Серебро и лёд

Хмурые ливни песен из прошлых В мятых конвертах цвета ванили. Вельвет — «Кошка»

      Довольно часто жизнь напоминает о том, что настоящие потери и обретения непредсказуемы. Кажется, что кто-то будет рядом всегда, только сама мысль об этом вдруг становится предвестником неминуемой беды, пусть изменения пока и незаметны. Ещё пару мгновений затишья, и буря накроет с головой. От этого не спрятаться — нужно выстоять и постараться сделать правильные выводы. Они не гарантируют того, что в следующий раз можно будет избежать подобной ситуации, не спасут от разочарований, но помогут стать сильнее.       А стоит ли говорить о том, как неожиданно сбываются по-настоящему важные вещи? Чаще всего что-то хорошее с нами давно происходит, но замечаем мы это далеко не сразу. Иногда именно в те моменты, когда ждём удара…       Всю последнюю неделю Дар делал вид, что усиленно развлекается. Как будто давно и думать забыл о нашей последней встрече. Я же использовала его молчание как возможность подготовиться к очередному кошмару. В принципе, можно было отгородиться от ночных визитёров совсем, но мне показалось, что так будет совсем неинтересно. Вместо этого я работала над защитой дома, предвкушая реакцию одного демона, который не удержится от того, чтобы испытать новенький барьер на прочность. И, разумеется, мои действия не остались незамеченными.       — Приятно видеть, что тебя может что-то мотивировать на полезный труд, — заметил брат. Ему, Поли и Элу не требовалось специального приглашения для того, чтобы меня навещать. Хотя в этот список мог бы попасть и мой отец, пожелай он меня наведаться в гости.       — Нужно же было когда-нибудь начинать, — покладисто согласилась я.       Бел не выказал удивление, а вместо этого, подошёл ближе и аккуратно прихватил за предплечье. Меня окатило волной тёплой силы, отчего неожиданно дрогнули колени. И это несмотря на то, что брат контролировал себя как никто другой.       — Позволь, я помогу.       Молча кивнув в знак согласия, я сосредоточилась на трепещущем язычке огня перед собой. Собственное сердце трепетало в груди также нервно, как это пламя, заставляя чувствовать себя до невозможности странно, почти воздушно. Реальность двоилась, а мы медленно шли где-то между её версиями, по самой кромке. Тонкие контуры каркаса щитов переливались мерцающим золотым светом. Правда, где-то линии будто раскалялись докрасна, а в других местах были невыносимо белыми.       — Смотри, в чём заключается твоя ошибка, — негромко произнёс Бел, без тени укора в голосе. — Энергия в твоей защите течёт неравномерно, а центр ушёл к краю. Здесь даже не понадобиться ничего расплетать, достаточно добавить немного энергии в нужную точку и всё посыплется прахом.       — Но ведь я всегда так делала, и это работало, — возразила я. Не то чтобы я пренебрегала правилами построения линий, но всё же делала всё возможное для их укрепления. И не сыпались ведь…       — Недолго. Мне приходилось править уже после тебя.       Признание брата стало для меня шокирующим откровением.       — То есть ты давно видел, как я лажаю и молчал?! — я резко выдохнула, из-за чего пламя свечи едва не погасло совсем. Однако рука на моём предплечье даже не дрогнула — мой Доктор был безупречно спокоен.       — Не так давно ты говорила о том, что разберёшься со всем сама, постепенно, — Бел настойчиво подтолкнул меня вперёд, лёгким кивком головы заставляя посмотреть в нужную сторону. — Вот тут лучше сгладить угол, а там связать…       Почему-то мне показалось, что говорит он не только о защите и силовых линиях. Да, острые углы лучше сглаживать и особенно с близкими. Только до чего же это подозрительно сейчас выглядит. Тот, чьи методы обучения никогда нельзя было назвать мягкими, буквально вёл меня за руку и объяснял каждый шаг. Словно между нами никогда и не существовало недопонимания.       Неужели Поли рассказала ему о моих проблемах?.. Нет, не похоже. Дело в чём-то другом и я готова поклясться, что связано это с тайнами Элигора. Оба скрывали от меня нечто важное и, судя по всему, небезопасное настолько, что можно не заметить постороннего демона. Те, кого я люблю больше жизни, берегли меня не столько от внешних опасностей, сколько от себя самой и, видимо, правильно делали.

***

      Слыша о том, что кто-то был знаком со мной в Прошлом, я частенько испытывала любопытство пополам с недоверием и разумными опасениями. Всё-таки те крупицы воспоминаний, что оставались у меня, сложно было назвать полноценной памятью. Имена, лица, голоса и поступки — река времени уносила и хорошее и плохое. Лишь смутные чувства, вспышками света, озаряли ветхие картины былого, многие из которых давно не представлялись реальными.       Несложно понять, почему знакомиться с очередным духом мне не хотелось. Хотя нет, тут необходимо прояснить один важный момент: он назвался моим родственником. Поскольку мне сей факт казался самым неправдоподобным из всего, что мне передали, я заупрямилась. Ведь близкие всегда были рядом, и никто из них никогда не упоминал, что где-то у нас есть блудный родич.       «Хотел бы, давно пришёл», — сурово рассуждала я. Внутри поднималось раздражение, которое грозило перечеркнуть саму возможность нового знакомства, а в груди снова тяжело покалывало. В довесок, я напоминала себе о том, что в последнее время мне не везло. Сначала попалась невнятная многострадальная сущность, потом появился Дар, а теперь ещё кто-то.       Однако стоит упомянуть и то, что круг моего общения за пару минувших лет немного расширился, и теперь в нём были не только духи, но и люди умевшие входить с ними в контакт. А у этой медали, как и у прочих было две стороны: с одной стороны — обмен опытом и общение без границ, а с другой — те, кого остановил защитный барьер могли связаться через посредников и интернет. Последнее даже забавляло, но не долго, потому как проблем у меня прибавилось, и вместе с ними вернулась боль.       — Он волнуется, — однажды напечатала моя собеседница. — У тебя всё в порядке?       Сложно было охарактеризовать своё состояние так, хотя пальцы и тянулись набрать привычный в таких случаях ответ. В самом деле, ведь не происходило ничего из ряда вон выходящего — болело и сильней, но я справлялась. Не знаю, почему в этот раз сдалась и решила пустить в свой дом незнакомца…       Я почувствовала лёгкое прикосновение, и в груди расцвёл тёплый и успокаивающий цветок. Боль отступила, но это вызвало беспокойство.       — Тише-тише, — мягкий ненавязчивый шёпот заставил расслабиться и довериться. Я не видела говорившего, но, чтобы узнать его, мне не требовалось видеть. Самое главное — чувство и понимание того что действительно когда-то помнила…       Горячий, но не обжигающий танец ветра и шорох песчинок. Они вьются в вихре вместе с сухими травинками и лиственной крошкой. Дыхание раскалённой добела пустыни, блики солнца на изогнутых клинках, сила и ярость.       Как бы я не пыталась избежать этой встречи, он пришёл. Но чего так переполошился? Всё ведь нормально. Мною завладели смешанные эмоции — любопытство, благодарность, опасение. Впрочем, последнего было крайне мало.       Закрыв глаза, я явственно ощутила тёплые ладони, одна из которых поддерживала под спину, а другая дарила ощущение солнца, почти не прикасаясь к центру груди. В целом его присутствие воспринималось, как дыхание горячего ветра. И это постепенно успокаивало. А ещё мне вдруг стало немного стыдно перед ним. Чего я, спрашивается, сопротивлялась?       Он был рядом всего лишь несколько мгновений, но этого хватило, чтобы принять решение — мы обязательно встретимся снова.

***

      О Даре я забыла слишком рано, а он снова объявился именно тогда, когда ничто этого не предвещало…       Вечно сумрачные улицы города наполнял одуряющий запах прохладной листвы. От акварельного серо-голубого неба веяло теплом, а по закоулкам аллей грациозно танцевали гибкие серые тени.       Прыжки и скольжения, неистовые танцы во взметающихся в воздух бурых и янтарных всполохах. Чудно и тревожно.       Кошки — единственные существа, всегда свободно сновавшие по тропкам между мирами. Можно долго смотреть на этих ловких зверьков, прикасаться к искрящейся радужными бликами шерсти, но так и не понять их истинной сущности. Особенно на зыбкой грани между сном и явью, где не все кошки и люди те, за кого себя выдают.       Вытягивая себя из осенней патоки-дрёмы, я болезненно реагировала на каждый импульс, пробегающий по коже и заходящееся в сумасшедшем ритме сердце. Становилось немного страшно, но я знала, что это того стоит.       Почувствовать, потянуться, позвать… и сон перестанет быть просто сном. Если мне повезёт, Эл откликнется и не сразу отправит меня обратно.       Присутствие кого-то близкого заставило меня встрепенуться и осмотреться внимательнее. Знакомая площадь и дом напротив точно такой, каким был запомнен в детстве. Его всё ещё красили в красный, белый и розовый; только крышу и поменяли, закрыв широкие зевы чердачных окон железными, будто печными, заслонками.       Влетев через три ступеньки в квартиру на первом этаже, в коридоре я помедлила. Тугие половицы не скрипели, словно были подогнаны совсем недавно, а в коридоре витал чёткий аромат пряностей. При этом в комнатах царила абсолютная тишина.       Заинтригованная, я медленно, словно желая поймать кого-то с поличным, пересекла просторную гостиную и заглянула в спальню. Каково же было моё удивление, когда вместо кроватей и шкафов, я увидела столы, полки, плиту и раковину. Типичная кухня. Причём совсем недавно на ней кто-то орудовал… об этом свидетельствовали рассыпанная по столу мука и чашка, где размешивали тесто.       Я приблизилась к окну с широким подоконником, на котором любила сидеть с книгой в детстве и взглянула на осенние пейзажи. Снаружи ничего не изменилось, зато мои ощущения явно подвели…       — Попалась! — довольный голос Дара и его прикосновение к моим плечам подействовали словно удар тока. Я вздрогнула от неожиданности и оцепенела, не в силах обернуться. Тем временем, навязчивый тип буквально дышал в мой затылок.       — Чего ты хочешь? — мрачно осведомилась я, неистово желая вырваться и проучить негодяя.       — Печеньки, — тут же послышалось в ответ.       — Что?       И как тут не решить, что над тобой издеваются?       — Испеки мне печенек, — повторил Дар, убирая руки с моих плеч и отступая назад.       Тут я поняла, что снова могу двигаться и резко развернулась. Одетый в обычные светлые брюки и рубашку с закатанными рукавами, демон выглядел по-домашнему, и на мгновение мне показалось, что добрым.       — Я не умею готовить печенье, — сказала я чистую правду, прекрасно помня о своих неудачных экспериментах. Печенье у меня все разы получалось неизменно твёрдым.       — Ничего страшного, — отважный маньяк задорно подмигнул. — Я буду тобой руководить. Тебе же это нравится.       Его широкая улыбка и двусмысленность слов, вызвали у меня непреодолимое желание, взять и… накормить его печеньем!       — Хорошо. Если ты дашь мне более полную свободу действий, я тебя и с рук покормлю, — я изо всех сил постаралась улыбнуться в ответ.       Пепельные брови на мгновение нахмурились, но затем я ощутила изменения: меня действительно больше никто не контролировал. Я была вольна сбежать, как сделала в прошлый раз, но решила остаться… чтобы и некоторые демоны, наконец, научились бояться своих желаний!