Грани нормальности. Зеркальная грань

— Ну, задача мне ясна. Ничего удивительного, учитывая мою специализацию. Но какую вы преследуете цель? — молодой человек сидел, откинувшись в кресле, напротив массивного стола. Погода была экстремально жаркой, но весь его внешний вид демонстрировал, насколько комфортно тот себя ощущал. Даже несмотря на личность собеседника. — Для выполнения работы вам не понадобится эта информация, — мужчина за столом был краток. — Информация такого рода может сослужить долгую службу, если при создании материалов учесть все нужные параметры. Мы не в первый раз сотрудничаем. Здесь вопрос не столько в доверии, сколько в соответствии ожидаемого качества и содержания записи, — парень не пытался убедить. Его голос был практически безэмоционален. С этим заказчиком работать можно было только так. Без драмы. — А что, разве на них не всегда одно и то же?! — это не то, чтобы оживление, но хотя бы толика интереса со стороны заказчика. — Вы даже не представляете, насколько разной можно сделать такую запись… И чего можно добиться этой записью даже через семь лет, к примеру, — это была явная отсылка к их первой сделке, — если правильно расставить все фигуры на доске. — Ты не хочешь войти в мою команду. Я не могу ожидать верности от тебя. Поэтому я дозирую информацию. Тщательно, — по этой фразе уже было понятно, как закончится собеседование. Переход на «ты» тоже был неслучаен. — Моя верность с вами, пока я не выполню поставленную задачу. Или не помогу вам в достижении цели. Сами решайте, какое взаимодействие вы выберете на этот раз, — парень ещё больше расслабился. Он уже приготовился выслушать более развёрнутую версию своего задания. — Тогда нам с тобой по пути ещё несколько лет. Минимум. Итак… Прошло ещё полчаса, прежде, чем парень вновь заговорил: — Что ж. Это интересно. Я возьмусь. Но пока не прозвучало ни одного имени или названия. Кто моя цель для первого раунда? Мужчина бросил молодому человеку журнал: — Обложка. Парень кивнул и поднялся, с удовольствием ощущая покидающее чуть затёкшие мышцы напряжение. Он пробыл в этом кабинете уже около полутора часов. — Я свяжусь с вами, — и покинул комнату.

***

Когда юноша — а с такого ракурса, в белых широких штанах и рубашке он выглядел лет на семнадцать — спускался по широкой белокаменной лестнице, ожидавший его в красном спортивном авто водитель уже исходил седьмым потом. Сев на пассажирское кресло, парень улыбнулся и кивнул. Авто покинуло территорию виллы через четыре секунды. — Ты обещал, что будешь осмотрительнее с выбором клиентов. И что то дело в ЛА было последним. — Скотт, не нуди. От Девкалиона я хотя бы знаю, чего можно ожидать. И стоимость моих услуг он воспринимает как должное, а не как вымогательство. Всегда проще с тем, кто хочет отдать свои деньги, понимая цену приобретения. И ты, кстати, тоже обещал, что будешь предусмотрительнее в выборе транспорта. — Эй, мы в Панаме, чувак! Мы полетели в грёбаную Панаму на собеседование!!! Не тебе мне пенять! — Вот именно! В Панаме! Нужно бы поскромнее выбирать средства передвижения. — А то, что мы прилетели сюда на день ради встречи с заказчиком тебя не смущает. Столько времени и денег только для одного разговора! И ты мне будешь говорить о скромности! — Он хотел встретиться на нейтральной территории. И перестань считать мои деньги! У тебя и так достаточно высокая зарплата. Положа руку на сердце это было правдой. Зарплата у простого помощника была высокой. Неприлично высокой для должности помощника по связям с общественностью в небольшом бизнесе. Но об этой должности знала только бухгалтер, которая вела счета и налоги. По сути, работа эта была сопряжена с рисками настолько разносторонними, что сделала бы настоящим адом создание должностной инструкции, задайся кто-то из них целью таковую написать. Риски были и юридического толка, и связанные с жизнью и здоровьем работника. Одно только обморожение левого запястья чего стоит. А всё потому, что он провёл рождественскую ночь на балконе недостроенного здания, которое было единственной точкой для видеосъёмки, не перекрытой охраной их предыдущего объекта. Да, его страховой агент и не предполагает, сколько потенциальных выплат её компании пришлось бы сделать, если бы он был застрахован как работник их маленького предприятия, а не как частное лицо. Но зарплата эти риски покрывала с лихвой. — Ага. Мог бы назначить встречу в Сиэтле. Или в Бостоне. Или в Чикаго. Не на другом континенте, чел! — Бостон не нейтральная территория, у него там бизнес. И в Сиэтле. И в Чикаго. А если не у него, то у его конкурентов. — Феникс? — Нет. — Вашингтон? — Серьёзно, Скотт? Столица? — Э… Ванкувер? — Канада? Я не полетел бы в Канаду! — Но полетел в Панаму! — Скотт! — Стайлз!!!

***

— И кто же на этот раз наш кристально честный ягнёнок? На кого сам Дюк не смог накопать грязи? Стайлз поставил бокал вина на столик под зонтиком и отвернул обложку журнала, который читал, лёжа на шезлонге. — Серьёзно? Он же ни одной юбки не пропустил! Проще простого! — А вот и нет… — юноша пробормотал, почесав нос. — А вот и нет… — Подложим под него красотку, и делов-то! — Скотт. Дай мне поработать. Это моя задача — разрабатывать план для идеального шантажа. Ты обычно блистаешь в других ипостасях. Без обид, чел, но нам до самолёта ещё полдня куковать. Дай мне поработать. В голове у Стайлза уже пронёсся миллион вариантов, но подходящих было не так много. Всё равно это только прикидки. Без тщательной разведки придумать стоящий повод для шантажа сложно. Дюк уже прислал ему всю информацию, которую смог нарыть на их объект и его бизнес. Было немного жаль использовать его, чтобы нанести точечный удар по конкурентам заказчика. Лицо с обложки просто оказалось пешкой в чужой игре. У него был неудачно расположенный в интересующем Девкалиона регионе бизнес, который его конкуренты сейчас как раз пробовали применить для своих грязных дел. Используя втёмную. Да… Бедняжка. Без обид не получилось. Скотт психанул и оставшееся в Панаме время тратил деньги на нужные и ненужные развлечения. Три тысячи долларов спустя он выдохся и намеревался выбить муки совести из своего начальника и лучшего друга угрюмым выражением лица. Учитывая, что делал он это молча, всех всё устраивало. Стайлз к этому моменту уже успел прочитать статью из журнала, которым его «одарил» Дюк, и молча пялился на пляж, потягивая Токайское. От нечего делать, обиженный и оскорблённый принялся изучать ту самую статью. «РАЗБИТОЕ СЕРДЦЕ НЬЮ-ЙОРКА ИЛИ ПЛАЧЬТЕ ГОРЬКИМИ СЛЕЗАМИ ВСЕ, КТО ХОТЯТ ДЕРЕКА ХЕЙЛА»