Я смогу тебя перекроить

Маринетт поставила камеру на стол и поправила таким образом, чтобы её лицо попадало точно в кадр. - Итак, - начала девушка, - дорогая моя, Алья. Я вижу, ты тут решила затянуть меня в свои непонятные глупые игры. Сегодня я убиралась и, угадай, что же нашла? Твою камеру! Как это понимать? Ты обставила всё так, что мы с Адрианом оказались вдвоём в душе, голые! И чего, скажи на милость, ты пыталась этим добиться? Запомни навсегда – я никогда, никогда и ещё раз никогда не буду спать с Адрианом Агрестом! Хотя бы для того, чтобы позлить тебя. Вот так вот! Отключив камеру, девушка тяжело вздохнула. Что теперь делать? После той встречи с Адрианом уже трудно было что-то здраво осмыслить. Чёрт побери, ей же до ужаса понравилось это ощущение! Понравилось целоваться в тёмном переулке, понравилось чувствовать, что этот глупый Чёрный кот принадлежит ей. О нет! Нет! Нет! Нет! Она должна и обязана забыть его, оставить это безумие в прошлом, похоронить всю эту историю. Но от грустных мыслей её вдруг отвлёк настойчивый звонок в дверь. - Явилась! – подумала Маринетт, ожидавшая появления блудной подруги. Она ухватилась за ручку и повернула ключ в замке. Но на пороге она увидела не ушлую журналистку, а того самого глупого кота, о котором так упорно хотела забыть. В полном своём облачении, включающем и мрачный макияж, и облегающую одежду из чёрной кожи. Он прислонился к её двери и продолжал стучать, пока она не открыла её во всю ширину. - Адриан! Что ты здесь делаешь? – спросила Маринетт. - Прости, - вздохнул парень, - могу я остаться сегодня у тебя? - Что-то случилось? - Ты, в самом деле, хочешь это знать? - Ладно, зайди для начала – не стоит говорить в коридоре. Когда он проходил мимо, Маринетт вдруг почуяла исходящий от него запах. Вдохнув его, девушка чуть сама не охмелела. - Ты пил? – без лишних церемоний спросила она. - Какие-то проблемы с этим? – нагло ответил Адриан, прислоняя к губам огромную бутылку с неизвестным девушке напитком. - Сядь и расскажи мне уже что случилось. И отдай мне эту чёртову бутылку, а то так напьёшься, что скоро по-человечески говорить не сможешь, - сурово ответила Маринетт, отбирая у друга спиртное. - Алья так и не вернулась? – оглядываясь по сторонам произнёс блондин. - Насколько можешь заметить, то нет. Давай же, выкладывай! В жизни не поверю, что ты так сильно напился просто потому что захотел. - Ох, - Адриан закрыл лицо руками и опустился прямо на пол. Почувствовав необыкновенную жалость к парню, Маринетт тоже опустилась на пол и приблизилась к нему. - Прошу тебя, расскажи мне. Не могу смотреть на то, как ты мучаешься, - умоляла девушка. - Вчера изнасиловали мою подругу Хлою, - хриплым голосом произнёс Адриан. - Как? – Маринетт ощутила холодок, мгновенно проходящий по её телу. - Когда я приехал, она была вся в слезах и крови. Он избил её и изнасиловал, - продолжал свой рассказ блондин, - теперь она в больнице. Не зная, как реагировать, девушка прижала к своим губам бутылку и сделала большой глоток. Спиртное резко обожгло её горло. - Ух! Какое крепкое! – с силой выдохнула Маринетт. - Конечно, это же Everclear – самая крепкая штука на свете, разбавленный правда, - между делом подметил Адриан, а потом вновь закрыл руками лицо, - это я во всём виноват. Маринетт с жалостью смотрела на собеседника. - Идём, - она взяла парня за руку и повела в комнату. Усадив Адриана на свою кровать, девушка принесла из кухни два стакана и упаковку сока, чтобы разбавить термоядерную спиртовую смесь. Наполнив ёмкости, Маринетт села рядом с парнем и сделала глоток. На этот раз было куда терпимее, вкус не казался таким же ужасным. Но девушка стремительно пьянела. - И почему ты пьёшь сейчас здесь со мной, а не сидишь рядом со своей подругой? – решительно спросила она. - Я хотел, но отец мне не позволил. Он сказал, чтобы я ехал на съёмки, а пока они длились - закончились часы посещения. - И ты так расстроился, что решил напиться? - Ты не понимаешь, Маринетт. Это я во всём виноват, - тихо повторил парень. Девушка залпом опустошила стакан и наполнила его снова. По всей видимости, Адриан не собирался ничего ей рассказывать. От этого становилось крайне неприятно на душе, но, с другой стороны, Маринетт и сама понимала почему. - Я понимаю, почему ты не хочешь мне рассказывать, - сказала она, - ведь я не из тех людей, которым ты можешь доверять. - Это совсем не так, - взгляд его зелёных глаз был каким-то непривычным, - просто ты мне ни за что не поверишь. - Почему ты так уверен в этом? - Потому что уже пытался рассказать это другому человеку. - Что же, коли ты уже сидишь здесь и не хочешь теребить душу такими разговорами, то я предлагаю нам просто напиться, - улыбнулась Маринетт, прислоняя свой стакана к стакану Адриана. Глядя на его неловкую грустную улыбку, она подумала, что это было действительно верное решение.