the savage monster inside of you

— Да, отец, да, я понял, — парень внимательно слушает каждое указание отца и не забывает принять таблетки, которые строго-настрого пропускать нельзя - себе дороже. Этим вечером состоится важная для молодого наследника встреча с семьей Чон, вражда с которой спровоцировала немало скандалов и пролитой крови членов клана Ким. Но Тэхёну, грубо говоря, плевать на это. Он никогда не считал количество людей, витавших вокруг него мухами и опекающих, ведь они все такие пустые и только рисуются перед отцом. В его мире есть место лишь фальши. Её обилии. Ощущение ненужности давит, и Тэхён от этого сейчас, как никогда, понимает важность сегодняшнего вечера. Это единственный шанс показать, чего он стоит. "Ни капли алкоголя, ты же знаешь, что даже сейчас находиться на их территории небезопасно", — Тэхён прокручивает в голове все строгие табу и поправляет черный пиджак, прежде чем войти в особняк Чон.

***

      Мужчина поправляет свой чёрный галстук, стоя в одном из залов. Здесь поменьше людей, что только на руку. Потому что настроя на беседы нет, как некстати. Именно перед встречей с семейкой Ким. Люди из этого клана отличаются от клана Чон значительно; и нельзя сказать, что данный факт не может не помешать делам обеих компаний. У Кимов есть собственная база данных, и мужчина нехотя подмечает, что из этого можно вынести хоть какую-то выгоду. Рядом стоящий омега уже успел наскучить, поэтому мужчина подталкивает его вперёд, открыто намекая, чтобы тот шёл дальше. В поле зрения тут же оказывается Хосок, и альфа заинтересованно смотрит на напарника, уверенный, что тот идёт с какими-то новостями. — Думаю, нам уже нужно идти в главный зал, — Хосок посмотрел на свои наручные часы, - они должны будут скоро прибыть. Сказали, что задержатся. В ответ Чонгук лишь ухмыляется и направляется вперёд, предвкушая "безумно интересную" встречу с временными коллегами. — Тогда идём.       В главном зале стало чуть более людно. По периметру всего здания расползлись какие-то малознакомые ему омеги и альфы, которые, очевидно, очень рады присутствовать дома у семьи Чон. Разодетые в яркие и, местами, вызывающие наряды, они наверняка жаждали показать свой уровень достатка. Оглядывая зал, мужчина пропустил тот момент, когда к нему подлетел омега, чуть ли не сбивая с ног, которого не заметить в этой толпе позёров просто невозможно. — Чон Чонгук, ты, всё-таки, появился! Я уж думал, так и будешь коротать время в одиночестве! Альфа хмурым взглядом оглядел парня перед собой. Красные ботинки в сочетании с ярко-жёлтым костюмом, обшитым разноцветными безделушками. Он фыркает, заметив бант, вместо бабочки у омеги на шее. — А ты кто такой? — ухмыляется Чонгук, отходя на шаг назад, не давая моднику вторгнуться в его личное пространство. — Я же Ли Хун. Разве не помнишь меня? Мы... — Нет, и не горю желанием, — наследник нарочно перебивает, фиксируя на омеге снисходительный взгляд. На самом деле он прекрасно помнит этого мальчишку, но давать ложных надежд нет смысла. Когда-то они с этим Ли переспали. А потом ещё и ещё. Для альфы это было лишь способом расслабиться от давления со стороны отца и его бизнеса. Для омеги, по его словам, тоже. Так зачем приставать друг к другу с вопросами и разговорами сейчас, когда это всё не имело какого-то особого значения? — Слушай, Ли Хун, ты в следующий раз подумай, куда именно ты подбираешь себе шмотки, окей? Тот ошарашенно отпрянул, глотая ртом воздух. Чон отвернулся, разглядывая толпу. Судя по результату, продемонстрировать единственное преимущество ни один человек здесь не сумел. Заметив отца, разговаривающего с коллегами, мужчина немедля направляется к нему. — Какие у нас пунктуальные коллеги, я уже доволен нашим сотрудничеством, — тихо отмечает Чонгук, смотря в сторону дверей, — думаю, ещё не заключив контракта, я могу их так назвать, ведь повода предотвратить происходящее нет, верно? Не дождавшись ответа, альфа переводит взгляд на рядом стоящего омегу с подносом и берёт бокал. Двери распахиваются, и в помещение входит семья Ким. Чонгук оглядывает наследника оценивающим взглядом. Младший похорошел с их крайней встречи. Правда, мужественнее не стал. Он лишь хуже сделал, высветлив себе волосы. Но также Чон не может не отметить, что ему идёт.

***

      Как и ожидалось, в доме находилось множество людей, молодые ошивались рядом с самыми старшими и влиятельными, а те, в свою очередь, не брезговали совсем маленькими омежками, которых клан при любой удобной ситуации продавал по выгодной цене. Тэхён нередко слышал, что так даже внедрили парочку шпионов в их клан, что еще больше подорвало доверие к нынешним союзникам. — Простите за опоздание, сегодня, на удивление, оживленное движение. Выходные, как-никак, — легкий кивок головой в знак приветствия и спокойная улыбка - этому Кима обучили хорошо, и пользовался этим парень тоже на славу, умея расположить к себе. Блондин приподнял подбородок и быстро изучил взглядом каждого из небольшой группы людей. — Я так полагаю, сегодня мы перейдем к более тесному сотрудничеству. Отец несказанно рад этой возможности, честно говоря. Завидев уже знакомое лицо Чонгука, молодой наследник тактично прикрывает рот рукой, испуская короткий смешок в сторону старшего, который одет с иголочки, как и всегда, да еще и снова отпустит пару едких шуточек. Стук лакированных ботинок пропадает в общем гуле, и Ким, уже приблизившись к старшему, наклоняется к уху своего приближённого, Сокджина, и просит отойти на время, учтиво кивнув и сопровождающему Чонгука. Оставшись «наедине», парень протягивает руку Чону и слегка щурится, мысленно подсчитывая стоимость бокала вина в его руке. — Я знаю, что из нас особо никто этой ситуации не рад, но хотя бы постарайся не позорить меня перед отцом, — Тэхён чуть ехидно улыбается и хмыкает, — Такие красные глаза...много работаешь? Или травка, м? Выводить Чонгука как-то забавно, особенно соревноваться с ним. С детства парню прививали конкурентоспособность и амбициозность, так должны поступать все альфы, это дело чести, хотя для Тэ скорее развлечение на скучном вечере. В ответ Чон лишь усмехнулся и окинул Кима оценивающим взглядом. Колкости младшего действуют на нервы, которые и до этого были натянуты, поэтому альфа кривит рот в ухмылке, сдержанно отвечая. — Какой ты наблюдательный ребёнок, Ким Тэхён. Правда, со вторым вариантом ты промахнулся, — коротко кивнув неподалёку стоящему старшему Киму, Чон возвращает внимание второму гостю. Подумать только, этому альфе нет и двадцати шести, а он уже почти глава своего клана. Видимо старший Ким сдаёт позиции. Усталость давит на глаза мужчины с новой силой, заставляя рассудок немного помутнеть. Постепенно просыпается желание послать всё нахуй. Политика отца не имеет никакого смысла, если сотрудничать из-за наличия базы по хранению личной информации. Ведь из этого сотрудничества можно вынести даже больше, чем просто базу. — Я уж думал, вы передумали подписывать контракт, — Чонгук кладёт ладонь на грудь и слегка морщится, — это, безусловно, было бы большой потерей для нас. Альфа обращает внимание на рядом нарисовавшегося очередного омегу с подносом и слегка потряхивает свой бокал. — Выпей со мной, Тэхён. Сегодня важный день, глупо отказываться от такого предложения. Чонгук указывает ладонью на ближайший стол, на котором красуется бутылка «Château Mouton-Rothschild 1945 года», — откроем специально для наших гостей. Тэхён усмехается и приближается максимально близко к старшему, стряхивая мелкие пылинки с ворота чужой рубашки. А сам в это время довольно тихо, но слышно для самого Чона, басит. — Все мы прекрасно знаем, на чем получает прибыль твоя будущая компания, — блондин специально делает акцент на "будущая", довольный собой, отстраняется и небрежно откидывает голову, рассматривая молоденького омегу на побегушках, — Мы не могли отказаться от этой сделки хотя бы потому, что она поможет вывести нас на европейский рынок. Я слышал, вы там под протекцией чуть ли не правительства. Тэхён, не торопясь, шагает к столику с алкоголем и проводит ладонью по бутылке, после чего прикрывает глаза и четко отрезает: "Не сегодня". — До совершеннолетия не пью. Хотя кому я вру... Отец запретил и каплю воды пить в вашем доме. Мне здесь не нравится. Где балкон? Ким не стесняется выражать свои мысли и эмоции, а потому спустя пару секунд берет цепкими пальцами бутылку за горло, предугадывая, что на диалог с Чонгуком иначе не выйти, и поворачивается к тому лицом, ожидая указаний. — Думаю, нам лучше обсудить условия наедине. Я, как наследник компании, не хочу, чтобы ошибка людей отца ставила меня в невыгодное положение. Чонгук щурится, тёмным взглядом оглядывая стоявшего перед ним коллегу. Он не глядя ставит бокал на поднос всё ещё стоящего рядом парня и размеренными шагами направляется в сторону мальчишки. Какой этот Ким Тэхён прямолинейный. Чонгуку отец не позволял выражать ни своих эмоций, ни своих чувств. Поэтому поведение Кима кажется таким чуждым и недалёким. Он никак не может понять, что он хочет этим показать. C детства мужчине диктовали, что и как делать. А потом это всё превратилось в жалкие попытки. Он отлично помнит, как не смел сделать ни единого шага, без одобрения отца. Но в один день всё переменилось. Альфа перестал чувствовать себя беспомощным и ничтожным по сравнению с отцом. Но отчего у него сложилось такое чувство, он, кажется, никогда не вспомнит. Складывается ощущение, что Чон с каждым днём теряет по крупинке своей памяти. Поэтому хоть немного напрягись он, не вспомнит, что произошло в тот день, когда его жизнь начала меняться. В голове иногда мелькают обрывки воспоминаний его раннего детства. Но чётких картинок всплыть не может совершенно. Наоборот, они постепенно рассеиваются в сознании как мираж в пустыне. — Тэхён, ты не думаешь, что обсуждать условия договора наследникам кланов бессмысленно? К исполнению своих обязанностей не приступил ни один из нас, — севшим хриплым голосом произнёс альфа. Чонгук отвечает лениво и недолго думая. Рассуждения мальчишки кажутся незрелыми. Хотя его возраст говорит сам за себя. Возможно, этот инфантилизм сможет восполнить смазливая внешность. Правда, возникают сомнения, что она ему поможет в ведении бизнеса компании. Он же не омега, чтобы продавать свою оболочку. А Чон уверен, что именно для этого они и существуют. Практически каждый второй омега его окружения именно такой. Видимо, исключений слишком мало, если они и существуют. Чонгук склоняет голову вбок и смотрит прямо в глаза своему собеседнику, криво ухмыльнувшись. Но Тэхён будто даже не замечает его настроения, продолжая гнуть своё. — А что, большому дяде Чонгуку папочка не позволяет самому решать свои проблемы? — Тэхён разминает шею, скидывает пиджак на ближайший попавшийся диван и подворачивает рукава рубашки, принимая более повседневный вид. На балконе дует прохладный ветер и наводит порядок в голове, что помогает перейти к самой важной части разговора. Тэ плотно закрывает дверь и подходит к перилам, облокачиваясь для удобства. — Здесь ведь нет лишних ушей, так? — блондин взглядом указывает на наполненный людьми зал, дабы удостовериться, что действительно ничто и никто не сможет помешать его авантюре. — Итак, я хочу предложить тебе кое-что. Сделка с максимальным риском, но в случае успеха ты получишь статус главы и парочку бонусов. Ким улыбается краешком губ, наблюдая за первой реакцией старшего, и попутно открывает бутылку, подавая Чону. Быстрее выпьет - легче выйдет на контакт. Но Чон игнорирует протянутую бутылку, не двигаясь с места и продолжает внимательно следить за действиями Тэхёна. — Почему ты? — предвкушая подобный вопрос, блондин пару секунд думает и вполне спокойно выдает. — Ты не сможешь отказать. Во-первых: я закинул самую выгодную удочку для тебя. А во-вторых: нам это провернуть проще всего под видом обыкновенного сотрудничества, подозрений будет ноль. Чонгук внимательно слушает наследника, взвешивая все "за" и "против". Соблазн велик, очень велик. Но разве это стоит того, чтобы идти на такой большой риск? Определённо... Альфа расстёгивает свой чёрный, в тон прядям волос, пиджак. Погода на улице идеально подходит для раздумий. Холодный ветер прекрасно отрезвляет и будоражит. Темная и мрачная атмосфера окутывает обоих наследников, позволяя Чону расслабиться и почувствовать себя комфортно и свободно. Мрак, адская атмосфера, кровь, власть, независимость. Вот, что нужно Чонгуку. Только и всего. Он одним щелчком расправляется с двумя верхними пуговицами на рубашке, оттягивая ворот. Тэхён смотрит за действиями старшего, не отрывая глаз. Становится тесно в костюме. Он, будто оковы, сдерживает альфу, не давая никакую свободу действий. Мальчишка своим дерзким поведением испытывает выдержку Чона. За столько лет выработанная техника не даст течь. ...нет. — Тебе не нравится здесь, а мне с тобой сотрудничать, — твёрдо произносит Чонгук. Из-за ветра пряди волос попадают на глаза. Втянув воздух через ноздри, мужчина запускает пятерню в волосы и зачёсывает их. Ким тщательно готовился к сегодняшнему дню и, зная вспыльчивость и сложный характер Чона, давил на него, прекрасно понимая, что выгоднее положения ему не отхватить. Услышав отрицательный ответ, Ким вскидывает бровь и отворачивается, нервно шлепая ладонью по белоснежной поверхности перил. Становится душновато то ли от тесного костюма, то ли от нервов. Альфа тяжело дышит и резко возвращается в прежнее положение с неестественно широкой улыбкой на лице, после чего тянется рукой к бутылке. — Мерси, — блондин замечает, как в горле заметно пересыхает. Либо сейчас, либо никогда. Если придется манипулировать и играть грязно, Тэхён будет это делать, невзирая на очередные приступы отвращения к себе после этого. Несколько жадных глотков темной жидкости, и стенки горла приятно обжигает алкоголь, даря легкое чувство эйфории. Ким Тэхён не пьёт алкоголь? Чонгук стал свидетелем удивительного зрелища. Насколько же, должно быть, младший взволнован, чтобы пойти против слов своего папочки и собственных принципов. Как отчаянно. Ким закусывает губу, напрочь забывая все наставления отца и с усмешкой задумываясь, что Сокджин, видимо, слишком плохо исполняет свои обязанности, раз альфа позволяет себе такое поведение. — От тебя многое не требуется. Моя часть уже действующих активов, твои связи, нам просто нужно "убрать" одного невыгодного человека. Тэхён прикрывает глаза, погружаясь в полудрёмное состояние и сильнее опираясь на перила. Спустя пару минут младший приближается вплотную к Чону и кладет руку тому на плечо, заглядывая в глаза собственными, уже влажно блестящими, всегда действует, когда нужно убедить в чем-то оппонента. — Послушай, Чонгук. Все максимально честно и легально. Мы просто поможем уйти старичку на законную пенсию и принесем нашим семьям около десяти процентов от нынешней прибыли. Досада Кима Чонгука лишь забавляет. Так или иначе, отец не сможет долго удерживать Чона. Ему придётся уступить. Ведь видно, что он боится. Боится его, Чонгука, своего сына. И этот запах чужого страха только разжигает жажду ещё больше. Несмотря на это, всему своё время. Сведя брови к переносице, Чон, скрыв удивление, смотрит на протянутую руку собеседника. Мужчина переводит взгляд на лицо Тэхёна. Мокрые глаза, слегка порозовевшие от вина щеки. Действительно миловидное личико. Мужчина склоняет голову ближе к уровню лица мальчишки, вздергивая брови и усмехаясь. — Убедительно, очень даже убедительно. Я уже почти согласился... Правда, я не уверен, что могу тебе доверять. Мне остаётся лишь отказаться от этой авантюры, увы. Альфа принюхивается. От парня пахнет волнением и раздражённостью. Больше ничем. Кажется ничем. Альфа без запаха? Это что-то новенькое. — В тебе сидит самое жестокое и отвратительное чудовище, — Тэхён цедит сквозь зубы, пронзая взглядом Чона, который в этот момент кажется конкурентом так, как никогда. Ким, однако, усмехается, сбрасывая потяжелевшую руку с чужого плеча, желания продолжать нет, пусть упрямится дальше и сидит под чужим крылом. Тэхён почти ничего, кроме денег, сейчас не теряет. А деньги настолько эфемерны, что в любой момент могут стать обесценившимися бумажками по одному щелчку пальцев. — Что ж, приятного вечера, Чон Чонгук. Мое предложение в силе до следующих выходных. Блондин бросает "удачи" на входе в зал и, очутившись снова среди шумного сборища, в самом его центре, Ким собственной кожей ощущает, как ткань буквально прилипает к телу, неприятно обтягивает. Да и дышать не легче, и парень бы рад покинуть это место, наплевав на всю тактичность, если бы не ноги, то и дело заплетающиеся. Силы находятся только на то, чтобы добрести до дивана и упасть на мягкую обивку с тяжелым дыханием. — Черт... Джин, где тебя носит, — рычит Тэ и шумно вдыхает через нос, массируя пальцами виски. Не самые приятные ощущения. Может, со всеми так после первой пробы алкоголя. Чонгук смотрит вслед уходящему Тэхёну, вытянув губы в тонкую линию. Если до выходных этот мальчишка сможет завоевать его доверие, то риск будет не таким большим. В целом, операция не выглядит сверхсложной и её можно провернуть. Что уж говорить, всё это были лишь отговорки. Чонгуку важно лишь доверие. Ему важно именно то, что даётся труднее всего. Чон выходит с балкона, прикрыв за собой дверь. Он замечает лежащий на диване пиджак Кима, недолго думая, цепляет его длинными пальцами и направляется в сторону, в которую ушёл владелец вещи. Мужчина тяжело вздыхает и потирает переносицу. В воздухе витает странный запах. Сладкий запах. Он не чувствовался до этого ранее. Но что заставляет ладони альфа вспотеть, так это тот факт, что этот запах вызывает непреодолимое желание. Альфа уверен, что он принадлежит омеге. Но он настолько концентрированный, что забивается в ноздри сразу же. Обычно омеги не пахнут настолько сильно. Не значит ли это, что у кого-то сегодня течка, и он пришёл на светский раут прямо в таком состоянии... Очень опрометчиво. Чонгук ускоряет шаг в сторону Тэхёна, пристально смотря на свою цель. Но с приближением он с удивлением понимает, что объект, так сладко пахнущий, находится в той же стороне. На лбу выступает испарина, а зверь внутри альфы начинает скрести стенки в сторону желаемого. Что-то происходит. Чоном овладевает странное чувство, никогда до этого не испытываемое. Обычный бы человек назвал это дезориентаций. Но старший лишь хмурится, мотая головой в разные стороны. Он подходит к дивану, на котором развалился альфа. Паренёк выглядит так, будто он пробежал марафон, что странно, они ведь только что разминулись. Светлые волосы прилипли к слегка мокрому лбу, на лице выступил лёкий румянец, а влажная рубашка кое-где прилипла к груди. Поблизости никого из омег нет. Чон замечает оживлённость среди остальных альф, что его слегка раздражает, но он не заостряет на окружающих внимания, стараясь сейчас о них не думать. Альфа чувствует запах намного отчетливей, приблизившись к Киму чуть ли не вплотную и подаёт ему пиджак. Блондин кидает туманный взгляд на приблизившийся силуэт и протягивает машинально дрожащую руку, принимая собственную вещь.       Тэхёна бросает в жар, и тот с ужасом понимает, что эта ситуация ничего хорошего явно не сулит. Толпа вокруг начинает дико раздражать, а гулкий шум чужих голосов отдается звенящим эхом в ушах, от которого хочется уйти подальше и укрыться. Тэ дышит прерывисто, но где-то на подсознательном уровне еще пытается контролировать вдохи и выдохи, чтобы успокоить сердце, качающее кровь, кажется, под безумным давлением. — Чон...Чонгук. Ким-младший лихорадочно ищет в зале кого-то из своих, чтобы его увезли отсюда и не трогали, пока не пройдет это ужасное состояние лихорадки. Но не все так просто для Тэхёна: сбежать сейчас - оставить сделку и выслушивать отцовские скандалы за двойное непослушание, но и внимания к себе привлечено уже достаточно; нужно делать ноги. Тэхён прерывает все слова старшего и тянется обеими руками к нему, чтобы приблизиться и еле слышно выговорить — Уведи меня куда-нибудь. Прямо сейчас. И ничего не говори отцу. Блондин глубоко вздыхает, делая себе же хуже, ведь теперь в нос отчетливо бьет чужой запах, даже тех омежек, которые крутятся в дальнем углу зала, разливая напитки. — Что это за...что за чертово вино? Чон сжимает руки в кулаки и разжимает. Происходящее не укладывается в голове. Но сейчас нет времени рассуждать. Состояние парня альфу настораживает однозначно. Но странно, что оно начало меняться после выпитого вина, ибо Чонгук не подсыпал в бутылку совершенно ничего. Травить коллег отца пока не входило в его планы. Альфа приседает перед Тэхёном и хмурится, забирая обратно его пиджак. Приблизившись к протянутым рукам мальчишки, Чон позволяет обхватить себя. — Сделай вид, что ты под кайфом. Уловив лишь суть, Ким кивнул и, закидывая руку на плечо Чона ровно так, чтобы казалось, будто это просто приятельская беседа, развернувшаяся от пары-тройки бокалов вина. Убедившись, что наследник его послушал, альфа встаёт и обхватывает парня за плечи. Будто они друзья закадычные. Гости в зале продолжают оживленно разговаривать. И тесное взаимодействие двух наследников от них ничуть не укрылось. По дороге он удивляет Чонгука ещё больше, вежливо раздавая полуулыбки встречающимся на пути членам клана. Чонгук быстрым шагом направляется к выходу из зала. Сладкий и дурманящий запах может проявиться только у омеги, об ином исходе и речи быть не может. Мужчина открывает двери и скрывается в безлюдном холле. Здесь начинается путь наверх, к остальным комнатам особняка. Чонгук загадочно ухмыляется, поняв, что ему сейчас выпадает отличный шанс. Дышать становится невыносимо. Запах Тэхёна заполняет лёгкие и постепенно затуманивает разум. Сущность альфы постепенно выбирается наружу, грызёт его плоть, проливает его кровь. Но он не остановится, пока не получит то, что требует. Он требует омегу или его смерть. Что именно, Чонгук ещё не понимает. — Я надеюсь, это просто переутомление вперемешку с опьянением так сказалось, — в перерывах между тяжелыми вздохами вставляет младший, понимая, что вообще ничего подобного; ну или либо от алкоголя его нюх реально настолько обострился, либо Чонгук слишком близко, и его запах тут же въедается. Отогнав очередной приступ помутнения в глазах, Ким раздосадовано рычит и шагает вдоль коридора дальше, к своей радости отмечая, что становится тише и дышать капельку легче. — Блять! — альфа путается в своих желаниях, запрокидывая голову назад. Он понимает, что сейчас ему выпала редкая возможность быстро уничтожить то, что он планировал уже давно. Но тут же останавливает себя, понимая, что можно сделать это медленно, растянуть удовольствие, смакуя вкус победы у себя на языке. Тэхён с силой зажмуривает глаза пару раз, отчего зрение постепенно проясняется, позволяя разглядеть лицо старшего. — Тушка слишком тяжёлая оказалась? — усмехается блондин, когда слышит такое громкое и с чувством "блять". Смеется тихо и хрипло, потому что ситуация и правда довольно ироничная, не хотят ведь в этом доме такого громкого и очевидного скандала с отравлением сына одного из самых влиятельных кланов. — Таблетки. Отец сказал пить их в случае чего, — Тэхён судорожно рыщет длинными пальцами по карманам пиджака, который ему накинул альфа на плечо. Но, не найдя нужную коробочку с препаратом, отчаянно воет и вспоминает, не мог ли выронить по пути. — Таблетки в машине. Чонгук, надо достать. Альфа ещё раз оглядывает профиль Тэхёна. Сделав глубокий вдох, он слегка закатывает глаза и одним быстрым движением прибивает Кима к стене, заглядывая тому в глаза. Чонгук стопроцентно уверен, что этот несносный мальчишка не тот, за кого себя выдаёт. Собственный абсолютный нюх никогда не подводил. Поведение младшего лишь доказывает, что он что-то скрывает. — И что ты за альфа такой? — Чон глубоко втягивает воздух, облизнувшись, — Что за таблетки ты пьёшь? От чего они? Ким сдавленно шипит и разминает шею, потираясь ушибленным затылком о прохладную поверхность стены. — Не смей со мной так обращаться. Альфа старается сохранять хоть толику рассудка. В этом мутном деле многое неясно. Нельзя действовать необдуманно. Но что-то подсказывает, что вся неправильность ситуации только на руку. Одному из них точно. Чон ощущает, как слаб Ким. Он чувствует слишком много, находясь рядом с ним. Весь охвативший спектр чувств настолько силён и одновременно непонятен, что Чонгук выть готов. Зверь внутри альфы продолжает мучить и сжирать его изнутри. Натянув стальную цепь собственной выдержки, он пытается не вырваться в сторону Тэхёна.       Младший тяжело дышит, мертвой хваткой удерживая старшего за воротник и накручивая тонкую ткань на кулак. Знать бы самому Киму, что происходит в этом проклятом доме, так еще и избалованный сыночек Чона-старшего руки распускает, что хочется врезать пару раз по-хорошему. Вот только сдерживает Тэ то, что Чонгук здесь единственный, кто так или иначе может помочь без потерь, дабы избежать крупных неприятностей. — Обычные таблетки от малокровия, у меня врожденное, — блондин тщательно пропускает мимо ушей слова мужчины, за которые на самом деле альфа может и разборки устроить да начистить его симпатичное вечно недовольное личико. Спокойствие дается крайне тяжело хотя бы потому, что такое с альфой впервые, и эта неизвестность и непонятность ситуации пугает, как и невозможность к кому-либо обратиться. Воздуха становится совсем мало, и легкие полностью заполняет аромат бергамота с апельсином, пропитывающий каждую клеточку кожи младшего, будоража и вызывая необъяснимые импульсы желания. Тэхён ничего не понимает уже, но уверен, что эти ощущения те еще крышесносные, если забыть про то, что перед ним не миловидный и сладкий омега, а наглый и самовлюбленный Чонгук. — Малокровия? — альфа усмехается, — кого ты пытаешься обмануть? Твои нынешние показатели слегка не соответствуют. — Как же, блять, это унизительно, — хватка ослабевает, и руки блондина безвольно опускаются, пока мозг окончательно отключается, а сам парень превращается в бесполезный мешок с костями и нескрываемым гневом в затуманенных глазах. Мужчина внешне не подаёт виду, как он напряжён. По поведению младшего видно, как он борется сам с собой точно так же, как и сам Чон, что не может не радовать. Запах Кима усиливается, отчего мужчина старается дышать не так глубоко. Чонгук быстро разворачивает Тэхёна лицом к стене. Тот, видимо, отключился. Увиденное как обухом по голове, окончательно знакомит с реальностью. Брюки мальчишки мокрые. — Да ты течёшь. Очередной резкий удар о стену, и последнее, что слышит Тэхён, теряя грань реальности - "течешь". Ким хочет возразить, но тело непозволительно быстро обмякает, а глаза закрываются в тревожной полудреме. Чонгук подхватывает его под колени, придерживая за спину и берёт на руки. Он быстро пробегает лестничный пролёт. Навстречу альфе тут же вылетает охранник. — Мистер Чон, что случилось? Встретившись так некстати с работником, мужчина раздосадованно шипит, поддувая вновь упавшую на глаза чёлку. — Свяжись с Хосоком, пусть он мне тут же позвонит. Больше ничего никому не сообщай, — грозно рычит Чонгук, прожигая охранника острым, как бритва взглядом. Тот согласно нервно кивает, тут же доставая рацию. Альфа шагает по длинному холлу, смотря лишь на дверь на том конце. Достигнув нужной цели, он прикладывает палец к счетчику, после чего массивная дверь открывается, впуская парней в хоромы младшего Чона. Раздаётся трель звонка телефона Чонгука. Положив мальчишку на свою кровать, альфа отходит к окну, открывая его и беря трубку. — Хорс, от тебя сейчас требуется срочно проникнуть в машину Кимов и найти там таблетки. По словам Тэхёна это фолиевая кислота. Думаю, упаковка такая. Сделай быстрый анализ на состав. Ведь Сэм сейчас у нас в особняке? Доверь это ему. Не дождавшись ответа, он кладёт трубку, вдыхая ночной холодный воздух. Мужчина глубоко вздыхает, прикрыв глаза. Какое же это сумасшествие. Зачем отец Тэхёна выдавал его за альфу? Ведь с каждым годом, с взрослением мальчишки, велик бы был риск того, что случилось сегодня. Происходящее сыграло бы большую роль в уничтожении клана Ким. Чон трёт переносицу, собираясь с мыслями. Со стороны кровати стали доноситься какие-то нечленораздельные звуки и полустоны. — Чонгук...Чон... Услышав голос Кима, Чонгук оборачивается и медленно приближается к кровати. Одежда на нём насквозь промокла. Такой беспомощный. Тэхён явно бредит, его бросает в жар, заставляя грудную клетку вздыматься часто и тяжело в попытках глотнуть побольше свежего воздуха. Где-то на задворках сознания Ким улавливает запах альфы и даже слышит его голос, что не дает окончательно потерять сознание. Внутри Тэхёна все бушует и бьет паника, когда слабыми отголосками отдается спазмирующая боль и какой-то дискомфорт. Ресницы младшего дрожат, веки изредка приподнимаются, улавливая движения мужчины в костюме. Ситуацию обостряет еще и то, что вся комната буквально пропитана чужим запахом, что никак не играет на пользу Тэхёна. Он задыхается, но поворачивается набок, утыкаясь носом в покрывала. Один вдох приносит невероятное облегчение, после которого следуют только новые волны странных ощущений, не свойственных его природе. — Жарко, — совсем осипшим голосом тянет блондин и тянется рукой к собственной шее, касаясь зоны чуть выше воротника. Приятно до одури, и альфа не может сдержать удовлетворенный прерывистый выдох. Теперь он целенаправленно ведет подушечками пальцев по бьющейся жилке, с каждым разом вдыхая новую дозу дурманящего аромата. Обычно с такими беспомощными мужчина делает то же самое, что с любым другим, кто встал на его пути. Молочно-карамельный запах снова пронизывает каждую клеточку лёгких. Дышать им слишком сладостная мука. Дурман снова окутывает альфу. — Где мы? — Ким, собравшись с силами, поднимается на локтях и вытирает пот со лба, оглядывая комнату, — Ты достал таблетки? — Разденься, если жарко. Мы же с тобой оба альфы, — Чонгук делает акцент на слове "оба", внимательно оглядывая изнывающего Тэхёна, - так что проблем возникнуть не должно. Мы в моей спальне, никто тебя больше не увидит, так или иначе. А таблетки твои уже ищут. Чон только сейчас заметил, как волосы снова упали на глаза, но от того что мужчина напряжен и раздражён, он даже не притрагивается к злосчастной прическе. Плевать. Альфа не привык ни с кем церемониться и оберегать. Это удел уязвимых и слабых. От досады у Чонгука заходили желваки. Он снимает пиджак и кладёт на спинку кресла. Затем тянется к третьей пуговице на рубашке и расстегивает её. Свежий ночной воздух помогает Тэхёну держать себя в руках, хотя хочется рвать и метать - ситуация паршивее некуда. Радует одно: Чонгук оказался вовсе не таким гадом, каким мог бы, значит, может и получится выкрутиться из всего этого бардака. Разлеживаться времени нет, и Ким с тяжелым вздохом переворачивается, продвигаясь к краю кровати, когда понимает, что одежда совсем липнет к коже, а на нагретом месте красуется приличных размеров пятно. Блондин сглатывает и переводит взгляд то на постель, то на окно, прокручивая про себя сотни вариантов произошедшего. И самый дикий из них пугает не на шутку. — Чонгук, скажи честно, ты знаешь, что это такое? — парень поворачивается к старшему и склоняет голову к коленям, хватаясь за осветленные пряди пальцами и болезненно оттягивая. - Мне эта херня ой как не нравится. Тэхён тянется дрожащими пальцами к брюкам и лихорадочно расстёгивает пуговицу с молнией, спуская намокшую ткань вниз. Увиденное вызывает не панику, а скорее даже истерику у альфы, которому теперь, по всей видимости, придется добавить еще пару таблеток успокоительного. Ким подрывается с места и швыряет брюки в сторону, в гневе вскрикивая. — Если ты еще кому-то об этом расскажешь, я тебя лично придушу, — поумерив пыл, Тэ садится прямо на пол, спиной подпирая кровать. Забавный расклад получается. - Прости, - поднимает голову на Чона, - погорячился. Я ведь бета...вроде. Ни запаха, ни гона, ни разу за год. К черту...я могу занять душ? Альфа краем глаза наблюдает за копошащимся гостем и укоризненно качает головой. Как можно не знать элементарной физиологии видов? В школе что, сейчас этому уже не обучают? Подумав о киберхондрии, Чон вновь возвращается к реальности. Чонгук сохраняет спокойствие, когда Ким прикрикивает на него. Хотя внутренне он хотел бы уже опробовать свой кулак на скуле Тэхёна. Всё-таки, истерики омегам свойственны. Хриплым и ещё более низким голосом, Чонгук произносит, приближаясь к кровати. — У тебя течка, малыш. Ты не бета и уж точно не альфа. Ты омега, — он нависает над парнем, смотря пристально и серьёзно, - и знаешь, что происходит с омегами во время течки, когда поблизости есть альфа? Я надеюсь тебе хоть это известно, - загадочно тянет мужчина. Немного погодя, он продолжил. — А душ вон за этой дверью, — Чонгук указывает на дверь в противоположной от кровати стороне. — Знаете что, господин Чон, — с наигранно вежливой интонацией, присущей этому дому, тянет Тэхён, приподнимаясь и смотря старшему глаза в глаза, — А не пойти бы тебе куда подальше? Не забывай, что разговариваешь с наследником базы данных на миллиарды людей. Найти на тебя информацию - дело секундное, так что выбирай слова. Ким отходит, приближаясь к распахнутому окну, чтобы переварить хотя бы толику тех "открытий", которые вызвала безобидная доза алкоголя. С одной стороны, хочется просто взять и забить, чтобы жить, как раньше, и не париться. Но с другой, в сознании Кима-младшего никак не укладывался тот факт, что в этом замешан отец. Нет, его можно понять с точки зрения главы клана. Сын-омега и наследник...в голове не вяжется, это позор и пустая трата денег и времени. Но он же отец, он мог хотя бы от Тэхёна не скрывать его природу. В комнате раздаётся звонок телефона. Чон снимает трубку, не сводя взгляда с мальчишки. — Интересно, на какой исход событий мой отец надеялся? - блондин усмехается и переводит взгляд на Чонгука, который отвлекся на телефонный звонок. — Слушаю. — Анализы готовы. Передаю трубку Сэму, — говорит Хосок, — Здравствуйте, мистер Чон. Вам повезло, что мои инструменты были в машине. Итак, найденные таблетки - омежий препарат, но уж точно не лекарство от сфероцитоза. Почти обычные подавители, только с очень большой концентрацией. Если употреблять их очень долго, могут быть необратимые последствия. Это вредит организму. Они оттягивают течку, но если прекратить употребление или как-либо помешать действию препарата, — «алкоголь», думает Чон, — то она может быть очень тяжелой и затяжной. Запах будет усиливаться с каждым днём. А состояние ухудшаться. Принимать таблетки больше нельзя. Ну, а чтобы облегчить страдания - ты и сам знаешь, что им нужно. Альфа вытягивает губы в тонкую линию, задержав дыхание. — Да, я понял, спасибо. Тэ понимает, что разговор связан именно с этим происшествием, но решает покинуть комнату и не влезать со своими правилами в чужие дела. Кинув косой взгляд на альфу по пути в ванную комнату, Тэхён захлопнул за собой дверь и торопливо избавился от промокшего белья и рубашки, поглядывая на себя в зеркало. — Бред какой-то, — полушепотом сам себе говорит парень, подробно рассматривая свое тело в отражении большого зеркала. Внешние данные и правда не выдают к Тэхёне омегу, вовсе не удивительно, что тот причислял себя долгие годы к бетам, удачнее слаженным и вполне мужественным. Загружать себя мыслями на тему самовосприятия хочется меньше всего, и Тэхён просто включает душ, становясь под согревающие струи, которые тут же приятно расслабляют мышцы. Парень раскрывает глаза и аккуратно проводит по бедру, собирая каплю еще не смывшейся смазки; странно для него это все. Собственное тело кажется чужим на самом деле, и Ким в следующую секунду остервенело выдавливает чужой гель для душа, с силой втирая в кожу, чтобы смыть навязчивый запах омеги. Когда дело доходит до интимного места, Тэхён действует максимально осторожно, чтобы лишний раз не провоцировать у себя приступы желания. — Чертово вино, чёртов дом, чёртов Чон Чонгук, — блондин бьет ладонью по стене и выключает воду, еще какое-то время остывая. Положив трубку, мужчина продумывает дальнейший ход действий. Таблетки ему больше нельзя. Но никто не должен понять, кем является Тэхён на самом деле. Странно, что его отец ещё не названивает со своими претензиями. Видимо, думает, что наследники не решили свои вопросы. И бла-бла-бла. Пусть делает, что хочет. Всё равно Чонгук из этого ничего не получит. Это не его жизнь. Так или иначе, этот высокомерный мальчишка попользуется всем, чем ему надо, вильнёт хвостом и свалит. Кому какое дело? Изначально Чон сотрудничать и уж тем более помогать не хотел. Он не любит, когда им пытаются пользоваться. Альфа садится в кресло, положив ногу на ногу и ждёт. Сейчас он выйдет, соберёт свои вещи и скажет что-то вроде «счастливо оставаться». За такое поведение Чонгук всегда делал два четких выстрела в черепную коробку из своего револьвера. Будет трудно отойти от своих принципов. Вообще трудно терпеть, когда человек, к которому антипатия, начинает притягивать физически. Тупая природа. Услышав стук, донёсшийся из ванной, Чон пробасил. — Ты там убиться решил?

***

      Тэхён, наконец, покончив с водными процедурами, вытирается первым попавшимся полотенцем и лениво натягивает одежду, испуская пару нецензурных словечек, когда отчетливо чувствует, как капли смазки щекочут тонкую кожу, вызывая внутри легкое жжение. Ким обреченно рычит и выходит из ванны, не глядя на мужчину, небрежно откинутые брюки сейчас дороже. Найдя нужную вещь, блондин поднимает ее и оглядывает, немного морщась от влажных следов. "Наглеть, так на все сто процентов", — решает младший и уверенно подходит к Чонгуку, решая выбрать тактику нападения. Как там, если ввести оппонента в состояние замешательства или шока, он легко поддастся? Именно поэтому Ким твердо протягивает руку в просящем жесте и так же отрезает, не давая шанса на возражения — Таблетки. И мне нужны брюки. Да, я знаю, что ты очень великодушен и одолжишь мне свои, спасибо. Размеры, думаю, у нас почти одинаковые. Тэхён кивает в конце своего торопливого монолога, окончательно обескураживая Чона. Как бы то ни было, Тэхён ни за что не даст знать отцу о своем серьёзно таком проколе, который мог бы привести и к проблемам куда серьезнее, чем вынужденный визит на личную территорию опытного мафиози, который без зазрений совести пользуется всеми благами жизни. Блондин вскидывает бровь и еще раз взглядом указывает на свою ладонь. — Таблетки или жизнь.