двойной жизни не знал никто, а будучи студентом жаловаться на жизнь было уже не в его стиле. Бывали дни, когда Чонгуку очень хотелось рассказать о своих трудностях тёте Мэй. Единственная, кто осталась у Чона, после того как дядю Вана убили какие-то фанатики за его национальность. Родители скончались, когда парню не было и года. Хотелось попросить совета, поделиться своими переживаниями. Однако принципы Чонгука подсказывали, что это могло обернуться ему плохой монетой Он ведь сам сделал этот выбор. Тётя Мэй не раз видела Спайдер Мэна по телевизору и неоднократно упоминала, что «этот парень настоящий сорвиголова, всегда очень рискует жизнью, что думают об этом его родители?..». Почему тётя так наивно считает, что родители Человека-паука в курсе событий. Иронично. Что бы она сказала узнав, что Спайдер-Меном является ей самый дорогой человек, ее племянник. Тётя всегда считала Чонгука своим сыном. Парень никогда не был против, всегда оставался благодарным за все. Именно тётя и дядя воспитали Чонгука, наставили на правильный путь. Благодаря им он решился помогать людям под маской Паука и в университет смог поступить, оставаясь одним из лучших студентов. Даже друзей нашел. — Мой милый мальчик, ты уже встал? Ты сейчас опоздаешь, — легкий стук в дверь и мягкий голос тёти окончательно пробудил Чонгука. — Да, тётя, к новому дню всегда готов! — Бодро говорит Чонгук, лениво приглаживая свою косую челку. Он так и не избавился от детской привычки говорить подобную фразу, хотя в некотором роде это являлось неплохой мотивационной фразой для героя города, вот только парень себя таковым не считал. За его плечами стояло множество красочных подвигов и бесчисленное количество спасенных жизней. Чонгук считал, что так сделал бы каждый на его месте, при этом не требуя ничего взамен. Но он осознавал как ему было чертовски приятно, когда люди благодарили его за эти поступки. Безусловно, осознавать, что город в тебе нуждается — делает тебя счастливым, но вставать из мягкой постели все равно не очень хотелось. — Поторопись, завтрак на столе, — бодро говорит тётя. — Спасибо, — радостно благодарит её Чонгук. Он быстро стреляет паутиной в аккуратно сложенную одежду на другом конце комнаты. Встать и взять ее саморучно не вариант для парня. Вовсе не вариант. Предварительно умывшись Чонгук завтракает, целует тетю в щеку перед выходом, а также очередной раз выслушивает ее восхищения, какой он красивый и умный мальчик. Утреннее солнце мягко освещало улицы большого города. Всевозможные звуки города срастались в единый большой гул. День начинался как обычно и как казалось, совсем без происшествий. Добравшись до университета паучьим способом, а именно шныряя по крышам Нью-Йорка, Чонгук как обычно залепливает сумку с рацией и костюмом на крыше здания, недалеко от Университета и дальше уже берет только свою обычную сумку. У входа Чонгук замечает среди толпы красноволосую макушку его «учителя» танцам и по совместительству лучшего друга — Чон Хосока. — Хосок, погоди, — кричит Чонгук, направляясь быстрым шагом к красноволосому. Тот обернувшись одарил Чонгука счастливой улыбкой. Чонгук всегда удивлялся, как казалось бы от такого простого парня как Хосок может исходить огромное количество позитива. — Чонгук-и, как делишки? — Продолжает улыбаться Хосок, когда Чонгук нагоняет его, слегка приседает, держа ладони перед Чонгуком, аля «дай пять». После такого приветствия Чонгуку хочется смеяться до коликов, он обожал Хосока. — Да как обычно, сегодня пойду к Намджуну, помогать с его проектом. — Ах точно, сегодня же уже пятница! А я и забыл. Желаю хорошенько повеселиться с очкариком.  — Надеюсь ты любя, — усмехается Чонгук. Хосок кивает и продолжает, уже как-то странно ухмыляясь.  — А знаешь что значит «уже пятница»? — Не дожидаясь ответа он показательно делает глубокий вздох: — Уже сегодня будет самая историческая вечеринка с моим участием! — Орет Хосок на весь коридор, чем притягивает к себе множество взглядов. — Не забудьте детишки, сегодня, в восемь часов вечера у меня в домишке! — Звонко добавляет он и тут же без единой капли смущения кидается на пол, выполняя элементы брейк данса, при этом издавая забавные звуки. Кажется, в него опять вселилось желание сделать шоу. Каждый раз Чонгука смущали подобные выходки Хосока. Он считал это глупым, но в то же время уважал друга за такую смелость перед публикой, или просто у страшего отсутствует чувство стыда. Однако многие любили его за это, так же, как и любили Человека-паука за его преданность городу. Настолько любили, что печатали футболки с ним, а в любой сувенирной лавке Нью-Йорка обязательно нашелся хотя бы маленький уголок посвященный герою Пауку. Раздумья Чонгука прервало его паучье чутье. Краем глаза он замечает ту самую проблему. Того, к кому Чонгука влечет еще со школы. Он всегда был уверен, что такому популярному парню и дела не будет до Чона, поэтому он всегда пытался не думать и не замечать его, а теперь из-за паучьего чутья это стало практически невозможно. Досадно, когда чутье работает не в пользу хозяина. Тем временем блондин спокойно идет во главе со своим другом, но резко останавливается, одаривая дурачества Хосока презрительным взглядом. — Смотри-ка, бездарный шут Чон Хосок снова на своей ежедневной подработке, ему еще не надоело? — Обращается блондин к товарищу, но достаточно громко, явно чтобы услышали все, включая самого Хосока. Чонгуку показалось или взгляд парня секундно стрельнул в его сторону? Хосок тут же поднимается, набирая в легкие побольше воздуха: — Ха-ха, уж вашим шутом я никогда не буду, ваше высокомерчество, Ким Тэхён. А что это вы без короны ходите, вы не так богаты как о вас говорят? — Кричит парень уже в спину собеседника, потому что тот сразу же уходит прочь. — Поцелуй мой зад, Чон, — на ходу оборачивается Тэхен и дергает высунутым языком, дразня Хосока. «Всегда мечтал поцеловать твой прекрасный зад, Тэхён-а» — доносится в недрах головы Чонгука. «Чёрт, он же имел ввиду не меня». И почему Чону только не стыдно за такие мысли. — Уважай старших, Ким Тэхён, я для тебя еще не так станцую! — гордо выпаливает Хосок. — Пойдем, Чонгук, а то еще опоздаем из-за каких-то придурков. — Хосок старается больше не подавать виду, но Чонгук видит — его настроение ухудшилось. «Ким Тэхён, зачем ты так?»

***

Пары пронеслись незаметно. Впереди выходные — радость для каждого студента, если бы только экзамены не были так скоро. Чонгуку это не мешало строить большие планы. Переодевшись в костюм Паука, парень включает рацию настроенную на полицейскую волну, некоторое время просто болтается на крыше без дела, думая о своей дальнейшей жизни, а затем начинает патрулировать город, с легкостью преодолевая километры с помощью паутины. На своем пути он ловит пару мелких воришек, оставив их прилепленными к зданиям — на попечение полицейским. Наконец рация оживает. Мужской голос сообщает о местоположении девушки, которая уже полчаса как стоит на окне десятого этажа и вроде бы намеревается спрыгнуть. «Без паники. Я успею», — настраивает себя парень, молниеносно направляясь к названной улице. У места событий уже скопилась небольшая толпа зевак. Чонгук успевает достаточно близко подобраться до девушки, прежде чем она прыгает. Выстрелив паутиной, он попадает. «Успел» — Чонгук выдыхает под маской. За год пребывания Пауком, парень прекрасно наловчился попадать точно в цель. Осторожно опуская девушку на землю, он спускается сам. Заплаканные зеленые глаза смотрели на него с пугающей ненавистью. — Зачем ты сп…а… — Не успевает договорить она, как поток слез вырывается наружу и она падает на колени. Не обращая внимание на громкие голоса толпы, Человек-Паук осторожно подходит к ней, приседает на корточки и мягко обнимает за плечи. — Не смей, слышишь, не смей обрывать свою жизнь таким страшным образом, — Чонгук с трудом пытается подобрать слова. Прежде он еще не задумывался о суициде. Почему так случается у людей. — Ты сильная. Я не знаю, что у тебя случилось, но поверь, это точно не стоит того, это говорит тебе твой добродушный сосед Человек-Паук, — разойдитесь пожалуйста, дайте человеку свободы, — обращается Паук к толпе. Толпа слушается. Людей становится все меньше. Девушка всхлипнув отстраняется от Паука и пытается встать на ноги. — Как тебя зовут и где ты живешь? Позволь мне отнести тебя домой. — Чонгук тоже поднимается и протягивает ей руку. — Меня зовут Гвен…но я живу далеко отсюда, — девушка мнется, вытирая лицо руками. — Ничего, Гвен. Все в порядке, все хорошо. *** — Значит ты решилась на это, из-за того мудака? — Перекрикивает парень шум ветра, стреляя паутиной в очередное здание. — Он не мудак…он идеальный, и он не виноват, это все…не только от б-безответной л-любви — девушка крепче сжимает шею Чонгука всхлипывая. — Что же еще? Чонгук удивляется, как хорошо он может слышать при таком ветре. — Ты когда-нибудь учился в университете? Знаешь какого это, когда на тебя наваливается куча вещей одновременно. Я не оправдала надежды родителей, а еще и с работы уволили — слезы мешали говорить — я не хочу так жить, я бесполезна для всех. — Послушай, Гвен. У многих так случается и у меня в том числе. Когда я стал тем, кем сейчас являюсь, я учился еще в школе. Мне нужно было готовиться к экзаменам для поступления, в это время убили моего папу, — Чонгук решает умолчать, что это был его дядя, для своего же блага — Я остался жить с мамой, но денег было недостаточно, что бы всегда жить не в чём не нуждаясь. Поэтому я устроился на работу. Совмещать двойную жизнь совсем не просто, я приходил домой поздно и сразу ложился спать. Мне казалось, что скоро таким образом я получу нервный срыв. А еще в это время меня начала беспокоить тяга к одному человеку. И эта любовь до сих пор безответная. Ха-ха, люблю страдать, — кажется, последнее было лишним. — Мне очень жаль твоего отца. Ты так силён… — Спасибо. — Чонгук почему-то краснеет, хорошо, что под маской не видно. — А тому человеку должно быть очень повезло, его любит сам Человек-Паук, — девушка уже не всхлипывает. — Не думаю, что ему повезло, так же как и мне, — мрачно отвечает Чон. — Но ведь, каждая мечтает о таком парне как ты — Гвен делает паузу, — и я когда-то мечтала. — Правда что-ли? — смеется Паук. Еще бы она знала, что любит он вовсе не девушку. — Да, но я в какой-то момент встретила человека, который много сделал для меня и это была скорее фанатская любовь. Так что, у тебя есть все шансы, — смеется Гвен. Паук тоже смеется. — Наверно ты права, спасибо… Расскажешь мне еще что-нибудь о себе? Все таки сейчас важна твоя жизнь, — решает перевести тему Чонгук, довольно о больной теме. — Хорошо, — отвечает Гвен.

***

Чонгук издает звуки сигнала машины спускаясь на землю. — Ну вот мы и приехали. Он решил зайти со двора, чтобы не привлекать внимание прохожих. — Следуя из того, что ты мне рассказала, у тебя все получится, Гвен. Прошу, цени свою жизнь. Я верю в тебя и прощай, — на этой ноте Чонгук прыгает высоко вверх и удаляется прочь. — Спасибо тебе за всё, Человек-паук, желаю тебе добиться взаимности твоей любви! — Кричит девушка вслед отдаляющейся красно-синей фигуре.

***

Ситуация с Гвен очень задела Чонгука, хотя пока он этого не осознавал. Стоя на крыше здания, парень осматривает улицу чужого района и замирает. — Вот же блин! — Выпаливает парень. На этот раз очередные «приключения» забросили его недалеко от места где жил Тэхён. Как тесен Нью-Йорк. Как тут не поддаться соблазну и не заглянуть к Тэхёну хоть разочек в окно. Он знал его адрес и знал, что живет тот один. Найдя тот самый дом с противоположной от улицы стороны и примерно прикинув, где должно быть окно от квартиры Кима, Чонгук как можно быстрее взбирается по стене заросшей плющом. Листья шуршат о костюм, но такой легкий шумок уж не будет слышен. — Надеюсь ты сейчас не дома, Тэ, — мысленно надеется Паук, хотя понимает, что врёт сам себе. Ему ещё как хочется застать старшего дома. Окно тэхёниной квартиры было приоткрыто, но внутри все относительно тихо. Лишь из соседнего окна доносились возгласы двух женщин. Подоконник оказался довольно широким, так что Чонгук спокойно присел на корточки и оглядел комнату. Первым делом его взгляд зацепили плакаты американских бэндов и большой письменный стол, заваленный разными книгами и тетрадями. Кровать довольно большая, точно двухместная. А над ней висит выключенная гирлянда. — Комфортно, — вздыхает Чонгук. Внимание парня переключает аромат сладкой выпечки веящий из соседнего окна. Проклиная свое любопытство, Чонгук слезает с подоконника и прилипает к стене, тянет голову к злосчастному окну и от удивления чуть не отлипает обратно. Ким Сокджин сидит на кухне читая газету. Кажется, он только что готовил, а теперь его труды запекаются в духовке. — Джин-а! — Доносится низкий голос из-за двери, — печеньки уже готовы? Чонгук реагирует быстро, отдергивая голову обратно. В ушах быстро пульсирует. — Да, уже скоро будут готовы, — отвечает Ким старший. — Боже, спасибо, что зашел ко мне на чаёк, а теперь еще и вкусняшки готовишь! — Голос Тэхёна звучит так радостно и так по детски. Чонгуку стало стыдно. Он не умел и не любил готовить. Даже испечь печенье было выше его сил. Похоже, ему никогда не удастся очаровать Тэхёна. — Так-с, а что это ты там читаешь? — любопытствует Тэхён, а Чонгук сразу же тянет голову обратно к окну и снова чуть не отлипает от стены. Ким Тэхён собственной персоной, да еще и (на минуточку) в очках, виснет на Джине целуя его макушку. Тэхён никогда не носил очки в университете или школе и сейчас Чонгуку кажется, что они чертовски ему идут. «Наверно, идеальному Тэхёну подойдет абсолютно все» — улыбается себе Чонгук. В кармане костюма громко вибрирует телефон. «Чёрт» — Чонгук мысленно дает себе по лицу и удаляется прочь. — Ты тоже это слышал? —  спрашивает Тэхён смотря в окно.

***

— Алло, Намджун? Прости меня пожалуйста, я скоро буду. — Что? неет, я просто помогал Хосоку с домашкой, — на ходу придумывает оправдание Чонгук. — Хосок сейчас дома и готовится к вечеринке? — Блин, тут связь плохая, прости, я уже бегу, прости, пшшш, пшшш, — Чонгук быстро выключает телефон и несется к дому Намджуна. Ему очень стыдно. Он постоянно врет друзьям. На этот раз подставил он сам себя, а не его геройский долг. Зачем ему только приспичило заглянуть к Тэхёну, будто тот будни ожидать его с распростертыми объятиями. Чонгук обещает себе подумать над более качественными отговорками на все случаи жизни. Достигнув знакомых окрестностей, Чонгук решил перевести дух на очередной крыше. Паучье чутье не реагирует, но он с бдительностью оглядывает улицу. Его взгляд задерживается на парне похожем на Хосока и каких-то фигурах в чёрном. Хосок как всегда весело жестикулирует и что-то говорит. — Странно, Намджун ведь говорил, что Хосок у себя дома. На часах 19:38, а он шляется по улицам.  — В принципе это очень на него похоже, в любом случае я уже нереально сильно опоздал, не хочу снова наступать на те же грабли, — оправдывается перед собой Чон и продолжает свой путь дальше. *Ты выбрал не те грабли, Чонгук*