Ты не ожидал? А я не верила!

Мой Бог, я это сделала. Перелезла через эту гребаную калитку. Думала, что будет сложнее. Нужно сейчас убежать как можно дальше, туда, где он не будет меня искать. А где такое место? Точно! Заброшенный дом, там где мы с Хидом в прошлый раз лазили. Вот там он точно меня не найдет. Шла я очень долго. Ловить попутку не решалась, а вдруг он уже узнал, что я сбежала, и теперь ищет по всему городу? И мои фотографии уже видели все? Потому я натянула капюшон. Места тут конечно не очень, и много тут всякого быдла, но можно спрятаться. В доме этом было все заколочено, но я ведь знаю куда нужно идти. Для большей безопасности полезла я на чердак. Там был старый диван, там я примостилась. Только долго тут сидеть я не смогу, мне нужно есть, а я взяла с собой только несколько шоколадок и тархун. Нужно думать. Наверняка, этот папашка меня уже ищет. Обзвонил всех моих друзей. Что же мне делать? К кому обратиться? Учиха! Мое подсознание лучшего варианта не нашло. Уже было достаточно темно, я села в машину, одного дедулички, он любезно согласился довести меня к городу. По радио было объявление: «Пропала девушка, среднего роста, семнадцати лет, особые приметы: зеленые глаза и необычный цвет волос – розовый. Зовут Сакура Харуно. Ее ищет отец. Просьба тех, кто ее видел сообщить по телефону…» Хм, значит уже. Ну, что ж нужно быть предельно осторожной. Меня высадили не далеко от дома, где живее мой учитель. Только сейчас меня посетила мысль: а вдруг он там не один? И я ему помешаю… Сейчас нет времени нужно спасать свой зад. Забежав на третий этаж, и нажав на звонок квартиры 23, послышалось шуршание. Через несколько минут дверь открыл заспанный брюнет. -Ты кто?- Он зевнул, потер глаза кулаком. Не став медлить я зашла в квартиру и закрыла ее на все три замка. Учиха смотрел на меня как на вора. Но когда я сняла капюшон, его глаза стали выражать удивление. -Сакура? Что ты тут делаешь? Тебя вся полиция города ищет. – Он уже брал в руку телефон, но я забрала. -Пожалуйста, не звони никому, выслушай меня.- Он согласился и мы пошли в гостиную. -Я слушаю. -Я дурра. Полная дурра. Повелась на деньги этого человека. Он не мой отец, ну, то есть мой, только это не важно… Вчера у него в кабинете я нашла кое-какие бумаги.- Я достала эти самые бумаги с рюкзака, сегодня на всякий случай достала эти бумажки и решила забрать с собой. Учиха читал их и его лицо менялось. Со спокойного, на удивленное, потом в разозленное. -Подожди, я сейчас. – Он ушел, через минут десять вернулся. -Что ты делал? –Почему у него телефон в руке? Он что меня сдал. -Да не боись не сдал я тебя.- В дверь позвонили. Все это наверное пришли за мной. Учиха пошел открывать. Бля, что делать? Я в панике бегала по комнате, ничего умнее не придумавши, я вышла на балкон и спустилась на карниз. Капец страшно, третий этаж, я не кошка и у меня не девять жизней. Так, это просто, в фильмах это делают легко. Один маленький шаг, еще и еще. И меня кто-то хватает за руку, потом поднимает в воздухе, и ловят меня уже другие руки. Как я поняла, схватил меня Саске, а вот сейчас держит чувак очень похожий на него. -Блин, Сакура, вот зачем ты туда полезла? – Спросил меня брюнет вылезая с балкона. Потом все трое зашли в комнату, я молчала. -Это Итачи, моя брат он работает в полиции. Он нам поможет. Сдавать тебя никто не будет.- Он положил руку мне на плече. Этот самый Итачи, принялся смотреть документы. Его лицо не выражало ничего, сосредоточен и внимателен. Когда все документы были просмотрены его взгляд поднялся на меня. -Что могу сказать… Этот человек, Ричард, не тот за кого он себя выдает, мой отдел, ведет его уже больше четырех лет, и за все эти годы у нас не было ни одной зацепки, до сегодня… Но мы ничего не можем ему предъявить. Нужно его брать на горячем. Знаешь как говориться: «Не пойман, не вор». -И что же мне делать? – Америку он для меня открыл. -Нужно, что бы ты вернулась к нему. – Он потер переносицу. Ага, пусть сам он к нему возвращается. -Нет. Не вернусь я туда. Меня в рабство, какому – то шейху отдают, а он мне тут заливает, что нужно вернутся, ты понимаешь, я покалечила его садовника, вырубила горничную, сломала на окнах решетку, лазила у него в кабинете и в сейфе, видела все его бумаги, эту чертову винтовку. И ты мне говоришь вернутся? Что бы он меня убил? -Понимаешь, пока он на свободе, мы не можем тебя защитить. Этот шейх, я узнавал по своих источниках крупный наркоторговец, он владеет черным рынком Ирана и Ирака, он может начать войну. ТЫ понимаешь умрут невинные люди. –Этот Итачи тормоз вообще. -А что мне люди, когда меня там изнасилуют и выбросят, как не нужную вещь, еще и будут заставлять делать неприличные вещи. Срать я хотела на вашу войну. Мне все равно. Я жить хочу. – Я срывалась на крик. -Успокойся, все будет хорошо. – Саске обнял меня и прижал к себе. -Ты эгоистка. – Сказал это Учиха старший. –Вот подумай если ты нам не поможешь посадить своего отца, то он и дальше будет вывозить таких как ты и продавать их в рабство. Что мне делать? Умирать ведь это страшно… Умирает обыкновенно лишь то, что рождается. У рождения со смертью взаимный долг.