Я смогу тебя перекроить

Маринетт пробудилась от того, что яркое утреннее солнце заполнило комнату. К своему удивлению, она вчера очень быстро уснула. Наверно, слишком много впечатлений для одного дня. И… о Боже, она же завалилась на кровать прямо в футболке Адриана! Резко вскочив с кровати, девушка тут же бросилась к сумке и начала переодеваться. Нужно было поскорее вернуть Адриану его вещь, пока не очнулась Алья и окончательно не затроллила её ещё и за футболку. Натянув первое попавшееся, девушка глянула на подругу, раскинувшуюся на кровати. Если уж Алья засыпала, то её даже из пушки не разбудишь, не говоря уже о каком-то там солнце. Тихо прикрыв за собой дверь, Маринетт вышла в коридор и подошла к двери Адриана. «А вдруг он ещё спит?» - спросила она себя. Но, в любом случае, медлить нельзя было. Рука дрогнула и несколько раз постучала в дверь. Похоже, никто не слышал. Маринетт предприняла ещё одну попытку и уже решила, что куда проще будет просто оставить футболку на пороге. Но именно в этот момент дверь резко распахнулась. - Доброе утро, - ласково поприветствовал девушку Адриан. - Ты уже в гриме?! – удивилась Маринетт, ловя себя на мысли, что ещё ни разу не видела парня без образа «кота». - У меня фотосессия через полчаса. Фотографу необходимо закончить всё к обеду. - Понятно. Я просто хотела вернуть тебе футболку. Спасибо за вчерашний вечер. - Зайди, - спокойно пригласил парень таким тоном, что Маринетт даже не стала думать о возражении. Не произнося ни слова, она переступила порог, и дверь захлопнулась за её спиной. Она стояла спиной к Адриану и всей кожей ощущала колоссальное напряжение, возникшее между ними. Адриан упёрся руками в стену, не смея даже посмотреть в лицо девушки. - Где Натаниэль? - Уехал час назад. У него съёмки. Он приезжал только потому, что знает, как я ненавижу быть в одиночестве. - Надеюсь, он ничего такого о нас не подумал. - Нет. Пришлось соврать ему, хотя я никогда и ничего не скрывал от Нати. И это отвратительно. - Да. Это ужасно, - тихо произнесла девушка. Не в силах ещё что-то сказать друг другу, они просто молчали. - Так нельзя, Маринетт. То, что мы делаем совсем неправильно, - вдруг прервал тишину Адриан, - я не свободен, и ты сама должна это понимать. Пусть даже меня так сильно тянет к тебе! – он резко обернулся и они оказались лицом к лицу. – И я совсем не знаю, что же делать. Я совсем не должен. Не имею права так поступать с Натаниэлем! Он так искренне любит меня! - А ты? - Маринетт, как загипнотизированная, смотрела в его бездонные глаза. – Ты его любишь? - Он дорог мне, - честно отвечал блондин, - но я сомневаюсь, что способен полюбить… ещё раз. - И ты остаёшься с Натаниэлем, потому что… -… потому что он никогда меня не предаст! Маринетт облизнула пересохшие губы. - А что по поводу меня? Что ты чувствуешь, Адриан? - Ты… с самой первой встречи… я хочу… Но не успел он договорить, как она уже с силой впилась в его губы. Тело отказывалось подчиняться доводам разума и действовало на одних грубых животных инстинктах. Лаская его губы, поглаживая их, легонько кусая, девушка призывала красавца ответить на её поцелуй. И она чувствовала, как его воля постепенно ослабевает. Когда руки Адриана сомкнулись на её талии, а рот раскрылся, она поняла, что он окончательно сломлен. И теперь Маринетт ничего не смущало. Вся она моментально превратилась в сгусток невероятного удушающего желания, которое грозилось вырваться наружу. - М-М-Маринетт, - простонал Адриан, отрываясь от сладких губ девушки, - прошу, остановись. - Нет, - твёрдо ответила девушка. В этот раз она точно знала чего хочет. Вновь поработив его губы, Маринетт решительно нырнула руками вниз и расстегнула ширинку на брюках Адриана.