Тургеневская

Станция Тургеневская, 24.12.2033, что-то около семи часов вечера

Семён бежал, на ходу перезаряжая свой дуплет и думая о сделке, совершённой им всего 4 часа назад в Китай-городе, о пяти сотен пулек, которые ждали бы его в условленном месте. Но теперь эта работа не казалась ему такой уж и лёгкой. Ему соврали, сказав что на Тургеневской тихо и спокойно. Возможно, так оно и было... Часа 4 назад. За ним гналась толпа стражей, голов эдак десять, а патронов еле на троих хватало. Ещё ему не нравилось то, что дуплет определённо требовал смазки, ведь Семён даже и не помнил когда последний раз чистил ружьё. "Как всегда, тупые мысли в нужный момент. Похуй что не смазал, главное ноги со станции унести!" - сказал про себя Корсар. Сказал - и чуть не шмякнулся на пути, к вящей радости стражей, поскольку Семён не заметил будто бы специально брошенную на них канистру, в которой когда-то плескался бензин. Да и сейчас там вроде что-то оставалось, но Семёна это волновало явно не в первую очередь. Неловко её перепрыгнув, из кармана у него высыпалась ещё пара патронов. Глянув на них с грустью, он не заметил ещё одной опасности - растяжки, оставленной видимо теми, кто в спешке покидал станцию. Услышав шипение, он невольно ускорил шаг и на бегу широко раскрыл рот. Сзади послышался взрыв, и спину наёмника глубоко порезали осколки. "Ну-с, зато на пару стражей точно меньше" - уныло подумал Семён, понуро ухмыльнувшись. И тут же она сползла с лица авантюриста, а по спине пробежал холодок. Взрыв, видимо, потревожил очередную стаю этих тварей, поскольку с дальней платформы послышался вой, оповещавший всех вокруг о приближении мяса. Видимо, этого стража не смущала другая толпа его собратьев. Впрочем, Семён особо и не видел чтобы они срались между собой за мясо, хоть это и вполне закономерно. Пожалев о жадности, из-за которой Корсар пренебрег дробью перед выходом, наёмник на бегу прицелился и сделал два довольно точных, учитывая все условия, выстрела в стража, стоящего впереди него метрах в десяти и воющему. Оба выстрела пришлись ему в тушку, впрочем, пробегая мимо свежего трупа, он заметил пару мелких дырок в районе шеи. "И надо мне на этом своё внимание, блять, акцентировать!" - выругался Семён где-то в своей голове, продолжая этот вечный побег. Как жаль что так мало дроби! Вытащив гильзы из дуплета, он полез в карман - пусто! Хотя ещё минуту назад там было около шести снарядов к его машине смерти. "Мне и сорока нету, а уже не слышу как патроны выпадают. Впрочем, что тут блять можно услышать?" - заметил Семён про себя и кинул подальше от себя бесполезный ныне дуплет, надеясь что он кого-то огреет по морде. Позади послышались шлепок и скуление одного из стражников, которому его ружьё угодило, надо полагать, по лапе. Ну, хотя-бы вообще зацепило кого... Без двух килограмм железа бежалось тридцатисемилетнему наёмнику куда легче. Пробежав через проём, где некогда была дверь, в прямом коридоре он свернул в комнату с надписью "Генераторная", и тут же вылетел оттуда, услышав писк паука, по которому прошёлся свет от фонаря. -Вы, бля, издеваетесь или алё? -прокричал он в пустоту коридора, и помчался вслед за своими словами. Возможно, не стоило кричать хоть и в довольно широком, но всё же коридоре, а может его бы и так учуяли, но спереди послышался топот, в котором, к сожалению, Семён узнал шаги стражников. На этот раз удача улыбнулась ему, и эта толпа стражей его не заметила, предпочитая, видимо, поедание своих собратьев, нежели людское мясо. Для Корсара это был ещё один шанс пожить ещё немного, и он не преминул этим шансом воспользоваться. У него открылось уже, наверное, четвёртое дыхание, что неудивительно, учитывая ту парочку стражников, которые могли передумать нападать на своих собратьев-мутантов, зародившихся после Большого Пиздеца. А может они и раньше были в туннелях? Да хуй его знает, до Семёна доходили слухи, что ещё до Войны в туннелях обитали неведомые существа... Удача не всегда благосклонна к людям, тем более к тем, кто выжил после Апокалипсиса. Семён недолго успел пробежать, как его сбил с ног какой-то страж, или прыгнувший на него из очередного дверного проёма, или очень шустрый из рядов тех, кто преследовал его с платформ станции. Разбив при падении противогаз вдребезги, вдобавок приложившись лбом о бетонный пол, он развернулся. Так и есть, перед ним стояла мутировавшая блядина, надрывающая свою пасть истошным воплем, оповещая сородичей о свежем, даже немного поджаренном мясе. В два прыжка эта тварь преодолела расстояние, разделяющее её и Семёна и встала прямо над ним. Говорят, люди видят свою жизнь перед смертью. Семён не видел нихуя, наверное, оттого что он привык каждый день рисковать жизнью, поэтому и перестал замечать эту хуйню. А может её и вовсе не было. Иногда ему даже казалось, что жизнь и создана для того, чтобы каждый день играть с Богом в рулетку, ставя на кон свою ёбаную жизнь, а при победе получать право дожить до завтра, чтобы вновь сыграть в эту блядскую рулетку, чтобы снова и снова выигрывать, пока наконец револьвер не сделает выстрел. Выстрела не было. Да и кто должен был стрелять на этой станции? Стражники? Залётные бандиты? Может, случайные челноки? Никто не стрелял на Тургеневской. Некому. Все были заняты своими делами. Кто-то ухаживал за грибами на ВДНХ, кто-то стрелял в людей, чьи идеалы не совпадали с идеалами его правителей, кто-то кого-то насиловал, кто-то ходил по Библиотеке с рюкзаком, полностью заполненным разнообразными книгами, думая о том, как бы ему пройти мимо библиотекарей и съебать в Полис. Никому не было дела до того, что происходит на Тургеневской, жилой станции, уютно пристроившейся под боком у Красной Линии. Ну, таковой она была часа 4 назад... -ДАВАЙ, СОЖРИ МЕНЯ, ПСИНА БЛЯДСКАЯ - закричал во всю глотку Семён, выдёргивая чеку из старой, как его фонарь, гранаты Ф-1, которую он так удачно выторговал перед этим простейшим, как ему казалось, заданием. "Как там в играх говорилось? Game over? Это, видимо, он" - подумал Корсар, отпуская спусковой рычаг гранаты" Последнее, что видел 37-летний житель Московского Метрополитена, родом из далёкой, по нынешним меркам, Украины - уродливую пасть стражника, занесённую над его головой как гильотину перед казнью, да остальных его собратьев, бегущих отведать свежего мясца. -Отлично, уйду не один. Одному скучно - ухмыльнувшись в последний раз, закрыл глаза, напевая себе в голове одну песню из старой игры, в которую он играл будучи 17-летним подростком. Последней его мыслью была "Чёрт, забыл название этой игры. Впрочем, уже неважно". Резкий хлопок разорвал пространство коридора, заполняя его осколками. Про весь пиздец, произошедший на станции, узнали очень скоро. Особенно для мира, где все заняты своими делами.