Девушка, которая слишком много знает

      Я толкаю дверь плечом, захожу в ванную комнату. И едва не падаю в обморок, когда вижу обнаженного, стоящего под душем Тео Рейкена. Парень оборачивается, но картины этим не портит, а наоборот будто добовляет недостающий мазок. Тёплые струи воды оглаживают напряжённые мышцы плеч и спины, вырисовывают так четко, что хочется поддаться и слизнуть их. Я кусаю губы, будто маленький ребёнок, которому дали конфету. Не замечаю, что уже стою рядом, вжимая в себя крепкое тело и пропитывая одеждумводой. Тео берет мои ладони и накрывает их своими, обхватывает тонкие пальцы, целуя подушечки и… Я просыпаюсь от мерзкого звона будильника, вытаскивающего меня из сна моей мечты. Где были симпатичные парни и беззаботная жизнь, но есть реальность, где рано утром нужно вставать в школу. Раздраженно хлопаю по часам, вылезая из-под тёплого одеяла. *** Я обхватываю пальцами чашку с кофе и мечтаю о нормальном отдыхе, когда можно спать сутки напролет, но одергиваю себя за мгновение до мечты — нормальный сон только с таблетками. Они несовместимы с алкоголем, а вкупе с успокоительными могут привести к летальному исходу. Жить хочется сильнее, чем спать. Я хмыкаю, поджимаю губы и смотрю на свои ладони. Мои длинные пальцы многих сводили с ума, а старшая сестра мечтала поставить в доме фортепиано и усадить меня за инструмент. Не успела. В мой жизни все опаздывают. Я прикусила губу. Мотнула головой и включила воду, тут же набирая ее в сложенные ладони и умываясь. Прохлада немного помогала успокоиться. Привычно выдохнув, достала зубную щетку и пасту и выдавила немного из тюбика, тут же замерев. «Только не это. Нет.» Вместо приятного белого цвета массы — кровавое месиво, черт знает из чьего мяса. Судорожно зажмурившись на мгновение, я открыла глаза. Галлюцинация. Лишь показалось. Все в порядке. Немного подождав, приступила к чистке, но внезапно на мой язык упало нечто инородное, чего во рту явно быть не могло. Выплюнув, в ужасе передернулась. «Какого черта?» В раковине лежал зуб. Вовсе не мой. Во рту появился солоновато-железный вкус крови, и ощущение сырого, свежего мяса. Отшатнувшись, я попыталась откашляться, затем рванула обратно к крану, чтобы попытаться смыть этот отвратный вкус, однако вода в тот же миг, когда мои руки коснулись ее, стаала темно-алой, и на раковине начали появляться характерные разводы.  — Неплохо, а, Алиша? — этот негромкий голос был еще хуже, чем если бы кто-то кричал. Кинув мимолетный взгляд в угол ванной комнаты, я попыталась привести дыхание в норму, понимая, что на самом деле это просто не может происходить.  — Это не по-настоящему., — забормотала я. Иногда страхи парализуют. Они сворачиваются мрачным осколочным клубком возле самых слабых точек и бьют каждый раз, когда ты думаешь, что держишь в руках счастье. Потому что вбитые в голову, под кожу введенные, не выветриваются. И никто не спасет, возиться не захочет, может только будет держать руку в своей, если найдешь мужество — сознаешься. Безликая подошла ближе, её волосы рассыпались по плечам, а ткань костюма внезапно поползла, открывая синевато-белую кожу. Задумчиво она поднесла ладони к моёму лицу и увидела, что кончики пальцев почернели, наполнились темнотой и прожилки вен, а запястья, как браслетами, оказались охвачены синяками. Она зарычала недовольно. Мне хотелось выть, рыдать, корчиться в истерике, но я понимала единственное, что я могу — закричать. Неожиданно входная дверь в ванную со скрипом открывается, со всей силы хлопая по стене. «Хейден?» У темноволосой светились глаза, так же как у Тео вденься вечеринки. Передняя челюсть была выдвинута вперёд, оголяя острые зубы. Безликая резко растворилась в воздухе будто её и не было, а я продолжаю бормотать: — Это не по-настоящему. Это галлюцинации… — Тише, тише, — пыталась меня успокоить подруга, обхватывая меня руками. Я вновь посмотрелс на её лицо. Оно было таким же привычным мне, как и раньше: без светящихся глаз, носа крючком и клыков. — Нам надо поговорить, — проворчала Хейден — давай присядь, — Резко набрав в легкие воздух, Я согласилась, оттолкнув от себя подругу.