час

      Чон Чонгук-омега, 16 лет.Ученик средней школы N, оценки вполне неплохие, внешность тоже прекрасная: большие словно оленьи чёрные глаза, слегка крупный нос, нежно-розовые губы бантиком, чёрные как смоль слегка завитые волосы и милые зубки, напоминающие кроличьи.Некоторые считают его запах странным-запах полевых цветов, слишком просто, банально, видимо, на этом и основывается их мнение, что если простой запах, то и человек-никто.Пытаясь показать своё "превосходство", одноклассники постоянно избивают и насилуют слабых и бедных.С родителями у Гука отношения натянутые, даже никакие, он для них не существует, лишь несущественная ошибка молодости.       Сегодня Чону повезло куда меньше, его насильники сегодня постарались "на славу", синяки появлялись буквально сразу, волосы и одежда были перепачканы в липкой сперме.Чонгук чувствовал, что парень, насиловавший его, был готов к разрядке, а значит скоро всё закончится, многие говорят, что к такой боли нельзя привыкнуть и они безбожно правы, эта разрежающая, нет, не жгучая, холодная режущая боль высасывает из человека-игрушки все жизненные силы.Гук слышит протяжный стон сзади и чувствует, заполняющую его, сперму, раньше такого не было, Чонгук был бы в шоке, но в моменты изнасилования, вряд ли люди могут хорошо соображать, так что единственное, что услышал парень перед отключкой-это слова насильника и собственную мысль "Сцепка". -Кому-нибудь расскажешь или сделаешь аборт, твоя жизнь превратится в медленные, адские мучения.Хочу посмотреть как ты будешь нянчиться!-альфа напоследок посмотрел на бездыханную испорченную омегу. Насильник вытащил свой, набухший, член.       Спустя дней десять, проведённых дома у лучшего друга-Хосока, Чонгук почувствовал недомогание, его мутило от любимой одежды, часто затикали ноги и спина, он решил, что стоит сходить к гинекологу.Это был самый неудобный поход к врачу, ведь врач так удивился, узнав, что омеге всего 16 лет и он в положении.Рассказав и поплакавшись другу, который уверил, что поможет с ребёнком и образованием, что всегда будет на его стороне, Гук решил рассказать о произошедшем родителям, надеясь на их родительские чувства. Ветер около родительского дома такой тёплый и приятный, напоминающий о счастливом детстве, осень, отец подкидывал его в кучу опавших ярких листьев, папа сидел рядом на лавочке, попивая из термоса горячий шоколад, улыбаясь и прося отца быть аккуратней, маленький Чонгук помнил, как смеялся, как они все, держась за руки, бежали домой и ели тёплое, только из печки овсяное печенье, запивая тёплым молоком с мёдом.Он не помнил, когда это всё резко оборвалось, в его голове только отрывки из детских воспоминаний, Чон помнил, как папа кричал и плакал на отца, который был с какой-то тётей в кровати, как маленький мальчик прятался за пальто отца, придерживая игрушечного зайца в руке, как папа хватает его за руку и начинает трясти, показывая отцу.Дальше Гук лежит в кровати и смотрел через щель в одеяле, как папа прыгал на члене какого-то тёмнокожего худого дяди.Позже родители решили сохранить семью, но любовь угасла, появились любовники на одну ночь, появился алкоголь.Ветер стал холодным и начал обжигать мокрую кожу щёк.Чонгук вытер слёзы. Зайдя на первый этаж, он ещё долго не мог решиться постучать в старую деревянную дверь, но через пару минут она открылась и оттуда вышла девушка-бета лет 19, с огненно-рыжими густыми волосами и голубыми глазами, напоминающими кошачьи, красная помада была смазана, на чёрных колготках пошла стрелка, красные ботильоны идеально подходили к красной мини-юбке, чёрной водолазке и красном пальто. -Привет, Ронда,-девушка кивнула в знак приветствия, закурила тонкую сигаретку гламур и начала пошатывающей походкой спускаться. Первым делом, зайдя в квартиру Чонгук почувствовал разгорячённый воздух, запах секса, вина и сигарет, раньше родители не позволяли себе курить, да, они пили, трахались в групповушка, но они знали отношение сына к курящим людям, да и сами не любили запах табака, но сейчас Чон застал отвратную картину, как папа стоя в коленно-локтевой позе отсасывал какому-то альфе, а отец доставал, измазанные в фекалиях, из анала папы металлические анальные шарики. -О, это ваш сын,-полустоном спросил мужчина, на что получил утвердительную хищную улыбку отца. Пребывая в дичайшем шоке, Чонгук сказал, обременяющие душу, два слова:"Я беременный".Все замерли.Папа встал, подошёл к Гуку и дал жестокую сильную пощёчину.Чон младший видел как губа омеги тряслась, слёзы его накатывались, могло показаться, что это тревога, отчаяние, родительские чувства, но нет, это была злоба, лютая агрессия. -Сгинь отсюда, мелкая шлюха...-дёргаясь от злобы, шипя процедил сквозь зубы папа. Чонгук резко разворачивается и бежит прочь из квартиры, на лестничной площадке о стену разбивается ваза, которую Гук слепил в садике на день матери. -Чтоб твоего душу здесь не было, подстилка малолетняя, за вещами можешь не возвращаться!-раздавались крики папы на весь подъезд. Выбежав на улицу, Чон увидел как отец выбрасывает вещи и сумку с окна.Чонгук хотел показать свою силу, но это были его родители, его семья, хрустальные льдинки слёз выкатывались из глаз, но Гук, подобрав своё достоинство, пошёл собирать свои вещи, ведь другие ему негде достать.Быстро собрав и без того небольшое количество одежды и кроссовки, он напоследок посмотрел на, ныне, чужой дом и пошёл в парк, идти к Хосоку не хотелось, надо было побыть одному. На улице смеркало, появился полумесяц, алый закат плавно переходил в ночное небо, присев на лавочку, парень медленно погружался в свои мысли, как было бы хорошо купить билет на луну и улететь от всех проблем, на голубую луну, где в чёрном космосе был бы только он.Чонгук знал лишь один один способ попасть в такое место, но он знал, что всё ещё хочет жить, у него просто не хватит сил убить себя или ребёнка. -Хэй-хэй, что это за чУдная омега сидит ночью, в парке, одна,-большие руки легли на хрупкие плечи Чона. -П-пустите, пожалуйста,-сзади послышалось как альфа хмыкнул, омега спиной чувствовал как опонент ухмыляется и приближается к уху парня и громно втягивает запах Гука. Руки резко отдёргиваются от Чона, альфа отшатывается, Чонгук аккуратно поворачивается и замечает, что пол-лица альфы закрыто, но глаза выражали настоящий шок. -Истинный,-прошептал насильник.