Попытайся не задохнуться

      Белокурый паренёк огляделся вокруг себя. В помещение было только три человека. Юри, Виктор, пытающийся научить хоть чему — то последнего, и сам Юра. Плисецкий, уставший от тренировки, перекинулся через бортик, чтобы достать бутылку воды из сумки. Как только парень вернулся в прежнее положение, в зелёных глазах потемнело.       Стало тяжело дышать. Трясущиеся, тонкие руки судорожно потянулись к горлу. Колени начали подкашиваться. Приступ кашля. — Нет… нет. Только… не сейчас… — тихо прохрипел парень. Ноги не выдержали. Юра осел на лёд. Только тогда увлечённые обществом друг друга Виктор и Юри обратили на и без того бледного Плисецкого внимание. — Юра, твою мать! — раздался голос двадцативосьмилетнего мужчины, который со скоростью света подлетел к блондину.       Воздух в лёгких заканчивался. Возможности вздохнуть не было. Стало страшно. Стук сердца заглушал все звуки. Адская боль стала стихать. Перед глазами всё плыло. Сначала ярко — красные цветы на фоне льда, затем голубые глаза и платиновые волосы Никифорова, обеспокоенное лицо Кацуки. Темнота. Вокруг ничего нет, лишь пустота.

***

Спустя три часа…       В голове Плисецкого пронеслись воспоминания.       "— Мама, мама, что с тобой?! — детские зелёные глаза, наполненные испугом, смотрели на женщину, которая пыталась откашляться от столь ненавистных ей цветов. — Юра! Не подходи! — с трудом прохрипела она, глядя на бледное лицо ребёнка. Резко в комнату ворвался пожилой мужчина. — Отец! — вскрикнула женщина. — Уведи Юрия отсюда! — силы заканчивались, воздуха не хватало. Женщина обессилено упала на пол, успев лишь прошептать, смотря в зелёные глаза, наполненные слезами. — Я тебя люблю. — Её глаза закрылись, кожа была, словно прозрачной.       Мужчина подхватил на руки маленького мальчика, но даже не заметил, что тот успел схватить ярко — красный цветочек, лежащий рядом с его мамой."       Молодой парень открыл глаза. Его взору представился белый потолок. В ушах что-то мерзко пищало. Ясно. Он в больнице. Плисецкой сел на кровати. Теперь он увидел нервно вышагивающих поперёк комнаты Виктора и Юри. — Юра?! — первым увидел состояние парня Виктор. — Как ты себя чувствуешь? — Хреново. — коротко ответил блондин. — Почему ты не сказал, что болен? — в разговор встрял Кацуки. — Это бы что-то изменило? — саркастично спросил Ледяной тигр. — Меня больше волнует, когда ты умудрился заразиться? — спросил голубоглазый мужчина. — Мне было лет пять. В тот день на моих глазах умерла мама. Тогда я схватил один из тех цветов. Помню как сейчас. — Юра! — в палату забежал Отабек. Плисецкий уставился на друга широко распахнутыми глазами. Волосы были растрепаны, куртка кое-как одета, футболка помята. — Где ж тебя так потрепало? — с усмешкой спросил Юра. — Юра! Что произошло?! — парень проигнорировал заданный ему вопрос. Блондин переглянулся с Виктором и Юри, как бы говоря молчать. — Просто не ел сегодня. Подумаешь. Голодный обморок и ничего более.

***

      Разноцветные трибуны размываются перед глазами. В помещении прохладно, но юноши умирают от жары. Юра и Отабек решили сделать внеплановую тренировку, чтобы отвлечься от недавно произошедших событий и просто побыть вместе. Вместе… Как друзья… Друзья… Алтын предложил сделать небольшой перерыв. Запыхавшийся Юра спешно согласился со своим черноволосым другом. Плисецкий уже было собирался начать весёлую беседу с казахом. Голос охрип. Сложно сделать вдох. " Нет! Нет, только не сейчас! Бежать! Как можно дальше! Чтобы Отабек не узнал!» — пронеслось в голове зеленоглазого.       Алтын заметил, что Юра застыл и побледнел. — Юра? — настороженно спросил парень.       Плисецкий же в ответ моментально покинул лёд, кое-как снял коньки и скрылся за дверью в раздевалку. При попытке вздохнуть раздавался хрип, пронзающий горло адской болью. По ту сторону двери раздавался голос Отабека. А в голове опять проносились воспоминания…       " — Юра, нам пора идти. — на плечи мальчика опустились руки пожилого мужчины.       Примерно минут через тридцать Юра выслушивал соболезнования родных и близких. За весь вечер он не проронил не одной слезы. Закончились. Плачут слабаки? Нет, Юра так не считал, хотя со временем стал в этом убеждаться. Он обещал ей победить. Подарить ей золотую медаль. Но вот её не стало. Опоздал. И теперь с адским остервенением был готов победить любой ценой.       Весь вечер мальчишка проходил с прямой спиной, каменным лицом и льдинками в зелёных глазах. В тот вечер он поклялся никогда не проигрывать…"       После смерти матери у Плисецкого не осталось чувства любви. Ну только чуть-чуть. Этот крохотный остаток любви он отдавал всецело своему деду, который всегда был рядом. Впервые Юра почувствовал, что проигрывает, когда узнал про свою болезнь, про эти грёбанные цветы, и как от них избавиться. Он было уже потерял надежду. Не верил, что может полюбить, но когда смог, не поверил, что его могут полюбить. Почему?       Потому, что он не просто полюбил. Он полюбил своего друга. Гормоны или что-то ещё разбудило его радужное естество… неизвестно. Но он, Отабек, был так далек. Помимо Юры, у казаха были и другие друзья, подруги… может даже девушка. Плисецкий этого не знал точно.       Но сейчас… Он был рядом, совсем рядом. Отабек был за дверью, которая разделяла их. И он беспокоился за Юру. Еле сдерживался, чтоб не выбить эту чёртову дверь.       Юра начал вспоминать те тёплые моменты, которые он провёл с казахом. Кашель становился тише. Вспомнил, как Отабек спас его от бешеных фанаток, называющих себя «Ангелы Юрия», в Барселоне. Судорожный вдох. Вспомнил как по всем соц. сетям разлетелась их фотка с подписью " Герой Казахстана похитил русскую фею!» Юрий вспомнил как Отабек предложил стать друзьями. Приступ закончился. Без сомнений… Он любил Отабека. Наконец Ледяной тигр России признался себе в этом. Поверил… Поверил, что ещё может любить. Ликуйте, люди! Юрий Плисецкий не каменный истукан, которому плевать на всех и вся с высокой башни!       Количество кислорода в лёгких восстановилось. Юрий выпрямил спину и медленно стал подходить к двери, в которую уже десять долбанных минут колотил Герой Казахстана. Но почему так страшно открыть её, так страшно дёрнуть за эту проклятую ручку? Может потому, что по ту сторону он столкнётся с карими глазами казаха? Может потому, что придётся объяснять причину такого поведения? Бледная рука медленно тянется к ручке… — Юра! — раздаётся по ту сторону двери. И тут, услышав его голос, Плисецкий слетает с катушек. Он открывает этот чёртов кусок древесины и утыкается лбом в ключицу ничего не осознающего брюнета.       Отабек, будучи достаточно тактичным человеком, не стал сейчас требовать объяснений. Он просто обнял и без того бледного блондина в ответ. Как только сильные руки сомкнулись на Юриной спине, Плисецкий ощутил спокойствие. Словно крепкая каменная стена защищала его от всех проблем, от всего мира…

***

      Звук мотора. Встречный ветер развивает блондинистые волосы. В нос бьёт запах парфюма сидящего спереди казаха. Сейчас, как когда-то давно, они летят по улицам Барселоны.       " — Ты будешь моим другом или нет? — спросил Алтын в своей спокойной манере. — Да. — Юра был в смятении, ибо почти ничего не знал о дружбе. Он предпочитал быть одиночкой. Он не доверял людям. Не умел… Но что-то в казахе манило к себе. Вызывало это долбанное доверие. Плисецкий пожал протянутую руку Алтына."       И вот они снова на том самом месте, где когда-то стали друзьями. Молча смотрят на солнечный закат. — Юра? — тихо спрашивает Отабек своего бледного друга. — Мм? — парень не отрывал взгляда от горизонта. — Что с тобой происходит? — он волновался. Волновался за Юру. Что с ним что-то случиться. Юра понимал, что рано или поздно этому разговору суждено было состояться, но он оказался совершенно к этому не готов. И всё же Плисецкий начал оповещать своего друга. — Просто я всегда стремился побеждать, устраняя все причины проигрыша на своём пути. Но есть та, что мне не подвластна. Сейчас я пытаюсь не победить, я пытаюсь хотя бы просто не задохнуться… — Отабеку хватило этих слов. Он понял всё. Юра заражён. И только один человек способен его спасти. Тот, кто находится в Юрином сердце. Но казаху путь туда был закрыт, так он думал…       Алтын обнял Юру, пряча от всех. Чтобы этого маленького тигрёнка никто не обидел. Спрятал его от мира, ибо думал, что это единственное на что он сейчас способен. Отабек прекрасно был знаком с Юриной болезнью. Нет, он сам не болел, но очень часто становился свидетелем страданий своей сестры. Казах не хотел, чтобы это повторялось с кем-то из его близких… Но судьба решила распорядиться по своему.

***

      Стопка за стопкой. Бокал за бокалом. Бутылка за бутылкой. Жалкое зрелище, правда? Как же по-геройски накидываться алкоголем, когда твой лучший друг ( но для тебя не просто друг) где-то там страдает, пока ты топишь свои мысли в коньяке или виски, да, Герой Казахстана? Нет. конечно же он понимал, что запой — это не выход. Но также он считал, что просто не способен помочь Юре избавиться от болезни, ведь единственный способ — это взаимная любовь.       Сколько месяцев прошло с того дня, как Юра во всём сознался? Три, четыре? После такого мы можем вручить Отабеку награду " Великая тряпка года!». Ведь спустя неделю Отабек вернулся обратно на просторы родного Казахстана. Надеялся, что долбанная неуправляемая ревность пройдёт, исчезнет сама собой, но нет! С каждым днём было всё хуже. Стало настолько невыносимо, что казах бросил фигурное катание и остался в компании депрессии и алкоголя.       Но всё не вечно. Юре осточертело каждый день звонить и писать Отабеку. До такой степени это его достало, что он просто собрал манатки и поехал в Казахстан искать горе-друга. После долгого пути Юрий около десяти вечера зашёл в квартиру казаха. Дверь на удивление была открыта. Плисецкий нашёл друга, сидящего на полу в обнимку с бутылкой коньяка. Блондин подошёл к Алтыну. — Хэй, Бека? — ноль реакции. — Отабек? — Плисецкий немного повысил голос. — Хэй, Отабек, очнись. — парень уже теребил казаха за плечо. В ответ лишь раздалось несвязное бормотание. Юра решил, что делать нечего. Он отправился на кухню (в квартире Отабека он был не первый раз), достал кружку побольше и наполнил её ледяной водой. Зеленоглазый выплеснул всё содержимое кружки на голову Отабека. — Твою мать! — раздался вопль на всю квартиру. Перед карими глазами всё плыло, но со временем казах смог разглядеть Юрия, который осторожно забрал у мученика бутылку с коньяком и поставил на тумбочку рядом с диваном. Плисецкий решил воспользоваться ещё пьяным состоянием друга и выведать у него все интересующие вопросы. — Во-первых, что заставило тебя так надраться? — Ты. — короткий и ясный ответ. — И что же я такого сделал? — Не ты. Я. — Хорошо. И что же ты сделал? — Влюбился в тебя. — Придурок. — закатил глаза Юрий. Он просто обнял своего лучшего друга, уже не друга… — Давай вставай, горе. — усмехнулся блондин и помог казаху подняться на ноги.       Спустя какое-то время, когда к Отабеку наконец вернулся здравый рассудок, он долго извинялся перед Юрой за своё поведение, но Юра лишь смеялся в ответ. Звонко и искренне. И наконец за долгое время недомолвок они нормально поговорили и выяснили всё.

***

— И победителем объявляется двадцатичетырёхлетний Юрий Плисецкий! — зрители зааплодировали. Мужчина с зелёными глазами и золотой медалью на шее подошёл к не менее известному казаху и победоносно впился в его губы. Ледяной тигр справился. Ледяной тигр победил!И будет побеждать всегда…