Перепады температур

      Чонгук исчезает из комнаты на некоторое время, твоё разморённое оргазмом тело все еще пребывает в легком экстазе. Ты лежишь с закрытыми глазами и думаешь, что это так мило с его стороны приготовить ванну, шампанское и быть все время рядом. — Мой Гуки, такой зайка, — шепчешь ты себе под нос, почти провалившись в дрёму. Резкое ощущение холода на ключице обжигает, ты вскрикиваешь, открываешь глаза и сталкиваешься с томным похотливым взглядом из-под ресниц. Становится очень жарко и сон отступает перед желанием. В губах у Чонгука кубик льда. Он водит им по коже, прокатывает в ложбинку грудей и всасывает дорожки холодной воды, спрятав кубик за щекой. Его горячее дыхание вырывается из ноздрей и дает еще больший контраст. Горячая кожа, холодный лед, горячее дыхание и непрекращающиеся мурашки. Чон подтягивается к твоему лицу, проводит кубиком льда между губ, прося взглядом пустить его глубже. Вы ведете маленькую войну за островок холода между вашими языками. Парень пытается максимально углубить поцелуй. Ваше дыхание сбилось, сердца отстукивают бешеный ритм. Даже лёд плавится между вами.       Чонгук берёт новый кусочек льда из ведёрка с шампанским, которое он принес из ванны, кладет себе в рот и наклоняется к твоей груди. Опять это безумное ощущение, которое заставляет тебя дергаться от прикосновений. Чонгук тихо рычит, его слишком сильно заводит твоя реакция, но он твердо намерен довести дело до конца. Он достаёт еще один кубик льда, вкладывает его в твои губы, резко садится на кровать и поднимает тебя, показывая, что тоже хочет испытать прикосновение холода на себе. Ты подаёшься вперёд, кусаешь его шею, целуешь одними губами это же место и обводишь его кусочком льда. Чон всхлипывает и весь его торс, руки покрываются мурашками, он дрожит. Такой трогательный и чувствительный Чонгук заводит еще больше, ты продолжаешь ласкать его, находишь руками ширинку на джинсах. Пуговица, замок, помогаешь ему стянуть штаны и боксеры, при этом продолжая дарить новые ощущения холодом. Как только с одеждой покончено быстро накрываешь его член губами, заглатывая почти до основания, хорошо, что лед успел раствориться. Несколько движений головой, Гук хватает твои волосы и начинает вести, но ты выпутываешься. Берёшь новый кусочек льда и проводишь им по всему стволу от основания к головке, Чонгук выгибается и подается вперед, прося новой ласки. Ты продолжаешь сосать вместе со льдом, перекатывая кубик во рту. Чон шипит и стонет одновременно. — Убери лед. Холодно. — хрипит Чонгук и ты понимаешь, что отморозить любимый «Чупа-чупс» ты не намерена, кладешь оставшийся кубик на рельефный живот любимого и снова заглатываешь его член до самого основания. Гортанный стон. Властная рука в твоих волосах притягивает еще ближе, просит еще глубже. Ты поддаешься желанию любимого и до последнего, пока хватает дыхания и выдержки делаешь все максимально глубоко.       Тебя тянут за плечи вверх, переворачивают на спину и резко вставляют два пальца между ног. Ты видишь, что Чон кое как сдерживает себя, но тянется за подтаявшим содержимым ведёрка. Так холодно, горячо и стыдно еще не было. Чонгук лижет клитор и о, Боже, водит по половым губам кусочком льда! — Можно я… — дыхание сбито — Я… — слова никак не находят выхода, — Вставлю тебе лёд… — пауза, — Туда... — карие глаза полные желания и мольбы. — Разве тебе можно отказать? — ты решаешь согласиться, — Только маленький кусочек. Чонгуку больше ничего не надо говорить, он выхватывает небольшой талый кубик, целует клитор и аккуратно вводит в тебя. Холодно. Очень холодно и даже не очень приятно, но уже поздно. Чон мажет членом по половым губам и резко входит с животным рыком. Для вас больше не существует времени и пространства, есть только вы и маленький островок холода, который опаляет плоть. Лёд растаял быстро, оставляя приятное покалывание. Твои ноги на пояснице, ногти рисуют красные полосы с кровоподтеками на мощной спине, жаркие поцелуи и мощные толчки. Ты кончаешь, схватив Чонгука за волосы на затылке.       На животе капли спермы, справа он, грудные мышцы часто поднимаются, пытаясь восстановить дыхание. — Милая, я люблю тебя, — целует в щеку. — И я тебя, — укладываешь руку ему на бедро, — давай только больше не пихать в меня что-то настолько холодное, окей? — Тебе не понравилось? Но мне казалось... — Всё отлично, но не внутрь, дорогой. — Да, крошка, как скажешь.