Дневник проститутки.

— Не слишком ли предрассудительным будет ваше решение брать мое интервью? — спросил чарующий мужской голос. Пустая белая комната, два кожаных кресла, между которыми ютился маленький кофейный столик, свет от софитов-единственное доступное освещение. Пожалуй, в такой обстановке должен начаться разговор с какой-нибудь очень известной теле-или-кинозвездой об его (ее) прошлом, настоящем,в общем, все самое сокровенное в народ. Но нет, сегодня интервью берут у совершенно блеклого представителя повседневной жизни. Немногие из НИХ желают попасть в телевидение или открыть свою личность, они сочтут необходимым остаться анонимными. ИХ работа — тяжелый труд, принимать, выслушивать, пускать и провожать, и так каждую беспощадную ночь. В холод, в дождь, в жару. Ты можешь их видеть, но не замечать, у тебя есть на то свои причины, конечно, ОНИ не могут осуждать тебя за то, что ты проехал мимо них, они и дальше продолжат провожать каждую машину взглядом, моля выбрать их общество себе на ночь. Джеррар Морис — репортер с двенадцатилетнем стажем, разумеется, плоды его трудов не являются пищей для СМИ, этот мужчина занимается раскрытием миру личностей, на которых не обращают внимание, или же не хотели обращать, пытаясь то ли закрыться в себе смущение, то ли скрыть брезгливость. Морис брался и за дела, порученные ему с более популярных журналов или газет. Это были самые неинтересные и бессмысленные работенки в мире, так как выгодой был один слепой пиар, Джерар хорошо пишет, независимо от того, насколько бессмысленным была информация с его статей. Поправив стопку документации с вопросами постукиванием по столу, он поднял заинтересованный взгляд на своего гостя, с времени его знакомства с Тэйлором Мерфи прошло всего пару дней. Омега радушно согласился на интервью, но предупредил, что лица не покажет, вне всякого сомнения, Морис хотел протестовать против этого условия, но, сейчас персонаж показался ему слишком чувственным, он не мог упустить его! Пришлось согласиться. И вот теперь перед ним сидит утонченная фигура, очень элегантная, стоит признать, что его собеседник был невероятно красив, черная сетчатая вуаль, закрывающая лицо, черная блуза с рукавами, закатанными выше локтей, перчатки, в тон блузе, скрывающие бледные руки, и штаны. «Таинственность, » — так охарактеризовал для себя Джерар Тэйлора, что было странно, он никак не мог вспомнить лица омеги, как бы не пытался. Он вообще не помнит ничего из того вечера, ничего. Репортер взглянул на объектив камеры, кивнул оператору. Съемка была начата и вполне непринужденная беседа могла возникнуть из заданного, самим омегой, вопроса. — Безусловно, нет, мистер Мерфи, — резонировал мужчина. — Этот разговор-мое личное желание. Раз уж наша беседа начата, представьтесь пожалуйста. — Тэйлор Мерфи. Мне двадцать три года, и я занимаюсь проституцией.