Змейка-собственница

       Мотоцикл плавно едет по опустошённым улочкам Саутсайда, в котором словно застыло время.Вывеска «Белого Змея» уже маячит где-то на горизонте и Блоссом уже предвкушает, как они наконец-то справятся с этим глупым заданием и поедут домой. Фэнгс и Свит Пи уже на месте, судя по селфи на фоне барной стойки «Белого Змея», что они выслали Тони. «Тут не хватает только вас, зануды» — написал Фогарти, прикрепляя очередную фотку, на которой Свит танцевал с какой-то девушкой. Что же, у парней все хорошо с прикрытием, их даже не отличишь от придурков, что пришли нажраться в самое сомнительное заведение Ривердейла.        Тони водит достаточно аккуратно, но иногда создается такое впечатление, что у неё есть замашки самоубийцы. То она резко рванёт на красный цвет, заставляя недоуменных прохожих смотреть ей вслед, то слишком быстро дёрнет руль. Конечно же, когда с ней была её девушка, стиль вождения Топаз немного менялся. Совсем немного.        Шерил невольно вздрагивает, когда мотоцикл слишком уж сильно заносит на повороте, но даже и не думает волноваться. Во-первых, если она и умрёт, то очень красивой. Во-вторых, она сможет терроризировать жителей Ривердейла в виде призрака, а ей эта перспектива очень даже нравится. И, главное, она целиком и полностью доверяет своей девушке и верит, что та никогда их не угробит.        Никогда-никогда, не так ли? Тони останется на её стороне даже тогда, когда весь чёртов мир обернется к ним спиной и никогда не отпустит. Не позволит ей вновь упасть в ту бездну, в которую её бросила жизнь после смерти Джейсона. Защитит от любых монстров, даже если это — её же родная мать. Шерил смотрит на чистое звёздное небо и вдруг понимает, что больше не чувствует той свободы, что окутывала её всего минуту назад.        Перед глазами стоит Джейсон, что ласково ей улыбается, прежде чем развернется и уйдёт в лес, из которого никогда не вернется живым. Больше никогда её не обнимет, не утешит, не позволит посидеть у него в комнате и почитать, никогда не предаст. А потом ей мерещится Пенелопа, что смотрит на неё с презрением и ненавистью. «Грешное дитя», как она говорит, только закусывает губу, пытаясь совладать со своими демонами. Но они оказываются сильнее, смыкая свои острые клыки у неё на шее, пронзая белоснежную кожу…        Блоссом не позволяет себе закончить мысль, зная, что будет дальше. Если она сейчас же не успокоится, то чёртова паническая атака накроет её с головой, а это — последнее, что ей сейчас нужно. Она не может быть слабой, не сейчас.        А потом Тони прибавляет немного скорости и ей приходится зажмурить глаза, потому что, чёрт возьми, ей становится действительно страшно. Блоссом делает глубокий вдох и пытается считать секунды, чтобы немного успокоиться. И, ожидаемо, это совсем не помогает. Паника только сильнее накрывает её, заставляя рисовать в голове далеко не самые приятные картины.        — Эй, детка, ты в порядке? — в голосе Тони скользят нотки беспокойства, что заставляет её сердце пуще прежнего пуститься в пляс. И только сейчас до Шерил доходит, что она больше не слышит рёв мотора. Топаз остановила байк на обочине, когда до «Белого Змея» осталось всего ничего.        Сначала девушке так и хочется по привычке ответить, что с ней все в порядке и для беспокойства нет повода. Только есть ли смысл притворяться? Перед кем? Ведь это Тони была с ней, когда Шерил рыдала на шёлковых простынях Тисслхауса после очередного кошмара. А Блоссом была с ней, когда та пила стопку за стопкой, рассказывая ей о своих родителях, что погибли ровно десять лет назад.        Ей не нужно притворяться перед Тони. Только не перед ней. Шерил нервно закусывает пухлую губу и смотрит в глаза своей девушки, пытаясь найти в них хоть что-то, что докажет её неправоту. Но там — только беспокойство и лёгкие отблески страха.        — Я себя не слишком хорошо чувствую, Ти-ти, — признается Шерил и, прежде чем Топаз предложит поехать домой, послав Джага и остальных на все четыре стороны, продолжает, — но сначала давай покончим с этим.        — Ты уверена? — Тони кусает губы, с сомнением глядя на неё. Блоссом знает, что стоит ей сказать лишь слово, и они тут же помчатся домой, чтобы до полуночи лежать в объятиях друг друга и шептать что-то приторно-сладкое, просто чтобы не молчать. Но она не может подвести Бетти, Веронику и, как бы это странно не звучало, но Джагхеда. Пусть он ей и не слишком нравился, но Тони его ценила, и последнее чего она хотела — ссориться «змеиным королём».        — Да, уверена, детка, — вздыхает Шерил и ласково проводит рукой по щеке своей девушки, словно пытается успокоить. На их лицах расцветают слабые улыбки и Блоссом думает, что, возможно, этот город не такой уж и потерянный, — поехали уже, нужно надрать этим негодяям задницы.        — Ладно. Но как только приедем домой, ты попадёшь под контроль доктора Топаз.        Шерил ухмыляется. Как будто она могла быть против.        Что ж, теперь ей совсем не страшно.