Kill the Switch

В поразительной способности Саске сохранять лицо почти в любой ситуации Наруто не сомневался. Он только рассчитывал, что это самое «почти» будет все-таки немножко значительней. Учиху было невозможно застать врасплох, его не смешила ни одна шутка (впрочем, Сакура утверждала, что дело было не в Саске, а в дебильности шуток), он с одинаковым равнодушием воспринимал как презрительные взгляды все еще прохладно относившихся к нему жителей деревни, так и неловкие попытки флирта редких поклонниц. Даже во сне Саске выглядел собранно, становясь похожим на уложенную в ножны катану – все такую же опасную, готовую к атаке в любой момент. На памяти Наруто единственной ситуацией, в которой Саске проявлял хоть какие-то очевидные эмоции, были их многочисленные ссоры, скоропостижно переходившие в драки – и то заметить перемену можно было, только очень хорошо зная Учиху, распознав гневно сведенные брови и сжатые до белизны губы. В этом-то и крылась вся загвоздка. Наруто ни на секунду не сомневался, что эмоции у Саске есть, и еще какие. Он уже давно усвоил, что к семейству Учих была применима поговорка про холодные руки и горячее сердце, и даже за годы их дружбы (а потом и не совсем дружбы) научился отличать настоящий гнев от напускного, различать градус раздражения «я на самом деле не против, но для виду поломаюсь» от «я не хочу, чтобы меня сейчас трогали, да, даже ты, добе». Научился замечать едва уловимое, почти сразу исчезающее выражение на его лице, когда глаза чуть теплели и приподнимались уголки губ – это означало, что Наруто в очередной раз, сам того не заметив, сделал или сказал что-то, что Саске пришлось по душе. И успел усвоить, что Саске – человек дела, а не слова. Ему было проще показать свои чувства действиями, чем рассказать о них или, упаси Боже, проявить слабость. Можно было что угодно говорить про его хладнокровность, но Наруто уже на поверку знал, каким нетерпеливым и почти по-детски капризным может быть вернувшийся с долгой миссии Учиха, запускающий горячие ладони сразу под майку и целующий так жарко, что кружилась голова. Секс был потрясным, этого не отнять. Черт его знает, где Саске успел научиться всем этим премудростям, сам он утверждал, что до Наруто – никогда и ни с кем, но Узумаки верил ему неохотно, хотя и подозревал, что все дело в том, что проклятому Учихе давалось хорошо все, за что он брался. Особенно если он брался с энтузиазмом, вот уж чего было не отнять. Трахался Саске, как сражался: поставив перед собой четкую цель и двигаясь к ней с неминуемостью тарана. Он мог искать быстрой разрядки, с остервенением вбивая Наруто в матрас, а мог растягивать удовольствие, как будто назло мучая и не поддаваясь ни на какие мольбы. Наруто нравилось и так, и так – ему бы вообще понравилось как угодно, даже заяви Учиха, что хранит целибат, хотя такой расклад был бы, конечно, удручающе печален. Но, к счастью, никаких обетов Саске не давал, сексом занимался с упоением, и грешно было жаловаться. Но Наруто и не был праведником. Их отношения никогда не были гладкими. Они начались на полном ухабов пути, да так и продолжались, периодически натыкаясь на болезненные кочки и падая в глубокие ямы. Но продолжались, и это, по мнению Наруто, было главным. Потому что Саске он доверял безоговорочно, больше чем самому себе, и это касалось не только поля боя (хотя и его в том числе), но и повседневной жизни. Наруто делал шаг, Саске шагал навстречу, раскрываясь и оголяя самое нутро, не боясь подставить его под удар (потому что если и умирать, то от чьей еще руки?) И вот в этом-то и была проблема. Саске был готов доверить ему свою жизнь – да что там, готов, он ее практически вручил, впихнул в руки Наруто, мол, вот он я, какой уж есть, я знаю, ты меня примешь любым. Наруто принял, со всеми углами и шипами, с тем темным омутом, что в себе носил Учиха, и со всеми прилагающимися чертями. И даже несмотря на это, все еще оставались засовы на дверях, за которые Саске не был готов его впустить. Именно поэтому, считал Наруто, за три года их насыщенных сексом отношений Учиха ни разу не согласился быть снизу. Наруто просил, Наруто умолял, Наруто стоял в прямом смысле на коленях (уже, правда, молча ввиду занятости рта), но все было тщетно. Саске не ломался, как девчонка, он отвечал настолько категоричным и безапелляционным «нет», что сначала даже Наруто тушевался, не понимая причину отказа. Сперва он думал, что все дело в мужской гордости. Ну, там, тестостерон хлещет из всех щелей, в их-то возрасте самое то. И с какой это стати наследнику великого и благородного клана под кого-то ложиться? Но будь причина в этом, Саске бы не опускался до минета – вот что-что, а член в рот Учиха брал с охотой и, судя по всему, получал от этого нехилое удовольствие (о чем свидетельствовал тот раз, когда он кончил от самого процесса - воспоминания об этом до сих пор били прямо в подкорку, заставляя кровь отхлынуть от мозга). Потом была мысль, что он просто боится. Чтобы Саске чего-то боялся, конечно, было странно, но в сексе вообще много странного. Однако в то, что Учиха испугался боли или дискомфорта, не верилось совсем – это Саске-то? Глупости. А затем Наруто понял. К его стыду, заняло это гораздо больше времени, чем он рассчитывал, но осознание ударило его прекрасным утром буднего дня. Почему именно в этот момент, черт знает, ничто беды не предвещало: Саске сидел за столом напротив, без особого энтузиазма поглощал дико полезную овсянку, параллельно вычитывая что-то в свитке (привычка, которой он обзавелся у Узумаки – пару лет назад ему бы и в голову и не пришло тащить чтиво за обеденный стол). И Наруто, глядя на его сосредоточенное лицо, вдруг осознал. Саске трахался с упоением, отдавался полностью, но только и делал, что давал, давал, давал и ничего не брал взамен. Видимо, считал, что не заслужил. Сосредотачивался полностью на Наруто, ловил каждую эмоцию, следил темными глубокими глазами, как будто ориентировался по компасу, и менял направление, чтобы добраться до цели как можно скорее. Ответную ласку принимал неохотно, скованно, словно боялся выдать лишнего, попросить большего. Всегда был удручающе молчалив и спокоен, только чуть хмурил брови и стискивал челюсти, чтобы не выдать ни единого звука. Понять, что он кончил, можно было только уже по факту, чувствуя, как сокращаются мышцы. Он и правда боялся, но не боли – а слабости. Боялся довериться до конца, отпустить все тормоза и в кои-то веки расслабиться. Наруто не отрицал, что определенные пассажи в сексе требовали позиции уязвимости, но он сам был к этому готов без каких-либо сомнений. Тот факт, что Саске – еще нет, конечно, немного задевал, но по сути был лишь вопросом времени. Особенно теперь, когда Наруто, наконец, понял, в чем проблема. Саске в этот момент, словно прочитав его мысли, поднял глаза от свитка и вопросительно вскинул брови. Наруто в ответ только покачал головой с улыбкой, в кои-то веки без возмущения доедая свою порцию каши. - Какие планы на сегодня? – поинтересовался он, поднимаясь на ноги, складывая опустевшие тарелки в раковину и принимаясь за мытье. - Карин была нужна помощь в архиве, - отозвался Саске, прислоняясь рядом к кухонной тумбе. – Вечером свободен. Можем сходить куда-нибудь. Наруто с трудом не выдал собственное удивление. Чтобы Саске сам просил не просто провести время вместе, но еще и добровольно соглашался выйти из дома в его компании – это было такой редкостью, что впору диву даваться. - Вечером не могу, - виновато произнес Наруто, чуть дрожащей рукой кладя посуду в сушилку. – У Кибы день рождения. Тебя, кстати, тоже звали. Саске скривился и отвернулся. - Из вежливости к тебе. Меня там видеть не хотят. Наруто закрутил кран, повернулся к Учихе и, вытирая руки полотенцем, ровно и спокойно заявил: - Я хочу. Саске встретил его взгляд, чуть нахмурив брови, и покачал головой. - Вот дома и увидишь, когда вернешься. - Жду не дождусь, - довольно протянул Наруто, припирая Учиху к столешнице. Подкаты у него были дешевые, не слишком изысканные и кричаще очевидные. Саске обычно презрительно морщился, но никогда не отрицал, что каждый раз они работали. Сработало и в этот раз. - Когда ты вернешься, я уже буду спать, - ответил Саске, несмотря на равнодушный тон подаваясь вперед бедрами. – Только попробуй меня разбудить, добе. «Разбуди меня, но так, чтобы оно того стоило», понял Наруто. И многообещающе улыбнулся. *** Саске, как всегда, оказался прав. К тому моменту, как его отпустили, время уже перевалило глубоко за полночь, но как бы ни пытался Наруто слинять пораньше, сделать это было практически невозможно. Особенно после того, как Сай имел наглость сказать, мол, и так мы совсем нашего будущего Хокаге не видим, все свое время проводит в компании Учихи. Наруто очень сильно хотелось аргументировать это тем, что он, дескать, этого самого Учиху три года для этого и возвращал, но в чем-то Сай был прав: с друзьями в последнее время он виделся редко, и надо было использовать возможность, пока она есть. Улизнуть удалось уже поздней ночью. Его уход заметила только Ино, и когда Наруто заговорчески приложил палец к губам, она только понимающе подвигала бровями. К счастью, за последнюю пару лет, как только Яманака бросила попытки захомутать Саске ввиду его занятости, Наруто с ней неплохо сдружился, поэтому можно было рассчитывать на ее молчание. Дома, в их с Учихой маленькой квартирке, свет уже не горел. Что немудрено, если Саске говорил, что собрался спать, значит, скорее всего, так оно и было. Наруто осторожно повернул ключ в замке, чтобы не слишком шуметь, и как можно тише скользнул за дверь. С любым другим шиноби, даже близким другом, смысла бы в этом не было: их всю жизнь тренировали спать чутко, просыпаясь от малейшего шороха на случай опасности. Но Наруто знал по себе: чакра Саске, хоть и не ощущалась как своя, была близкой, родной, она, скорее, наоборот, успокаивала, чем тревожила. Поэтому и домой они обычно прокрадывались – как таковое присутствие друг друга их не будило, а вот слишком громкая возня – вполне могла. Разувшись в прихожей, Наруто заглянул в ванную, не включая свет, он и так знал там каждый сантиметр наизусть. Правда, бутылки из-под геля для душа он все-таки перепутал, но понял это, только когда почувствовал знакомый аромат мяты и лимонной цедры. Этот запах настолько прочно ассоциировался с Саске, что уже буквально через минуту член Наруто решил напомнить о себе и поднялся гордым флагштоком. Соблазн подрочить прямо в душе на скорую руку был велик, но Наруто сдержался. И понадеялся, что не зря. В спальне было чуть прохладно, на ночь Учиха любил оставлять окно открытым и вообще, казалось, никогда не мерз. Наруто не жаловался, для него это был лишний повод прижаться ночью, чтобы погреться. Сквозь тонкие занавески светила луна, выхватывая в комнате квадраты рассеянного света, но совершенно не помогая ориентироваться. Впрочем, тело и само знало, как добраться до кровати, и под одеяло Наруто скользнул, умудрившись ни разу не споткнуться. Саске действительно спал, но от прогнувшегося рядом матраса проснулся – Наруто услышал, как едва заметно сбилось его дыхание, из глубокого став поверхностным. Учиха улегся с бока на спину, поворачиваясь к нему, и с явным трудом открыл сонные глаза. - Как прошло? – глухо поинтересовался он чуть хриплым голосом. У Наруто от всего этого защемило сердце. Вот он, Саске, - лежал в их кровати, уязвимый, не побоявшийся подставить спину, трогательно беспомощный, пусть и не на самом деле. Фактически Учихе требовались доли секунды, чтобы прийти в боеготовность, но от этой доверчивой расслабленности где-то внутри разливалось вязкое, как мед, тепло. - Без инцидентов, - шепотом ответил Наруто, придвигаясь ближе и обхватывая Саске поперек пояса. Учиха не отстранился, наоборот, подобрался вплотную, втянул носом воздух и чуть отодвинулся с озадаченным выражением на лице. - Ты что, трезвый? - Ни капли в рот не брал, - довольно отозвался Наруто. Повел ладонью по рельефному животу Саске, к резинке нижнего белья, и добавил, хитро улыбнувшись: - Но готов взять в рот кое-ч… - Не вздумай договаривать, - бесцеремонно перебил его Саске. Наруто в ответ только рассмеялся уже в поцелуй, неторопливо укладываясь сверху на Саске. Тот отвечал чуть смазанно, явно до сих пор пытаясь проснуться, но от того, что всемогущий Учиха в кои-то веки позволил себе отпустить контроль хотя бы частично, наоборот, ощущения обострялись. - Так почему? – не унимался Саске в перерывах между поцелуями. - Я что, так много пью, что это удивительно? – спускаясь чуть ниже и касаясь губами его шеи, поинтересовался Наруто. - Да нет, - явно рассеяно произнес Саске. – Но сам же говорил, день рождения, чем не повод… Наруто отстранился, приподнялся на локтях и поймал взгляд Саске – чуть маслянистый от уже накатывающего возбуждения и все еще припорошенный сонливостью. Сердце ухнуло куда-то в пятки, да там и осталось, отбивая рваный, тяжелый ритм. - Хотел побыстрее вернуться, - наконец, произнес он. – К тебе. «Потому что ты тоже этого хотел», - не стал добавлять Наруто. Саске молчал несколько томительных секунд, а затем вместо ответа бесцеремонно спустил с Узумаки белье и обхватил член ладонью. Все мысли почти моментально вылетели из головы, Наруто не сдержал низкого стона – стояло у него уже давно, разрядки хотелось неимоверно, а Саске с его неторопливыми поцелуями только распалял еще больше. Рукой он двигал медленно, но уверенно, уже зная, где лучше сжать плотнее, а где – ослабить хватку. Перед глазами заплясали звезды, Саске смотрел прямо на него, ловил все эмоции, читал, как открытую книгу, и, казалось, запускал руки в самую душу, где безбожно терзал каждый нерв, каждое чувствительное место. Наруто смотрел в ответ и задыхался от распиравших чувств, хотелось заорать от их переизбытка, но вместо этого он только шептал что-то неразборчиво – кажется, клялся в вечной любви. И не врал ни на грамм. Саске сжал ладонь, большим пальцем чуть надавил под самой головкой, заставил Наруто глухо застонать, уткнувшись ему в шею. Свободная рука Учихи размерено гладила его по спине, иногда чуть царапая и посылая дрожь по всему телу. Он был безжалостен, давил на все нужные точки, которые уже успел выучить наизусть, и уверенно шел к намеченной цели. Наруто хрипло дышал, ощущая, как скручивает удовольствием внутренности, и когда Саске едва ощутимо коснулся губами чувствительного места у самого уха, а затем чуть прикусил, тело неожиданно содрогнулось в разрядке – резкой, как импульс прошедшейся по всем нервам и так же быстро закончившейся. Другого Наруто и не ожидал. Его выносливости обычно хватало на пару-тройку заходов, и если Саске предпочитал сперва по-быстрому снять его напряжение, можно было готовиться к долгому, насыщенному сексу. Наруто против такого поворота событий совершенно ничего не имел. Обычно следом шел короткий перерыв – Саске со свойственной ему педантичностью принимался тянуться за салфетками, но в этот раз он умудрился удивить. Наруто, словно завороженный, смотрел, как он поднимает ладонь к лицу и неторопливо облизывает пальцы, не отводя пристального гипнотизирующего взгляда. - Охуеть, - только и смог выдавить Наруто. За что мне это все, думал он. Каким святым нужно было быть в прошлой жизни, чтобы заслужить такое. Такого. - Саске? – хрипло позвал Наруто. - Мм? – непринужденно отозвался Учиха, не отвлекаясь от процесса. - Я люблю тебя. Саске едва заметно изменился в лице – чуть искривились брови, сузились глаза, но голос был ровным, как будто бы слишком ровным: - Я знаю. Не знаешь, подумал Наруто, припадая к нему губами. Не знаешь, хотелось заорать, опускаясь поцелуями по шее к ключицам и груди. Не знаешь, билось в голове, когда Наруто осторожно, словно боясь спугнуть, огладил видимые под кожей ребра, обвел языком выступающую бедренную косточку. Саске молчал, напряженный, как струна, и смотрел сверху бездонными глазами с равнодушным любопытством, мол, ты меня не удивишь, но я позволю тебе попытаться. - Может, и знаешь, - едва слышно произнес Наруто, поглаживая крепкое бедро под рукой. – Но не веришь. Саске промолчал, поджав губы и нахмурившись. - А зря, - продолжил Наруто, осторожно и неторопливо разводя в стороны его колени и устраиваясь между ними. – Какую чушь ты себе вбил в голову? Что ты этого не заслуживаешь? Что тебя нельзя любить? Предположения попали в точку, судя по тому, как сбилось дыхание Саске. Наруто едва заметно усмехнулся, забрался повыше, коснулся губ почти неощутимым поцелуем. - Может, и нельзя, - не стал отрицать он. – Нельзя было гоняться за нукенином в попытке вернуть его домой. Нельзя было пытаться оправдать его, когда все вокруг клялись отправить его на плаху. И уж тем более нельзя было в него влюбляться. Что-то в лице Саске неуловимо изменилось, в темноте можно было с легкостью не заметить, но Наруто знал его слишком хорошо, чтобы это пропустить. - Нельзя, - произнес он шепотом. – Но вот он я. Вот они мы. И следом как будто подтаяла заледеневшая поверхность, защищавшая мягкое, уязвимое нутро. Дальше стало проще: рот Саске приоткрылся удивленно и недоверчиво, в глазах застыла просьба – пожалуйста, не оставляй меня, я не смогу без тебя. И одновременно страх – я не могу, не заставляй меня, я не справлюсь. Справишься, решил Наруто. Если не ты, то кто? Повисшая тишина была острой, колкой и давила на нервы. Наруто уже хотелось взмолиться, чтобы Саске сказал хоть что-нибудь, пока он не начал сомневаться. Но Саске, как всегда, сделал ожидаемый от него шаг навстречу и заговорил сам. - Идиот, - надсадно выдавил он. – Без меня… тебе было бы лучше. - Без тебя мне было бы никак, - растянув дрожащие губы в улыбке, ответил Наруто. – Может, и меня бы не было. Понимаешь? И по глазам Саске было видно: понимал. Потому что сам чувствовал то же самое. Считал, что должен отпустить, но не мог, поэтому пытался отдать как можно больше и ничего не брать взамен, чтобы отплатить хоть так. И кто тут еще идиот. Наруто поднялся, сел на пятки и потянулся к тумбочке, мельком оценив ошарашенное лицо Саске. С каким-то нездоровым азартом подумал, что он, похоже, сломал последнего Учиху, но Наруто не собирался останавливаться, пока не разберет его по кусочкам. На прикосновения Саске не отреагировал, но Наруто и не спешил, осторожно поглаживая подтянутый живот, напряженно сжатые в кулаки руки. Саске слепо глядел в потолок, тяжело и сипло дыша, а потом, наконец, опустил глаза и встретился с ним взглядом. - Ты мне доверяешь? – негромко, словно успокаивая дикого зверя, спросил Наруто. Саске кивнул сразу же, без сомнений, и недовольно пробормотал: - А то ты не знаешь. - Я-то знаю, - усмехнулся Наруто. – А вот тебе бы не мешало об этом вспомнить. Губы Саске дрожали, и Наруто наклонился за поцелуем, обхватил лицо ладонью, чуть погладил изгиб челюсти. - Я никуда не денусь, - произнес он тихо, но твердо. – Ни сейчас, ни когда-нибудь потом. И ты от меня никуда не денешься, сколько ни пытайся. Саске напрягся, как будто хотел возразить, и Наруто подвинул ладонь, закрывая его рот. В голосе вдруг появилась твердость, почти злость. - Не сдерживайся. Я хочу тебя слышать. И чувствовать. И видеть все, без всяких масок и барьеров. Оставалось только добавить жесткое и безапелляционное «это приказ», но Наруто смолчал, а Саске и сам все понял. Едва заметно кивнул и прижал разведенные в сторону колени к его бокам. И вот тут уже начало трясти Наруто – от страха, волнения, предвкушения. О том, что он будет делать, если Саске все-таки согласится, если доверится, он даже не успел толком подумать. Перед ним стояла изначально только одна задача – договориться и добиться своего, а вот что делать дальше, он пока что представлял очень смутно. Но импровизация всегда удавалась ему лучше, чем заранее продуманные планы. Стоило отдаться на волю инстинктам, как все стало получаться рефлекторно. Наруто наклонился, губами коснулся шеи, поднялся к уху, прикусил чувствительную мочку и с непривычным самодовольством расслышал приглушенный, едва различимый стон – не столько звук, сколько его отголосок. Руки по-хозяйски прошлись по бокам, правая ласково, но твердо погладила бедро и вздернутое колено, заставляя раскрыться и раздвинуть сведенные, дрожащие ноги. Каждая мышца в теле Саске была твердой на ощупь, напряженной до предела, и Наруто не торопился, зная, где надавить, где приласкать, где коснуться невесомым поцелуем, а где оставить багровую отметку, легко проступающую на бледной коже. Постепенно, с каждым прикосновением и касанием губ, Саске расслаблялся – тело становилось податливым и отзывчивым, чутко реагируя на все махинации, таяло, как масло на палящем солнце. Наруто решил действовать как настоящий шиноби – отвлечь внимание противника и, тем временем, зайти с тыла. Шутка ему самому показалась на редкость удачной, но озвучивать ее вслух он не стал, побоявшись разрушить и без того хрупкую атмосферу. Он коснулся губами члена, провел языком от самого основания, помог себе рукой и погрузил в рот головку. Пальцы Саске запутались в его волосах, сжались едва ощутимо, осторожно, но Наруто на это даже не обратил внимания. Минет был делом привычным, чуть ли ежедневным, и уж этим придирчивого Учиху точно было не удивить. Наруто и не пытался, просто действовал медленнее, чем обычно – плавно опускался, расслабляя уже натренированное горло, также неторопливо поднимался обратно, чуть надавливая языком. Саске не стонал, только дышал глубоко и сипло, сжимая пальцы на его затылке. Мышцы бедра под ладонью едва заметно дрожали от напряжения, во рту стало солоно от смазки, и Наруто расценил это как верный сигнал к продолжению. Свободной рукой он потянулся за тюбиком, вслепую открыл и выдавил холодный гель на пальцы, попутно наверняка измазав постельное белье, но совершенно об этом не волнуясь. От первого прикосновения Саске моментально напрягся, сжался, попытался свести расставленные в стороны ноги. Наруто замер, остановил руку, сосредоточился на движениях губ и языка и продолжил только тогда, когда Саске снова привычно задышал – глубоко, с присвистом, полной грудью. Дальше было проще. Один палец почти легко скользнул внутрь от обилия смазки. Со вторым было посложнее – Саске снова замер, поперхнулся вдохом, но, вместо того, чтобы дать ему время привыкнуть или отступить, Наруто продолжил. Почти бесцеремонно проник внутрь, растягивая тугое кольцо мышц, согнул пальцы и взмолился, чтобы искать не пришлось слишком долго. Одна-две-три секунды потянулись вечностью, с каждой из них Саске из расслабленного состояния переходил чуть ли не в боевую готовность, но затем заветная точка внутри была, наконец, найдена. Саске чуть ли не подбросило на кровати. Икры сжались на плечах Наруто, мышцы живота судорожно сокращались, но главное – стон, низкий и хриплый, но отчетливо слышимый в тишине. Наруто ухмыльнулся, насколько это позволял член во рту, и продолжил. Он представлял себе, как может быть приятно – в конце концов, за годы их отношений он не единожды испытал все прелести принимающей стороны на себе. Но то ли с непривычки, то ли еще почему, но Саске на каждое прикосновение реагировал так, словно его било током. И не останавливал. Третьего пальца он как будто не заметил. Сжал ладонь в волосах Наруто – уже ощутимо, почти больно, судорожно зашептал что-то в темноту – кажется, молил не останавливаться, - и, к восторгу Узумаки, принялся сам подаваться вперед, насаживаться на пальцы, помогая и доводя самого себя до исступления. Наруто не выдержал – поднялся, отстранился, потянулся за смазкой. Саске, тяжело дыша, открыл глаза, встретился с ним взглядом – поплывшим, помутневшим, и протянул к нему руки. Наруто с готовностью навалился сверху, прижался к губам в судорожном горячечном поцелуе. - Саске, я не могу больше… - жалобно простонал он. – Саске, можно?.. Тот, до синяков вцепившись в плечи Наруто, кивнул. Тюбик со смазкой отлетел куда-то к краю кровати, упал на пол, но до него уже не было никакого дела. Проведя ладонью по своему члену, Наруто застонал от смеси боли и наслаждения – кровь отлила от головы, перед глазами уже темнело от перевозбуждения. Оставалось надеяться, что сил и терпения хватит, чтобы не сделать больно. Бесцеремонно выдернув подушку из-под головы Саске, Наруто заставил его приподняться и пропихнул ее под поясницу. Саске даже не возражал, если вообще заметил, только прижался в очередном поцелуе, притянул к себе, положив ладони на лопатки. Наруто сделал глубокий вдох, одной дрожащей рукой попытался удержать равновесие, другой приставил член и неторопливо толкнулся. Тут же губами прижался к шее, чуть ли не вгрызся зубами, пытаясь отвлечь. Подался назад и снова толкнулся вперед, на этот раз резче и глубже. Саске глухо и едва слышно застонал на ухо. Первые несколько движений – медленные и неторопливые – дались с адским трудом. Самого Наруто колотило, перед глазами все плыло, в фокусе оставалось только бледное, искаженное то ли болью, то ли удовольствием лицо Саске. А потом, когда он, наконец, вошел на всю длину и закусил губу от волны экстаза, Саске вдруг распахнул глаза, глянул раскованно, развязно и, едва шевеля языком, сказал: - Выеби меня. Наруто не нужно было просить дважды. Что было дальше, он помнил плохо. Голову закружило непривычным шальным кайфом, в ушах шумело, а на уме не осталось ни одной более-менее связной мысли. Окончательно присутствие рассудка Наруто потерял, когда Саске вдруг откинул назад голову, открывая белую беззащитную шею, и застонал в голос. Его пальцы с силой сжались на ребрах Наруто, но боли не было – все затмевало тяжелое, душное блаженство. Одновременно хотелось, чтобы все это закончилось поскорее, и не заканчивалось никогда. Наруто смутно помнил, как вдруг остановился, отстранился, несмотря на недовольный возглас Саске, перевернул его на живот и вошел обратно. Ему хотелось быть внимательным, нежным любовником, для которого интересы партнера стояли на первом месте, но терпения у Наруто всегда было мало, и сейчас так сильно и невыносимо хотелось кончить, что сил на все остальное уже просто не было. Он с силой, царапая ногтями, огладил бледную спину в сетке мелких и крупных шрамов. Не останавливая быстрого, резкого ритма, притянул обеими руками к себе за бедра, словно сквозь вату услышал уже не стон даже, а вскрик, но не подумал останавливаться. Кожа Саске, обманчиво белая, на ощупь была нестерпимо горячей, ладони плавило от прикосновений, и, в погоне за собственным удовольствием, Наруто наклонился, прикоснулся губами к выступающим позвонкам, прижался всем телом, чтобы его растопило окончательно в этом бешеном жаре. Оргазм оказался неожиданным: вот вроде бы только-только начинает накрывать, нарастает тягучая волна, а в следующий миг его уже трясло, как в лихорадке, прошивая удовольствием с головы до пят. В себя Наруто пришел с трудом, будто выныривал из густого тумана. Все тело покрывала холодная испарина, дышалось с трудом. Саске под ним молчал и даже не жаловался на тяжесть. Наруто откатился в сторону, дрожащей рукой погладил его по плечу и неуверенно произнес: - Эй, Саске? Я… тебе помочь? Он ожидал, что Учиха либо раздраженно огрызнется, либо, смилостивившись, согласится. Вместо этого Саске только глухо фыркнул в матрас и перевернулся на спину. - Ты уже помог, - выдохнул он, пытаясь отдышаться. Наруто удивленно глянул вниз, ошарашено вскинул брови, но мысленно порадовался, что с тяжелым трудом на сегодня покончено. А затем растянул губы в довольной улыбке, сжал ладонь Саске в своей и хмыкнул: - Я тебя таки уломал в конце концов. Саске помолчал, а затем повернул голову, встретился с Наруто взглядом. Прищурился, губы дрогнули в едва заметной усмешке. - Уломал? Наруто замер. Медленно, но верно волна осознания докатилась до его мозга, и он разочарованно застонал. - Ты сам был готов, да? – задушенно спросил он. - Уже пару недель точно, - кивнул Саске, словно в качестве утешения сжимая его пальцы. – Не мог найти подходящий случай. Сам, внезапно понял Наруто. Был готов сам, собирался открыться, отдаться полностью, снести последние засовы. Потому что доверял. Наруто придвинулся ближе, за шею притянул Саске к себе и впился жадным поцелуем. - Остынь, Узумаки, - недовольно пробормотал Учиха, отстраняясь. – С меня хватит на сегодня. - С меня тоже, как ни странно, - фыркнул Наруто. – Оказывается, сверху трудиться приходится гораздо больше. - Запомни эту мысль, - посоветовал Саске. Зевнул, потянулся на кровати и сел. – Я в душ. Ты тоже, но потом. И спать. Наруто, как послушный мальчик, согласно кивнул. Проводил мутным взглядом плохо различимую в темноте фигуру Саске и довольно вздохнул. Даже перспектива миссии на следующий день и, как следствие, уже стопроцентная уверенность, что он не выспится, его не пугала. *** - Саске-кун, все в порядке? Ты хромаешь. Ногу подвернул на миссии? Тебе помочь? Наруто не знал, смеяться ему или в панике драпать от разъяренного Учихи. Саске, к его удивлению, только вежливо отстранил руку Сакуры и отозвался: - Не стоит, все в порядке. - Уверен? – настаивала Сакура. – Я мигом вылечу. - Не надо, - начиная терять терпение, процедил Саске. И показал за спиной кулак едва сдерживающему смешки Наруто. Когда Сакура сдалась и прошла вперед, Саске замедлил шаг и поравнялся с Наруто. - В следующий раз жалеть тебя не стану, - прошипел он, - посмотрим, как потом ты запоешь. - Ах, так ты меня жалел? – подняв брови, спросил Наруто. И ухмыльнулся: - Жду не дождусь. Но не расслабляйся, у нас теперь посменное дежурство. - Списать это на одноразовую акцию не получится? – вяло поинтересовался Саске. - Не-а, - довольно улыбнулся Наруто, притянул его к себе и, оставив смачный поцелуй на щеке, несмотря на возмущенное бормотание, довольный направился вперед.